Настоящий извращенец 2

* * *

В комнате за кулисами студии Лисицын сидел в кресле с телефоном в руках и посмеивался, глядя на экран трансляции. Ему даже смотреть эфир было необязательно — он и так всё контролировал. Струйка энергии, которую он засадил в деда, не просто подлечила старого софиста, но и стала надежным поводком. Стоит старикану задумывать какую-нибудь подлость — и эта энергия в ту же секунду разорвет его дух на мелкие лоскутки.

Лисицын дал ему шанс жить, но надел строгий ошейник. Хочешь выжить — служи верой и правдой.

Он отложил телефон и откинулся на спинку кресла. По одному камню силы в месяц каждому, кто старше восемнадцати, по паспорту... Он ведь не просто так ляпнул это на всю страну. Чтобы ускорить поголовное Усиление народа, пришлось даже немного урезать собственные аппетиты. Но оно того стоило.

Около ста сорока миллионов граждан возрастом от восемнадцати и старше. Хорошо, округлим до ста пятидесяти. Если выдавать каждому по одному низкосортному камню силы в месяц, за год выйдет астрономическая цифра — миллиард восемьсот миллионов. От такой суммы у любого патриарха в мире культивации глаза вылезли бы на лоб, а сердце прихватило бы от ужаса.

Но Лисицыну на эти расчеты было чихать. После того как он взял пик уровня Сократа, его охватила смертная скука. Следующие две сотни лет он развлекался тем, что шастал по звездным системам да ковырялся в древних руинах. Планеты попадались самые разные: одни — мертвые булыжники, другие — только зародившиеся, где-то теплилась разумная жизнь, а где-то не было даже бактерий. Зато жил силы Лисицын там перекопал видимо-невидимо: и низкосортных, и средних, и высших, а кое-где выгребал камни идеального качества.

Всё это барахло он сгружал в пространственные кольца, которых у него скопилось с десяток тысяч. Сколько там набралось в штуках? Да хрен его знает. Лисицыну эти камни были глубоко фиолетовы. Зато теперь этого запаса хватит, чтобы безбожно снабжать всю страну сотню лет наперед. Ему не нужны подземные жилы Земли, не нужно чудесное зеркало Лады Вех, да и ресурсы военных ему без надобности. Его личные закрома были богаче, чем вся эта планета со всеми ее потрохами.

Вот поднимется общий уровень энергии, народ подтянет навыки, а там, глядишь, и ИИ в себя придет — подкинет пару идей. Можно будет и об академии культивации подумать. Поначалу отберем самых толковых, обучим, а потом разошлем по регионам — пусть растят новую поросль. А там и стипендии подтянем, и премию "Мастер года" учреждать придется, да социальные выплаты для особо успевающих... Впрочем, ладно, это дела будущих дней, потом обдумаем. Надо пока глянуть, как дед справится с эфиром.

Дверь в комнату резко отворилась. На пороге стояла Лада. Лицо у нее было мрачнее тучи, а в сжатом кулаке замер телефон с открытым чатом. Она сделала несколько шагов, встала напротив Лисицына и глубоко, с выдохом, вдохнула:

— Ли, ты вообще башкой думаешь?!

Голос у нее хоть и тихий, но чеканил каждое слово, как пулемет:

— По камню в руки каждому?! Ты хоть представляешь, сколько у нас народу подходит под этот возраст?! Это же почти два миллиарда камней в год! Я их где тебе родить должна?!

Лисицын молча смотрел на нее, даже глазом не моргнув. Лада приняла его молчание за готовность слушать и распалилась еще сильнее:

— Да, у тебя есть то зеркало, оно видит жилы! Но даже если мы выгребем Землю до самого ядра и выжмем все рудники — мы не соберем столько за год! Наша планета только-только начала просыпаться, резервы смешные, скорость добычи — кошачьи слезы! Ты ляпнул это на всю страну, армия под козырек взяла и уже готовится к выдаче. Если завтра людям ничего не дадут — ты сам перед ними отдуваться будешь?!

