Василиска 11

— А почему сейчас сказал? — допытывалась она, похлопав по скамейки рядом с собой.

— Потому что ты всё равно полезешь... — обречённо вздохнул муж, присаживаясь рядом и, садя девушку себе на колени. Её руки тут же скользнули по его груди, расстегивая пуговки... Нравится ей гладить его.

Лиска не за что не поверила, что в Эльдоре не было других аборигенов. Морские и крылатые? А дальние острова? А горы? А болота? Там ведь тоже имелась жизнь. И что стало с народами? А вот тут история умалчивает. По словам спасшихся с погибающего мира, выжили только они, самые одарённые, самые лучшие. Самые, самые, самые.

А ведь они просто не туда эти самые врата открыли. Сами привели в свой мир погибель.

Глава 20

20.06

Лавандиэль пришёл в назначенное время. Не один золотоволосый целитель с внуком решили поприсутствовать во время клятвы, посмотреть, что будет. Лиска попросила проводить их в одну из беседок, где они встретились и он дал клятву на крови. И так же, как и у Изара, только на изображении зелёной веточки дуба, появился у него звёздочка, похожая на цветок. Платиновый эльф даже задышал с облегчением. А ведь у него уже имелось своё растение, и он учился с ним взаимодействовать, а через него и с миром. И если при взаимодействии ему требовалось или касаться растения, или сидеть с ним рядом, то...

— Чувствуешь связь отсюда? — чуть ни промурлыкала Лиска, проследив его взгляд в сторону Садового посёлка. Мужчина растерянно кивнул. Он не только ощущал своё дерево, но и тех, кто находился поблизости. — Я бы сказала, что планета один большой организм, и он живой. Но это значит, почти ничего не сказать. Это, как если бы мыслить, как аквариумной рыбке — в своей плоскости. А мир он больше... гораздо... Дым, сними, пожалуйста, верхнюю часть одежды, — попросила белянка мужа об одолжении. А то, если ему сказать, разденься. Он полностью оголится.

Когда Изар увидел тёмные узоры на теле дроу, он подскочил с лавки со словами, что этого не может быть. Не может, так как ветки священного дерева появляются только у правителей или... Лиска подняла руку, и на ней проявилась такая же татуировка плетённой веточки, только не чёрная, а серебренная.

— Благословение... — выдохнул эльф. Подошла Лиска к своему мужчине и взяла его за руку, и тату тёмной веточки начала изменять цвет, стала ярче, с прожилками серебра. Но стоило белянке прикоснуться к коже выше, растительные узоры под её пальчиками приобрели более яркий цвет. Красиво!

— Не туда смотрите, хочу знать, что это клеймо у Дыма на груди, он мне говорит, что это материнская метка дома, и что она, якобы, сдерживает в юном возрасте пробуждающуюся тёмную энергию, а я вижу блок, что буквально выжгла одну из его основных энергетических артерий, — провела Лиска пальчиками от первой татуировки, ко второй — растительной, и она засияла холодным звёздным светом. Приятно. Магия приятно заколола в пальчиках, вызвав блаженную улыбку на её лице. И в её теле, вместе с отреагировавшей на её же руке метке, вспыхнуло сладостное желание. — Он говорит, что такую скоро надо будет сыну поставить, а я против.

— В семь лет, — подал хриплый голос тёмный эльф. Лиска не замечала, как её пальчики сами по себе обводят тёмные листочки с яркими прожилками на соблазнительном мужском теле, погладила она сильное плечо. Не удержалась и языком провела по серой коже...

— Кхе-кхе... — Изар отвлёк девушку.

— Хи-хи... — опустила беляна бесстыжие глаза, но руки от своего мужчины не убрала, вцепилась в него. Переплели они пальчики... и Дым, поддерживая её желание, сжал их. Что там лекарь рекомендовал? Воздержаться от близости? Но если тело требует, значит, надо. Это же, как витамины... — Извините...

