| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Да, с фермы тебе лучше убраться, — кивает Антон. — Без обид, Лёха, но так будет лучше для всех.
— Я всё понимаю.
— Не всё, — Антон подошёл и положил руку мне на плечо, посмотрел в глаза. — Мы тебя не выгоняем. Мы тебя спрячем.
— Мы?
— Мы. Я, Ариэль, Энтони. Никто тебя с твоими проблемами один на один не бросит.
— Похоже, все уже в курсе, кроме меня.
— Ну ты же понимаешь, что я от своей рыжей бестии ничего утаить не могу, — усмехнулся наёмник. — Она на меня действует, как сыворотка правды. Кстати, идея, где тебя спрятать, пришла ей, не мне, — наёмник замолчал.
— Давай, не томи. Говори уже, что вы придумали, — поторопил я парня, который явно наслаждался моментом.
— Долина сме-е-е-ерти, — загробным голосом произнёс Антон, сделав руками пассы. — Мы спрячем тебя там.
— Звучит оптимистичненько, — название не произвело на меня никакого впечатления.
Народ любит давать громкие названия достаточно невзрачным и не примечательным географическим объектам. А если учесть, что в Эдем чуть ли не каждый третий переселенец вырос на постапокалиптической культуре, ничего странного в "Долине смерти" не было. Уверен, если хорошенько покопаться в местной географии, найдётся не один десяток "Урочищ покойника", "Костяных хребтов и "Кровавых болот". Народ активно и с удовольствием создавал легенды и мифы на новой родине.
— Тебе понравится, — многозначительно подвигал бровями Антон. — Выезжаем ночью, в четыре часа. Собери свои вещи и выспись. Об остальном мы сами позаботимся.
Я глянул на часы: двадцать часов восемнадцать минут. Успею дособирать дрона. А вот испытывать буду уже в "Долине смерти", чем бы она не была.
Глава 11
Год 27, апрель, где-то в саванне
Мелкая местная речушка, с внезапным названием Волга, выкидывала знатные коленца среди бурых холмов. Ей бы больше подошло имя "Змеиная" или как-то так, уж больно она при взгляде с воздуха на данное пресмыкающееся было похоже. До своей староземельной тёски речке было далеко: мелкая, не больше пары метров в самом глубоком месте, узкая синяя лента медленно бежала с востока на запад. Лишь в одном месте, разогнавшись на прямой, Волга подрезала левый берег, оголив скальный выступ. А может, потому и бежала прямо, что упёрлась в него. Именно у подножия этого необычного для этих мест элемента пейзажа и была та самая "Долина смерти": полторы дюжины массивных скелетов в разной степени сохранности. Кости, отполированные временем, ветром и водой, затапливающей небольшое кладбище в мокрый сезон, было видно издалека.
— И это всё? — я потрогал ребро полутора метров длиной. Гладкое и сидит в огромном позвоночнике, наполовину ушедшим в берег, крепко, не шатается.
При жизни это были какие-то крупные травоядные, формой черепа и мощными толстыми рогами с завитками на концах напоминающие земных буйволов, только раза этак в два-три массивнее. А то и больше, я не зоолог, ничего в этом не понимаю.
— Это останки песчаных буйволов, — подтвердил мою догадку Антон. — Самые крупные животные, обнаруженные в Эдеме, шесть тонн мышц и мяса, между прочим. Ты представляешь, что должно случиться, чтобы целое стадо таких монстров погибло за короткий промежуток времени на небольшой площади? — парень, похоже, был расстроен тем фактом, что местная достопримечательность на меня никакого впечатления не произвела.
— Да что угодно. Они могли упасть с обрыва. Например, спасались от пожара, поэтому и попрыгали, — начинаю загибать я пальцы. — Могли отравиться водой. Спустились попить и скопытились все разом. Только не спрашивай, чем, я не химик и не биолог, — поднял я ладонь, заметив, что Антон собирается что-то возразить. — Могли же? Могли. Далее, их банально могли загнать сюда какие-нибудь охотники, расстрелять, взять из туш только самое ценное, не знаю, рога там, копыта, печень, и бросить вот так. Или стадо могло накрыть облако сероводорода, вырвавшееся из пещер выше по течению.