Она запнулась, и в ее голосе проскользнула досада:

— Я же понимаю, ты из лучших побуждений... Хочешь, чтобы все развивались, хочешь ускорить Усиление... Но ты же сам себе петлю на шею накинул! Ты хоть думал, что начаться может, если мы провалимся?!

Лада замерла, пытаясь прочесть хоть что-то на его невозмутимой физиономии. В голове у нее крутился ураган мыслишек: "О чем он думает? Зачем влез в это? Заставить всю страну чувствовать себя обязанными? Набить себе авторитет на будущее? Или у него другой план?.." Разглядев этот мысленный сумбур на ее лице, Лисицын слегка вздохнул. Опять она накрутила себе сорок бочек арестантов. Объяснять и разжевывать он, естественно, ничего не стал. Он просто запустил руку в карман, выудил оттуда потертый, пыльный мешочек для хранения и небрежно бросил ей в руки.

— Держи. Тут норма на год. Забирай.

Лада чисто на рефлексах поймала мешочек. На вид — невзрачная тряпица, явно видавшая виды. Она недоверчиво посмотрела на Лисицына, пустила внутрь капельку энергии и заглянула своим чутьем в пространственное нутро мешка. И обомлела.

Пространство внутри было настолько гигантским, что ее чутье просто потерялось и не смогло нащупать края. А внутри, ровными, аккуратными штабелями до самого горизонта, лежали камни силы. Их мягкий голубоватый свет сливался в единое, бескрайнее море. Все камни, которые Лада видела за свою жизнь, вместе взятые, не составили бы и сотой доли процента от этого завала.

Когда-то давно в родном ордене ей показывали главную сокровищницу. Тогда ей казалось, что богаче места нет на свете. Но по сравнению с этим пыльным мешком та сокровищница выглядела как лужа рядом с Северным Ледовитым океаном. Лада попыталась дотянуться чутьем до конца склада, но быстро бросила это безнадежное дело. Слишком глубоко, слишком широко, слишком много.

Она силой выдернула свое восприятие наружу, подняла глаза на Лисицына и раскрыла рот, но не смогла вытолкнуть ни звука. Шок был настолько диким, что мозг просто отказался обрабатывать увиденное.

— Т-это... — забормотала она, заикаясь. — Это...

Лисицын посмотрел на нее всё с той же спокойной миной:

— Ну что, на год хватит низкосортных?

Лада только хлопала ресницами. Хватит?! Да тут этих камней не на год — тут на пару десятков лет непрерывной раздачи за глаза! Это не просто "хватит", это какой-то запредельный кошмар! У нее возникло подозрение, что в одном этом мешке лежит больше ресурсов, чем во всей нашей галактике. Откуда у него это?! Он же культивирует всего пятьсот лет! Как один человек мог сгрести под себя такие богатства?! Он что, реально простой мастер уровня Перерождение?! Да разве может мастер Перерождения владеть целым морем камней?!

И тут ей вспомнилась его недавняя фраза: "Да так, обычный бродяга, ничего особенного". Ничего себе бродяга! Лада вспомнила, как он не глядя швырялся древними жетонами ее ордена, как дарил редчайшие артефакты и отдал ей зеркало поиск жил. Все эти сокровища, за которые в мире культивации резали целые ордена, для него были просто копеечным мусором! И только сейчас до нее дошло, насколько глупыми и наивными были ее догадки. Какой авторитет?! Какая выгода?! Человеку, у которого в кармане лежит целая система ресурсов, просто ничего не нужно от этого мира. Ему плевать на славу и долги.

— Ты... — наконец вымолвила она, и сухой голос едва послушался ее. — Зачем ты это делаешь?

Лисицын едва заметно ухмыльнулся:

— Ты же сама говорила, что душой болеешь за страну.

Лада застыла. В памяти всплыли ее собственные слова: "Ты вечно молчишь и всё держишь в себе". Тогда ей казалось, будто она разгадала его задумку. А теперь до нее дошло: он делает это не ради красивого жеста, не ради орденов или спасибо от генералов. Ему просто так хочется.

