Графиня Справедливая

— Что люди собираются.

Варя кивнула.

Да, в этой истории все повторяется. Значит, она пока не оказала серьезного воздействия на ситуацию.

С другой стороны... а правда — что она такого сделала?

Ожерелье сперла? Так его и в той ветви истории сперли. И распродали по камешкам.

Пирамиду построила? Познакомила всех с Аляской?

Ну... а не было бы Аляски, аристократы бы эти деньги в карты проиграли. Или на скачках. А так на благое дело пойдет.

Бедняков она не трогала, вот, и не оказала никакого влияния на настроения масс.

Какая крестьянину разница, что Филипп Эгалите себе сороковой бриллиант в нос не купит? Ему-то так и так детей кормить нечем!

И это сильно надоело людям.

Они собираются, они постепенно выходят на улицы...

— Вроде как откуда-то подвозят вино.

— Вино?

— Да, леди. Говорят, что король вызвал войска, чтобы разогнать Учредительное собрание.

— И?

— Парижане хотят защитить свою свободу. И для этого им нужно оружие.

— И где его хотят взять?

— Пока мальчишки говорят об этом 'по секрету'. Но говорят, что большие запасы оружия хранятся в Бастилии.

— То есть весь Париж уже в курсе.

— Примерно, половина. Но постепенно искра разгорается.

Варя кивнула.

Скоро, уже очень скоро...

Главное — не сгореть, когда полыхнет. И террор... да, это тоже началось в мирной и прекрасной Франции. Отсюда оно пошло.

Хорошо еще, дети в Швейцарии.

Даша, конечно,, слабое звено. И самое красивое, кстати. Но Даша пока при Варе и спокойна. И Андрей тоже рядом. На улицу они не выходят и толпе не попадутся, это главное.

За остальных Варя спокойна. Что Федот, что Митчелл — эта компания кого угодно сожрет в три укуса. И женщина преспокойно отправилась на кухню.

Есть приходилось всухомятку, ну да ладно. Потерпит она немножко.

Исторические, чтоб их, события.

* * *

Сэр Брайан проглядел бумаги, зло выругался.

Самое забавное, что рассказы о Клондайке принесли чуть ли не больше денег, чем пирамида.

Но они пока еще только начали.

Пока приехали, пока обосновались, пока наняли достаточно сотрудников — Брайан решил не поступать, как леди Барбара. Она-то сосредоточилась только на аристократии, но ведь и с обычных людей тоже можно много чего поиметь! Разница в охвате... вместо одной элитной конторы пришлось открыть три десятка мелких, но пока расходы были больше доходов.

Аренда помещения плата сотрудникам, сбор денег, первые выплаты...

Пока им хватало на все, но впритык.

Потом развернется сильнее? Когда первые клиенты получат первые деньги и поверят в чудо?

Леди говорила примерно так.

Сначала выплаты, потом уже доверие.

Еще эти собачники подвели Том Холт и Джордж Кастро, сволочи! Взяли своих шавок и уехали! И участвовать не соглашаются! Мол, им и так на дело хватит, а остальное... нет! Им больше риск не нужен! Они питомник откроют и будут торговать 'аляскинской породой'.

А Брайану был нужен! И Дональду! И...

От мыслей Брайана отвлек стук распахнутой двери.

В комнату медленно вошел мужчина лет пятидесяти.

Старик?

Э, нет! Такие старики десяток молодых уложат, и пойдут своей дорогой, не запыхавшись.

Высокий, волосы седые, глаза голубые яркие, двигается, словно большой кот. И шрам на лице.

Бабы от таких млеют. Трость в руке, костюм жутко дорогой...

— Мистер?

— Сэр Брайан Хьюстон?

— Да, мистер. С кем имею честь?

Трость взлетела — и грохнула по столу. Кажется, в ней был свинец, потому что стол жалобно хрупнул всеми ножками. Пока — устоял, но Брайан со стула свалился на пол. Встать-то он не сообразил!

