| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
-То есть ты предлагаешь... отобрать его у ургов? Чтобы они не смогли больше вызывать Андкалта?
-Ну, наконец-то мы дошли до самой сути дела! Конечно, я предлагаю вам, гибберлингам, завладеть этим Сокровищем, чтобы обезопасить собственный остров.
-А если не выйдет? — как-то испуганно спросил Крепыш Орм. — Если мы не сможем выкрасть это Сокровище?
-Коли так думать, то и дела нечего зачинать. Сразу домой и на палати спать. А если... а если.., — перекривил я Крепыша.
Упрямый хотел что-то сказать, но вдруг, словно чего-то испугавшись, стушевался.
-Ий говорил, что и старейшина арвов, и вождь ургов, оба желали "быть сильными", — продолжал я убеждать гибберлингов. — Они недаром поклоняются Ледяному богу, приносят ему жертвы... Вы все по-прежнему сомневаетесь в возможностях горняков? А представьте, если я окажусь прав! И вот... подумайте... подумайте, что скажут о вас... о гибберлингах, потом. А скажут так: "Они получили поражение от дикарей"! Или: "Какие-то дикарские племена наголову разбили гибберлингов. Подумать только! Дикарские племена и... разбили".
Каюта сотряслась от недовольного гула.
-Вот за что, господин Бор, вас не очень жалуют в нашем Совете, — послышался голос Сутулой. — Вы слишком...
-Не слишком!
-Эти ваши нападки на ургов могут привести к тому, что племена горняков окончательно сплотятся для борьбы с нами.
-А это уже произошло! Вы просто не замечаете... не хотите замечать! О, Сарн, да вразуми ты этих... этих...
Мой взгляд снова упёрся в Стояну, неодобрительно мотающую головой.
-Вот, что я вам скажу: арвы изначально мыслят себя выше "мирных" ургов. Эти племена иногда грызутся друг с другом, как кошка с собакой. Но авторитет их духовного лидера — старейшины — играет немаловажную роль.
-Так его уже нет, — пробормотал Орм.
-Вот именно! А добавь сюда то, что мы отберём у них то Великое Сокровище. Что выйдет? А выйдет ещё больший разлад...
-Каким образом? — поинтересовался Упрямый.
-После того, как выкрадем Сокровище, отправим к ургам Гнилого Зуба. Пусть он им байки рассказывает.
-То есть?
-Донесём до него мысль, что арвы теперь слабы. Хотя, я думаю, он и сам теперь это прекрасно понимает...
-Нет старейшины, некому управлять племенем, — обрадовано бросил Крепыш Орм. — ты это хочешь "донести" до умов ургов?
-Угу. Их вождь, коли не совсем дурак, быстро смекнёт свою выгоду. Думаю, что в головах местных горняков до сих пор жива идея реванша за прошлые поражения. Пусть меж собой и решают, кто главнее, да кто важнее... Без помощи Андкалта ни те, ни другие не будут иметь друг перед другом преимущества, а значит не станут и "заискивать"... вернее, опасаться говорить в полный голос.
-Ну... это.., — неуверенно забормотал Упрямый.
-Это возможно. Может, всё будет не так уж и идеально, но вполне реально.
Мои слова ещё больше ошарашили всех.
В каюте сразу стало тихо. Я окинул взглядом всех, ожидая продолжения возражений, но ничего подобного не последовало.
-Значит решено?
Мой вопрос заставил многих очнуться от раздумий.
-Ты толкаешь нас... нас на то, чтобы мы завязали войну первыми, — сощурился Упрямый. — Не спорь, но это так. Либо они, либо мы... По-моему, так ты сказал?
-Сказал.
-А позволь вопрос. Ну, с нами понятное дело: арвы напали — надо защищаться. А вот зачем это всё тебе? Почему вызываешься помочь?
-Сразу видно, что ты из торговцев, — попытался ослабить я "хватку".
-Отчего вдруг?
-Ищешь выгоду... во всём...
Гибберлинги нервно хихикнули.
-Возможно, — оскалился Упрямый. — Но ты не ответил.
Нихаз тебя дери! Упёртый парень!
-У меня, можно сказать, личное...