Она опустила взгляд на пыльный мешочек в руках. У нее вдруг щипало в глазах, но она переборола слабость, глубоко вдохнула и снова посмотрела на Лисицына:

— Ладно. Я всё сделаю. Сейчас же свяжусь с военными, организуем выдачу. Завтра же и начнем.

Лисицын кивнул:

— Как знаешь.

Он поднялся с кресла, смахнул невидимую соринку с брюк и направился к выходу. У самой двери замер на секунду и, не оборачиваясь, бросил:

— Да, и насчет того деда... Передай ему, пусть пашет на совесть. Начнет сачковать — сразу свисти мне.

Дверь за ним щелкнула. Лада осталась стоять в пустой комнате, переводя взгляд с закрытой двери на потертый мешок. Потом вдруг тихонько хмыкнула, качнула головой и шепнула в пустоту:

— И сколько еще у тебя заначек, а, "бродяга"?

Глава 9

Всенародная культивация победоносно шагала по стране. Уже на следующее утро после громкого анонса у городских комендатур выстроились гигантские очереди. Хвосты из желающих разжиться халявной магией растянулись на несколько кварталов.

Народ у нас шустрый: самые продуманные занимали очередь с трех часов ночи, захватив раскладные стульчики, термосы с чаем и бутерброды. А кое-кто и вовсе умудрился разбить палатки. Счастливчики во главе колонны гордо поглядывали на окружающих, а те, кто плелся в хвосте, нервно вытягивали шеи, опасаясь, что драгоценные булыжники закончатся аккурат перед их носом.

Где-то посередине этой живой змейки мнусь мужик средних лет. Он так судорожно сжимал в кулаке свой паспорт, что тот едва не размок от пота. Мужик то и дело переводил взгляд с бесконечного хвоста за спиной на новенькую вывеску "Пункт выдачи камней силы" и шептал как заведенный:

— Только бы хватило, только бы хватило...

Стоявший рядом паренек прыснул:

— Дядь, да не дрейфь ты! По телевизору же четко сказали: хватит каждому. Если запасы иссякнут — еще подвезут.

— Да мало ли что скажут! — продолжал сомневаться мужик. — Вдруг на всех не хватит?

Парень покровительственно похлопал его по плечу:

— Дядя, ты в курсе вообще, кто эти камни подогнал? Сам Лисицын! Мастер уровня Кристалла! Он слово дал, а такие люди словами на ветер не бросаются. Скажи "спасибо" и жди свою очередь.

Мужик поразмыслил, посчитал в уме и вроде как немного успокоился.

Лада Вех времени не теряла. Еще накануне вечером она напрягла всех своих культиваторов уровня Кристалл и отправила их по регионам. Несколько десятков бойцов распределили между собой города, загрузили пространственные мешки и за ночь облетели всю страну, доставив ресурс на каждый пункт выдачи.

В общем чате кто-то из одногруппников не удержался от вопроса:

— Вех, а откуда стока добра-то? Неужели наш Ли реально из своего кармана всё вывалил?

Лада ответила лаконично:

— Лисицын подогнал.

В чате на секунду повисла звенящая тишина, а потом начался настоящий сумасшедший дом:

— Опять Лисицын?!

— Да откуда у него столько?!

— Он же вроде бродяга обычный! Как одиночка мог заграбастать такие закрома?!

— Ха! Какой еще бродяга?! Заместитель Ли явно из какого-то древнего верховного ордена! Вы че, до сих пор не прочухали?

— Какой бродяга сможет до качаться до уровня Перерождение?!

— Да это же... это же просто швыряние деньгами направо и налево!

— Эх, будь у меня столько камней, я б хрен кому хоть один отдал!

Лада спорить не стала. Она и сама понятия не имела, сколько там еще камней у Лисицына в закромах. Знала только одно: в том пыльном мешочке, что он ей всучил, ресурса было больше, чем во всем мире культивации вместе взятом.

Кстати, изначально Лада вовсе не планировала привлекать к курьерской работе крупную рыбу — Елену Ненашеву и Ванюшу. Всё-таки уровень Дух — это вам не курьеры на самокатах, для развоза вполне хватило бы и ребят с Кристаллом. Но Ванюша первый выскочил с воплем: "Я с вами, я тоже хочу!", после чего Елена Ненашева молча подгребла мешок и растворилась в ночи.