Чтобы Лиска поняла, уважаемому эльфу пришлось рассказывать издалека. Они — эльфы, существа природы и, когда-то давно, они жили в единение с миром. Города не строили, а каждая семья селилась там, где чувствовала себя на своём месте. У каждого имелись силы, чтобы изменить природу растений, чтобы, не уничтожая, сотворить себе и своей семье уютный дом. А так, как они — эльфы, долгожители, по дому можно было понять, насколько семья счастлива. Цветы, детский смех... Но в какой-то момент всё изменилось. Послужила ли ухудшением с миром стремление некоторых к знаниям, богатству и величию, никто уже не знает. И никто уже не вспомнит, когда произошло разделение эльфов на светлых и тёмных. Когда произошли первые стычки между ними и другими представителями...

— Когда-то наши растительные метки были всего лишь подсказками, чтобы нам было проще искать своё место счастья, — Изар тоскливо поднял взгляд на переплетённые пальцы дракона и тёмного дроу. — В Эльдоре такие метки обозначали совместимость: магическая, физическая. И всегда вознаграждалась множеством детей у такой семьи.

И Дыму, и Лиске понравилось, что эльф сказал. При слове 'дети', они переглянулись, и хоть грубоватое лицо дроу держало маску суровости и непоколебимости, глаза сияли счастьем и надеждой. Когда-нибудь...

— Подождите, подождите, а вы сказали, что такие метки-браслеты появляются и у семейных пар при ритуале брака? — приподняла Лиска бровь. Слишком много эльф всего положительного сказал. Но так же она понимала, что он чего-то недоговаривает.

— Метки появляются и у провёдших вместе ночь, если магия мира признала их подходящими для продолжения рода, и у заключивших брак в священном лесу, — подтвердил Изар.

Но вот, если в первом случае метки появляются и отзываются друг на друга, то во втором случае они, если и появятся, то это не факт, что отзовутся друг на друга. Это как и у людей. Брак может заключаться и по расчёту. И тогда, священный знак становится всего лишь вынужденной условностью. И без регулярного подтверждения, исчезают совсем. Но сейчас и эту условность эльфы избегают: куда проще подписать магический контракт и самим контролировать.

Молодёжи стало мало. Дети для долгожителей перестали быть первоочередным планом. На только рождённую девочку у эльфов уже очередь, кто первый заключит контракт, выведет её в свет, похвастается, как выращенным цветком.

А для проверки совместимости, раз в год эльфы устраивают Цветочный праздник. Пир горой. Море эльфийского сладкого напитка. Пары в цветочных костюмах. Масках. День на празднование и ночь, когда можно без зазрения совести искать своё счастье.

Так, так, так... опять ушли от темы. Лиска напомнила про метку на груди своего дроу. Оказалось, она специально ставится, чтобы исключить вот такие... указал Изар на Лиску, ошибки выбора. Мужчины дроу слишком хорошо совместимы со многими другими расами мира Эльдора и не только. Их властные женщины придумали своего рода рабскую метку, что ставила блок на развитие именно той энергетической артерии, что отвечала за появление особенной метки. И они нашли способ контроля даже своих сильных магов. Поэтому Изар так эмоционально и воспринял увиденное. Но не только. Эти метки — принадлежат к их эльфийскому миру. И вне Светлых земель они не должны были появиться. Если только... Если только самим эльфам не соврали. Как не было в мире Эльдор никакого Священного леса в Светлых землях. А был один мир с его просторами, где каждый клочок земли, каждое растение, имело силу. Так и тут. Переселились эльфы, но принявший их мир не приняли, сочли его грубым и диким. Погрязли в склоках, интригах, ненависти, мести.

— Мы привязаны к миру, если вокруг всё хорошо, то и мы чувствуем умиротворение, — развёл пожилой эльф руками, показывая, почему они тянутся к её имению. Хорошо у неё тут. И в подтверждение этого в беседку влетела фея. Её бы можно было перепутать с магическим светлячком. Да только он не оставляет осыпающуюся светящуюся пыльцу за собой. Подлетела она к окольцованной паре. Лиска уже стояла под рукой дроу, беззастенчиво прижимаясь к его голому боку. Дунула на близко подлетевшее к своему лицу магическое создание. И фея, чуть-чуть сбитая со своего направления, полетела выше, перелетела через мужское плечо, оставив на серой коже яркий след.

