— Почему же ты передумала?
— Три дня назад соронги накрыли наш картель. Почти никто не спасся, так плотно обложили. Болтун велел мне бежать, поскольку ему с хромой лапой все равно было не оторваться, а сам остался прикрывать мой отход. Потому я и пришла сюда, это мой долг перед другом.
— Светлая память герою,— торжественно произнес Привратник, и все склонили голову, отдавая дань почести боевому товарищу. Когда прошла минута, начальник охраны показал, что он не забывает о своих прямых обязанностях:
— Но как же ты миновала наши посты?
Леомара усмехнулась и выстроила в астрале образ трехмерной схемы своих перемещений по подземным коридорам храма. Все с любопытством уставились на секретный участок охранной зоны, но старый лиат, заметив нездоровое любопытство храмовников, быстро велел свернуть эскиз. Повернувшись к Такеру, он ледяным тоном поинтересовался, кто сегодня дежурил на седьмом посту.
— Торсун и Марчелло,— не очень охотно ответил подчиненный, отвечающий за развод и понимающий, что его приятелей ожидает хорошая взбучка.
Привратник удивленно хмыкнул. Видимо, названные бойцы находились у него на хорошем счету, по крайней мере, после некоторой заминки он продолжил:
— Ладно, разберемся. Как тебя зовут?
— Таира.
— Кем же ты была в картеле, что Болтун стал твоим другом? Насколько я его помню, апломба бойцу было не занимать, терпимо он относился только к равным.
— Ну, прежде всего, это я его подобрала, а, кроме того, мало в чем уступала ему.
— Ты это серьезно?
— Да, и хотела бы попросить не наказывать постовых. Они не спали, просто у них не было шансов засечь меня, у нас в картеле я была рейнджером и следопытом.
В зале опять воцарилось молчание, на этот раз от удивления онемел даже балагур Кузьма, привыкший язвить по любому поводу. Рейнджерами, или свободными охотниками, в кланах брандов становилиь лишь самые сильные и уважаемые воины с безраздельным кредитом доверия. Как правило, они отправлялись на поиск или разведку в одиночку. И в больших-то семьях герои исчислялись единицами, а маленькие картели, как правило, не могли даже мечтать о таком счастье. Претендовали на такую важную и ответственную роль преимущественно могучие седовласые ветераны, нажившие опыта, но не растерявшие еще юношеской прыти.
Заявление маленькой молоденькой леомары о том, что она — рейнджер, вызвало оторопь и недоверие. При этом все хорошо понимали, что врать Привратнику осмелится только сумасшедший. Тем и хорош Дар, что можно спрятать свои способности, но их нельзя особо приукрасить. Даже слабый лиат легко увидит превосходство более опытного соперника, если тот пожелает раскрыться. Как правило, это происходит в случае выяснения отношений, когда сильнейшему некогда или неохота связываться с бойцом существенно более низкого ранга.
Следопыты среди брандов встречались не чаще, чем рейнджеры. Правда, лиатки среди них порой попадались, поскольку главное искусство следопыта заключалось в умении незаметно подкрадываться. Не дожидаясь словесного выражения недоверия со стороны начальника охраны, Таира слегка сдвинула дымку завесы со своей искорки. Все присутствующие, как завороженные, уставились на прекрасно сбалансированные интос и мотос, описывающие стремительные сверкающие круги. Впрочем, не дав толком разглядеть ничего путного, девушка набросила пелену обратно, слегка усилив защиту и словно растворившись в воздухе.
— Ни хрена себе,— выразил всеобщее восхищение Кузьма.— Если б не видел тебя живой и здоровой воочию, сказал бы, что ты умерла.
— Искусно,— согласился Привратник.— Даже я почти потерял тебя из виду. Убедила, ограничимся предупреждением, пусть потренируются чувствовать щит блокировки. Прими мои соболезнования в связи с гибелью твоего картеля.
— Благодарю.
— Ты выяснила, почему это случилось?