— Последнее вряд ли, неоткуда тут подобной гадости браться. И на водопой здесь не ходят, спуск слишком крутой, — Антон, задрав голову, смотрел на скальный карниз над нами. — Скорее уж спрыгнули, спасаясь от чего-то. Может, ты и прав, от пожара бежали.
— Ну вот. Сколько тут эти кости валяются? Десять лет, двадцать?
— Ариэль говорит, что они здесь всегда были, — кивнул парень. — Ещё до их переезда.
В общем, страшилки не получилось. Ну да, смотрится пугающе, на первый взгляд. Десятки и сотни костей, черепа размером чуть ли не с капот машины, атмосферненько. Вот и назвали местные этот участок Долиной Смерти, старушка явно собрала здесь хорошую жатву. Но это было давно, и чтобы это ни было, сейчас здесь безопасно.
Лагерь разбили выше по течению, в паре километров от костей, оставив скальный выступ далеко позади. Для укрытия выбрали неплохих размеров овраг, куда спокойно можно пару фур спрятать, не говоря уже о легковушках. До кучи, по дну сего рельефа местности бежал пусть мелкий, но ручей, вода чистая-чистая, вкусная-вкусная. Он-то, видимо,и положил некогда начало оврагу, а остальное затем доделали ливни в мокрый сезон. Сколько сотен или тысяч лет они тут совместно трудились, утверждать не берусь, но сейчас овраг выглядел повзрослевшим, возмужавшим. То бишь, по идее, сильно расширяться и углубляться уже не должен, ибо его склоны облюбовали колючие и многочисленные кусты с тонкими кривыми ветками, закрученными в невообразимые фигуры во всех направлениях. Я бы даже сказал, настоящая живая изгородь, в несколько метров толщиной.
— Лучше всякой колючки. Ветки всего в палец, но упругие, даже мачете рубить их одно мучение, пружинят. Так что, считай, к вам только с одной стороны подобраться можно, от реки, — Антон рекламировал выбранное место, словно риэлтор, продающий особняк за несколько миллионов долларов. — Вода прямо под ногами, просторно, машины есть где поставить. В общем, располагайтесь. Только в туалет отходите подальше, по малой нужде можно и в речку, а по большой — метров триста, и в ямку дела делайте, сапёрные лопатки у вас есть. Да вам и сами гадить под соседним кустом не захочется.
Девушки от таких подробностей глаза закатили и мордочки скривили, явно пожалели, что захотели мне компанию составить. Но совет бывалого человека потом выполняли беспрекословно. И вообще, для городских жительниц, неожиданно стойко переносили все тяготы походной жизни.
Мою "Митсубиши" и "Жуке" Евы поставили у склона, перед этим два часа отмахав мачете: Антон оказался прав, несмотря на кажущуюся хрупкость, кусты без боя не сдавались, каждый шаг в их гуще был обильно полит потом и даже немножко кровью. Нет-нет, да зацепишься за колючку, острую, словно из стали, и тонкую, как игла. Зато на собственном опыте убедились, что сквозь такое природное препятствие ни один зверь, крупнее мыши, не проберётся.
Покончив с маскировкой транспортных средств (у Антона нашлась пара сетей, запасливый человек!), принялись за обустройство временного лагеря. Две двухместные палатки, солнечные панели, кухонный блок из электроплитки, раскладных столика и стульев, и тент, укрывший от солнца половину лагеря. После обеда, прихватив "Хеклер" и наказав девушкам строго-настрого никуда не ходить, я прошвырнулся по окрестностям, посмотрел, не сильно ли мы наследили и с каких ракурсов можно рассмотреть наш лагерь. Увиденным остался доволен: на мой дилетантский взгляд, найти нас было непросто, овраг выгибался к реке дугой, так что от большой воды нас не видно. Костёр нам, опять же, не нужен, так что если только с воздуха засекут, но кто здесь летает-то? Ну, не считая моего дрона.
