Авантюра в свободном ритме

— Лучше в покер по сети, — в тон ответила я.

— Не-не, азартные игры запрещены.

— А мы не на деньги. Ты мне лучше скажи, мне интернет положен?

— Если я положу, то положен, но учти, контора бдит — за каждым шагом следит.

— Вуайеристы.

— О да, завтра утречком у тебя всё будет.

— Спасибо, Андрей, очень выручишь.

— Да без проблем, просто не думал, что ты у нас хоть месяц протянешь, вот и не стал тебе давать доступ.

Договорившись таким образом с нашим айтишником, я довольно потерла руки — теперь меня голословно не смогут упрекнуть в том, что я ничем не занимаюсь, а отсутствие поручений от руководства не станет поводом для обвинения меня в тунеядстве. А то, что логируется — это только плюс.

Неделя была просто унылой — ни одного задания, даже вроде подай-принеси, ее гадючество самолично таскала все бумажки. Я же делала вид, что так и надо, не навязывая свои услуги и лениво ковыряясь в интернете, когда мне не хватало всезнающего 'Консультанта'. К пятнице у меня уже от чтения сухих казенных фраз в глазах уже десятерилось, так что я решила устроить себе вечерний выезд в район вокзалов, на которые открывался хороший вид с моста.

Заскочила домой, переоделась, схватила сумку с фотоаппаратом и рванула на другой конец города. Пока не стемнело, следовало присмотреться к лучшим точкам, чтобы потом не терять времени.

Сумерки. Я сижу в кафе и наблюдаю за людьми, гуляющими по проспекту, жду ночи... Вот как получилось, сейчас моя жизнь крутится вокруг работы, танцев и общепита — это недостаток свободы от семьи, свободы от друзей-приятелей. Не знаю, приживусь ли здесь, пущу ли корни в этом месте. Сейчас меня здесь держит только договор с другом. Тяжело. Тяжело оказалось притворяться, вести себя не так, как привыкла, умалчивать о том, что я думаю. Нет, не врать, просто молчать, тихо ковыряясь в салате, сидя в столовой среди коллектива, уклоняться от щекотливых тем и поддерживать обмусоливание кто с кем и зачем. Вторая чашка кофе, сегодня я не планирую спать еще долго. Летний вечер располагает к бдению. Лишь бы дождь не пошел, синоптикам верить можно только тогда, когда складывается в архив погода за вчера. Пора.

Припарковав машину где-то в полуквартале от моста, я закинула чехол со штативом и кофр на плечо и пошла на мост. Люди — темные тени между яркими пятнами света фонарей на перроне, иллюминация вокзала скрывает дневную унылость и казенность здания еще советского периода, где-то обновленного модным стеклом, где-то обложенное еще не везде отвалившимся камнем.

Громыхнуло... Молния — ловлю кадры, вдруг получится... Еще один азарт... казалось бы... успеть, успеть пока стихия не добралась до меня. Одна крупная капля... вторая... сворачиваюсь. Быстро сняла фотоаппарат со штатива, сунула в кофр, штатив уже складывала на бегу, а холодные капли все настойчиво стучали по голове и плечам.

Нырнула в машину. Предупреждающе громыхнуло прямо над головой и тут же разверзлись небесные хляби, как сказали бы поэты. Красота... Завела машину, прогрелась и тихонечко двинулась по улицам, стараясь зацепить взглядом интересный кадр. Размытые водой огни фонарей, редких машин, горящих окон, приютивших людей. Останавливаюсь, примериваюсь фотоаппаратом из машины, сетуя на то, что нет даже банального зонтика, чтобы прикрыть камеру. Еду дальше...

Голосующий мужчина, уже промокший насквозь, потому что здесь прятаться негде... колоритно, сфотографировать бы, но не оценит мою художественную задумку, а многие бы девицы оценили... на фоне тусклого фонаря ОН! Высок, хорошо сложен, рубашка с брюками, как в рекламе, подчеркивают достоинства фигуры и лицо... черт, знакомое. Медленно проезжаю... останавливаюсь в паре метрах и роюсь в бардачке... О, вот они мои разлюбезные, напяливаю. Сдаю назад, поравнявшись с мокрой фигурой, и открываю окно со стороны пассажира:

— Добрый вечер, Сергей Геннадьевич. Подвезти?