— Да. Предательство.
— Лазутчик?
— Молодой леомур, подобранный на свалке и выхоженный в нашем лазарете, оказался сволочью.
— Понятно. Как ты это выяснила?
— Я его выследила в тот же вечер. На этот раз он попал на свалку безвозвратно.
— Хорошо. Теперь о том, что касается твоей судьбы. Тебе придется подождать до утра, пока не появится настоятель.
— Что значит, моей судьбы?
— Ты пробралась на территорию Храма, здесь — не картель, и даже не клан. Вопросы безопасности находятся в моей компетенции, и я не могу предоставить тебе полную свободу действий. Надеюсь, что ты поймешь меня после того, что случилось с твоим картелем.
— Хм. Возможно.
— Багир, оба новичка побудут до утра в твоей бригаде. Мои бойцы будут охранять помещение. Утром появится настоятель, он и примет окончательное решение.
— Привратник,— не удержался от вопроса Роджер:— А Боров не узнает, где искать своих исполнителей?
— Не бойся, малыш. Перед схваткой я накрыл их колпаком молчания. Ну, а в Храме об этом можно даже и не думать, здесь блокируется любая внешняя связь, ни один Боров не проникнет. Вот как раз и служба утилизации подоспела.
Трое подошедших послушников, видимо, вызванные по телепатической связи, подхватили труп Гризли и вытащили его из зала. Повелительным жестом начальник охраны призвал и остальных воинов расходиться по своим помещениям. За дверями зала бойцов бригады Багира поджидали еще две пары боевых монахов, на что Таира усмехнулась, а Рамзес удивленно поднял брови, но никто не произнес ни слова. Почетный караул из девяти охранников во главе с самим Привратником доставил их до казарменного помещения с массивной дверью, закрывшейся за спиной Тобио Экселанц Сильвера, вошедшего последним.
Появление второго новичка за последние сутки, причем женского пола, и запирание помещения не прошло незамеченным, хотя большая часть бригады уже дремала. Посыпались вопросы и сальные шуточки, которые девушка проигнорировала, а командир пресек неуставным "Цыть". Таире Багир выделил место между собой и глухим углом комнаты. После этого он соизволил-таки дать кое-какие объяснения старым товарищам в стиле минимализма: "Карантин", "Подробности утром" и "А теперь отбой". Надо отдать должное дисциплине в подразделении: ни возражений, ни простого недовольного бурчания не последовало, и даже Кузьма завалился отдыхать, не проронив ни слова.
Глава 8
Утро пришло со скрипом петель, вырвав Роджера из тревожной полудремы, в которой он провел всю ночь, лежа на циновке в бетонном каземате бункера. В проем широко распахнутой двери зашло несколько лиатов, среди которых статью и вальяжно ленивой поступью выделялся смуглый леомур с изумрудно зелеными глазами. Сомнений в том, что их посетил сам настоятель, у юноши не возникло, настолько по-хозяйски уверенно он окинул взором поднявшихся со своих лежанок бойцов бригады.
Рядом с ним шел худой рыжий верзила, танцующая походка и изящная грация которого выдавали в соседе настоятеля бойца экстра класса. Судя по безразличному и жесткому взгляду, под которым вскочившие воины вытягивались в струнку, это был магистр собственной персоной.
Охрана руководства состояла из шести бойцов, за спинами которых маячило единственно знакомое юноше лицо Привратника. Судя по его кислому выражению, ранняя встреча с руководством Храма не доставила большого удовольствия начальнику охраны. Настоятель же, напротив, был, если не весел, то, по меньшей мере, насмешлив.
— Ну, и где же наша таинственная следопыт-девица? Где этот сказочный призрак?
— Почему призрак? — недоуменно переспросила Таира, выходя из-за спины Багира.— Я вполне материальна.
— Оба-на,— окончательно развеселился духовный лидер Храма.— И вот этой маленькой хорошенькой леомарочки испугался наш мудрый и могущественный Привратник?
