Хозяин "Логова"

— Это будет печально, я же знаю где и когда он... поранился. Осталось узнать — зачем.

Я запомнила этого удальца. Он пришел с самого утра и пропустил всех просителей, дабы не показать своего 'увечья'. А теперь вот идет. На полусогнутых, с испариной на лбу и сиплым дыханием сквозь зубы.

— Так ты знаешь, где он так удачно... треснулся? — не отстал от меня двуликий, спускаясь следом.

— Да. В усадьбе рода Дори. Упал с высоты на забор и вроде как оседлал его.

— Уй! — выдохнул Асд. — Что ж, тогда действительно парня стоит встретить и узнать, что не дает ему отлежаться дома, с компрессом

Причина оказалась не тривиальна и не проста. Проситель стушевался, завидев наше приближение, но стоило нам занять стулья и предложить ему присесть, он весь подобрался и, не двигаясь с места, выпалил:

— Я прошу разрешение на встречу с Эммой Дори!

Судя по интонации, о просьбе речи не шло, скорее об уведомлении. И он для этого лез вчера по стенке дома?

— Для начала представьтесь, — предложила я, присматриваясь к молодому человеку. Жилистый, высокий. Возможно выше Асда, но сейчас скрюченный от боли проситель выглядел ниже и сутулее. Острые скулы, прямой взгляд черных редких для тарийцев глаз. Нос с внушительной горбинкой и копна пшеничных волос длиной до плеч.

Тряхнув головой, он по возможности выпрямился и четко произнес:

— Непризнанный сын многоуважаемого Бранса Фольте и его рабыни. Ланиг Ис, к вашим услугам.

И замер, выжидая. Чего он ждал, я не знала, Асд, видимо, тоже. Так что мы вопросительно взирали на просителя, а он на нас. Вязкая тишина постепенно стала напряженной и неопределенной.

— И? — протянула я в надежде на пояснения, но их не последовало. Мысль пришлось развивать. — В чем заключается ваше прошение, уважаемый Ис?

— Для вас Ланиг, — ответил он. Помолчал и сообщил решительным тоном: — Я прошу о встрече, дабы познакомиться с Эммой Дори, получить ее согласие на ухаживания и в дальнейшем сделать своей женой.

Он не сказал 'если судьбе будет угодно', не добавил 'если Иллирия примет наши клятвы', он уверенно заявил, что в дальнейшем сделает младшую сестру Инваго своей женой. И вот этот вот оборот вызвал очевидный вопрос.

— И на что вы надеетесь, обращаясь с этой просьбой ко мне? На помощь, на содействие, на пропаганду вашего светлого образа? Или на прямое принуждение?

Парень вскинул брови, оторопело посмотрел на Асда, затем вновь на меня. И сел на стул, за который до этого держался. Неудачно сел, зашипел от боли и тихо ругнулся, прикрыв заблестевшие влагой глаза. Он не ожидал данного вопроса, но иначе я не могла. Был бы тут Горный, уж он бы сразу перечислил побуждения Ланига, а без него приходится быть грубой и недалекой. Настолько недалекой, что даже Гаррат с осуждением посмотрел на меня.

— Потом, — шикнула, боясь спугнуть посетителя. К счастью тариец был не из робких.

— Я... я надеюсь, что вы не запретите мне к ней приближаться. — Быстрым движением он вытер глаза.

— А ренее вам запрещали? — уточнила я. Кивнул. — Кто? — поджал губы. — Я дважды спрашивать не буду, Ланиг. Назовите имя.

— Уважаемая мадам Гаммира Дори.

Имя свекрессы прозвучало, как проклятие до десятого колена, причем на всех членов рода.

— А основания были?

— Неизменные. Я ублюдок, помесок, ошметок неизвестного рода, — перечислил он не самые грязные ругательства высокородной тарийки, — а еще я маг. — Прямой вновь выжидающий взгляд на меня, пауза в расчете на мое так и не проявившееся негодование, и глухое: — Не боевой — это было бы плюсом. Я бытовик и частично стихийник.

— Чем управляешь? — спросил Асд строго.

— Водой в небольшом количестве и на небольшом расстоянии.