Пробный полёт "Саурон", по настоянию Хелен и Евы, маявшихся от безделия, совершил в тот же день, под вечер.
С установкой катапульты возникла заминка. Её конструкция хоть и позволяет использовать почти любую поверхность, но вот площадку, достаточно ровную и открытую, мы так и не нашли. Пришлось браться за лопату. Не мне, девушкам: им же не терпелось увидеть дрон в действии, вот и внесли, с моей подачи, посильный вклад. Пока дамы упражнялись с шанцевым инструментом, я прогнал тесты датчиков, проверил работу пульта, убедился, что камеры передают картинку чётко и без задержек. Софт под данную модель я ещё писать не начинал, так что управление пока полностью ручное, случись чего, автоматика не подстрахует.
Признаться. изрядно нервничал — стартовать с катапульты мне ещё ни разу не доводилось, все модели, что у меня были, относились к схеме "четыре винта", с вертикальными взлётом и посадкой. Размеры некоторых вообще позволяли запускать их с руки и туда же, при должной сноровке и тренировки, приземляться. Или приладониваться?
Катапульта представляет собой направляющую рельсу с закреплённой на ней небольшой тележкой, двух телескопических ног, позволяющих выставить нужный угол, и воздушного компрессора. Последний запитал от аккумулятора машины, который работал буфером между электросетью нашего лагеря и солнечными панелями. Компрессор за пару минут нагнал дюжину атмосфер, три, два, один, с Богом! В такие моменты я очень даже верующий.
То ли молитва помогла, то ли всё же руки растут чуть выше пятой точки, но "Саурон" уверенно ушёл в полёт. Минута, и дрона не слышно. Скорость выставил в половину от максимальной, по идее, аппарат даже при тридцати процентах не должен сваливаться. Удаление километр, два, три. Сигнал стабильный, чёткий, хоть мы и в низине. Закладываю вираж на сто восемьдесят. Картинка чёткая и плавная.
— Ух ты, какая красота! — рядом хлопает в ладоши Хелен.
Ева склонилась над пультом у моего левого плеча, непослушный локон приятно щекочет ухо, нос улавливает нежные нотки парфюма. Блин, отвлёкся, где это я? Дрон проскочил наш овраг, река стремительно ушла куда-то назад. Делаю левый вираж с набором высоты, "Саурон" по спирали взбирается на километр. Выставляю тягу на треть, делаю большой круг, снимая окрестности.
— А снимки он делать может? Или видео снять?
— Конечно, это же разведывательный дрон, — включаю съёмку, на экране пульта в верхнем правом углу загорается индикатор "Record". — У него флешка на полтерабайта, можно весь полёт записать, причём, сразу в нескольких диапазонах.
— Это как?
Вместо ответа я снижаю аппарат до полусотни. Так, вон на берегу, у водопоя, какие-то парнокопытные, похожие на земных ланей, только окрас светлее. Включаю тепловизор, перевожу пульт в режим "разделение экрана", чтобы видеть картинку сразу в двух вариантах.
— Вот, смотри. Видишь, олени? — показываю на ту часть, что выводит изображение в видимом диапазоне. — А это их тепловое изображение.
Вторая картинка похожа на кадр из фильма "Хищник", изображение переливается всеми оттенками зелёного, жёлтого и оранжевого. Животные горят яркими пятнами, в которых легко узнать стадо косуль, а вот фон размыт, про него ничего конкретного при всём желании сказать нельзя.
— Непривычно как-то. А какой в этом смысл? Ничего ведь непонятно, — хмурится. Хелен, пытаясь рассмотреть хоть что-то среди этой мешанины красок.
— Суть в том, что тепловизор работает на разнице температур. Его хорошо применять ночью, когда света нет, или для обнаружения замаскированных противников, — пока я объясняю, дрон возвращается вдоль Волги к лагерю. — Вот, смотри, — тычу пальцем в половину экрана, куда выведена картинка с обычной камеры. — Наш лагерь сложно заметить, если не знать, куда смотреть. А теперь обрати внимание, что видно на теплаке.