Начальник охраны поморщился, отвернулся в сторону, но удержаться не смог:
— Не забывай, Мортафей, что она умеет полностью скрывать свою искорку в астрале.
— Полностью? И даже ты ее не видишь?
— Я-то вижу, но с большим трудом, и только, если знаю, куда надо смотреть.
— Ага, все-таки видишь. Значит, девочке есть еще, над чем поработать. Талантливых бойцов надо ценить, а не бояться.
— Никто ее не боится. Просто я не имею права забыть, что она проникла в Храм, прокравшись незамеченной мимо постов.
— А вот это уже вопрос не к ней, а к твоим мальчикам. Распустил богадельню, вместо работы они у тебя философией занимаются. Я скоро не удивлюсь, если мимо них слон пройдет, а они и не заметят.
— Но ведь ее не видно.
— В астрале, допустим. Но глаза-то у них есть.
— Не все так, как ты, хорошо в темноте видят.
— А вот это уже вопрос к начальнику охраны. Либо ставь на пост настоящего крота, либо организуй подсветку охраняемой области. Кроме того, помимо глаз есть еще и уши. Если на посту не думать о вечном, то любого нарушителя можно услышать и в полной темноте. Так что по этому эпизоду разберись со своими бойцами. Понятно?
— Да. Тем не менее, я не могу проигнорировать тот факт, что она знает наши секретные запасные выходы и может провести по ним, кого угодно, включая наемников соронгов.
— Если б я была лазутчиком, твои охранники давно были бы мертвы, а подземелья Храма были бы наполнены регулярными войсками соронгов,— возмутилась Таира.
— Может, ты просто побоялась поднимать шум? — не унимался Привратник.
— Не было бы никакого шума. Посты расположены так, что второй контролирует состояние первого, но не в обратную сторону. Достаточно вначале аккуратно снять заднего, к которому со спины подобраться проще простого, и передний караульный становится абсолютно беззащитным.
— Ты меня будешь учить расставлять посты?
— Нет, просто поясняю, что для меня не было технических проблем тихо открыть проход.
— Все, закончили препирательства,— не выдержал настоятель.— Она права. Если б замышляла недоброе, едва ли бы сунулась в зал испытаний, там уж точно разведывать нечего. Так что оставь девчонку в покое, нам такие бойцы позарез нужны. Тем более что отца ее мне довелось знать лично, и весьма близко. Я правильно догадался, что Гровер был твоим отцом?
Таира опустила голову и кивнула.
— Вот оттуда и таланты у малышки. Он точно погиб?
— Сама похоронила.
— Сочувствую. Жаль, славный бранд пал смертью героя. Картель у него был маленький, но соронгам хлопот доставлял предостаточно, потому они так и озверели. Надеюсь, предателю не удалось умереть легкой смертью?
— Не удалось. Часа полтора умолял добить его.
— Могу себе представить. Болтуна я тоже хорошо помню. Нас на вокзале тогда круто обложили, многих толковых бойцов положили. Бригада Хвана в самом пекле оказалась, из его раненых никого вынести не удалось. Признайся, это он тебе рассказал, как в Храм войти?
— Да, любил блондин трехмерные планы воспроизводить, а память у меня хорошая. Вот и решила проверить, насколько точно запомнила.
— Как был Болтуном...
— Подожди,— неожиданно перебил настоятеля магистр.— Не понимаю. А откуда Болтун знал планы охранной зоны? Даже я не в курсе.
Настоятель хмыкнул, но промолчал, предоставив возможность ответить Привратнику.
— Он больше года был боевым монахом, пока его за чрезмерную разоворчивость к Хвану не перевели.
— Я бы посоветовал менять траекторию проходов и расположение постов чуть чаще, чем раз в несколько лет.
— Да уж, неплохо бы, возьми на заметку,— поддержал магистра настоятель и опять повернулся к Таире.— Добро пожаловать в семью, дочка. Правда, Храм — не картель, рейнджеров у нас хватает. Побудешь пока рядовым бойцом у Багира, поможешь бригаде своими талантами. Этьен, ты как, не возражаешь?