Мужчина запрыгнул в салон, я молча включила обогрев.

— У Вас все сиденье будет мокрое, — извиняющимся тоном сказал он.

— Высохнет. Вам куда?

Он назвал адрес.

— Извините, я очень плохо ориентируюсь в городе. Это хоть в каком районе?

— Недалеко от нашего офиса.

Я кивнула и тронулась.

— А Вы что здесь делали в такую непогоду и в такое время суток?

— Выехала до дождя, город изучала, — коротко ответила я.

— И как город.

— С точки зрения автомобилиста или пешехода?

— С точки зрения недавно переехавшей.

— Я его почти не видела, времени не было.

— А давайте я устрою Вам экскурсию?

Я опасливо покосилась на шефа.

— Спасибо за предложение, — осторожно ответила я, — но не хотелось бы Вас обременять. К тому же у меня на выходные уже есть планы.

— Мне не сложно, к тому же это ж не последние выходные.

— Не последние, — согласилась я. — Сергей Геннадьевич, извините, но я не думаю, что это будет правильно.

— Почему?

Это ему ливень так мозг прополоскал?

— А Вы всем сотрудникам экскурсии устраиваете?

— Нет, остальные местные.

— И Елена Александровна?

— Хм... нет, — улыбнулся Сергей Геннадьевич.

— Так давайте нам вместе тогда проведете экскурсию.

— Боюсь, она не оценит это предложение, — хмыкнул он.

— Сергей Геннадьевич, я не хочу оказаться в двусмысленном положении, будучи Вашей сотрудницей. Так что вынуждена отказаться от предложения.

— Если передумаете, скажите.

Я кивнула. Дальше мы ехали молча, дождь постепенно стал стихать, срываясь все более редкими и редкими каплями. Почти доехав до офиса, Сергей Геннадьевич взял на себя роль навигатора.

— Спасибо большое, Валерия. С меня причитается.

— Не за что, Сергей Геннадьевич. Мне было по пути.

— Но должок за мной, — он подмигнул и вышел из машины.

Так и представила себя в роли водяного, грозящего пальцем: 'Должок за тобой', — например, из чашки. Хихикнула. Какая рабочая неделя, такая и дурацкая концовка. Выбравшись со двора, поехала спокойно домой. Завтра, ой, уже сегодня выходной, надо будет выспаться.

— Утро доброе.

— И чего тебе не спится, — проворчал Рома, зевая.

— Да поделиться с тобой захотел.

— Что-то новое о Лерке?

— За что она так не любит мужское народонаселение? — поинтересовался Сергей.

— А что случилось?

— Сначала я ей сказал, что она произвела неизгладимое впечатление на потенциального свекра, так она открестилась от этого, как от чумы. Потом предложил свою кандидатуру для осмотра местных достопримечательностей, так был вежливо недвусмысленно послан.

— А, ну не думаю, что она заинтересована в интрижках на работе.

— Так из-за чего она с мужем развелась? Она ж в семейной фирме работала.

— Застукала с девицей в офисе.

— Впала в истерику и подала на развод?

— На развод подала, а вот как она оттуда ушла, я тебе расскажу, когда она или выиграет, или проиграет наш спор, — усмехнулся Рома.

— Заинтриговал. Видимо, не зря ею Владилен Генрихович заинтересовался.

— Кто? — Рома расхохотался. — Ну, Лерка, держись. Я ей искренне сочувствую, теперь ее шансы выиграть стремятся к нулю.

— Гюльчатай откроет личико? — заинтересовался Сергей.

— Всё может быть.

Попрощавшись с приятелем, Сергей подумал, что неплохо было бы еще раз столкнуть Валерию с Владиленом Генриховичем, но уже под его личным присмотром. Может, тогда станет понятно, с чего это Ромка такие дифирамбы своей подруге поет, не только как юристу (в ее компетенции они уже убедились), но и как весьма активной зубастой женщины (пока было видно бледную моль).