А когда на следующее утро курьеры вернулись, Лада первым делом скинула в чат сообщение:

"Всем участвовавшим — премия. По десять тысяч камней силы на брата".

И прикрепила выписку с баланса.

Чат снова рванул:

— Десять тысяч?! За одну ночь работы?!

— Да мы из шахты по паре сотен в неделю со скрипом вытягиваем, а тут десять тысяч за развоз?!

— Лисицын разрешил использовать часть запаса на операционные расходы, — добавила Лада.

Народ в чате потерял дар речи. Первым очухался Ванюша и завалил чат смайликами с глубокими поклонами. Елена Ненашева сдержанно написала: "Спасибо, принято. А дальше чат заполнили бесконечные "Спасибо Ли!" и "Да здравствует Лисицын!".

Каждый из них прекрасно понимал: десяти тысяч камней им хватит на медитации на несколько лет вперед. За такие коврижки можно и каждую ночь курьером летать! Впрочем, у этой масштабной раздачи обнаружился один побочный эффект, которого никто не ожидал.

В каждом городе на пунктах выдачи образовались гигантские терриконы из камней силы. Хоть камни и были низкосортными, но когда их сваливают миллионами в одну кучу, эффект получается убойный. Энергетическое поле тоннами просачивалось наружу и расходилось по улицам невидимыми волнами.

Воздух в городах стал звеняще чистым, клумбы и деревья буйно пошли в рост, а у жителей само собой улучшилось самочувствие. Кто-то грешил на самовнушение, кто-то божился, что реально чувствует прилив сил, но факт оставался фактом: уровень энергии в городах подскочил в разы. До Континента Бессмертных было еще далеко, но с тем, что было раньше, не сравнить. И весь этот энергетический всплеск отлично уловила пара глаз, находившаяся на глубине десятков километров прямо под столицей.

То, что называли библиотекой Ивана Великого. Глухое, бездонное ничто. Ни света, ни звука, ни единого намека на жизнь — только базальтовые толщи да мертвый мрак. Но именно здесь, в самой беспросветной тьме, залегли два жутких исполина. У первого были мощные крылья, тигриная туша, человеческая рожа с торчащими клыками и темно-красная чешуя по всему телу. Второй выглядел чуть поменьше: тигриная башка, львиная грива, иссиня-черная шкура и чешуя твердая, как литая броня.

Оба лежали неподвижно, смежив веки и едва дыша. Сколько они тут провалялись — одному богу известно. Десять тысяч лет? Сотню тысяч? Или больше? Да они и сами уже счет времени потеряли.

И вдруг один из монстров открыл глаза. Глазища одного полыхнули темно-красным огнем, словно пара догорающих углей. Ноздри задергались, втягивая воздух.

Сюда, на тридцатикилометровую глубину, сквозь пласты породы пробивались лишь микроскопические крохи воздуха. Почти ничто. Но монстр всё равно почуял.

— Кх-х-х... — издал он паленый, скрежещущий звук. — Энергия... Пошла энергия...

Второй тоже разлепил веки. Глаза у него полыхнули чистым золотом. Он не дергался, лишь тихо прислушивался. Энергия проснулась? В рыке прорезалось нечто жуткое — дикий, первобытный голод, который давили внутри несметные тысячи лет.

— Даже не думай, — глухо прорычал второй. Голос у него был еще более хриплым, но звучал абсолютно спокойно. — Печать держит. Тебе не вырваться.

Первый зашелся сухим, трескучим хохотом, отозвавшимся гулом в подземных пустотах:

— Печать?! Да ты приглядись, сколько от той печати осталось!

Второй промолчал. Он и сам всё чувствовал. Печать-то стояла, вот только истончилась до предела. Миллионы лет без энергии изрешетили некогда несокрушимые цепи. По вековым заслонам вовсю ползли трещины, и с каждой секундой они становились всё шире.