-И всё же.
Некоторое время я собирался мыслями. Ох, и трудно их было сейчас приструнить!
-Однажды мне повстречалась в Новограде предсказательница, — заговорил я. — Её звали Елизаветой Барышевой.
-Знаем такую... Её сам Айденус жалует.
Я кивнул головой, соглашаясь со словами Упрямого.
-Она мне сказала, что если смогу помочь... э-э... помочь и гибберлингам тоже, то получу ответы на вопросы о своём... о своей прошлой жизни.
Упрямый нахмурился, пытаясь понять смысл сказанного. Но я более ничего не добавлял, а он не стал уточнять. Остальным же, казалось, достаточно было этого объяснения.
-Итак, — подвёл я итог. — Что скажете, гибберлинги?
-Ургов кряж... Ургов кряж.., — кивали один за одним члены отряда.
-Вот и славно, — улыбнулся я.
А сам внутренне себя похвалил: справился-таки. Бернар бы тоже был доволен переговорами...
Итак, наш когг шёл к Ургову кряжу.
13
Опять неприятные сны... Не знаю почему так, но отчего-то вдруг подумалось, что их нарочно мне... "показывают". Да, да, пожалуй, это очень точное определение — "показывают".
Но зачем? И кто?
Сон был мутный, не чёткий. В нём я снова барахтался в чёрной жиже, которая вдруг превратилась в кровь арвов... Её было много, целое озеро. А над ним, куда не кинь взгляд, стояла непроглядная густая стена сизого тумана.... И мухи... жужжат... жужжат... ползают по вонючей жиже...
Я барахтаюсь, чувствую как сдавливает грудь... Выбраться невозможно, ноги увязли, руки тяжелы... Мне хотел крикнуть, позвать на помощь, но в рот стремительно потекла эта солоноватая чёрная грязь... кровь... И когда стало ясно, что я вот-вот захлебнусь, наступило пробуждение...
Ресницы распахнулись и взгляд упёрся в деревянный потолок каюты. Рядом тихо-тихо сопела Стояна, а чуть в стороне развалились Крепыши.
Сон... это был сон, слава Тенсесу! Надо было вчера не пить ту Воду, взятую у старейшины. И кто меня дёрнул это сделать?
Во рту стоял привкус той самой крови из моего сна... Или, может, Воды Прозрения. Вот гадость редкая!
Честно скажу, в тайне я надеялся получить ответы на кое-какие вопросы, связанные с верованиями арвов. Думалось, что раз старейшина её пил и после этого каким-то образом посещал "небо", то и мне откроется "дверь" туда... А вместо этого — снова кровавые сны!
Ха, ну и глупость! Бор, ты порой бываешь таким наивным! Откроется "дверь"... Ха! Дурак!
-Берег! — раздался крик с палубы.
Уже? Так быстро... Отчего-то вдруг стало страшно. Сердце ёкнуло и забилось быстрее.
Я осторожно слез и стал собираться. Надо было определиться с местом высадки.
Нельзя сказать, что разговоры с ургом прошли впустую Мне удалось набросать нечто вроде карты...
Тут, кстати, вышел смешной случай. Ий увидел мой рисунок, выслушал объяснения, что на нём изображено, и неожиданно заявил:
-Твоя великий колдун!
Оказывается, горнякам вообще было неведомо само понятие карты.
-А как же Кольца и камни-"земли"? — удивился я.
-Не наша делать. Давно быть...
На палубе уже были Упрямый и Смык. Они что-то горячо обсуждали, но едва завидели меня, тут же замолкли.
-Неспокойный сегодня астрал, — послышалось замечание капитана.
Я ничего не ответил. Глядел, как по правому борту проплывает скалистый берег Ургова кряжа. Если верить Гнилому Зубу, то практически вся западная оконечность острова щетинилась острыми горными пиками. Правда, невысокими, но всё одно это затрудняло швартовку. А если учесть и сильные "течения", направленные на север, то и вовсе стоило выбросить из головы даже саму мысль о высадке с этой стороны кряжа.
С капитаном мы сговорились в том, что когг поплывёт вокруг острова... Кстати, судя по всему он был гораздо крупнее Арвовых предгорий.
