Вторая тень

"Мы знали, что наши усовершенствованные народы станут предвестниками хаоса", — напрямик заявила Тилотни. — "Гнусные некроманты намеревались сделать то же самое, но с более зловещими целями. И всё же то, что, как мы предполагали, должно было произойти, не произошло... Я не могу понять, почему".

"Возможно, наш эрудированный брат сможет нам показать, — вмешался Син, — потому что я бы хотел увидеть катастрофу, к которой привело наше сотрудничество с альтерранцами".

С неохотой Великолепный Ап показал им их историю с того момента, как они были предоставлены сами себе.

ТЕХНОКРАТЫ БЕША

Прошло много лет с тех пор, как Архитекторы изменили Элай и Элиум. В то время как первые превратились в безумных фанатиков, яростно выступающих против всех, кто не разделяет их радикальных убеждений, вторые стали одержимы манией величия и стремлением достичь всего, чего только может достичь наука, невзирая на последствия.

Элиумские альтерранцы продолжали колонизировать различные миры, в том числе холодную Арканию, где они объединились с кланом следопытов Сефи, чтобы изгнать враждебное поселение Собекк. В результате их браков с последователями Сефи появилась арканианская раса. Однако во всех мирах, где они обосновались, элиумцы боролись с высокомерием и пагубными последствиями своих вышедших из-под контроля экспериментов. Так Великий Катаклизм обрушился на Цивилизацию Древних на Симбионе, превратив насекомых и паукообразных в ужасающих Колоссов и передав людям их насекомоподобные черты.

Прежде чем переселиться на безымянную замерзшую планету в соседней с галактикой Небесная река галактике Джиннорсил, одержимые идеей обрести бессмертие, на которое, по их мнению, они имели право, собрали азуранских жалящих ползунов, зараженных Анзати. Они слышали истории от тех, кто обслуживал их секретную лабораторию на Азуре.

Введя синтезированное химическое соединение, полученное из ползунов, в свои тела, они не обрели бессмертие, на которое рассчитывали, а создали еще одну расу, похожую на Анзати, — стойких призраков-вампиров, которые сбежали на Тозу, где использовали свои знания для разработки органических кораблей и технологий, с помощью которых можно было бы эффективнее добывать себе пропитание.

Даже те, кто действовал из благородных побуждений, сеяли хаос.

Эксперименты Могтурменов на Энце привели к распространению надоедливых гелиофобных могуай на трех планетах: Кельм-6 в хребте Порасти, Клинпф-А в созвездии Пчелиный улей Поллукс и Терра I в Земных мирах, известная Могтурменам как третий спутник Малой звезды No 67672. Выведенные из генетического материала пойманного менахууна

Великого менахуа (также известного как Ламаредд) и неизвестного разумного существа с глазами гномов, которое отказывалось с ними разговаривать, могуаи должны были легко адаптироваться к большинству условий, чтобы "способствовать миру и доброй воле", хотя на самом деле мир заключался в средствах саботажа — в частности, военных кораблей, которые причинили Энцу столько страданий. В то время как их ночные привычки позволили бы могуаи спрятаться, их миниатюрные формы позволили бы им получить доступ. И если бы их обнаружили, их милые лица, как надеялись, уберегли бы их от подозрений или сурового наказания.

Однако досадный просчет привел к тому, что их доброжелательные черты стали рецессивными, так что при неправильных условиях могуаи превращались во враждебных и злобных монстров. Тех немногих, кто смог противостоять трансформации, назвали Вечными, и именно они остановили укурсиан в Кателезии, натравив бронированных червей-телепатов друг на друга в их вулканическом мире.

Что касается альтерран, то им было нелегко учиться на своих ошибках.