— Кто же будет возражать против доброго бойца? — лениво отозвался рыжий начальник храмовников.
— Не нравится мне это, Мортафей,— неожиданно подал голос Привратник.
— И что же тебе не нравится? Ты же сам ее определил в бригаду Багира.
— Я ей не доверяю.
— Мне кажется, магистр вообще никому не доверяет. Я прав, маэстро?
— Абсолютно.
— Вот видишь. Это еще не повод прогонять леомуров, пришедших в Храм бороться за независимость. Не доверяешь — проверяй. Ты отвечаешь за безопасность, тебе и карты в руки. У тебя есть против нее что-нибудь, кроме ощущений?
— Нет, только интуиция.
— Тогда тема закрыта. Меня интересуют лишь факты. Двигаемся дальше.— Настоятель развернулся и подошел к Роджеру.— Интересный малыш. Говоришь, трижды увернулся от убийц Хесуса? Чего только в жизни не случается. И не знаешь, почему они тебя преследовали?
— Понятия не имею.
— Давно брандяжничаешь?
— Что?
— Давно, спрашиваю, из дома сбежал?
— С неделю, наверно.
— Что поманило в края дальние? Идеи светлые или тяга к приключениям?
— Тяга, — Роджер держался легко, если не сказать, нагло.
— Честный ответ. Как относишься к лозунгам брандов?
— В целом, положительно. Хотя я плохо знаком с ними.
— Неудивительно. Как их только соронги не перевирают. Что же тогда привело тебя в Храм?
— Его привела Клео,— ответил за Тобио Привратник, чем неожиданно смутил молодого леомура. Зато ему удалось пробудить интерес магистра, который чуть отодвинулся от настоятеля и наклонил голову слегка назад и в сторону. Так лиаты поступают, когда хотят что-то внимательно разглядеть в астрале. Скорее всего, объектом, заинтересовавшим главу храмовников, был новый прихожанин.
— Забавно. Впрочем, и так бывает,— усмехнулся настоятель, после чего вопросительно посмотрел на магистра, заметив его пробудившийся интерес.
— Так вот какого зайца я снял вчера утром с товарного поезда,— просветлел Этьен.
— Ты его ссадил? Зачем? И как же он тогда здесь оказался? — засыпал вопросами долговязого военачальника глава Храма.
— Твики засекла его в трех перегонах от станции. Ей показалось странным, что лиат, так нахально нарушающий режим анонимности, занимается глобальным сканированием. Для опытного шпиона — глупо, для зеленого юнца — слишком нагло. Вот я и решил полюбопытствовать, послал группу из бригады Хвана, но они, как назло, застряли на переезде. А этот прыткий сорванец припустил в самый центр города, еле-еле направление отследили. Потом он лег на дно так глухо, что и сканеру не удалось найти его. Я даже решил, что к нам стали засылать начинающих лазутчиков по принципу: если выживет, значит, чего-нибудь да стоит.
— Какой из него шпион? — Настоятель поморщился.— Сам посмотри, просто мальчишка, который навыки свои еще прятать не умеет.
— Вижу, потому и говорю, что забавно.
— Нет, это я сказал, что забавно.
— Хорошо, ты сказал, а я подумал,— улыбнувшись, покладисто согласился магистр.
— Слушай,— Мортафей повернулся к Роджеру: — а чего ты на поезд-то залез?
— От погони пытался оторваться.
— Ну, это понятно. А почему тогда не дал горцам покончить с парочкой наемников?
— Вы думаете, это остановило бы Борова? Или считаете, что он не нашел бы других исполнителей, более опытных?
— Думаю, что нашел бы, ты прав. А этих ты, по крайней мере, знал в лицо. Хоть какой-то, но плюс, логично. И получается, что вмешательство Этьена ты принял за козни преследователей?