— Честь имеешь? Сейчас проверим, — промурлыкал мужчина, приближаясь к Брайану. И трость уперлась тому в горло. — Тебя кто, сучий потрох, надоумил про Аляску петь? Кто на землях ее императорского величества золото добывать решил? А?

Брайан булькнул что-то невразумительное.

Мужчина чуточку надавил на трость, отчего баронет стал сильно напоминать колером вареный бурак.

— Не перебивай меня, щенок! Не то пришибу, возьму грех на душу. Не знаешь, кто я?

Выпученные глаза ясно говорили — не знает!

И век бы не знать, не ведать! А не получится уже!

— Будем знакомы, ублюдок английский. Я — граф Орлов-Чесменский. И таких как ты давил, еще когда ты пеленки пачкал. Ну, хрюкни что-нибудь, послушаю.

Трость чуточку ослабила давление. Но Брайан оказался не оригинален, за что и поплатился.

— Послушайте, это недоразумение...

Нога Алехана взлетела в воздух — и с силой опустилась на руку несчастного баронета, пригвоздив левую (она была ближе) ладонь к полу. Да всей тяжестью.

Да каблуком.

Кости только хрустнули.

Проворачиваться на месте Алехан не стал, трость отнимать не хотелось. И так клиента хорошо от боли выгнуло, не фиксируйся он на полу двумя точками, точно бы вверх взлетел.

Но куда там!

Нехватка воздуха мигом кинула баронета обратно, да и упертая в горло трость сработала не хуже кляпа.

— Тебе яйца дороги? А то по ним попасть еще легче, будешь почетным евнухом, в гарем продам, — ухмыльнулся Алехан.

Брайан побелел.

Самое ужасное в словах мужчины было то, что он и правда — мог.

Вот все что обещал, все и сделает. А может, и от себя добавит. Для Брайана происходящее было чем-то ужасным. А для Алехана... а что такого?

Неблагородно?

А какое может быть благородство с такими тварями? Даже если он и правда баронет (хотя поляки варшавские вас баронетом за три монеты сделают, хоть с целым легионом предков), и что?

Это ж то же самое быдло, которое себе за деньги титул купило! Род Орловых с пятнадцатого века известен*, а это — что?!

*— вообще, может, и раньше, но в Смутное время с документами плохо было. Прим. авт.

Трость отодвинулась от горла Брайана, правда, рука осталась.

— Я...

— Ты?

— Это... поймите, никакого золота нет!

Алехан сощурился.

— Да ты что? Совсем нет? Лично бывал?

Брайан замотал головой. Лежа на полу получилось плохо, но уж как вышло.

— Это просто афера, понимаете? Золото добывать там нельзя, условия не те!

— Я рассказы читал!

— Это просто книги! Просто слова!

Не то, чтобы сэр Брайан собирался выгораживать леди Барбару. С чего бы? Когда хвост прижмут, так каждый сам за себя становится. Но это ведь информация. И за нее можно поторговаться!

Не выкладывать все сразу, а получить что-то себе!

Алехан оскалился так, что у сэра подозрительно подмокли штаны.

— Слова? Кто это писал?

— Это один человек... Роджер Уэбб!

— Он там был? Так написать не получится, если там не побывать! Люди, которые были на Аляске, говорят, все точь-в-точь описано! Недоговариваешь, с...а?

Трость взлетела, нацеливаясь на горло, но ударить Орлов не успел.

— Стоять!

Дональд Картер стоял в дверях, целясь прямо в Орлова из пистолета. И рука у мужчины не дрожала.

— Горло вырву, — пообещал Алехан.

Пули он не боялся, просто, если сейчас ввязываться в драку, есть возможность прибить тварей. А он еще ничего толком не узнал.

— Авось, промахнешься. Отошел от него на три шага! Ну!!!

Пистолет нацелился точно в сердце.

Алехан сделал шаг назад. Потом еще два.

Брайан сначала отполз поближе к Дональду, потом поднялся с пола.

— А вот теперь поговорим, граф. Вы русский?

— Именно.

— Императрица прислала вас сюда?