Силенциум усердно уничтожал все следы ненавистных Абоминор, с которыми они воевали, но нетронутая часть разрушенного Абоминор ускользнула от их внимания. В поисках средства борьбы с созданными ими призрачноподобными вампирами, Элиумы приобрели его, привезли в свою лабораторию на Азуре и создали из него нанотехнологические формы жизни, которые они назвали азуранами. Гордые своими достижениями, альтерранцы праздновали победу, когда наниты начали самовоспроизводиться и сбежали.

Узнав о существовании Полидроксола, обитавшего в том мире, азуранцы

подражали мимикам, принимая не только формы, но и черты тех, кому они подражали. Пока Полидроксол тайно готовился к массовому уничтожению альтерранцев, азуранцы учились жестокости и предательству. Теперь, в форме Полидроксола, они вошли в свои

странные расплавленные города и начали целенаправленную атаку, которая почти уничтожила всех представителей этой расы до последнего. Те немногие, кому удалось спастись, переселились на Севетту, мир, выбранный из-за того, что его атмосфера была токсична для большинства разумных форм жизни... и там остались полидроксолы, их бурлящие инопланетные умы строили планы на день возмездия.

В очередной неудачной попытке исправить свои ошибки элиумы собрали еще больше зараженных жалящих ползунов и начали испытания на Убе V, что привело к вспышке чумы, которая мутировала и унесла множество жизней, вынудив элиумов снова бежать. Отвлекаясь на это, они дали возможность застигнуть себя врасплох занибарцам, которые, убивая всех на своем пути, похитили образец абоминора (в результате первых экспериментов появились эледроны).

Оставшись с многочисленными врагами за спиной, альтерранцы отправились за помощью на Терру II, но были разочарованы тем, что встретили там, по их мнению, примитивных существ, и стали искать помощи в другом месте. По иронии судьбы помощь пришла именно из этого мира.

В соответствии с правительственной программой "явного предначертания" тайная группа ученых, которые были почти такими же высокомерными и недальновидными, как сами элиумы, поверила в их бредовую легенду о Древних и использовала их модернизированные врата, чтобы вступить в бой с превосходящими силами джостранцев, элайцев, азуранцев и призрачных существ и успешно победить их, попутно колонизируя миры тех, кого они считали отсталыми.

"ПЕСНЯ К ЗВЕЗДАМ"

Как только показали эти события, Тилотни начала: "Мы преподнесли им подарок, чудо, которое даже во сне мало кому удавалось потрогать или попробовать на вкус! И что они с ним сделали? Растратили его впустую. Я пришла к пониманию того, почему их Создатель оставил их".

"Апатия и стремление к самовозвеличению — отличительные признаки моральной пустоты", — согласился Ап.

"Мы увеличили количество определенных групп, чтобы они обладали большим интеллектом, ловкостью и силой, необходимыми для осуществления наших планов", — добавил Син, — "но каждый раз, за некоторыми исключениями, нам удавалось создать только сумасшедших-сверхлюдей."

"Наши дополнения лишь усугубили их недостатки", — вставил Ап.

"То, что мы не знали об этом с самого начала, выставляет нас дураками", — с сожалением сказала Тилотни.

"Обманутые, высокомерные и алчные глупцы", — язвительно добавил Син. — "Ты могла бы заставить их поклоняться тебе инстинктивно; просто взглянув на тебя, ты могла бы заставить галактику склониться перед тобой..." — Когда она не ответила, он продолжил: — "И всё же, если бы тебе нужна была слепая покорность автоматов, ты могла бы создать своих собственных марионеток. Ты хотела чего-то другого..."

"Она искала любовь", — заявил Великолепный Ап.

Правая рука Тилотни взметнулась вверх, словно пытаясь схватить что-то невидимое и недосягаемое.

"Это слово слишком часто употребляют и неправильно понимают... и всё же в нём заключена величайшая сила. Люди ищут любовь во многом из того, что они делают: в своих божествах, в своих детях, в своих возлюбленных и друзьях, в своих созданиях... и всё же они предают всё это! Они не подчиняются своим богам и отрекаются от них, причиняют вред своим близким, а тех, кто не входит в круг их семьи и друзей, они ранят или убивают по причинам, которые сами едва ли понимают".