— Тоже мне, напугал! — хмыкнул оборотень, и я ему вторила.

— В таком случае лед себе наколдуй, не тающий, и расскажи, откуда ты, где был рожден.

— Отсюда. Из Тарии. — Ланиг что-то шепнул на древнем тарийском, образовал кусок прозрачного льда и шумно выдохнул, когда тот опустился на область отека. — Моя бабка была из бердеев.

— Горный народ, проживающий по ту сторону Великого хребта, — наклонившись, подсказал мне оборотень и вновь откинулся на спинку стула. Он не шел ни в какое сравнение с Горным, но зато мог сказать, кто нагло лжет и привирает. Вот сейчас была правда, а появись в голосе оборотня рык — была бы ложь.

— Моя мать родилась в плену от махланца, тоже из пригнанных. Долгие годы работала в полях, а потом пошла горничной в дом господ. Там вышла замуж за старшего конюха, ему родила двух прекрасных дочерей, а хозяину — меня.

— После вдовства? — спросила я аккуратно. Надежда на порядочность во мне тлела вопреки всем доводам рассудка.

— Нет. — Ответ покоробил. — У Бранса Фольте в каждой из принадлежащих ему деревень от десяти до пятнадцати непризнанных потомком. А в подворье и того больше. Я был не один, так что по шее не особо часто получал, — Ланиг улыбнулся. — К восемнадцати годам смог выкупить себя и маму, к двадцати — сестер и отца.

— Речь не о Фольте, — на всякий случай подсказал мне Асд.

— Да уж догадалась. — Я обратилась к просителю: — Чем вы зарабатываете?

— Магичит по-маленьку. Налаживает для тарийцев быт, — как для непонятливой объяснил мне оборотень и рыкнул: — Ты лучше спроси, почему от него младшей Дори разит. Притом, что он с ней вроде как и не знаком.

— Вы чувствуете запахи двухдневной давности? — удивился парень.

— Вы два дня назад контактировали с Эммой? — вскинулась я, меняя тему на куда более важную. Если Хран за девочками не доглядел... Если об этом станет известно... Гаммира достанет всех своими всплесками морали. — На каком основании, хотелось бы знать?

— Я... Как бы я... не хотел ничего предосудительного. — О тонком нюхе Гаррата он напрочь забыл и теперь запинался под моим суровым взглядом.

— Быстро, четко, по существу, — потребовал Асд и поднялся. Едва успела его треснуть, чтоб клыки убрал и не скалился на парня.

— Я учил ее картам!

— Бродячий из зеленого квартала? — прошептала я, отодвигая оборотня в сторону.

— Не сразу, но да, я.

— Как? Каким образом ты узнал, что она намерена поразить лорда Форги?

— Следил за ней, — признался Ланиг, начиная дышать как загнанная лошадь. Не знаю, что он увидел в глазах Гаррата, но историю слежки выдал как на духу.

Гаммира отсылала парня три долгих года, и отчаявшийся Ис, начал искать встреч, чтобы хоть изредка издалека иметь возможность увидеть Эмму. Как маг бытовик он стал предоставлять скидки на услуги для господ привечающих сестер Дори, за бешенные деньги снял бутик возле библиотеки, любимого места младшей из сестер и подкупил мальчишку газетчика, что стоит на углу близ магазина мадам Варнавы — обожаемого места старшей из сестер. Таким образом, Ланиг узнавал, где и когда появятся девушки и спешил им наперерез. В один из таких дней, удача ему улыбнулась, хотя правильнее сказать, боги над несчастным посмеялись. Он узнал о симпатии Эммы к лорду Форги, увидел купленные ею книги и почти отчаялся. Как вдруг ему пришло знамение. Тоненькая русоволосая девушка с невероятными черными глазами подсказала, что видела младшую Дори тет-а-тет с бродячим в зеленом квартале.

— Я нашел бродягу, выкупил у него уроки с Эммой, сам освоил игру и ей преподавал, — заверил он, тая надежду в горящем взоре. — Озвучьте же ваше решение?

— Это был Хран.

— Что? — не понял парень, меняясь в лице.

— Выдохните, Ланиг. Вас уже благословили на официальное знакомство...

