"Урожай времени"

— Доктор!

Это была Джо Грант, она бежала, чтобы догнать его.

— Боюсь, у бригадира ко мне срочное поручение, — сказал Доктор, виновато пожимая плечами. ` Но мы ненадолго.

— Это Эдди Маккриммон, — сказала Джо. — Она говорит по телефону! Позвонила в офис бригадира, потому что у нее был этот номер. Но она действительно хочет поговорить с вами, Доктор.

— Эта запутавшаяся женщина оказалась нам совершенно бесполезна, когда мы вылетели ей навстречу, — сказал бригадир, употребив слово "мы" в самом широком смысле, поскольку на самом деле он не встречался с Маккриммон. — Я не понимаю, почему мы должны сейчас бросаться на ее зов.

Доктору пришлось постараться, чтобы его было слышно сквозь рев двигателя. Тот уже разогнался на половину взлетной мощности. Вертолет был почти готов к взлету. — Чего она хочет, Джо?

— Не знаю, доктор, она говорит, что идет какая-то эвакуация, но она действительно хотела поговорить с вами.

— Вы можете заняться ею от имени Доктора, — сказал бригадир, захлопывая плексигласовую дверцу со своей стороны и наклоняясь, чтобы поговорить с пилотом.

— Возможно, мне все-таки следует поговорить с ней, — сказал Доктор, когда Джо попятилась от вращающихся роторов. — Если Мастеру действительно разрешили приезжать и уезжать из Дарлстон-Хита, и если он был на той платформе...

— Что бы это ни было, Доктор, я очень сомневаюсь, что это так срочно, как наступление армии металлических крабов. Мисс Грант может разобраться с этой женщиной. А теперь, пожалуйста, садитесь в вертолет.

— Все в порядке, — согласилась Джо. — Я поговорю с ней! Мы должны хотя бы выслушать, что она хочет сказать.

Доктор кивнул, опустился на свое сиденье и закрыл дверцу.

И вот они уже в воздухе, над штаб-квартирой ГРООН. Вертолет опустил нос и устремился к побережью.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

— Здравствуйте? Да, это я, Джозефина Грант. Мы познакомились на платформе. Боюсь, Доктора вызвали по срочному делу. Нет, ничего медицинского — он не из таких врачей. Ну, на самом деле, полагаю, он многоплановый доктор. — Джо замолчала — она чувствовала, что Эдди Маккриммон делает все возможное, чтобы вставить слово. — Я имею в виду, что некоторое время вам придется говорить со мной. Это насчет Пита Ломакса, человека, с которым мы разговаривали?

— В некотором роде. Вы уверены, что я не могу поговорить с кем-нибудь из начальства?

Джо это задело, так как предполагалось, что она всего лишь мастерица заваривать чай, но она к этому привыкла. — Мисс Маккриммон, у меня есть полномочия, и я бы не обратилась к вам, если бы это было не так. У меня такой же допуск к секретной информации, как и у Доктора. — Джо хотелось добавить, что Эдди Маккриммон была последним человеком, которому она должна была читать лекцию о презумпции авторитета женщины-специалиста. Но она решила пока оставить это. — Так что же такого особенного в мистере Ломаксе?

— Боюсь, мистер Ломакс погиб. По крайней мере, все больше похоже на это. После того, как вы навестили его, он, похоже, решил спрыгнуть с платформы. Мы обыскали все сверху донизу. Больше ему некуда было пойти.

Джо на мгновение остолбенела. Она едва знала Пита Ломакса, но за время их короткой встречи у нее сложилось мнение, что он достаточно порядочный человек. Мысль о том, что он прыгнет в холодное Северное море, упадет под открытым небом, зная, что утонет, была ужасна. Что могло толкнуть человека на такое? Если она и усвоила хоть одну человеческую истину за время, проведенное с Доктором, так это то, что она предпочла бы жизнь смерти, снова и снова. Там, где есть жизнь, есть и надежда, всегда и навеки.

Ей хотелось в это верить.

— Это ужасно. Он показался мне действительно хорошим человеком.

