Гарри Поттер и Кольцо Согласия - 4

Подойдя к племяннику, Петуния осторожно прикоснулась к руке Джинни. Рука была теплой и мягкой. Но, может быть, все трупы поначалу бывают теплыми и мягкими?

...Дадли вышел из своей комнаты вслед за матерью. Слушать заунывное бормотание отца, который разговаривал сам с собой, было выше человеческих сил. На лестнице, ведущей наверх, лежал человек. Дадли не решился подойти к нему. Неуверенно переступив с ноги на ногу, он вдруг услышал какой-то посторонний звук. Прислушавшись, он понял, что звук идет из соседней комнаты, дверь в которую была приотворена. Заглянув внутрь, он увидел, что на полу без движения лежит миссис Уизли — он слишком хорошо знал эту рыжую толстушку, которая чуть не каждый день готовила для них еду. Звук повторился. На этот раз Дадли показалось, что кто-то разговаривает. Ощущение было таким, словно он услышал голос из телефонной трубки, которая находится в паре футов от него.

Шагнув внутрь комнаты, он обнаружил лежащего на кровати волшебника. Дадли узнал его, это был ИХ главный начальник. И тот тоже был похож на труп. Сделав пару шагов, Дадли понял, откуда идет звук: на кровати, рядом с рукой начальника лежала какая-то прямоугольная пластина в кожаном чехле. Приблизившись, он протянул руку, взял ее в руку и тут же едва не выронил. На пластине, как на экране телевизора, дергалось изображение женщины, которая показалась ему знакомой.

— Элфус, откликнись! Что случилось? Что у вас там случилось? Элфус! — без остановки кричала женщина. Затем ее взгляд вдруг заметался по сторонам. — Кто это? Кто там есть? Что с Элфусом? Нимфадора, это ты?.. О! Магл! Э-э... мистер Дурсль? Как вы попали сюда? Что с мистером Дожем?

Дадли приблизил экран к своему лицу. Наверное, эта та штука, о которой он пока только слышал — видеотелефон! Интересно, где тут кнопки? Или она услышит его безо всяких кнопок?

— Э... Тут все померли, — осторожно сказал он.

— Померли? В каком смысле померли? — закричала женщина на экране.

— Ну... вроде как нейтронная бомба разорвалась, — пояснил Дадли, вспомнив учебный фильм, который им показывали в школе и гордый, что смог запомнить такое сложное название. — Тут все цело, дом цел, а люди... наоборот. Лежат... Один вот, на лестнице, и начальник ваш вот тут, на кровати... И кухарка рядом с ним, тут вон, на полу валяется...

— Какая бомба? — удивилась женщина.

— Нейтронная. Или нейтринная. В общем та, что людей убивает, а все остальное остается целым...

— А-а... Мистер Дурсль, а кто в доме еще жив? Кроме вас?

— Отец жив, беседует там с картиной. Мать куда-то пошла. Кажись, наверх...

— А из волшебников?

— Вроде никого. Я, по крайней мере не видел. Тут вот эти лежат, да там, на лестнице один валяется... Все вроде неживые...

Женщина отвернула голову от экрана и что-то сказала в сторону. Затем снова повернулась к Дадли.

— Пожалуйста, передайте своим родителям, мистер Дурсль, чтобы были наготове. Я сейчас приду, разберемся на месте...

— Петуния, Дадли! Куда вы запропастились? — послышался из коридора рев Вернона.

Дадли воровато оглянулся, торопливо сунул "видеотелефон" себе за пазуху и вышел на площадку. Его отец стоял, озираясь по сторонам.

— Где ты был, Дадличек?

— Там, — махнул рукой Дадли и возбужденно добавил: — Там два трупа.

— А мать где?

— Не знаю...

На лестнице послышались осторожные шаги и сверху спустилась Петуния Дурсль. Лицо ее было таким бледным и изможденным, что Вернон испуганно спросил:

— Петуния, дорогая, с тобой все в порядке?

— Да... Со мной... Вернон, там Гарри... и его друзья... Они все лежат...

— Да-да, дорогая, мы уже видели всех этих людей...

— Сейчас придет одна из них, — сообщил Дадли, неопределенно помахав рукой вокруг себя.