— Кто?

Вскочившего тарийца я заставила сесть и вернуть на место лед.

— Сам хранитель рода, Это не последняя ваша проверка. Я дозволяю встретиться с Эммой, но только в моем присутствии или в присутствии ее сестры и матери.

— Когда?! Где? — парень заволновался. — На балу, в галерее, музее, театре? На площади в канун праздника поцелуев? Где? Где мне ее ждать?

Я прикинула проступки девушек, представила, что Хран освободится не завтра, а значит, не скоро отправит их в сторону 'Логова' под зоркое око Гаммиры. Зоркое ли? Ланиг Ис мне понравился с полу-взгляда, человек он достойный, плюс работящий. А то, что безродный так вообще счастливый, вот бы и у меня муж был таким. Тяжелый вздох вырвался сам собой.

— Тора, а вариант с театром не так уж и плох, — задумчиво заметил Асд. — Завтра в девять дают прекрасную оперу. Хорошая постановка, отменное оформление, исполнительницу называют звездой...

— Опера? — я вскинула взгляд на оборотня. — Что ж ничего не имею против.

— Ну, конечно, завтра! — воскликнул молодой тариец и все-таки вскочил. Кусок льда соскользнул с его колен, коснулся пола и как дымка растаял вопреки всем опасениям. — Конечно, опера! — продолжил ничего не замечающий Ланиг. — Эмма в восторге от пения мадам Тюри! Спасибо! Спасибо огромное! Встретимся завтра...

К двери он ковылял вперевалочку куда быстрее и смешнее, чем к лестнице, но оглушенная новостью я не улыбнулась. Во мне нарастала буря негодования.

— Алиссия Тюри поет? Жена Эванаса Тюри, звезда Вдовийского столичного театра? Звезда его души?

— Души театра? — уточнил Асд.

— Директора театра, — пояснила я и воззрилась на оборотня с самым мрачным видом.

— Что такое? Ты не хочешь ее видеть? — догадался он. — Понимаю. — Взял слишком очевидную паузу и продолжил, словно в раздумьях: — Но согласись... Опера это прекрасный повод для встречи молодых, отличное развлечение, возможность блеснуть в высшем свете и закрыть всем рты, — тут я хотела возмутиться, что мне до света далеко, да и плевать я хотела на их высокое мнение, но была прервана на полуслове: — А так же это повод проведать Алиссию с профилактической целью. Узнать, следует ли она моим заветам.

— Так иди сам. Мне хватило ее 'колокольчиков зво-о-о-н!', на всю оставшуюся.

— Не могу. Инваго сказал, ни на шаг не отходить. Так что ты впереди, я позади. Так сказать, волки целы, овцы сыты.

— Может наоборот?

— Нет, все правильно. Ты у нас не овца, а Волчица, да и я далеко не баран.

Он улыбнулся, в очередной раз показав клыки, и я мрачно изрекла, что его 'далеко не баран' очень даже 'близко'.

— В смысле? — не понял Асд.

— Мне интересно... вы до прибытия в 'Логово' с людьми общались? Или вы их систематически избегали? Что ты, что Гилт проявляете невероятную глупость, выдавая себя. То скалитесь, то шипите и рычите, показываетесь в ином обличье не только мне, но и той же Тюри. И это притом, что Хран говорил, будто у вас за плечами пять лет маскировки. Хотя нет, даже не так... пять лет идеальной маскировки, которую я в одночасье вскрыла.

— В течение трех часов, — не согласился Гаррет с моими временными рамками. — Прошло больше трех часов, пока ты слушала приветственную речь Инваго, проклинала воинов, что грязными разлеглись на белоснежных простынях, и подливала дурман в вино. Или это Тороп подсобил?

— Не увиливай, — не повелась на его уловку. — Ответь прямо, чем вы занимались в эти пять лет войны.

— Тем же чем и сейчас.

Я с недоверием воззрилась на оборотня.

— Вы все это время ловили зверье, сбежавшее из подземных чертогов?!

— Там были еще демоны и недодемоны, — начал Асд уточнять. — Словом, чего и кого мы только не ловили.

