Книга 2. Бледное солнце Сиверии. Часть 4

Послушай, Бор, а куда тогда Искры отправляются сейчас? — спрашиваю сам себя и вдруг понимаю, что зашёл в тупик. — Вот именно, куда?..

Споры у острожников немного поутихли. Урядница, надо отдать ей должное, навела порядок.

-А ты что скажешь, Альфред? — вдруг намеренно громко обратилась она к чернокнижнику, сидевшему у кривого окошка.

Мне казалось, что он был совершенно безучастен к общему спору.

Эльф медленно поднял взгляд на урядницу, также неспешно пробежался по всем присутствующим. Никто не знал, о чём он сейчас думает. Его пронзительный взгляд буквально прошивал насквозь, всякого, на ком он задерживался.

"Это было накануне, — мелькнуло в голове Альфреда. — Как сейчас помню... За пару дней до поглощения аллода Астралом".

Альфред уже несколько раз вспоминал ту странную беседу, и всё никак не мог найти в ней того смысла, который пытался ему по своему передать Великий Маг. Тогда не мог.

...Чернокнижник сидел в уютной беседке Клемента ди Дазирэ в его личной Усадьбе, прозываемой Ясеневой рощей. На ажурном металлическом столике лежала раскрытая книга Сезара ди Вевра, путешественника и великого Историка с Тенебры, под витиеватым названием: "Взгляд на земли аллода Сиверия в нынешнем его положении".

Альфред ждал Великого Мага. Тот обычно в этот вечерний час приходил на берег небольшого прудика и подолгу посиживал в беседке, глядя на тихие мутные воды, поросшие желтыми кувшинками.

Возраст берёт своё, — думалось чернокнижнику. — Внешне это не видно... (Он помнил, какое в молодости впечатление произвело на него стремительное старение одного из эльфов его Дома: тот за месяц превратился в дряхлого старика).

Альфреду теперь всё чаще хотелось побыть наедине, в каком-нибудь не менее живописном месте, чем тут, в Ясеневой роще. Чтобы никуда не торопиться, ничем не обременять свой разум, а просто созерцать... наслаждаться... Просто жить и радоваться этому.

Так что судить иных стареющих душой эльфов, ну и особенно Клемента, считая подобное занятие нелепой тратой времени, было бы не справедливо. Об этом сейчас и думал Альфред.

-Вот ты где, — из-за густых кустов шиповника вылетела высокая фигура Великого Мага. — И давно тут ждёшь?

-Прилично... Успел даже побывать в твоей библиотеке, — отвечал ди Делис. — Вон даже взял почитать.

Клемент приподнял к глазам книжицу, бегло промчался по названию и небрежно положил её на место. Великий Маг опустился напротив своего товарища.

-О чём же ты хотел поговорить? — деловито спросил держатель аллода.

-О чём? Я по-прежнему занят карийским вопросом.

-И что? — не понял Клемент. — Извини, может, я что-то пропустил...

-Ну как же! Мы же с тобой на той неделе говорили. Источник вековечных проблем между Домом ди Дазирэ и Домом ди Дусер следует искать именно в этом. Иные версии следует откидывать... или, в крайнем случае, считать дополнением.

По глазам Великого Мага стало видно, что он до сих пор не включился в тему разговора.

-Вопрос с ди Дусерами я решаю по своему, — вдруг заметил он мне. — Ты ведь знаешь, что я многих из них приютил у себя...

-Знаю. Мне кажется это странным. Как бы ни вышло, что ты пригреваешь на груди змей.

-Мой принцип по-своему прост: живи сам и давай жить другим... даже врага следует прощать.

-Ага, прощать. А он тебе в спину нож. Ты же сам Историк... Помнишь события на аллоде Грох, когда орки уничтожили Клода ди Вевра. А ведь он пытался помочь их расе обрести Великого Мага. Хотел "вырастить" его...

-Брось ты, Альфред. В этом мире и сильный стаёт слабым... Даже комар порой может победить жабу.