Широкий пролив, который разделял места обитания горняков, прозывали Буян-протокой. Со слов гибберлингских мореходов, тут частенько случались астральные бури.
Я долго стоял у борта судна, всматриваясь вместе с капитаном в островную линию, в надежде увидеть хоть одну мало-мальски пригодную бухту. Но всё было тщетно.
Востров ворчал, а мне уже стало ясно, что придётся потратить немало времени, чтобы найти место для швартовки.
Но чтобы кто не говорил, а местные берега были по-своему красивы. Серые, местами белые, скалы, расчленённые неглубокими провалами, сильно контрастировали на фоне бледно-фиолетовых астральных разводов. Они то вздымались вверх, то резко обрывались, то выступали в море причудливыми фигурами.
Мы шли вдоль берега почти пять часов, и вот наконец достигли северной части острова. Тут кряж сходил на нет и вскоре заменился пологим берегом.
-Удобные места, — заметил капитан. — Может, тут причалим?
-Нет, — отрезал я. — Стан ургов находится на юго-востоке. Отсюда мы будем топать до него практически через весь остров.
-И что теперь? Так мы того и гляди зайдём в Змеиную протоку.
Опасения капитана мне были понятны. Узкий пролив, что разделял Ургов кряж и Мохнатый остров, славился обилием скальных глыб, свободно парящих в астральном море. Неудачный манёвр и когг мог налететь на них и повредить корпус.
Но нам надо было зайти как можно дальше на восточную окраину. А Востров уже начинал нервничать.
-Голые скалы! — сердито бурчал капитан. — Одни голые скалы! Как тут вообще можно жить? И кто тут вообще живёт?.. Как их там? Урги, что ли?.. Дураки!.. Да и мы тоже! И что тут забыли?
Капитан, конечно, не присутствовал на нашем маленьком совете. А мне не особенно хотелось распространяться среди его команды о целях перехода. О чём, кстати, предупредил своих гибберлингов.
Я отошёл в сторону. Берег вновь становился холмистым, но в этот раз "голые скалы" (так ведь, кажется, их обозвал Востров) были не такими уж и голыми. Склоны поросли тёмно-зелёной порослью какой-то местной травы. А вот деревьев, как и на Арвовых предгорьях, тут не наблюдалось.
-Подходи вон туда! — приказал я, указывая капитану на неглубокий залив.
Сам же подошёл к своему отряду и дал команду собираться к высадке.
-Ий тоже идёт? — сухо спросил Упрямый.
-Безусловно. Нам ведь нужен проводник...
-Слишком уж мы ему доверяем. А если...
-У нас нет иного выхода! — оборвал я гибберлинга.
Через час мы уже были на твёрдой земле. Решено было идти вдоль восточного побережья прямо на юго-запад. Со слов Гнилого Зуба: сюда урги заглядывают редко, поскольку сию местность облюбовали белые медведи.
Во главе отряда пошла Стояна. А я с Ий замыкал шествие.
-У вождя имя-то есть? — поинтересовался у урга.
-Твоя говорить верно. Имя трудный... ваша звать... звать Лют... Вырви Сердце.
-Ничего себе! — цокнул я языком. — Сколько по времени нам идти до поселения?
Ург начал что-то путано объяснять. В итоге стало ясно, что дорога займёт около полутора дней.
На Урговом кряже было значительно прохладнее, чем на острове арвов. А воздух тут имел необычайную прозрачность.
Изредка нам попадались тоненькие ручейки, стекающие в небольшие расщелины. Со слов Гнилого Зуба стало ясно, что на этом острове лето очень короткое. И вода — результат таяния льда, что намерзает на горных вершинах.
Хотя, горными вершинами это было назвать трудно. Вот в Сиверии — там действительно горы. А тут... одним словом — кряж.
Мы успели сделали уже два привала, когда дорога стала вздыматься кверху.
-Скоро ходить верх, — сообщил мне Ий. — Там быть осторожный... Медведь ходить, бык ходить.
И тут, подтверждая слова урга, Стояна подала сигнал к остановке.
-Что там? — приблизились мы к ней.