— Хи-хи, — уткнулась белянка в мужчину.

И у Изара была бы улыбка. Но он хорошо понимал, что Лиска сказала правду про Светлый город эльдов, что стоял на берегу моря. Их прошлый правитель не стерпел отказа. Нарушил всё, что можно было. И более чем уверен, действительно, уничтожил город. А прилетело всем эльфам. Всё это время наблюдавший за происходящим эльфийский целитель, подал голос. Что, получается, это они сами не приняли мир, в который пришли, нарушили свои же законы, и сами поплатились. Но есть ли способ всё исправить. Дети не виноваты в том, что сделали их предки. И клятву на крови ему давать не понятно кому не хотелось бы.

— А вы не мне давайте, вы миру дай клятву, — ответила Лиска. Мир он живой. Он слышит.

Подумав несколько секунд, уважаемый целитель поднялся и прошёл по беседке. Если у него всё получится, потом он попробует дать внуку такую возможность. И тогда... тогда, всё будет хорошо.

Эльф вышел с беседки и немного прошёл по тропинке. На его лице не отражалось не одной эмоции, кроме глубокой сосредоточенности. Достал он маленький нож и резанул себя по руке, несколько красных капель упали, как роса на траву. Практически незаметная простому взгляду вспышка, и капли пропали, а на месте небольшой ранки у ушастого мужчины появилась золотистая полоса.

Можно было бы сказать, что ничего в вернувшемся в беседку целителе не изменилось. Кроме настороженно прижатых к голове ушей. Кроме отзывающейся на магический фон его растительной татуировке на руке. Он еле сдерживал желание поднять конечность и пощупать пространство вокруг себя. И почему-то тянуло к девушке. Нет-нет, не физически. А на каком-то ином уровне. Будто сам мир показывал, кого надо оберегать и защищать. А этот момент, он даже немного дроу позавидовал, но не с злым умыслом, осознав, что хотел бы быть на его месте.

— Уважаемый Изариэльдиэль, я вижу, что всё получилось, мир принял его, но не пойму, почему он так на меня смотрит, будто я ему задолжала, — полушёпотом обратилась белянка к Изару.

— Его метка, кажется, на тебя реагирует, вот он и не поймёт, что происходит, — вздохнул Изар, сегодня день откровений. А он тут единственный, который знает больше. Эркель перевёл на старшего сородича непонимающий взгляд, так же требуя объяснений. — Лиска сейчас, что солнце для растения.

У-у-у... дроу одним взглядом предупредил эльфов, что с ними случится, если их и дальше будет тянуть к его жене. А юный эльф заёрзал на месте, ему тоже хотелось понять, что происходит. И может ли и его принять этот мир. Мечтательно посмотрел мальчишка на растения вокруг, на деревья...

— Мне нужно собрать совет, поговорить, — выдохнул Изар. — Хотя, мне кажется, что они и так всё знают.

Эльфы ушли решать свои проблемы. Лиска с Дымом проводили их взглядом, в обнимку обошли парк. Вист с Сивиром опять умчались в Большие луга по поручению Шамиля. Их задача подготовить проекты по проведению городских коммуникаций: свет, вода, канализация. Сделать подробную карту города, и найти потайные ходы. То, что они где-то есть, никто не сомневался. На поиски ходов, взяли оборотней. Они всё найдут.

Поднесла Лиска переговорный браслет и связалась с дядькой Митей. Она свободна и сама может заняться детьми. Пока свободна. Рюкзак уже готов.

Глава 21

22.06

Готова?! Готова! Лиска, можно сказать, сбежала из дома. Но прежде она всех предупредила, что будет сопровождать уважаемого Изариэльдиэля в Светлые земли. А вернуться она может в любой момент. У неё же кристаллы.

Шамиль хотел сам проводить её до портальной арки, передать её из рук в руки эльфу, и пригрозить тому, чтобы он за ней присматривал.

А что её передавать. Дым привёз её на развилку дороги к тому времени, как одна из машин имения уехала за Изаром.

— Ну, пожалуйста, Дым... — целовала Лиска своего дроу, обнимала за шею. — Ну, не обижайся на меня... Я же не одна.