"Это сложный вопрос, — возразил Ап. — Люди — это смесь добродетелей и пороков. И хотя по-настоящему выдающиеся люди стремятся к добродетели, как ни странно, именно те, кто склоняется к пороку, накапливают огромные богатства и обретают власть. Тем не менее, как мы видели в этом мире, многие человеческие общества успешно сотрудничают и интегрируются друг с другом и даже с нечеловеческими расами".

"Люди не лишены положительных качеств, иначе мы бы вообще не стали их использовать", — рассуждал Син.

"Но, несмотря на всю нашу мощь, мы не смогли их исправить..." — Тилотни удручённо смотрела на звёзды, её пышные волосы беспорядочно развевались вокруг головы.

Син повернулся к ней: "Я уже давно говорил тебе: мы не боги".

"Тогда кто же мы?"

"Если позволите, — начал Великолепный Ап. Его цвета изменились, потемнели до красного, а затем рассыпались по спектру. — Мы — Архитекторы... заблудившиеся в своих грандиозных замыслах, застрявшие между моралью, аморальностью и безнравственностью".

"Если это так, то чем мы лучше людей?" — спросил Син.

Но на этот раз никто не нашёлся с ответом.

ЗАЖГИТЕ НЕБО

Космос внезапно показался ей враждебным и чуждым, головоломкой без очевидного решения, полной бесчисленных тайн и невиданных опасностей. Тилотни чувствовала себя в нем потерянной, он пугал ее, но ее братья и сестры считали, что из-за этого она стала еще прекраснее и удивительнее, чем когда-либо.

"Как я могла не замечать этого раньше?" — размышляла она. — "Тот, кто создал нас, лишил нас столь многого", — и снова она почувствовала, как в ней закипает ненависть, хотя на этот раз к ней примешивалось чувство вины.

"Аберрантные Архитекторы, — отчитал ее Холодный Данда Син, — что нам делать со всем тем злом, которое мы причинили этой галактике?"

"Когда-то я думала, что мы выше таких чувств, как вина и стыд", — сказала Тилотни.

"Я — нет, — ответил Син. — Наш брат знал. Он предвидел, что мы натворим".

"Нет, — возразил Ап. — У него не было особой способности предсказывать будущее. Даже я не мог этого видеть. Он просто испытывал отвращение к тому, что мы считали необходимым".

Син задумался: "Пришло время объявить Архитекторов хозяевами этого мира". — Он спроецировал перед ними изображение Земных миров, Центральных миров и других планет, населенных людьми. По ним перемещались триллионы существ, не подозревая о замыслах Архитекторов. — "Давайте исправим то, что натворили".

"Все не так просто", — категорично заявила Тилотни.

"Время загадок прошло, — возмутился Син. — Что ты имеешь в виду?"

"Мы не можем это исправить. Ты сам это сказал. Мы не боги, и у нас нет даже мудрости Целестиалов. По этим причинам я не стану объявлять себя хозяйкой вселенной".

На мгновение в зале воцарилась ошеломленная тишина, а затем Син взревел:

"Непостоянная и мучительная Тилотни, неужели ты не видишь, что все это было напрасно?"

Его губы скривились в жуткой гримасе. Глаза налились кровью.

"Ты пытаешься обвинить меня, — ответила она скорее с грустью, чем с обидой, — и, возможно, так и надо было бы поступить, ведь именно я первой ступила на этот путь".

"И если бы ты не начала первой эти начинания и не соблазнили нас обещаниями фантазии — войны и страданий, возможно, никогда бы не случилось", — прямо заявил Великолепный Ап.

"Не совсем так, — возразил Син. — Они бы случились независимо от наших действий. Когда-то я считал нас самыми ужасными существами в этом измерении. Однако те, кто выполз из Миров Праха, были куда ужаснее нас, даже ужаснее тех, кого мы привели из самых тёмных завес, чтобы они служили нам".