— Придет? Откуда ты знаешь? — удивился Вернон.

— Она... Она сказала...

Дадли спутался, не зная, как выйти из ситуации. Говорить о волшебном видеотелефоне ему не хотелось. К его счастью внизу послышался звонок в дверь. Трое Дурслей испуганно замерли, прислушиваясь к звукам. Звонок повторился.

— Это... она, наверное, — нерешительно сказал Дадли.

— Надо открыть, — тихо, но очень твердо сказала Петуния.

Ее супруг нерешительно оглянулся, но потом вспомнил ту жуткую картину из валяющихся по всему холлу тел, и пробормотав: "Ждите здесь", — отправился вниз.

Пока он шел по лестнице и пробирался чуть не по головам лежавших волшебников в холле, в дверь позвонили еще дважды. Наконец, он добрался до выхода и откинул тяжелую щеколду.

— Как вы долго, — сказала Селеста, входя в дом. — О, Мерлин! Что же здесь случилось?

Она кинулась к ближайшим телам.

— Я... я подумала, что ваш сын пошутил, — пробормотала она. — О, какое счастье, он жив!

Стоя на коленях перед волшебником в мантии цвета хаки, она взмахнула палочкой, что-то пробормотав, но ничего не изменилось, человек по-прежнему не подавал признаков жизни. Она попробовала заклинание еще раз. Бесполезно. Тогда Селеста перебралась ко второму телу, затем к третьему... Оживить никого не удавалось.

— Странно... Какое-то незнакомое заклинание... Почему-то не снимается... Ну хорошо. Нам нужно будет доставить их в госпиталь, там мы попробуем что-нибудь придумать, — обратилась она к Вернону.

— Нам? — изумился тот.

— Ах, да, вы не сможете аппарировать с телами... Ладно, сейчас я вызову подмогу. А вы пока постарайтесь пройти по дому и найти всех пострадавших, чтобы мы кого-нибудь не забыли... Не закрывайте дверь, пожалуйста, чтобы вам снова не пришлось сюда бежать...

Взмахом палочки Селеста наколдовала носилки и переместила на них ближайшее к выходу тело молодого волшебника. Еще один взмах — и носилки поплыли к выходу, остановившись у самых дверей. Дверь отворилась, целительница с трудом подняла тело и, обняв его, шагнула за порог. В следующую секунду раздался хлопок, и они исчезли из виду.

Вернон Дурсль с выражением безнадежной тоски на лице, посмотрел на распахнутую дверь, затем повернулся и снова пробрался мимо валявшихся повсюду тел к лестнице.

Когда он поднялся на первый этаж, его встретил Дадли, который, ухватив подмышки своего кузена, тащил его вниз. За ним таким же образом Петуния волокла Джинни. Ноги бесчувственных подростков ударялись о каждую ступень, выбивая ритмичную дробь.

— Мы... слышали, — тяжело дыша, сообщила Петуния. — Нужно нести всех вниз...

— О, Мерлин! — раздался снизу голос Селесты. — Кроме меня никто не может проникнуть в дом! Мистер Дурсль, а вам Гарри сообщил пароль на вход?

— Нет, — рявкнул Вернон, свесившись через перила. — Мы не пользуемся его доверием!

Больше часа ушло у Селесты на то, чтобы вытащить на улицу одного за другим всех пострадавших. Дурсли приволокли сверху тела всех подростков, мистера и миссис Уизли, Дожа и того волшебника, который валялся на лестнице. В гостиной они обнаружили еще двоих и тоже отнесли их вниз. Когда в холле стало посвободнее, они добрались, наконец, до кухни. Там оказалось еще три тела — высокого статного негра, Нимфадоры Тонкс и незнакомой женщины. Подойдя к ним, Вернон почему-то сразу понял, что незнакомка мертва, в отличие от всех остальных. Он попытался выгнать сына из кухни, но тот, увидев Тонкс, которой он симпатизировал, вдруг рванулся вперед, подхватил девушку на руки и понес к выходу. Она оказалась единственной, с кем Дурсли обошлись столь вежливо. Всех остальных они перетаскивали волоком, в результате чего у доброй половины эвакуируемых с ног слетела обувь...