— Он был таким. Он мне очень нравился.

Немного погодя Джо сказала: — Вы же не думаете, что мы имеем к этому какое-то отношение?

— Нет, вы просто задавали ему честные вопросы. Меня беспокоят другие. Особенно один из них.

— Остальные, мисс Маккриммон?

— Послушайте, зовите меня Эдди, так проще. И я прошу прощения за то, что только что сказала вам. Я не должна была сомневаться в вашей репутации. Полагаю, вы достаточно усердно трудились, чтобы добиться того, чего вы достигли в ГРООН.

— И я полагаю, что это было не так сложно, как добиться того, чего вы достигли в нефтяной промышленности.

— На моем пути было несколько взлетов и падений, хотя есть люди, которые всегда будут отказываться верить, что я могла бы чего-то добиться без влияния Большого Кэла.

Джо кивнула про себя на это замечание — она не могла не подумать о своем собственном дяде, о том, как он дергал за ниточки, чтобы она оказалась в ГРООН, и о том, что это означало, что ей приходилось работать еще усерднее, чтобы проявить себя.

— Дело в том, — продолжала Маккриммон, — что мой отец никогда не хотел, чтобы я занималась этой работой. Это пугало его до смерти.

— Возможно, он был прав, если люди начали прыгать с нефтяных вышек, — сказала Джо.

— В том-то и дело, что нет. Пит Ломакс был не из тех, кто способен на такое. Вот почему я думаю, что кто-то до него добрался. Послушайте, я рискну. Но мне нужно поговорить с кем-то, кому я могу доверять, за пределами Маккриммон Индастриз. Вы знаете что-нибудь под названием МОРНЕЙ?

— Нет, — честно ответила Джо. — Мне нужно немного больше информации.

— Это проект, правительственный проект, что-то связанное с подводными лодками... Им нужна была наша помощь, чтобы протестировать его.

Джо почувствовала, что собеседница колеблется, как будто знает, что каждое слово может положить конец ее карьере. — Продолжайте.

— Больше я ничего не знаю. Но сюда приходили люди, устанавливали оборудование МОРНЕЙ на наши платформы. Включая ту, которая затонула... или исчезла. А теперь у нас проблема с двумя другими буровыми установками, и идет полномасштабная эвакуация...

Джо с трудом сдерживала раздражение, вспоминая, какой бесполезной была Маккриммон во время их визита на платформу. — Почему вы ничего не сказали нам тогда?

— Боюсь, они поставили меня в безвыходное положение. Даже сейчас я сильно рискую, разговаривая с вами. Вначале их было много, техников, ученых. Теперь их осталось всего трое. Один из них — Лавлейс — все еще на платформе. Но я звоню не из-за него. Есть другой человек... Я даже не знаю его имени, но он обычно с ними. Я думаю, он еще один ученый, технический консультант или что-то в этом роде. Честно говоря, он мне не очень нравится.

У Джо возникло неприятное подозрение, что она знает, к чему это приведет. — И что насчет того, другого мужчины?

— Я думаю, что, возможно, именно он добрался до Пита. Однако дело не только в этом. После того, как вы ушли... этот человек спрашивал о вашем друге, Докторе. Как будто они знали друг друга.

— Вы можете сказать мне, как выглядел этот человек?

— Борода, зачесанные назад волосы — в нем есть что-то дьявольское. Всегда носит одну и ту же черную одежду.

— Похоже на Мастера, — сказала Джо. Она вспомнила о нефти, которую Доктор нашел в книге Мастера и которую тот, по-видимому, случайно занес с буровой установки. Теперь сомнений быть не могло.

— То же слово на рисунке Пита, — сказала Маккриммон после неловкого молчания. — Мастер. Это, должно быть, тот же самый человек. Вы знаете его имя?

— Это его имя.

— Только это? Мастер? Как Доктор?

— Да. И они действительно знают друг друга. В некотором роде.

— Я не могу ему доверять, не так ли?

— Да, не можете. Но Мастер в тюрьме. Мы его видели. Возможно, он мог приходить и уходить и раньше, но это больше не повторится, пока за ним присматривают Доктор и ГРООН.

