Лидерами революционного движения были адвокат Анри Ван дер Ноот и полковник Жан Франсуа Вонк; партии, которые они возглавили, стали называться партиями «ноотистов» и «вонкистов». Партия «ноотистов» отстаивала интересы адвокатов, юристов, духовенства, дворян, крупной аристократии, а также интересы провинциальных штатов. Их целью было восстановить социальный статус бельгийских провинций и неприкосновенность конституции XIV в. «Joyeuse Entrée». Партию же «вонкистов» поддерживали торговые слои, средняя буржуазия, цеховые мастера. И она, так же как и партия «ноотистов», имела свои комитеты почти во всех брабантских городах.
Возглавив революционное движение в бельгийских провинциях, Ван дер Ноот стремился привлечь влиятельные иностранные державы к борьбе бельгийцев против Австрии. Вначале он обратился к ближайшему соседу, нидерландскому пенсионарию Лауренсу Питеру Ван дер Спихелу. Ван дер Ноот попытался убедить Соединенные провинции, что при подавлении восставших бельгийцев Иосиф II использует богатство их страны, чтобы напасть на Республику Соединенных провинций. Ван дер Спихел сдержанно ответил на просьбы Ван дер Ноота о военной помощи, хотя Ван дер Ноот предлагал в случае победы над австрийцами назначить второго сына принца Оранского бельгийским статхаудером или обсудить возможность вхождения бельгийских провинций в состав Республики Соединенных провинций. Ван дер Спихел отверг предложения Ван дер Ноота, но посоветовал тому обратиться к Пруссии и Англии.
Вернувшись в Англию, Ван дер Ноот попытался убедить англичан, что Австрия, завладев богатством процветающих бельгийских провинций, объединится с Америкой, Францией и Россией и будет угрожать позиции Англии, как сильной морской державы. Англия в помощи отказала. Переговоры с Пруссией, которая была озабочена ослаблением Польши и территориальными амбициями Австрии, были также безуспешными.
Между тем в ночь с 23 на 24 октября бельгийская добровольческая армия, сформированная из эмигрантов в городе Бреда, ступила на территорию Австрийских Нидерландов и начала освобождение провинции Брабант. На борьбу против австрийского гнета поднялись жители Брюсселя, Намюра, Гента, Брюгге, Остенде и других городов. К декабрю 1789 г. почти вся территория бельгийских провинций (кроме Антверпена и провинции Люксембург) была очищена от австрийских войск. 18 декабря 1789 г. члены революционного комитета, созданного в г. Бреда, торжественно въезжали в Брюссель.
Вся страна обсуждала вопрос о низложении Иосифа II. Для выработки новой конституции и способа управления страной было объявлено о создании Национального конгресса. Однако после изгнания австрийцев с новой силой проявились противоречия между двумя основными партиями восставших. Клерикалы, аристократы, консерваторы во главе с Ван дер Ноотом требовали сохранения старого порядка, прежних привилегий, когда каждая провинция представляла собой почти самостоятельное государство и управлялась выборными от двух сословий, духовенства и дворянства, органами. Опираясь на большинство населения, Ван дер Ноот считал, что революция очень мало изменяет жизнь в стране и что только Генеральные штаты заменят власть Иосифа II.
Приверженцы же Вонка утверждали, что в стране теперь должны быть проведены самые демократические реформы, в результате которых маленькие города и села будут пользоваться такими же правами, какими обладали большие города. Партия Вонка полагала, что революция была проведена в интересах всего народа, а не нескольких привилегированных сословий и что, поскольку революция была делом нации, результаты ее должны касаться представителей всего народа.
Собравшийся в Брюсселе Национальный конгресс девяти освобожденных провинций 11 января 1790 г. провозгласил создание независимого государства Бельгийские Соединенные Штаты (Etats Belgiques Unis). Законодательная власть в новом государстве принадлежала штатам, исполнительная власть (право объявлять войну или заключать мир, вступать в союзы с другими державами, назначать посланников, чеканить монету) — конгрессу, который должен был состоять из депутатов отдельных штатов. Но вплоть до августа этот конгресс сливался с соединенными штатами, одни и те же люди осуществляли как законодательную, так и исполнительную власть.
Большинство из членов конгресса были сторонниками партии Ван дер Ноота; сам он стал министром, а Вонку был предложен пост председателя совета финансов, но он не вошел в состав министерства, напротив, основал новое «патриотическое общество», которое, признавая высший авторитет конгресса, предлагало провести некоторые реформы в выборной системе, расширить избирательные права по принципу французских. Духовенство же всеми силами боролось против демократической партии и 17 февраля 1790 г. преподнесло Генеральным штатам адрес, покрытый 400 тыс. подписей и требовавший восстановления прежней конституции.
Однако острая внутриполитическая борьба ослабила силы молодого бельгийского государства, и этим не замедлила воспользоваться Австрийская империя. В декабре 1790 г. 30-тысячная австрийская армия вступила на территорию бельгийских провинций и восстановила власть Габсбургов.