=============== Глава 100. Соратники и опекуны ===============

Ему снилось что-то приятное. Много света, воздуха, зелени. И Джинни, которая летит к нему... Нет, не на метле. Она сидела, забавно помахивая ножками, на маленьком пушистом облачке, которое медленно планировало к нему, лежавшему на траве...

— Во, уже улыбается. Наверное, скоро очнется, — нарушив идиллию, ворвался откуда-то голос Рона.

— Не мешай. Пусть поспит, — строго оборвал его голос миссис Уизли.

Значит, Джинни ему только снятся, разочарованно подумал Гарри. Он попытался удержать сон, но картинка уже померкла, и он окончательно проснулся.

— Гарри! Ну, наконец-то! Мы уже заждались! — завопил Рон, увидев, как дрогнули ресницы его друга.

Гарри открыл глаза. Даже без очков он понял, что находится в палате госпиталя святого Мунго. Как его сюда занесло?

— Ты только не дергайся, полежи, если не хочешь получить второй шрам, — продолжил Рон, хихикнув. — Мне вот шрамом обзавестись не удалось, я только шишку набил, но ты же у нас счастливчик!

Чувствовалось, что настроение у него прекрасное и он едва сдерживается, чтобы не расхохотаться.

— Рон, отвяжись, дай человеку придти в себя, — строгим голосом одернула его Джинни.

Гарри попытался поднять руку, чтобы пошарить вокруг — где-то рядом должны быть его очки. Рука слушалась плохо, слегка приподнявшись над одеялом, она упала обратно. Кто-то неуклюже нацепил ему очки на нос. Гарри решил поправить их, но это заняло у него несколько секунд, поскольку рука с большим трудом добралась до лица.

— Что со мной? — спросил он, как ему показалось, в полный голос, но из горла его вырвался лишь слабый шепот.

— Да тоже, что и со всеми нами! — по-прежнему весело ответил Рон.

Миссис Уизли принесла кружку с горячим бульоном. Рон помог Гарри сесть, а Джинни быстро подсунула ему под спину подушку. В этот момент в палату влетела Гермиона:

— О! Гарри! Хорошо, что ты проснулся! Миссис Уизли, вас зовут мистер Уизли и Ремус. Кажется, Нимфадора начала приходить в себя.

Сунув в руки Гарри кружку, миссис Уизли пробормотала: "Кушай, дорогой", — и торопливо вышла из палаты.

— Как мы здесь оказались? — спросил Гарри.

— Пей бульон. Потом мы накормим тебя шоколадом, — очень серьезно сказала Джинни, садясь на краешек кровати. — Скоро обед, хорошо, если ты будешь в состоянии подняться к тому времени...

— Но что же случилось-то? — повысил голос Гарри.

— Ты не волнуйся, — сказала Гермиона. — Мы тебе сейчас все расскажем.

— Брось ты свои вопросы, Гарри, — жизнерадостно воскликнул Рон. — Они здесь все с ума сходят из-за того, что спасателями оказались маглы... — И, поймав удивленный взгляд друга, добавил: — Твои родственнички, между прочим!

Бульон был слишком горячим. Едва пригубив его, Гарри обжег язык и торопливо поставил его на одеяло, слегка придерживая за ручку. Друзья принялись рассказывать ему о том, что они уже успели узнать, пока он спал.

— А при чем тут Дурсли? — спросил он, когда рассказ подошел к концу. — Похоже, нас всех спасла Селеста. Если бы она не отправилась в госпиталь вместе с Малофем, нас бы попросту было некому вытащить из дома... Так бы и лежали там до сих пор...

Гарри передернул плечами, представив себе эту картину. Рон снова хихикнул. Гермиона одернула его.

— Если бы не Дурсли, мы бы сами проснулись, — пояснила Джинни. — А вот маглы в соседних домах и вправду до сих пор бы лежали... Или умерли...

У Гарри даже слов не нашлось от удивления. Маглы? В соседних домах?