-Не понял. Это как?

Но Клемент не ответил. Альфред чуть посопел, и снова начал о волнующем его вопросе:

-Вспомни, за период с 1621 по 1689 года Старой Эры, до того, как основали вторую столицу Карию, произошло сто девять... Слышишь? Сто девять переворотов в правящей верхушке почти всех существующих на тот момент семей... Жаль, что с того периода до нас дошло так мало письменных...

-Слишком громкое слово: "переворот", — скривился Клемент.

-Ну-у, не знаю... Мне кажется, что это слово вполне уместно в данном контексте. До принятия Большой Игры на Третьем Соборе, где зафиксировали основные её положения, наши эльфийские дела уже были на грани... гражданской междоусобицы. Этот период до сих пор прозывают "багряной болезнью".

-Н-да... Здесь ты, Альфред, прав, — отвечал Клемент, хотя не чувствовалось, что он был настроен на дальнейший разговор.

-Но я хочу сказать другое, — продолжал чернокнижник, словно не замечая настроений Великого Мага. — О предшественнике... прародителе карийского конфликта между ди Дазирэ и ди Дусерами. О споре на Первом Соборе. Согласно старым летописям, Сарн отдал нам частичку себя. Твой род, Клемент, всегда стремился к тому, чтобы довести природу сего мира до Совершенства. Борьба с Уродством...

-Уродствами, — поправил Великий Маг. Он прекрасно знал историю своего Дома, но всё же продолжал слушать Альфреда.

-Дусеры напротив, искали в ней скрытую красоту...Первый Собор вскрыл эту конфронтацию и довёл её до открытого противостояния. Когда Константин ди Дусер, по прозвищу Колдун, вызвал на дуэль...

-Соревнование, — уже чисто автоматически поправил своего товарища Клемент. Он всё поглядывал куда-то в парк.

-Хорошо, пусть соревнование. Он вызвал Льва ди Дазирэ, и в пух и прах разбил его на глазах у представителей иных семей.

-Честно сказать, что Лев сам нарвался, — скривился Клемент.

-Вам виднее... Думаю, если бы не драконы...

-Да причём тут драконы! — скривился Великий Маг. — Странное у тебя понятие об истории вообще... Твои драконы стали лишь толчком к новому мировоззрению. Я говорю об Изменении... Мы всегда считались первыми детьми Сарна, бога Света. Он открылся нам, показал почти все тайны Сарнаута...

-Джунам он тоже открылся. Только отчего-то они приняли сторону Нихаза. Странный парадокс.

-Ничего странного... ничего...

Клемент вдруг нахмурился и замолчал. Он посмотрел куда-то в сторону парка. Из его глубин появились три женские фигуры. Ди Делис пригляделся и определил в приближающихся эльфийках спутниц Клемента, близких его подруг. Одетые в розовые платья, они несли подносы с угощениями. Завидев их, Великий Маг мягко улыбнулся.

Альфред недовольно сощурился: он ведь думал, что сегодня сможет серьёзно поговорить с Клементом. Причём наедине. Сколько уже порывался это сделать...

Эльфийки приблизились. Двое из них, шатенки, присели подле Великого Мага, а третья, невысокая худенькая блондинка, опустилась на колени подле Альфреда и положила голову ему на колени. Чернокнижник чисто автоматически положил сверху свою белоснежную ладонь, поглаживая пальцами тонкий шёлк волос.

Присутствие иных личностей несколько сбивало волну откровенной беседы. Клемент это явно видел, но меж тем даже не пытался изменить ситуацию: либо не хотел, либо не считал нужным.

Шатенки так и вились подле него: одна поглаживала грудь, вторая припала к левой руке, при этом покармливая Великого Мага фруктами.

-Ты ещё что-то хотел мне сказать? — спросил Клемент, всё также мягко улыбаясь. Его настроение явно стало чуть веселее.

-Легенда о Шерте, по моему мнению, это результат... вернее закономерный ответ за тот инцидент в Карии на Первом Соборе. Изощренная месть за проигранную дуэль...

