Опасно быть студентом. Часть 2

Решив попытаться легально прописать мохнатого малыша у себя в комнате, я порылась в гардеробе и извлекла на свет черное приталенное платье с небольшим вырезом и пышной юбкой до колен. Лаковые туфельки на каблучке и скромно убранные в пучок волосы великолепно дополнили образ.

— Линк, а Линк! — щеголяя вытянутой майкой и желтыми трусами, протянула Натка. — Набор в пансионат благородных девиц закончился еще в конце лета, так что прекрати корчить из себя монашку и прыгай обратно в штаны!

Я отмахнулась, показала вредной ведьмочке язык и побежала в сторону административной части.

ВУД внимательно выслушал мой путаный слезливый рассказ о бедном голодном щенке, мокнувшем под дождем, о его жалобном писке, растопившем мое сердце, и маленьких чудных глазках, полных мольбы.

Под конец этой насквозь лживой истории я так прониклась всем сказанным, что пустила вполне настоящую слезу и еще долго сморкалась в предложенный директором платок.

— Никогда бы не подумал, что ты такая жалостливая, — подозрительно часто моргая и тоже с трудом сдерживая рвущуюся из глаз влагу, заметил ВУД.

А я что? Я поднатужилась еще немного и пошла на второй заход. В конечном итоге чуткое сердце директора Рохана не выдержало девичьих слез и дало официальное добро.

— Но только до тех пор, пока ты не найдешь ему хозяев, — строго предупредил мужчина, размашистой подписью подмахивая разрешение.

Окрыленная успехом, я сбегала и отдала записку директора в качестве пропуска для щенка, а потом торопливо засеменила в сторону столовки.

— Линка, а тебе идет, — присвистнул Шарги, оглядывая меня с ног до головы. — Прям настоящая леди!

Я загадочно улыбнулась, в продолжение своего маленького спектакля грациозно опустившись на стул, и даже тяжелый взгляд Крысеныша, который я почувствовала аж у дверей в столовую, не испортил настроения.

— Судя по твоему довольному лицу — щенок остается с нами? — уточнила Натка и, дождавшись утвердительно кивка, просияла:

— Тогда слушай: Крендель, Малявка, Бутуз, Товарищ Цезарь, Клоп... — начала перечислять она. — Просто мотни головой, если что-то понравится!

Вполуха слушая варианты кличек, я неторопливо попивала кофе и смотрела, как Хорст точными и аккуратными движениями чистит крупное яблоко. Рот тут же наполнился завистливой слюной, и я, уж было, тоже хотела встать и сходить за фруктами, как тут произошло нечто странное.

На мгновение, поймав мой взгляд, Доставала самодовольно улыбнулся, отрезал небольшой кусочек белой мякоти, а потом притянул к себе Роззи и поднес яблочную дольку к ее губам.

— Ната! — толкаю подругу локтем. — Ты только глянь на это!

Естественно, на мой призыв отреагировала не только Натка, но и Эми с Шарги, заинтересованно оглянувшись назад.

А Крысеныш, словно красуясь перед нами, отрезал еще одну дольку, дразня Роззи, провел по ее губам, а, когда Темная все-таки заполучила яблоко, быстро наклонился и поцеловал ее губы.

— О-о-о... — протянула Эми. — Это так романтично!

Мы с ведьмочкой с удивлением уставились на блондинку.

— Она, — совершенно неприлично тыкаю в сторону странной парочки, — есть у него с рук! — Эми непонимающе захлопала глазками. — Повторяю! Роззи ест с рук! Словно... словно...

— Словно Пипка? — помогла сформулировать мысль ведьмочка.

— Неплохая попытка, — похвалила я подругу. — Но мы не станем называть щенка Пипкой!

— Да почему? — возмутилась подруга. — Ведь хорошо же звучит!

— Нет, я сказала!

Эми, все также продолжавшая любоваться комедией 'Хорст-яблоко-Роззи', повернулась обратно за стол.

— А по-моему, это все равно очень мило! — выдала она. — Ну, посмотрите еще разок, — попросила девушка, и мы послушно глянули в сторону тошнотворно-сладкой парочки. — Хорст — он же весь из себя такой брутал, и вдруг — такая нежность...