— Да. Ей стало интересно, кто это такой наглый орудовал в Париже.

Брайан подхватил правой рукой левую.

— Вашей императрице это как помешало? Русских мы не трогали!

— Это — наши земли. Императрице стало интересно, кто смеет добывать на них золото.

— Никто — пожал плечами Дональд. — Как это вообще можно сделать?

— Сплавиться по реке через два порога, потом через перевал Чилкут, потом...

Память у Алехана была отличная.

— И что? Это просто написано.

— И просто так нарисована карта, полностью совпадающая с реальной?

— Город Верона существует и сейчас. Но Монтекки и Капулетти там нет что бы ни написал мистер Шекспир.

— В Верону можно съездить и посмотреть. А на Аляску? — голос Алехана снизился до шипения. — Вы мне, шваль английская, будете рассказывать, что сами все придумали? Да на вашем островке столько умных нет, чтобы это написать!

Мужчины не успели ответить на оскорбление.

В комнату вошел Боб Дэвис, и увидев незнакомца, поступил решительно.

Уж не просто так, наверное, в него целятся?

В Алехана полетел табурет.

Только вот Орлов был не тем человеком, чтобы его можно было просто так свалить. Шаг в сторону, табурет пролетает мимо, но тут умудрился выстрелить Дональд.

И надо же!

Нет, не промахнулся, попал в плечо.

Алехан взвыл, зажимая рану. И выстрел послужил сигналом для его людей, не один же он сюда явился! В гавани Нью-Йорка стоят три его корабля, и с десяток матросов он с собой прихватил.

Завязалась ожесточенная драка.

В конторе на тот момент было четверо 'прохвостов', и сдаваться они не собиралась, а к поножовщине привыкли. Алехан же командовать временно не мог.

Пуля перебила ключицу, так уж неудачно для него получилось. Матросы, видя, что Орлов сползает по стеночке, и кажись, уже совсем того...

Пленных взять не удалось.

Вообще.

Когда драка закончилась, матросы подхватили Алехана, прибрали хозяйственно четыре трупа, выгребли все бумаги, выломали из пола сейф, то есть несгораемый ящик, и отправились на корабль. Распоряжений-то им не давали, а думать — дело господское. Не их — точно.

Известие о перестрелке быстро дошло до оставшихся англичан, и троица, которая была в городе, кинулась в главную контору.

Расспросить свидетелей было несложно, узнать, что приходили русские — тоже. И вывод был сделан четкий.

Надо драпать.

Ладно бы еще хитростью, или как-то в обход, но свою шею под русский кулак подставлять? Э, нет! На это англичане не нанимались!

Бен, Боб и Пол направились домой. Правда, из дома вышел только Бен Коллинс. А спустя минут пятнадцать и дом огнем занялся. Потушить — потушили, но тела обгорели до головешек, улик не осталось, и выяснить, что там случилось, стало вовсе нереально. Погорело — все. А Бен исчез, словно растворился.

Или уже Натаниэль Смит?

Документы на другое имя он приобрел давно. И ждал только случая.

Вот, он и представился. И на троих сумма получалась неплохой, а на одного, так и вовсе королевской. Так что Бен дождался удобного момента, ударил ножом Пола, придушил Боба, забрал все деньги, и вообще, все ценное, что нашел, и отправился в Техас.

Там он собирался купить себе ранчо и прожить остаток жизни, выращивая коров.

Аляска?

Россия?

А, ну да... но это ж вроде далеко? Или нет? Слышал я чего-то такое, но мне это неинтересно! А вот племенной бычок, или вон та телочка...

Бен знал, главное — это вовремя остановиться.

Вот, леди из дела вышла вовремя. И Митчелл спрыгнул тоже.

И Том с Джорджем.

А кто не успел, тот расшибся на полном ходу. Бену расшибиться не хотелось. Ему просто хотелось спокойно жить в глуши. Раньше его доли на покупку ранчо не хватило бы, а сейчас — в самый раз. И на ранчо, и на скот, и на всякое обзаведение останется... ну и чего?