Таким образом, Брабантская революция закончилась поражением для бельгийских провинций, но она имела очень важное политическое и историческое значение. Существование в течение десяти месяцев Бельгийских Соединенных Штатов — это первый и единственный пример, когда Бельгия была федеративной республикой и независимым государством. Значение Брабантской революциии еще и в том, что благодаря этим событиям был осуществлен переход от «старого порядка» к индустриальному обществу. Эта революция занимает свое место в ряду буржуазных революций конца XVIII столетия — американской 1776—1783 гг. и французской 1789—1799 гг., так как была первой, хоть и неудачной, попыткой обретения бельгийским народом независимости.
После битвы при Жемаппе 6 ноября 1792 г. началась первая французская оккупация. 20 января 1793 г. прогрессивно настроенные слои епископства Льежского проголосовали за присоединение к Франции. Однако после победы при Неер-виндене 18 марта 1793 г. австрийские войска вновь вступили на территорию Южных Нидерландов.
В ходе революционных войн Франция перешла в наступление, и 26 июня 1794 г. в сражении при Флерюсе генерал Журдан разбил австрийские войска и освободил бельгийские провинции от почти векового австрийского господства. В состав Франции, помимо собственно австрийских Нидерландов, были включены епископство Льежское и герцогство Буйонское. Страна была по французскому образцу разделена на девять департаментов: Лис (со столицей в Брюгге), Шельда (Гент), Де-Нет (Антверпен), Внутренний Маас (Маастрихт), Диль (Брюссель), Урт (Льеж), Жемапп (Монс), Самбра-и-Маас (Намюр) и Форе (Люксембург).
Сравнительно недолгий период французского господства оставил здесь глубокие следы. Главные завоевания Французской революции: уничтожение феодально-сословного порядка, введение прогрессивного французского законодательства, а также административного и судебного устройства и, наконец, провозглашенная французами свобода судоходства по Шельде, закрытой до того в течение 144 лет, — имели большое значение для бельгийских провинций, дали толчок росту буржуазии и формированию рабочего класса, открыли путь дальнейшему развитию капитализма, утверждению буржуазного строя.
Глава 2
ВЕЛИКАЯ ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
ПРИЧИНЫ И НАЧАЛО РЕВОЛЮЦИИ
Попытки проведения реформ, которые предпринимало французское правительство начиная с 70-х годов XVIII в., встречали ожесточенное сопротивление придворной знати. Эта оппозиция была частью более общего явления жизни Франции последних предреволюционных десятилетий, которое историки называют «дворянской реакцией».
Цели дворянской реакции противоречили доминирующим тенденциям развития Франции в XVIII в., а именно возвышению буржуазии и освобождению крестьянского хозяйства от пут сеньориального строя. Она ущемляла интересы этих классов, тем самым подталкивая их к насильственным формам протеста против вопиющей несправедливости.
Многое в судьбе французской монархии зависело и от стечения обстоятельств, неподвластных воле правительств и народов, в том числе и от колебаний цен мирового рынка, и от стихийных бедствий.
Благоприятная экономическая конъюнктура, обусловившая рост промышленного и сельскохозяйственного производства в XVIII в., имела и свою оборотную сторону — рост цен. Из-за плохого урожая 1788 г. выступления против дороговизны приобрели на редкость массовый и грозный характер.
Продовольственные трудности усугублял общий хозяйственный застой. На их фоне резко обострилась проблема дефицита государственного бюджета. Во Франции тяжелым бременем на бюджет легли еще и расходы на помощь американским повстанцам. В итоге к 1788 г. бюджетный дефицит возрос почти до 160 млн ливров (что составляло около трети всех доходов государства), причем на выплату долгов уходило свыше 40 % всех государственных расходов. Резкой критике подвергались высокие расходы на содержание двора. К 1788 г. сумма средств, затраченных на эти цели, возросла до 42 млн ливров.
Правительство понимало необходимость повышения доходности государственного бюджета. Это предполагало коренную реформу системы налогообложения, включая ликвидацию налоговых льгот и привилегий дворянства и духовенства. Однако все попытки осуществить такую реформу, предпринимавшиеся правительством во второй половине 70-х и в 80-е годы, разбивались о сопротивление знати и придворных кругов.
В 1787 г. по предложению генерального контролера финансов Калонна Людовик XVI созвал «собрание нотаблей», т. е. высшей знати. И когда Калонн предложил им одобрить введение поземельного налога, подлежащего уплате всеми землевладельцами без различия сословной принадлежности, они, не вдаваясь в дискуссию, просто потребовали у короля отправить в отставку строптивого министра.
Чтобы сдвинуть с места реформу налоговой системы и найти способ решения проблемы бюджетного дефицита, Людовик XVI назначил новым генеральным контролером финансов женевского банкира Жака Неккера (1732—1804), принадлежавшего к школе либеральных экономистов. В целях обеспечения общественной поддержки политике реформ он уговорил короля созвать Генеральные штаты, собрание представителей всех трех сословий королевства, которые последний раз собирались в 1614 г.