Мы с Наткой переглянулись и громко, ни от кого не скрываясь, заржали.

— Да ну вас! — расстроилась блондиночка, и Шарги тут же поспешил укрыть ее в своих объятьях.

* * *

Забрав Роззи из цепких объятий Крысеныша, мы веселой четверкой прекрасных дам двинулись на пары.

На первый взгляд стервозная аристократка при близком общении оказалась очень милой девушкой.

Не стану скрывать: холодность и надменность, впитанные в клетки вместе с молоком матери, никуда не делись из образа, но за мишурой рамок воспитания я отчетливо видела настоящую Роззи, и она действительно была похожа на королеву всех цветов — бутон алой розы.

Как-то само собой получилось, что я незаметно подстроилась под ее великосветский тон и манеру излагаться и под конец даже пришла к неожиданному выводу: мне нравилось такое общение.

— Так, мамзельки, — рыкнула явно недовольная Натка, прерывая наше с Роззи обсуждение последних работ Филиппо Брунеллески. — Давайте поговорим о чем-нибудь более жизненном!

— Например?

Ведьмочка задумчиво склонила голову, отчего рыжие кудряшки упали на лицо.

— Имя для мелкого паразита, уничтожившего мои любимые сапоги! — рявкнула подруга и с укором покосилась на меня.

Скол! Я же совсем забыла ей сказать!

— Натусь...

— С тебя шопинг, милая моя! — припечатала ведьмочка. — И не строй огорченные рожицы: это твой щенок — тебе и отвечать!

Я в голос застонала и приготовилась к персональному филиалу ада на земле. И не то чтобы Натка такая злая и коварная, просто она ведьма, ей по статусу положено.

— Может, назовем его Лапусик? — неожиданно предложила блондинка.

Я даже стенать и причитать прекратила от услышанного.

— Эми, — строгим голосом сказала ведьма. — Лапусик — это уже край!

Роззи, отстраненно наблюдавшая за нашим диалогом последние пару минут, села ровнее и неожиданно уточнила:

— Ангелина, правильно ли я поняла, что тебе не принципиально, как именно называть щенка? — дождавшись моего энергичного согласия головой, девушка улыбнулась и предложила:

— Тогда предлагаю каждой придумать по пять кличек и написать их на бумажках, а Лина наугад вытащит одну из них.

— Ты предлагаешь доверить такое важное дело, как выбор клички для щенка, беспорядочному рандому? — удивилась Натка и тут же расцвела, как поле незабудок. — Как это по-нашему!

Темная сдержанно улыбнулась и всю оставшуюся пару у профессора Дэкар девушки определялись с вариантами кличек. Интуиция подсказывала, что зря я доверила это девчонкам, пофигизм требовал заткнуться, а спина настойчиво просилась на осмотр к Юлику.

Но стоило в аудитории раздаться долгожданным трелям звонка на перемену, как в открывшихся дверях я заприметила знакомые фигуры двух боевиков.

— Чего так долго! — недовольно бурнул Ролли, хватая меня за локоть и утаскивая в сторону от хлынувшего с пары потока студентов.

У подоконника нас уже ожидал Конни, нетерпеливо переминавшийся с ноги на ногу.

— Вот все дневники и записи, которые я смог стащить, — кивнул в сторону картонной коробки, стоящей на подоконнике, парень. — Но есть небольшая проблема... Руку дай!

С вожделением поглядывая в сторону подоконника и подавляя желание поскорее сунуть нос под плотную крышку, я легкомысленно протянула руку и прошляпила тот момент, когда одним уверенным движением Конни натянул на безымянный пальчик моей правой руки массивный перстень.

— Поздравляю! — широко улыбнулся Ролли и приобнял меня за плечи. — Из вас получится хорошая пара!

Я опустила глаза, вырвала свою ладонь из рук боевика и с ужасом уставилась на кольцо.

'Кольцо! — забила тревогу паника. — Окольцевали, гады!'