Все, довольно!

Basta, как говорила иногда леди. *

*— итальянское 'достаточно'! Прим. авт.

Чуточку забегая вперед — ему все преотлично удалось. Именно потому, что больше Бен ни на что и не покушался. Спокойно доехал, купил ранчо, стадо, завел знакомства, женился на дочке соседа, завел детей и спокойно опочил в своей кровати в возрасте восьмидесяти одного года от роду.

Ну а что про Аляску ему было неинтересно — это уж дело такое. И про другие страны тоже — бывает. Зато сосед хороший, скотина у него отличная, ну и чего еще надо?

Ни жена, ни дети, так никогда и не узнали, что Натаниэль, их Нат, при рождении носил совсем другое имя. Да и ни к чему им было.

Не было ничего такого — и точка.

* * *

Алехан пришел в себя уже на борту корабля, где и выслушал от лекаря много лестного про идиотов, лезущих под пули.

Ответил в том же духе и получил в ответ угрозу. Или привязать к кровати, или напоить слабительным. Чтобы сидел смирно в гальюне и не высовывался, пока плечо не заживет.

Учитывая характер лекаря — он это вполне мог сделать, так что Алехан присмирел, и принялся расспрашивать матросов.

Узнал, что у него в наличии четыре трупа.

Потом узнал, что в наличии еще два трупа.

И — все.

А где искать, кого искать, чего — нет, непонятно. Наверняка кто-то был! Но кто и где?

Алехан приказал принести все бумаги, которые нашлись в съемных домах, и принялся просматривать. Но...

Основное, а именно Варину отчетность, бумаги и гравюры Уэбба и прочее, относящееся к предприятию, англичане держали в съемном доме, который поджег Бен. И при пожаре ничего не уцелело. Бен еще и специально постарался.

Англичанин отлично понимал, что по этим бумагам можно узнать всякое лишнее... может, и про него?

Да кто ж знает!

Он все не читал, он вообще не особо грамотный, это Брайан и Дональд таким могли вертеть, а ему... нет, ему это все резко не нравилось. Так что первыми занялись именно бумаги. И вообще — подвал. А потом уж пламя пошло снизу вверх, и не остановить было. Алехан мог беситься, мог не беситься, все равно это ничему не помогло бы.

Ниточки оборвались.

Правда, про торговлю 'аляскиинскими' собаками он узнал. Но туда еще надо было добраться, а ключица никак заживать не хотела.

Еще и мэр Нью-Йорка добавил жару... у нас тут не дикая Россия, медведи по улицам не ходят! Вот и извольте в цивилизованной стране вести себя, как приличный человек!

Алехан приказал выкинуть негодяя за борт, что и было исполнено. Но хорошего настроения это графу не добавило.

Это у них-то дикая страна?!

Да ты хоть своего деда-то знаешь? Понаехали тут со всего света и воображают себя неизвестно кем! Тьфу!

* * *

Мария-Антуанетта посмотрела на небольшую комнатку.

Шкатулки. Ларцы. Даже два сундука — все стоит тут.

Ханс помог. И Мария де Ламбаль.

Все драгоценности Марии-Антуанетты были тут. И кое-какие — ее супруга.

Ферзен приносил все более страшные новости. Вольно ж было Луи махать на все рукой. Созвать генеральные Штаты — что ж, бывает. Но в середине июня они объявили себя Национальным собранием, а два дня назад — Учредительным. И принялись разрабатывать новую политическую систему, основанную на свободе, равенстве и братстве.

И распустить их Луи просто не смог.

Не повиновались.

Ввести войска?

Хорошо, допустим...

Вот тут Мария-Антуанетта и поняла, что все может плохо закончиться. Когда войска против обычных жителей... отговорить?

Но Луи просто не слушал ее!

Еще и Филипп Орлеанский подзуживает, так и вьётся рядом с мужем...

Что оставалось делать королеве?

Только спрятать все, что потом может пригодиться ее детям. И ждать.

Бежать ведь пока еще рано? Или... уже поздно?