— Это мы? — наманикюренный ноготок стучит по трём ярким пятнам. С двух сотен метров мы похожи на колобков. — Но деталей же всё равно не видно! Какой смысл в такой разведке?
— Чтобы найти противника. Разведка обычно ведётся с большой высоты, так площадь охвата больше. С пятисот метров наш лагерь, к примеру, заметить будет почти нереально, если только покадрово не искать. И вот представь, летает такой дрон пару часов, ведёт съёмку. Затем возвращается, ты подключаешь флешку к компу, и начинаешь смотреть, чего он там интересного наснимал. Ты сможешь несколько часов подряд пялиться в экран в попытке обнаружить хоть что-то? Да ещё не один раз, а хотя бы два-три, чтобы повысить вероятность обнаружения искомого. А на теплаке люди сразу видны будут, можно даже на ускорении смотреть.
— Понятненько, — было видно, что Хелен половину моей речи пропустила мимо ушей. — А когда полетать дашь?
— Не сегодня, — я даже пульт на всякий случай к себе прижал. — Софт допишу, тогда можно будет.
— Жадина, — констатировала девушка. — Фоточки хоть скинешь потом?
— Я тебе видео расшарю, — мой ноут использовался как роутер для нашей лагерной сети, куда законнектились девушки, Хелен с планшета, Ева — с телефона. Открыл им доступ к папке с фильмами, а то они от безделья уже маяться начали.
— Пасямба!
И девушки, потеряв всякий интерес к дрону, пошли загорать.
"Саурон" покружил ещё полчаса, не отдаляясь от лагеря больше, чем на три километра, снял окрестности, шуганул стайку диковинных собаковидных. Я потом рассмотрел их на стоп-кадре, похоже, это те самые зонтовидные собаки, падальщики, перекусившие Владом. С крупную кошку, поджарые, мордочки вытянутые, вокруг шеи воротникообразная кожная складка. Стоило дрону приблизиться к животным, как те приподнялись на задние лапы, и, опираясь на хвосты, оттопырили свои воротники и открыли пасти. Видимо, шипели, камера звук не пишет-с. Выглядело забавно, маленькие падальщики изо всех сил старались выглядеть большими и грозными. А как ещё прикажете им отгонять от своего стола непрошенных гостей?
Чтож, у каждого свой защитный механизм. Этот ничем не хуже других, встречается не часто, но достаточно эффективен, раз собачки ещё не вымерли.
Посадил дрона, не израсходовав и пятой части батареи. Для пробного полёта и этого выше крыши, плюс, записал достаточный объём телеметрии, теперь можно и за программирование браться.
Первым делом создал тестовый набор: данные, основанные на полёте "Саурона", разбивались на модули типа "взлёт", "посадка", "набор высоты" и прочее. Это — входные параметры. Задача — написать такой автопилот, который сможет проделать все эти действия без моего участия. То есть задал я, к примеру, район патрулирования, высоту, скорость и время — аппарат должен без дальнейшего вмешательства оставаться на заданном курсе и вести съёмку. Или возврат по маршруту. Или тоже самое, но по кратчайшему пути. В общем, было где развернуться. Как я уже говорил, программисты — самые ленивые люди на свете, они всегда хотят всё автоматизировать, чтобы ничего не делать. Правда, для этого приходится порой изрядно попотеть, но тут как в том мультике: лучше день потерять, а потом за пять минут долететь.
Следующие три дня мы были предоставлены сами себе, если не считать двух ежедневных сеансов связи с Антоном, утром и вечером.
— Заяц Медведю, приём.
— Медведь на связи, приём.
— Как дела, приём?
— Мёда хватает, пчёл не видно, приём.
— Успеха, приём.
— Спасибо, принял.
И не спрашивайте, почему такие позывные, это всё к Антону, он выбирал. Как и кодовые слова.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