Глава 22

Вот и что я здесь делаю? С чего это я притащилась в кафе и уже добрых минут сорок пытаюсь не заработать косоглазие. А Вы попробуйте равнодушно поглядывать в окно, сидя к нему почти лицом, и не выпускать из поля зрения двери. Нет, я прекрасно себе отдавала отчет, что где-то в душе надеялась встретить здесь Олега. Не то чтобы он мне сильно понравился аж до дрожи в коленках и бабочек в животе, но он оказался интересным собеседником, а мне не хватает общения. Висеть на телефоне я не люблю, потому что нет зрительного контакта с полутенями эмоций, проскальзывающих при разговоре. А голос по телефону можно и смоделировать, не показав настоящих чувств. А что уж говорить об Интернете — выверенные слова с казенными смайликами, лишь опечатки с оговорками при длительной переписке могут иногда намекнуть на истинное положение вещей. Брюзжу, надо допивать коктейль и уходить.

За спиной послышался стук трости и прихрамывающие шаги. Удержалась, чтобы не обернуться.

— Добрый день, Валерия, разрешите присоединиться?

— Добрый. Как будто Вам нужно разрешение, — улыбнулась я Олегу.

— Разрешение, может быть, не нужно, а приглашение получить было бы приятно.

— Присаживайтесь, — рассмеялась я, — а то мы расшаркиваемся, как на великосветском приеме.

— Тогда может быть на ты перейдем? — поинтересовался Олег, устроившись напротив.

— Можно.

Меня так и подмывало спросить, откуда он появился, потому что в зале его не было. Разве что из служебных помещений.

— Спасибо еще раз за фотографии, теперь я не знаю, чем тебе за них отплатить.

— А очень хочется? — лукаво улыбнулась я.

— Очень хочется сделать приятное в ответ, — подхватил он мой тон.

— Что ж, не буду возражать.

— А подсказать?

— А как же удивить?

— И произвести впечатление? — рассмеялся Олег.

— И это тоже можно.

— А надо?

— А почему бы и нет.

— Договорились.

Пинг-понг словами глаза в глаза, чуть ироничный взгляд. Вызов? Вроде нет, лишь легкий флирт без явных намеков и обещаний.

— Еще что-нибудь будешь? — поинтересовался Олег, заметив, что мой стакан пуст.

— Может быть чуть позже. А ты почему не заказываешь?

— А я уже на кухне отъелся. Заходил к знакомым и воспользовался моментом.

— Свой человек? Поэтому официанты выучили твой заказ наизусть?

-Нет, потому что официанты практически не поменялись за 3 года, а я в общем зале беру в основном одно и то же. У тебя есть на завтра планы? — поменял он тему.

— Особых нет. А что?

— Хочу сделать тебе приятное, — улыбнулся Олег.

— И насколько приятное?

— Это как получится, но буду стараться.

— Твои предложения?

— Есть идея свозить тебя в одно живописное место здесь неподалеку. С тебя свободное время и по желанию фотоаппарат, с меня транспорт, еда и место.

— Соглашусь с корректировкой — транспорт с меня.

— У меня машина-автомат, а дефектная нога левая.

— Сделай девушке приятное, дозволь на своей машине ехать.

— И насколько девушке будет приятно? — в голосе Олега прорезались бархатистые нотки.

— Очень... Очень приятно, — скопировала я его тон.

— Что ж, не хочу тебя разочаровывать, — тут же вернулся он к нормальному голосу, — согласен — ты за рулем.

Вот зараза, а я думала еще поуговаривать или поуговариваться, а он так быстро сдал позиции.

Утро воскресенья. Я закинула вещи в машину и поехала в кафе, где мы с Олегом договорились встретиться. Он меня уже ждал за нашим столиком. Выпив по чашечке кофе, мы погрузились в машину и выехали за город. Дорога прошла в ненапрягающей тишине, изредка нарушаемой командами Олега относительно направления. Спустя час мы съехали с трассы на грунтовую дорогу.

— Так, здесь где-нибудь под деревьями становись, дальше пешком.