— Надеюсь, что вы правы насчет этого, Джо. Остается только беспокоиться о Лавлейсе и об оборудовании.

— Что насчет оборудования?

— Я не знаю. Но каким-то образом все это связано, не так ли? Эксперименты с МОРНЕЙ, Мастер и все эти странные вещи, которые происходят. Море вскрывается, странная погода... проблемы с другими буровыми установками... все эти странные вещи я продолжаю слышать по радио.

— Я бы хотела, чтобы это было не так, — сказала Джо. — Но, думаю, вы правы. Все это связано. Но сейчас в это вовлечена ГРООН. Если бы вы только... — Она замолчала, внезапно осознав, что на другом конце провода никого нет. — Эдди? Вы еще там?

Но Эдвина Маккриммон не ответила.

— Положите трубку, — сказал Лавлейс. — Я не буду просить дважды. — В руке у него был пистолет, изящный черный автоматический пистолет. Это все, что Маккриммон знала об оружии. Настоящее оно или нет, но рисковать она не собиралась.

— Вы пронесли пистолет на мою платформу? Ну и наглец же вы, приятель.

— Нашу буровую установку, мисс Маккриммон. Или у вас почему-то сложилось впечатление, что вы сохранили здесь контроль? Ваш отец прекрасно понимал, что вопрос о сотрудничестве с нами никогда не стоял. Мы нуждались в вашем оборудовании. Мы бы так или иначе с ними разобрались. А сейчас, — Лавлейс передернул затвор пистолета, — отойдите от своего стола, пожалуйста. Вы и так причинили достаточно вреда для одного дня.

— Что вы собираетесь делать — выбросить меня за борт, как сделали с Питом Ломаксом?

— Досадное осложнение. Ни Кэллоу, ни я не хотели, чтобы все так закончилось. Но наш коллега — человек, способный убеждать. Боюсь, нам не следовало позволять ему разговаривать с Ломаксом.

— Вы имеете в виду Мастера?

На лице Лавлейса не отразилось удивления. — Да. Я подслушал ваш разговор с сотрудницей ГРООН. — Он кивнул на телефон. — Несомненно, вы забыли, что все сообщения между Майком Оскаром Шесть и материком теперь проходят по нашему каналу передачи данных на морском дне. Мы отслеживали ваши звонки с тех пор, как начали эксперименты с МОРНЕЙ. Сожалею только о том, что не прервал это соединение до того, как у вас появилась возможность поговорить с ГРООН. Оплошность с моей стороны. Другой такой не будет. — Дуло автоматического пистолета снова дернулось. — Двигайтесь.

— Вы не можете взять под свой контроль всю платформу, Лавлейс. Здесь только один вы.

— Если не считать бесперебойного функционирования оборудования МОРНЕЙ, то меня не волнует, что происходит на этой платформе. Я просто хочу убедиться, что ситуация не ухудшится еще больше.

— Убив меня?

— Если вы настаиваете. Но вполне удовлетворюсь тем, что запру вас, пока вы не перестанете представлять угрозу для нашей деятельности. Отойдите от стола, Маккриммон.

Она сделала, как ей было сказано, уверенная, что Лавлейс выполнит свои угрозы, если она вынудит его. В конце концов, он уже был причастен к одной смерти.

— Просто скажите мне, — попросила она. — Пит действительно погиб?

— Боюсь, что да.

— Этот ваш друг — змея.

— Он нам не друг. На самом деле, он нам уже почти бесполезен.

— Хорошо, потому что если я больше никогда его не увижу...

Лавлейс открыл дверь ее кабинета и выглянул в коридор, чтобы убедиться, что там никого нет. — Быстро, пожалуйста.

— Куда вы меня ведете?

— В единственное место, где я могу быть абсолютно уверен, что никто другой на вас не наткнется.

— У нас эвакуация в самом разгаре, Лавлейс, скоро они заметят, что я пропала!

— Вы переоцениваете свою значимость, Маккриммон. Очень сомневаюсь, что нам будет не хватать вас.