Лицо Клемента на какую-то секунду помрачнело.

-Результат... результат... Конечно, конечно — бросил он.

-Есть возражения?

-Это всё превратности нашей истории... Я не так давно пришёл к странному выводу, что во всём ходе событий есть некий... нравственный смысл... закон, которому подчинено всё. Абсолютно всё. Даже боги... Мы слишком увлеклись цикличностью бытия. Всё, мол, несётся по кругу, всё повторяется и ничего не меняется. Так было, так и есть... так и будет. В результате единственным разумным выводом напрашивалось только простое желание жить, как хочется, и брать от этой жизни всё, что возможно.

Альфред не понимающим взглядом смотрел на своего товарища.

-Я думаю, что это не верно, — продолжал ди Дазирэ. — Не принимай это, за некую претенциозность с моей стороны. Мол, он Великий Маг, и, значит, ему виднее... Ему вроде как позволяется думать не так, как всем.

-Позволяется, — слащавым голосом промурлыкала шатенка слева.

Вторая же повисла у Клемента на шее, нежно лаская губами его тонкую кожу.

Блондинка на коленях у Альфреда приподнялась и подползла под бок чернокнижника. Она прильнула всем телом к эльфу, и тот даже сквозь ткань ощутил горячее тело молодой девушки.

-К чему ты ведёшь? — спросил ди Делис.

-В этом мире действительно есть две силы. Мы их называем Сарном и Нихазом... Я бы сравнил их с двумя деревьями в лесу. Каждое тянется вверх, стараясь вобрать в себя больше солнечного света и заглушить рост соседа. Для этого широко раскидывают в стороны свои руки-ветки... Иногда те переплетаются с ветками противоположного дерева и уже трудно различить где какое.

-Извини друг, но я что-то совсем запутался в нашем разговоре.

Клемент отстранился от своих подружек и наклонился.

-В чём смысл Истории?

-В чём? — осторожно сказал Альфред.

-В борьбе противоположностей. Сарн против Нихаза. Нихаз против Сарна. С каждым витком это противостояние становится всё явственней, всё жёстче... Мы постоянно на каком-то распутье... Куда идти? Чью сторону поддержать? Жить по справедливости? А кто из богов справедлив? Тогда, может, жить, как того желает твоё естество?

-Ну, я слышал о подобных идеях... Скажу лишь одно: природа нашего бытия не даёт нам права думать, что вся наша жизнь бессмысленна. Потому мы и считаем себя "детьми" богов... А на самом деле мы "игрушки" в их руках...

-Закон воздаяния, — вдруг сказал Великий Маг. — Вот по какому принципу идёт История. Ничего и никогда не происходит просто так. Ничего нигде не бывает бесследно. Посадишь яблоню — вырастет яблоня. Посадишь чертополох — он и вырастет.

-Такой закон? Интересный, — усмехнулся Альфред. — И как ты его назвал?

-Воздаяние... В этом мире действует только он. Как сделал, так и получил. Иными словами: совершишь злодеяние и тебя настигнет кара... Хотя бы в виде мести...

-Ну не скажи. Многие злодеи живут лучше праведников... Скорее, история живёт по закону сильного. Ты же сам говорил о борющихся друг с другом деревьях... Тьфу ты! Богах. Где ж тут нравственный закон? Где справедливость? Они сражаются друг с другом, а мы, как те ветки... или листья... Нет уж. Жить надо сегодняшним моментом.

-Закон сильного, говоришь? А вспомни джунов. Они победили Хозяев мира — драконов. А что сталось с их расой? Где они?.. Нет, в этом мире правит иной закон.

-Вот видишь! — почему-то обрадовался Альфред. — Джуны, драконы, племя Зэм... Одни были сильнее других... умнее, изворотливее, хитрее... Кто-то обманывал сам себя...

-Ты слышал, что сейчас сказал?.. Лишь подтвердил мои слова.