Машина подъехала и остановилась рядом с леди. Светлый, кремовый костюм Дерека, из которого юный маг давно вырос, на ней идеально сидел, и жабо смотрелось. Лисандр Фён сел на переднее сиденье, а не Лиска.

— Доброе утро, уважаемый Изариэльдиэль, в этом виде обращаться ко мне, как к мальчику, я тут понял, что вы собрались в Светлые земли, не позаботившись о сопровождении, а при вашем статусе и в вашем возрасте это не очень хорошо, вот я и еду с вами, обоими... — махнула она своему остроухому водителю с хищной клыкастой улыбкой. Рога его были прикрыты магией. А хвост... обвит вокруг ноги. Переглянулись дроу и лэр, совсем незаметно кивнули друг другу, договорившись о чём-то своём мужском.

Тёплый ветер дул в лицо. Лиска ещё некоторое время смотрела на оставшегося позади своего дроу, застывшего, как камень. Он просил Лиску отправиться с ней, но для неё важнее, чтобы кто-то надёжный присматривал за имением и детьми. А в небе всходило солнце, предвещая новый солнечный день. .

Лиска потёрла грудь, под рукой почувствовав дорогой кристалл альвов. Противоречивые желания требовали немедленно развернуться и вернуться домой, но что-то тянуло её в Светлые земли. И не только украденные люди. Магия какая-то... перешла она на магическое зрение и увидела тонкий поток, что как будто обвивался вокруг её руки, тянул... 'Иду...'.

А не так далеко от Соколиного имения, проскользнула по земле огромная тень. По мере её продвижения, казалось, замолкала сама природа. Даже насекомые прекращали трещать в трава. В воздухе почувствовалась гроза...

Лиска втянула воздух, нахмурилась, ощутив что-то непонятно знакомое, но что именно не могла понять. Отмахнулась. Переключила внимание на дорогу перед собой, что шла прямо в город. И показавшаяся картина её порадовала. Город разрастался, становился красивее, парки, широк улицы, застеклённые дома. Да, Акарна был похож на посёлок городского типа. В основном, одноэтажные здания. Торговые ряды недалеко от речного порта. Склады. Цеха. Мастерские.

Машина проехала мимо новой больницы. Ян с группой молодых интернов о чём-то беседовал на крыльце. Увидев знакомую машину, парни помахали в приветствие, Лиска им тоже махнула. С грустью подумав, что не скоро ей удастся вернуться к работе врача. Некогда ей. В работе молодым лекарям помогал призрачный лорд Лиссандр. Инспектировал приём посетителей, просматривал карточки за определённое время, какие диагнозы ставили, что выписывали. Хорошо, что тяжёлых больных за последнее время не поступало. Травмы на производстве, ушибы, не тяжёлые переломы, сотрясение. Даже поножовщины не было в выходные и праздничные. И всё благодаря грозной страже. Теперь у Шамиля есть куда сбывать нарушителей закона. Как только прошёл слух, что теперь даже за простую хулиганку, будет не две надели нарушитель улицы убирать, а отправляться на работы в Темногорье, сразу стало тише.

Рядом строилась целая улица для работников больницы. С наружи дома выглядели практически одинаково, а вот внутри... для разного количества проживающих. Один дом рассчитывался на интернов, проходивших практику, другой на девушек медсестёр, где второй этаж это комнаты, а первый — зал, кухня, хозяйственная часть. Несколько домов рассчитаны на семейных людей с детьми. И один из домов Лиска собиралась передать Яну, как директору больницы. А то живёт у неё в имении вместе со своей невестой. Время от времени, чтобы порадовать девушку, он делает ей дорогие подарки. Правда, счёт пересылает белому лорду. Тот пошипит немного, но выплачивает. Всё-таки нужные люди должны быть довольны и позволять себе немного больше простого работника. Лиска уже слышала, что отец невесты — средней руки торговец — с гордостью всем знакомым сообщил, что Ян — это его зять. Ну и что, что свадьба через полгода. И следит тесть, чтобы никакой ушлый горожанин не посмел пригласить перспективного молодого специалиста к себе на смотрины. Занят парень!