Созыв Генеральных штатов после столь длительного перерыва уже сам по себе явился крупным политическим событием. Его значение еще больше возросло, когда король распорядился вдвое увеличить число депутатов от третьего сословия, которое таким образом сравнялось с числом депутатов от обоих привилегированных сословий, вместе взятых. Поэтому в просветительских кругах расценивали созыв Генеральных штатов как меру, предвещающую проведение глубоких перемен в общественном строе, и прежде всего уравнение в правах всех сословий. Выборы проводились весной 1789 г. В них участвовали все без исключения дворяне и духовные лица, а также мужчины, достигшие 25 лет и внесенные в списки налогоплательщиков. Женщины, как правило, правом голоса не пользовались. В Генеральные штаты были избраны 291 депутат от духовенства, 285 — от дворянства и 578 — от третьего сословия.
5 мая 1789 г. в Версале открылись заседания Генеральных штатов. Перед депутатами с программной речью выступил король, упомянувший лишь о финансовых трудностях правительства и ни словом не обмолвившийся о политических и социальных реформах. Большую дискуссию среди депутатов вызвал старинный регламент работы Генеральных штатов, оставленный без изменений: они должны были заседать и голосовать отдельно по сословиям. Такой регламент автоматически превращал депутатов третьего сословия в меньшинство, хотя они составляли половину от общей численности депутатов. Депутаты третьего сословия требовали общих всесословных заседаний и индивидуального (поголовного) голосования.
12 июня они призвали депутатов других сословий присоединиться к ним, а 17 июня объявили себя Национальным собранием. Это смелое решение нарушало существующий порядок и фактически означало начало революции. 19 июня депутаты от духовенства большинством голосов приняли решение объединиться с третьим сословием. Поскольку правительство пыталось помешать их заседаниям, 20 июня, собравшись в зале для игры в мяч, они поклялись не расходиться, пока не примут конституцию государства.
23 июня Людовик XVI на общем собрании депутатов объявил им, что готов ввести равное для всех подданных налогообложение, реформировать судопроизводство и вообще сделать многое из того, чего добивалось третье сословие. Но он подчеркнул, что не намерен ни с кем делить власть и поэтому не собирается отменять прежний регламент работы Генеральных штатов. С угрозой в голосе он заявил: «Если вы не поддержите меня, то я вполне могу обойтись и без вас». Угроза короля вызвала большое волнение среди депутатов третьего сословия. Они остались на своих местах и после того, как заседание было закрыто.
Людовик XVI уступил давлению революционных сил и 27 июня приказал депутатам от дворянства присоединиться к их коллегам от двух других сословий. Революция, таким образом, торжествовала первую победу.
* * *
9 июля 1789 г. депутаты всех сословий объявили себя Национальным Учредительным собранием. Фактически они посягнули на одну из прерогатив короля — право определять устройство государства. Была образована комиссия для разработки конституции.
Эти действия всполошили придворную знать, убедившую короля занять твердую позицию по отношению к депутатам. К Парижу стали стягиваться войска. 12 июля произошли столкновения между революционным народом и стражами порядка. А утром 14 июля вооруженная толпа двинулась по направлению к крепости Бастилия, где, как предполагалось, хранились запасы пороха и оружия.
Штурму Бастилии суждено было стать символом Французской революции. Это событие не только знаменовало выход на политическую арену городских народных низов — санкюлотов[1], как говорили в то время, но и явилось наглядным свидетельством крушения старого порядка. В назидание потомкам старая крепость-тюрьма была срыта.
Взятие Бастилии повергло в панику окружение Людовика XVI. Многие аристократы бежали из Версаля или из своих родовых поместий за границу. В их числе был и младший брат Людовика XVI граф д’Артуа.
Людовик XVI не пожелал последовать примеру своего брата. Он пошел на уступки, приняв из рук людей, которых еще накануне презрительно именовал «бунтовщиками», трехцветную сине-бело-красную кокарду. Это было сделано в знак примирения короля с революционным народом Парижа (красный и синий — цвета парижского герба, белый — королевского знамени Бурбонов). Трехцветная кокарда стала символом революционной власти и со временем трансформировалась в новый государственный флаг Франции.
Победа 14 июля воодушевила оппозиционно настроенные слои населения в столице и провинции, вплоть до самых отдаленных уголков страны. В городах повсеместно формировались новые институты власти и местного самоуправления. В Париже еще накануне восстания 14 июля возник революционный орган исполнительной власти — муниципалитет, который приступил к формированию гражданской милиции. Вскоре после взятия Бастилии был избран мэр столицы, а гражданская милиция была переименована в национальную гвардию. В конце июля в столице был создан и орган представительной власти — генеральный совет Парижской коммуны. С конца июля «муниципальная революция» развернулась и в провинции. Одновременно сельские местности Франции охватил «великий страх». Так называют панические настроения, которые распространились среди крестьян в связи со слухами о том, что банды разбойников, нанятых «аристократами», якобы собираются уничтожить на корню урожай текущего года. Крестьяне нападали на поместья и замки дворян, подвергая их полному разграблению. Во время нападений крестьяне в особенности стремились уничтожить хранившиеся в замках документы.