Я с сомнением посмотрела на него.

— Нам далеко идти?

— Не очень, отсюда просто не видно.

— Что-то мне уже кажется неудачной идеей тащить тебя куда-либо с твоей ногой.

— Ее всё равно разрабатывать надо, — отмахнулся Олег.

— Ну-ну, конечность твоя.

Я еле-еле отбрыкалась от Олега, собравшегося отобрать у меня мой фото-рюкзак с прикрепленным к нему штативом. Ну и что, что тяжелый, на святое не дам покуситься, и пускай он свою мужскую гордость засунет куда-нибудь, но так, чтобы при надобности мог ее извлечь обратно. Так ему и заявила.

Минут 15 мы шли по еле заметной тропинке не то в рощице, не то в лесочке. У меня по топографии области большой пробел, потому что на те же самые шашлыки я предпочитала выбираться куда-нибудь поближе к городу.

— Пришли, — сказал Олег, раздвигая заросли не то кустов, не то подлеска, помогая мне пройти, не цепляясь рюкзаком за ветки.

Ну что могу сказать, живописные развалины какого-то старого здания рядом с заросшим ряской прудом. Чудненько!

— Мы надолго здесь? — поинтересовалась я, как только мы обосновались на коврике под деревьями, росшими рядом со зданием.

— Пока тебе не надоест, но до темноты надо бы отсюда уехать, а то рыскать с фонариком в поисках машины будет сомнительным удовольствием.

— Тогда я на разведку, — подорвалась я и, не дожидаясь реакции Олега, умчалась обследовать местность.

Через полчаса прыжков резвой козочкой по округе я вернулась обратно.

— Там прямо в здании бьет родник! Такая прелесть: мох по стенам, прогнившие балки, ржавая арматура — и всё это на фоне чего-то вьющегося по стенам.

— Надеялся тебя вдохновить, — улыбнулся Олег, — но не думал, что настолько.

Я уже рылась в рюкзаке, бормоча под нос:

— Так, это мне пока не понадобится, объектив, наверно, этот... или взять еще попробовать... нет, лучше потом... ага... Здесь посторонние ходят? — поинтересовалась я.

— Нет, до поселков далековато, а пешком сюда можно дойти только от того места, где мы оставили машину. Дальше там овраг, — Олег махнул рукой в противоположную сторону от озера рукой.

— Надо будет потом еще и на овраг посмотреть. Ты со мной или вещи посторожишь?

— С тобой, но рюкзачок твой захватим, — не спрашивая меня, он подхватил мой рюкзак и направился к развалинам.

А дальше я ушла в иную реальность. Капли воды, срывающиеся с цепляющегося за старую кладку мха; луч солнца, заигрывающий с цветком, притулившимся на остатках деревянного перекрытия; ветка дерева, нагло влезшая в пустой проем окна; небо, отражающееся в небольшой запруде. Тихий мирок, по-своему красивый, местами скорбный из-за запустения, но стремящийся к иной жизни. Мой взгляд упал на выступы, по которым можно было бы попытаться забраться на остатки второго этажа.

— Даже не думай, — правильно понял Олег мой оценивающий взгляд.

— Я аккуратно, — я прикидывала, как бы лучше забраться.

— Отговорить не получится?

— Лучше помоги. Фотоаппарат потом подашь.

— Ну смотри, шея твоя — упадешь — сверху накостыляю.

— Сначала догони, — хмыкнула я.

— А я тебе в полете, — не остался он в долгу.

Мне осталось лишь мило улыбнуться. Я передала фотоаппарат подошедшему ко мне Олегу, он повесил его через плечо и прислонил трость к стене.

— Давай подсажу.

Он подставил руки лодочкой, и я, оттолкнувшись от земли, буквально была подкинута им до следующей опоры. Силен, хотя это и так было видно по его хоть и не совсем уж брутально, но выпиравшим мышцам.

— Давай фотик, — я свесилась с перекрытия, понимая, что вымажусь, как свинка.

— Так и замри, — он быстро глянул настройки и сделал со мной несколько кадров. — На эти снимки, как автор, я претендую.