— Кон-н-ни! — рассерженно зашипела я и попыталась стащить дурацкий перстень.

Я крутила его на пальце, дергала, сдирая кожу на фаланге, и с ужасом понимала, что не могу снять!

— Мыло! Мне срочно нужно мыло! — наконец догадалась я и ломанулась в сторону туалета, но была поймана двумя боевиками и водворена на место.

— Линка, спокуха! — тут же засуетился парень. — Это просто кольцо для помолвки, никто тебя в жены брать не собирается!

— Эй, — шутливо толкнул его локтем Ролли. — Говори за себя!

Я глубоко вздохнула, собрала остатки терпения и максимально спокойно спросила:

— Гребаный Скол, что происходит?! — от моего пугающего рыка стайка почтовых обезьянок, крутившаяся неподалёку, испуганно пискнула и сорвалась со своего места.

— Лина, ты чего так распереживалась? — удивился Ролли, но отошел на всякий случай подальше.

И очень правильно сделал, потому что левая коленка так порывалась зазвездить ему между ног, но, к счастью, я вовремя вспомнила об источнике проблем и повернулась в сторону Конни.

— Архивы — семейный раритет, поэтому предки наложили специальное заклятие, активирующееся, если к дневникам прикасаются посторонние, — со вздохом пояснил он.

— И ты не нашел ничего умнее, чем сделать меня своей невестой?

Боевик кивнул и предупредил:

— Но только до конца следующей недели!

Я мысленно обозвала парня придурком, повторила это вслух, присовокупив для красочности парочку эпитетов, и, подхватив коробку, убежала к себе в комнату.

— Скол знает, что! — выразительно ругнулась, запихивая коробку на шкаф, подальше от зубастого песика.

— Гауф! — согласился малыш, продолжая накручивать круги вокруг стула.

Я была так зла на парней, что, возвращаясь в столовую, упустила из виду существенную деталь, а именно — Наткину потрясающую чуйку. Ведьминская сила активизировалась, едва я села за столик и придвинула к себе тарелку.

— А-а-а-а-а! — оглушительно громко заорала девушка, вскакивая со своего места.

— Что случилось? — тут же всполошились Эми и Шарги.

— А-а-а-а-а-а-а-а!!!! — злобно орала Натка, тыча в меня пальцем.

На нас тут же обратили внимание все, кто присутствовал в столовой, а Натка, никого особо не стесняясь, продолжала орать, как резаная, и демонстрировать свое несогласие.

Конечно! Мы же пять лет назад поклялись на мизинчиках, что выйдем замуж вместе, а тут такое...

— Ты!! Ты!!! — наконец смогла выдавить из себя что-то связное подруга.

— Ната, успокойся, — шепчу одними губами. — Никуда и ни за кого выходить я не собираюсь!

Настроение ведьмочки моментально улучшилось, она замолчала и окинула меня сосредоточенным взглядом.

— Ой, ошиблась! Не ты! — выдала она и села обратно на свой стул.

Наблюдавшие за бесплатным цирком студенты разочарованно развернулись, и уже через пару минут столовая наполнилась привычным гулом разговоров. На нас не косились, давно смирившись, что от ведьмы можно ожидать, чего угодно.

— Не хочешь объяснить, почему у тебя на пальце обручальное кольцо? — зашипела подруга и дернула мою руку к себе. — Дай, хоть камушек заценю.... Ого! Да это же фамильный перстень.

— Ната! — недовольно вырываю конечность обратно и, развернув перстень гербом вниз, прячу руку под стол.

— Ну, что опять Ната? — возмутилась девушка и глянула на застывших от удивления Темных. — Ребят, а вы чего молчите? У Линки кольцо на пальце, а почему-то никто, кроме меня, не реагирует.

Эми и Шарги синхронно отмерли и... обернулись!

Ой-ей! А я-то наивно полагала, что видела все степени бешенства на лице Крысеныша... Взгляд серых глаз не просто опалил: он буквально прожег во мне две дыры размером с мяч от бакетбола, после чего парень смилостивился, моргнул и отвернулся.

Светлая Богиня, ему-то чего злиться?

