Равиен. Дорога обратно

Дописав сообщение, я уже дёрнулся пропихнуть его в специальную щель, но девчонка, превратившаяся на подходе к окраине в кошку, потёрлась о мои ноги и профырчала у меня в голове: "Ты написал хоть что-то, что может встревожить твоих родителей? Ты уверен, что тебя точно не будут разыскивать ближайший год?". "Не будут меня искать, матервестер!" — рявкнул я мысленно. Девушка-операционистка даже вздрогнула: наверное, у меня было не самое дружелюбное выражение лица. Я представил, как с неё сползла бы профессиональная улыбочка, если бы это её похитили два психованных оборотня-убийцы. Стало немного легче. А уж после того, как я пнул ногой какого-то зазевавшегося пса, совсем отпустило.

Сейчас ещё перекусить бы где-нибудь нормально...

— Есть хочешь? — промурчало у меня в голове. Эта плюшевая зараза ещё на почте запрыгнула мне на плечо.

Она осуждающе мявкнула, когда я пинал пса, но в данный момент её голос меня даже порадовал. Вкусно покушать я хотел, очень хотел.

— Здесь негде, — буркнул я недовольно, но живот радостно вступил со мной в переговоры и убедил. Так что я начал искать, у кого бы спросить, где поблизости можно перекусить вкусно и недорого.

— Тут нет... места, где продают еду за деньги? — кошка с любопытством оглядывала пыльную улицу.

— Тут — нет, это какая-то ущербная деревня! — выдал я мысленно, презрительно кривя губы. Чистенько, но бедненько.

Мелкая дрянь притихла, потом потёрлась мягким боком о моё ухо:

— Если я правильно помню карту, у нас два варианта. Или купить что-то в лавке и самим приготовить в лесу, или перейти по мосту на другой берег — там будет селение покрупнее.

— А зачем, матервестер, мы пёрлись сюда от реки, чтобы потом опять туда же вернуться?! Чего сразу через мост не перешли?! — я вновь поискал глазами кого-нибудь, на ком можно злость сорвать, хотя больше всего на свете хотел схватить за лапы эту меховую наглую выскочку, раскрутить и стукнуть о забор... раза три! Оборотни живучие, не сдохла бы.

Плюшевая пакость неожиданно укусила меня за ухо и тут же спрыгнула на землю, гордо задрав хвост. У-у-у! Так бы и наподдал сейчас, с замаха...

— Затем, что отправить письмо было важнее, чем кормить всяких противных мальчишек!

И, не оглядываясь, помчалась вперёд, к реке, мявкнув мне в голову уже на бегу:

— Мало ли, вдруг тебя уже хватились, а ты помалкиваешь, вредитель.

Меня, как привязанного, потянуло за ней следом, но я сопротивлялся: притормаживал, старался отстать насколько возможно, пока мелкая гадость не затерялась вдалеке. Совсем не идти у меня не получалось, но я принципиально еле-еле переставлял ноги. Пусть подождёт, а то выделываются тут... всякие... четвероногие. Кусаются! Возомнили тут о себе...

Эх-х-х, жаль нельзя её о забор звездануть... Да даже пендаля не отвесишь... Ну, вот как мне нервы успокаивать, а?! И я пнул первый подвернувшийся камень, чуть увеличив его вес в воздухе, и полюбовался, как тот со свистом вошёл в землю. Жаль, кошка уже далеко убежала, а то раз так с неба, и ей по башке камушком... Я аж зажмурился от удовольствия, разглядывая нарисованную воображением картинку...

Татьяна:

Ну и пусть плетётся засранец! Позже придёт, позже поест.

Нет, я понимаю, что с его точки зрения всё происходящее ужасно. Но почему-то мне его не жалко. Только и знает, что ныть да злиться. Ни разу не попробовал хоть чуть-чуть задуматься. А сам тот ещё рабовладелец: ведь планировал меня использовать и пинать. И совесть его при этом даже не начинала мучить.

К тому же, он настолько вжился в образ страдальца, что ни одного вопроса не задал — куда, зачем и что сделать, чтоб хотя бы в перспективе его отпустили. Ну, не поинтересовался, ему же хуже, я сама заниматься просвещением не собираюсь.

За всеми этими мыслями я ускакала шагов на тридцать вперёд, и Ромэй скрылся за деревьями. Ну и фиг с ним... Я его чувствую и знаю, что он всё-таки ковыляет сзади, мне этого достаточно. А то на него смотреть тошно. Кровожадные мысли о моей тушке прямо написаны на морде!