Клемент как-то странно улыбнулся. Он вдруг посмотрел вверх, в сторону уходящего на покой солнца.

-Цвет гнева, — сказал он, кивая на небо.

-Где?.. И что? — сегодня Альфред просто не узнавал Клемента.

-Н-да... Видно, за грехи своего Дома отвечать придётся мне... За Первый Собор, за Шерт...

Великий Маг грустно посмотрел на своего друга и тяжело вздохнул. Альфред не понимал Клемента. А, может, в тот момент просто не хотел понимать.

"Причём тут Первый Собор до Великого Мага? Причём тут Шерт? Когда это было? Тысячи лет назад! Тогда жили иные эльфы, правили иные порядки... Почему он считает, что должен платить за старые грехи?" — недоумевал чернокнижник.

-А ты в Сиверию собрался? — неожиданно спросил Клемент.

-Есть такая мысль... А что?

-Интересный аллод... Загадок на нём не счесть.

Ди Дазирэ откинулся назад и, повернувшись к одной из своих подруг, страстно впился в её в малиновые губы. Альфред ещё хотел кое-что сказать, но в этот момент блондинка погасила все слова жарким поцелуем.

Мысли враз померкли. Ди Делис поддался и блаженно закрыл глаза. Местные эльфийки одним только поцелуем были способны разжечь в мужчине могучее желание.

Этот вечер обещал немало пикантного.

Не вышло разговора, — промчалось в голове чернокнижника, ответившего на поцелуй своей пассии. А ему ещё много чего было сказать своему другу про отношения ди Дусеров и ди Дазирэ. Но, может, как-то в следующий раз...

14

-Так что скажешь, Альфред? — снова обратилась урядница, вырывая разум эльфа из озера воспоминаний.

Чернокнижник ещё раз оглядел всех присутствующих, а потом, откашлявшись в наступившей тишине, заговорил:

-Мы сами посмеиваемся над язычниками. Их глупые верования... иногда наивные... А меж тем.., — эльф изогнул бровь в вопросе. — В Сарнауте сейчас сложилась такая странная ситуация. Я бы её назвал новой формой язычества.

Люсиль хотела что-то возразить, но чернокнижник остановил её жестом руки.

-Вы все сейчас тут здорово изгалялись. Но слово перешло ко мне, потому, будьте так добры, сначала выслушайте. Потом можете высказываться... Договорились? — эльф улыбнулся и тут отчего-то поглядел на меня. — Итак, я сказал, что нынешняя ситуация стала напоминать язычество, только в иной форме. Верования перемешались, дополнили друг друга. Сарн, бог Света, стал и богом добра. Нихаз... Его именем мы пугаем и проклинаем. А кто он? Бог Тьмы... У нас же бог зла и всякого непотребства. Признаюсь честно, что я, и то подвергся этим веяниям, и сам порой поминаю сего бога в дурном значении слова. А ведь в Тенебре я Историк!

Альфред рассмеялся. Мне подумалось, что он сейчас и не замечает, будто вокруг обычные люди, а не эльфы, перед которым, я думаю, в его представлении он мысленно выступает.

-Вы, конечно же, будете возражать, — продолжил Альфред. — Ещё бы. Ведь так вас научили...

-Не пойму тебя, Альфред, — нахмурилась Огонькова. — Ты хочешь сказать, что нет никакого Сарна, нет Нихаза...

-Отчего же. Против этого я совсем не возражаю. Но вот только кто они на самом деле?

-Боги.

-Боги, — согласно кивнул эльф. — Естественно. Но те ли, которыми вы их себе представляете?

-А что тут представлять? Сарн — положительный, Нихаз...

Эльф манерно вздохнул.

-Вот про это я только что вам всем и рассказывал. Куда мы катимся?.. Сейчас приведу вам для размышления одну фразу из святых книг. Вот послушайте: "Ни добро, ни зло не приходит в оное время. И детей же зачинают ночью, а битвы кровавые проводят при свете солнца".