Когда они вышли, в коридоре все еще было пусто. Маккриммон почти надеялась, что появится Том Ирвин или кто-нибудь еще. Но в то же время она не хотела, чтобы кто-то еще был втянут в эти неприятности. — Вы действительно думаете, что поступаете правильно, Лавлейс? Национальная безопасность и все такое?

— Я бы вряд ли наставил на вас пистолет, если бы не верил в правоту своего дела. — Они были в коридоре. Он закрыл за ними дверь. — Идите на несколько шагов впереди меня. Я все время буду держать вас на мушке. Если кого-нибудь встретим, ведите себя как обычно.

— Вам это с рук не сойдет.

— Нет ничего, что могло бы не сойти с рук, Маккриммон. Я действую в национальных интересах. Сейчас время обострения международной напряженности. Независимые силы ядерного сдерживания Великобритании должны оставаться конкурентоспособными. МОРНЕЙ является жизненно важным элементом для поддержания эффективности нашего подводного флота.

— Оно даже не работает! Если и работает, то совсем не так, как вы думаете! Разве вы не обращали внимания? Все идет прахом! Мы потеряли одну установку, потеряли связь с другой, а на Майке Оскаре Семь творится настоящий ад! Только не говорите мне, что это не ваших рук дело!

Лавлейс толкнул дверь на лестничную клетку, ведущую на нижние этажи буровой установки. — Все тесты прошли удовлетворительно.

— И кто вам это сказал — ваш жуткий приятель с козлиной бородкой?

Видя, что путь свободен, он сократил расстояние между ними и ободряюще подтолкнул автоматическим пистолетом. — Вниз по лестнице. Быстрее.

— Неужели вы не понимаете, Лавлейс? Происходит что-то странное. Потеря Майка Оскара Четвертого, все эти сообщения о странных явлениях... все это произошло с тех пор, как вы включили свое дурацкое оборудование.

— Чепуха. — Он стоял на лестничной клетке над ней, направив пистолет ей в плечо. — Вы изобретательная женщина, Маккриммон. Несомненно, уже знаете кое-что о нашем эксперименте. Наше оборудование генерирует нейтрино — самые безвредные частицы во Вселенной. Их бесчисленные миллиарды постоянно проникают сквозь вас, независимо от того, включено наше оборудование или нет!

— Тогда, очевидно, в вашем оборудовании есть что-то, чего вы не понимаете. Или вам это в голову не приходило? Вы что-то затеяли, Лавлейс.

— Продолжайте спускаться. И помните, что вы на нефтяной вышке посреди моря, так что забудьте о побеге. Если попытаетесь это сделать, я вас убью.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Вертолет снижался все ниже, когда они приближались к береговой линии. Доктор, несмотря на свои растущие опасения, не мог полностью подавить естественное любопытство. Он надеялся, что это не они, но если это так, то его ждала настоящая тайна, которую нужно было разгадать. — Знаете, бригадир, — сказал он в микрофон рации. — Я почти жалею, что с нами нет Мастера. Нам с ним, возможно, было бы о чем поговорить.

— Кого... — о, я понимаю. Его.

— Постарайтесь сосредоточиться, старина.

— Я делаю все, что в моих силах. Мы все делаем все, что в наших силах. Но вы когда-нибудь пытались вспомнить то, что постоянно ускользает у вас из головы? Это все равно что пытаться удержать кусок мыла в ванной! Конечно, у вас не было бы такой проблемы, если бы вы были инопланетянином.

— Уверяю вас, я не застрахован от последствий временного исчезновения... просто я лучше подготовлен к тому, чтобы противостоять ему. Теперь, что касается этих крабов...

— Если вы встречались с ними раньше, мне нужно знать все, что у вас есть. Их защиту, оружие... тактические слабости... все, что мы можем использовать против них.

— Если я прав, бригадир, то враг, с которым мы имеем дело, имеет легкую броню, минимальное вооружение и уязвим практически к любому стрелковому оружию. Подойдите достаточно близко, и вы сможете убить его метким броском камешка.