— Погоди... но зачем?! Зачем Хран заставил вас заранее отрабатывать?

— Чтобы мы привыкли к своей силе, — пожал он плечами. — Оценили достоинства новой жизни. И как вариант, чтобы не пошли на войну. Все же мне подвластен многочисленный клан пещерных волков, у Гилта несколько родов. О силе Инваго говорить сложно, но ни я ни кровососик не смогли остановить его, когда он узнал о Софи... пришлось прибегнуть к помощи Сато Суо.

Интересные сведения, надо бы запомнить. Однако сейчас меня волнует совсем другое:

— Но получается, что Хран был уверен в согласии Адо с такой отработкой. Почему?

— Может это была не первая их сделка?

— Первая! — запротестовала я и поднялась. Прошлась вдоль ряда стульев и обратно. — Стародавний Дори появился до оглашения приговора над демоном. В одной из таверн по пути на поле боя он заступился за будущую супругу и получил ножом под дых. И я как сейчас помню ту легенду из книги. В ней говорилось, что Горный три сотни лет сидел в цепях, когда Вивьен его нашла и попросила о помощи. Далее уже с его слов, спасти стародавнего Дори он не успел, праздновал рождение племянницы... Зои. А когда явился, то был вынужден подопечного не залатать, а воскресить. В процессе перестарался и разделил потраченные силы меж павшими друзьями этого самого Дори.

— Получается, что его друзья тоже стали жертвами поножовщины? — уточнил оборотень и получил мой неуверенный кивок. — Сопляки! — в ком-то безмерно воинственном пробудился командир, он же хмуро заметил: — И в то же время странно.

— Что? — я подошла ближе.

— Получается, и защиту и обряд воскрешения Хран проводил будучи в цепях. — Он поднял на меня вопрошающий взгляд. — Или Вивьен демона освободила?

— Н-не знаю... Он об этом не говорил, а я пробела в истории не замечала. Вивьен вроде как слабый дух.

Вернее даже очень слабый, ни на что не способный. Так как ей удалось? Тоже договорилась? Я сжала зубы и кулаки, досчитала до двадцати, но не успокоилась. И что это, очередная недомолвка демона? Или наглое сокрытие правды? Да чтоб его!

— Вот и я говорю, странно. Но... — оборотень уловил мое состояние, ухватил за руку, заставил сесть, — как бы то ни было, Торика, благодаря Храну и его уговору с богом нас не уничтожили и не отправили вниз. Более того нам скосили наказание с тысячи зверюг до пятисот.

— И сколько вы уже поймали? — спросила исключительно из-за Аси. Долго ей еще предложение от кровопийцы ждать? Или лучше все же за другого выйти замуж?

— Двадцать, — клыкасто улыбнулся Асд.

В эту ночь я не спала, не смотря на общую усталость, чашку молока и ванну, в которой я пролежала без малого час. И все потому, что Инваго после ужина так и не появился. Не переправил меня в 'Логово', не утянул в постель, не лег рядом. Удивительно, но за столько короткий срок я все-таки привыкла к ощущению горячей печки за спиной и рукам, что прижимали меня к этой печке. Или же все дело в коротком и деловитом 'Спать' и глубоком сне без видений? От подобного приказа я бы сейчас не отказалась. Чтобы не вспоминать сегодняшний день, не прокручивать слова Инваго о Горном и замечание Асда, не думать, о том, что было бы, если бы демон не сбежал из подземных чертогов в свои юные годы...

За окном падал мелкий снег, дул слабый ветер, и от его дыхания в саду лениво и мягко скрипела не то калитка, не то качелька, а может и крыша на какой-нибудь беседке. Сады, примыкающие к усадьбам великих тарийских родов, пропадали в темноте, дабы не будить спящих господ светом. Именно поэтому королевский дворец, возвышавшийся над столицей, сиял как горсть самоцветов тысячью разноцветных огней. Смотрелось это красиво и опасно. Ведь где-то там, под куполом Уроса медленно, но верно теряет силы и без того ополовиненный демон. С одной стороны, так ему и надо, лжецу и подлецу, с другой... лучше бы он потратил их на мое возвращение в 'Логово'. Хоть какая-то польза.