-Здесь следы очень крупного зверя, — сообщила друидка, указывая пальцем на чёткий отпечаток лапы в земле. — Он прошёл тут около трех часов назад.
-И кто это? Медведь?
-Да.
Я сразу отметил беспокойство в поведении Ий. Он заглянул через плечо друидки и тут же отпрянул назад.
-Что такое? — ург вжал голову в плечи и отошёл в сторону.
Стояна ещё долго осматривалась на местности, несколько раз возвращалась назад, потом снова шла вперёд, присаживалась, принюхивалась, приглядывалась.
"Ну, кошка! — чуть не воскликнул я. — Рысь! Ей-ей, Бор! Рысь на охоте".
Когда Стояна в очередной раз закопошилась у земли, Крепыш Орм не удержался (видно, тоже увидел странности в поведении друидки) и задал вопрос:
-Что-то не так? След запутан?
-Нет, — сухо отвечала Стояна, даже не поднимая головы. Она наклонилась и опять понюхала грунт. — С этим зверем, что-то не так.
Я заметил огонёк страха в глазах девчушки. Она старалась не выдавать этого, но от меня ничего не укрылось. И её беспокойство передалось мне.
-Не могу понять, куда он направился, — негромко сказала мне друидка. — Шёл, шёл и, словно, пропал. И это меня... пугает.
-Ладно, Нихаз с ним. Давай двигаться дальше. Отсюда два пути: либо на юг наверх по склону, либо на запад через расщелину в скалах...
-Наверх, — отрезала Стояна.
Не найдя ничего по нашему мнению опасного, мы продолжили движение вдоль побережья. Чем выше поднимались по склону, тем сильнее задувал ветер. И вот когда отряд оказался на плоской вершине кряжа, начался мелкий противный дождь. А через полчаса он сменился мокрым снегом.
Стало довольно холодно. Всё бы терпимо, не будь ветра.
Небо потемнело от обилия тяжёлых туч свинцового оттенка. Шли они так низко, что казалось будто зацепятся за макушку. Видимость резко снизилась, а земля под ногами стала превращаться в непроходимую грязь. Снег таял, едва касался земли. Под ногами захлюпали тоненькие ручейки.
-Нужен привал! — кричали мне сквозь порывы ветра Крепыши. — Так дела не выйдет!
Я согласно кивнул, но как на зло, не было ни одного мало-мальски пригодного укрытия.
Ветер усиливался. К всему прочему стало темнеть. Конечно, на Урговом кряже тоже были белые ночи, но в связи с непогодой, следовало ожидать своего рода сумерек.
Мы ещё почти час брели по плоскогорью, пока не показались какие-то каменные нагромождения. Бивак разбили под громадным обломком скалы, нависшим над землёй, подобно крыше дома. Тут было и сухо, да и ветер не задувал.
Я вытянул зачарованные стрелы и соорудил нечто вроде шалашика.
-Огонь! — секунда и перед нами появился небольшой костёрчик.
-Ничего себе! — присвистнули гибберлинги. — Вы, господин Бор, порой умеете удивлять.
-А чего на арвовом острове такое не делали? — поинтересовалась Сутулая.
Она, кстати, не переставал заниматься поиском метеоритного железа.
-В голову как-то не приходило, — отвечал я, а сам тут же мысленно шлёпнул себя по затылку. Действительно, мог бы и там костёр развести.
Ург с некоторым удивлением смотрел на огонь. Он даже потянулся к нему рукой, наверное, хотел пощупать, но тут же получив небольшой ожёг, отдёрнул её назад.
-Твоя великий колдун! — не переставал восхвалять меня Ий. — Старейшина не зря хотеть твоя убить.
Гнилой Зуб, между прочим, не знал о цели нашего похода. На удивление, он даже не пытался это выяснить. Безусловно, мои расспросы о Великом Сокровище должны были его насторожить, но если так и было, то внешне это никак не проявлялось.
Ий не был похож на простофилю. У него были умные глаза. В чём-то он мне порой напоминал подростка, пытающегося произвести впечатление на взрослого человека. В его речах проскальзывала своеобразная детская мудрость, которую с годами перестаёшь воспринимать, принимая её за наивность, иногда даже глупость.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