"По крайней мере, победив их, — ответила Тилотни, — я принесла пользу этому миру..."

"Этим ты всегда меня раздражала, — упрекнул её Син. — Оставим в стороне твои намерения, но ты слишком часто выражала уверенность в том, о чём мало что знаешь".

"Я видела, как они пожирали друг друга!" — возразила Тилотни, озадаченная его словами.

"Ещё неизвестно, удалось ли их окончательно победить, — заметил Ап, — или те, кого ты уничтожила, были лишь воплощениями иного рода, ведь в этих измерениях те из нас, кто обладает силой, более податливы. В любом случае, позволь мне убедиться, что я правильно тебя понял. Ты хочешь сказать, что высокомерие, которого ты так отчаянно добивалась, в конце концов, оказалось ничтожным и пресным? Что жестокая жертва, принесенная ради мира, жизни и радости, была всего лишь мечтой о захвате власти? Что чистота была принесена в жертву ради праздного преклонения?"

"Да..." — Тилотни отвела взгляд. Смирение было не в ее характере, но, чтобы они поняли свою роль в том, что произошло, она сказала: "Но вина лежит не только на мне. Вы охотно последовали за мной, прельстившись обещанием игр и развлечений. А когда вам не удалось достичь идеала безмятежности, что вы стали призывать? Изумруды в небе? Элизиум с его безграничным восторгом?" — Она невесело усмехнулась. — "Нет, вы взывали к дьявольщине и фантасмагории; ваши проклятия были сродни проклятиям тех отвратительных теней, которых вы так презирали. Ваш гнев направлен и на вас самих, и на ту тень неприязни, которая вас окутала".

"Так и есть", — мрачно сказал Син, осознав правдивость ее слов.

Ап согласился: "Моя враждебность была вызвана теми амбициями, которые в то время казались столь непреложными, и теперь я понимаю, что, должно быть, именно это пятно внутри нас, которое давно разглядел наш отец, побудило его попытаться уничтожить нас".

"Никто из нас не был безупречен", — с горечью заметил Син. — "Если мы были сломаны с самого начала, то в итоге сломали все миры этого некогда великого пространства. Мы превратились в ложных богов, творцов гротеска и сеятелей хаоса... и ради чего?"

"Мы были беглецами без дома и цели, — напомнила им Тилотни. — Так что да, мы были сеятелями хаоса и разрушителями миров! Но мы никого не заставляли принимать наше предложение. Они сделали это по собственной воле. Они разделяют с нами вину, как и Некроманты... как и наш собственный прародитель, который первым запятнал нас".

"Теперь это не имеет значения, — меланхолично протянул Син. — То, что запятнано, не может быть незапятнанным; это нужно разрушить и начать заново. Я долго наблюдал за тем, как развращенные расы, пропитанные идеологией превосходства, разжигали войны, опустошая и уничтожая все на своем пути. Иногда я даже выступал против них, если мне этого хотелось. Теперь же я с отвращением отворачиваюсь от того ужаса, который помогал творить, и больше не желаю его терпеть... Я устал от деградации и хаоса... и даже от своих любимых братьев и сестер. Будет лучше, если мы перестанем общаться, потому что в своей горечи и печали я бы хотел увидеть, как все миры раздирает на части!"

"Да будет так, — печально сказала Тилотни. — В этом мире для меня больше ничего не осталось. Боюсь, мы больше никогда не увидимся".

"Полагаю, это небольшая цена за то, что мы сделали, но это не меньшая цена, которую придется заплатить каждому из нас", — заключил Ап.

Тилотни склонила голову в знак прощания и исчезла. Великолепный Ап вздохнул и последовал за ней. Холодный Данда Син тоже вернулся в свое одинокое убежище на З'ликариоре.