— Твоя тетя, когда выбралась на улицу, потребовала, чтобы проверили соседние дома, — сказала Гермиона. — И, знаешь, это оказалась очень правильная просьба. Когда целители, которые помогали Селесте эвакуировать всех нас из дома, проверили два соседних дома, они обнаружили там троих маглов, в которых заклинание тоже попало. С них пытаются его снять, но пока ничего не выходит. Мы-то сами проснулись, а они не могут...

— Не понял. Почему тогда Дурслей не заколдовало? — наморщил лоб Гарри.

— Никто не знает, — сказала Гермиона и в ее голосе послышалось разочарование, смешенное с раздражением. — На них заклинание почему-то не подействовало.

— А что за заклинание-то было?

— Неизвестно. Это какое-то редкое. Дис-тан-ционное, — с трудом выговорил Рон и снова хихикнул. — Им шарахнуло во все стороны, как только Кингсли достал еще одно зеркало из кармана той девушки. Ну, предательницы, которая сама себя убила до этого.

— Гестии Джоунс, — подсказала Гермиона.

— Это был двойной взрыв, — по-прежнему серьезно сказала Джинни. — Кроме чар, сработавших в твоем доме, такое же веерное заклинание ударило еще и из того зеркала, которое унесла Пенелопа, помнишь?

— И... и где... и... что... — попытался спросить Гарри.

— Та старуха, что его уволокла, не смогла воспользоваться камином, поэтому аппарировала, — радостно сообщил Рон. — Но аппарировала она почему-то не в Министерство, а на соседнюю с ним улочку. Там-то это заклинание и сработало. Представляешь, как обрадовались в Министерстве, когда узнали, что их всех могло бы также как нас уложить!

— Она несла его в Министерство?

— Ну да, в Отдел Тайн, она же, оказывается, невыразимка, представляешь?

— И что там...

— Хо-хо! Пятнадцать заснувших голубей, шесть котов, один бродяга и наша старушка, — перечислил Рон и снова залился смехом.

— Не обращай на него внимания, Гарри, — отмахнулась от брата Джинни. — Целители говорят, это у него нервная реакция на случившееся... Может быть, когда-нибудь и пройдет...

— Ну ладно, он веселый, потому что нервный. А вы-то чего такие серьезные? — спросил Гарри, которому приключение с голубями и кошками тоже показалось довольно смешным.

— Мы? — Джинни переглянулась с Гермионой. — Мы обычные. Как всегда... Неприятно, конечно, когда тебя вот так вот заколдовывают...

— Но ведь всех расколдовали уже?

— Не всех, — покачала головой Гермиона. — Тонкс вроде начала приходить в себя, а Кингсли до сих пор в отключке. И... и еще... та женщина, Пенелопа... ну, которая невыразимка. Ее спасти не удалось. И Дож очень плох. Он очнулся еще пару часов назад, но до сих пор очень слаб. Дышит тяжело, глаз не открывает, на обращение к нему не реагирует. Около него толпится половина целителей госпиталя, но сделать пока ничего не могут. После всех этих событий у него, похоже, что-то с сердцем. Целители подозревают, что Гестия, перед тем как убежала, наложила на него какие-то чары, от которых ему становится хуже с каждой минутой...

— Но нас-то ведь всех расколдовали?

— Нет, Гарри. Это... веерное заклятье, какие-то особые чары. Никто не знает, что было бы, если бы они сработали в унисон. Говорят, что если бы одно зеркало не унесли из дома, то, возможно, нас бы всех поубивало, хотя наверняка сказать ничего нельзя. Селеста полагает, что это саморазвеивающиеся чары, то есть они не снимаются, а проходят сами. Ты пей бульон. Он помогает. Потом еще шоколад надо будет поесть, иначе будешь долго тут валяться.

Гарри, наконец, начал пить чуть теплый бульон маленькими глотками, слушая о дальнейших событиях.

Рон очнулся сегодня ночью, первым из всех доставленных в госпиталь. Он проснулся в темной палате с чудовищным чувством голода ("больше суток ведь не ел", — пояснил Рон). Поэтому он подскочил с кровати и тут же свалился на пол, ударившись при падении головой о спинку соседней кровати. На шум из коридора прибежал дежурный целитель. Громадную шишку на лбу Рона удалось ликвидировать быстро, но вот со смехом пока сделать никому ничего не удалось...