— Страшный человек! — покачала головой ведьмочка и пнула меня под столом ногой. — Ты рассказывать будешь или как?

— Или как... — созналась я и принялась есть левой рукой. — Кстати, Шарги, — резко меняю тему, чтобы отвлечь невероятно активную при слове 'свадьба' ведьмочку, — Доставала успел сообщить тебе хорошую новость или доверил это приятное дело мне?

Темный задумчиво почесал щеку и нахмурился:

— Ты о чем?

— Значит, не сказал, — сделала вывод я и торжественно сообщила:

— С сегодняшнего дня я тоже тебя тренирую!

— Класс! — искренне обрадовался парень и, наклонившись вперед, шепнул:

— А может, есть способ как-то заменить тобою Хорста пожизненно?

Развожу руками, все видом демонстрируя, что даже я не всесильна.

— В Скол вашего Хорста! — нетерпеливо рыкнула Натка. — Ты мне лучше скажи, как тебе удалось уговорить парня взять тебя в жены? Нет, — замахала руками она, — тут и так все понятно: нож к горлу, петлю на шею... Но как твоему женишку удалось уговорить тебя на свадьбу?

Молчу и загадочно улыбаюсь, потому что не знаю, что сказать, чтобы ложь прозвучала правдоподобно, а придумать не могу, потому что...

Потому что Доставала смотрит!

Под этим проникающим взглядом хотелось провалиться сквозь пол и спрятаться. Причем куда-то очень далеко и надежно. Желательно — в бронированный сейф!

— Уговорить на свадьбу... — задумчиво повторила я последние слова подруги, и в голове тут же завертелся очень миленький план. — Натусь, — двигаюсь к подруге вместе со стулом так, чтобы хоть немного спрятаться от прожигающегося взгляда Крысеныша за сидящим напротив Шарги, — мне нужна твоя помощь в организации свадьбы!

— Что? — коллективно воскликнули все сидящие за столом.

Пригнувшись так, чтобы у Крысеныша не осталось ни малейшего шанса прочитать по моим губам хоть что-то, тихо попросила Натку:

— Свечку подержишь?

* * *

Спешно покинув аудиторию, бегу по коридору. На автопилоте отворачиваюсь от нестабильных заклинаний студентов, летающих тут и там. Прохожу мимо стайки первокурсников, отсиживающихся за диваном, невесть как оказавшимся в коридоре.

— Не переживайте, через пару лет вы тоже так научитесь! — пытаюсь поднять их моральный дух и, удалившись на пару шагов, еле слышно добавляю:

— Если доживете...

Отмахиваюсь от парочки несложных проклятий и продолжаю свой путь. Судя по обилию эктоплазмы на полу, второкурсники проходят создание фантомов.

Скольжу на чем-то желто-розовом. Хм... Неужели, опять алхимики философский камень делают? И не лень им реактивы переводить на глупости всякие?

Быстро спустившись по лестнице, мельком смотрю на часы, беспристрастно отсчитывающие последние минуты до начала пары у профессора Карода. Но, вопреки стрелкам на стене, сегодня я решила руководствоваться внутренним ориентиром и побежала в сторону преподавательского крыла.

— Ангелина? — удивился профессор Дарон, открывая мне двери в секцию. — Все на занятиях...

— А я к вам, профессор, — без стеснения прохожу внутрь и замираю у дверей в комнату мужчины:

— Разговор есть.

Рене спохватился и, на ходу поправляя мятую одежду, заторопился к дверям.

— Проходи, — гостеприимно предложил он и, извинившись, скрылся в дверях ванны.

Я глянула по сторонам. В комнате царила пугающе идеальная симметрия и чистота. Из общего антуража выбивались только смятое покрывало на постели и раскрытая книга в кресле.

Аккуратно переложив толстый фолиант из облюбованного кресла на стол, я села и приготовилась ждать.

К чести мужчины, соскучиться не успела.

— Прости за внешний вид, — произнес Рене, на ходу вытирая влажные волосы. — Я взял в деканате пару дней перерыва и не ожидал, что кто-то заглянет в мою берлогу...