— Ах, какая ки-и-иса! — на тропинку передо мной шагнул здоровый... пёс. В человеческом облике. За ним кот. И позади меня вышли ещё две собаки...

Я их чуяла, но агрессии совершенно не ждала. Мало ли, топают товарищи своей дорогой. А они не шли, они, оказывается, устроили засаду. На меня? Странные какие.

Я села на тропку, немного нервно мотнула хвостом и успокоилась.

— Добрый день. Вам что-то нужно? — вежливость наше всё. Сначала всегда надо культурно, даже если чутьё подсказывает, что дальше будет сразу когтями по физиономии.

А магёнок не спешит подходить, пристроился за деревьями и стоит. Наблюдает? Ну-ну... на таком расстоянии эти могут его и не унюхать, он с подветренной стороны. Это я его чувствую.

— Нужно, ки-и-иска, нужно.

Пёс практически пропел это "ки-и-иска", причём с настолько двусмысленно-пошлой интонацией, что у меня на загривке шерсть непроизвольно встала дыбом. И ухмылочки у них противные. У первой пары точно. Стоят и радостно скалятся.

Забавно, они действительно считают, что окружили кошку в лесу, просто загородив тропинку с двух сторон? Тем более, в человеческом облике? Мне прям занятно стало, несмотря на злость.

— Такая молоденькая самочка... Что же ты ходишь без хозяина? — ну, понятно. Мама-кошка, какие же придурки...

— А ты знаешь, что положено проявлять учтивость в чужих владениях, ки-и-иска?

Кошак тоже вульгарно тянет звуки... хоть конкурс устраивай, у кого отвратнее получается. И пахнет от этого тандема уверенностью, злорадством и предвкушением.

Я несколько секунд размышляла, как мне выгоднее и интереснее поступить. Просто сбежать или размяться. И решила, что второй вариант веселее. Можно даже поиграть...

Припала к дорожке, показала зубки и угрожающе зашипела.

— Ах, какая неприветливая кошечка... Поучим почтительности?

На вопрос кошатины псина радостно осклабился:

— Не дури, киска, с тебя не убудет. Ты на нашей территории и без хозяина, так что не надейся сбежать. Оборачивайся, красавица, развлечёшь нас двоих и свободна, — от него уже мерзко и липко разило дурным возбуждением.

Я добавила к шипению утробное, низкое... кошки называют это рычанием, но больше похоже на булькающий вой. Рычать всерьёз я не стала — спугну ещё. Хорошая драка — это то, что мне сейчас необходимо, чтобы скинуть негатив.

Любопытно, что от Ромэя тоже веет... злорадным удовлетворением. Только непонятно, что именно он предвкушает: как меня тут трахнут, или как я всех порву?

— Киска не хочет по-хорошему, — притворно огорчился кошак и шагнул ко мне. Я попятилась. — Значит, будет по-плохому!

— Давай! — впервые за всё время откликнулась я, и это прозвучало... настолько радостно-кровожадно, что они на секунду замешкались. Воспользовавшись моментом, я с места прыгнула за ближайший куст. Нет, я не собиралась драпать, как вообразили эти недоумки. Просто не хотела превращаться в пантеру у них на глазах.

— А-Р-Р-Р!!! — торжествующий рёв встретил сунувшегося следом пса и ударил звуковой волной в его морду. Тот даже затормозил. Передними лапами, да! Ну, а задние-то разогнались... к тому же, инерцию никто не отменял. Так что дурная псина кувыркнулась через голову, взвизгнула и подставилась прямо под мой удар.

Р-р-раз! Лапа у меня тяжёлая, да... лететь и визжать будет долго.

А где кот?! Хочу кота!

Кошак оказался умный, и за ним пришлось гнаться, но я его всё-таки достала в прыжке и сбросила с дерева, на которое он взмыл от страха.

Двое других с самого начала не пахли так отвратительно, да и бегали очень быстро, поэтому я не стала отвлекаться на них, взяв в оборот котика.

Визгливая псина как усвистела в кусты, так оттуда и стартанула на первой космической, всё ещё воя и оставляя клочья шерсти на ветках. Бегать за ним по всему лесу... да ну, с кошаком прикольнее! Им так здорово на дереве в футбол играть! Хороший кот попался, цепкий, долго футболить можно.

Ромэй:

Не знаю, чего я хотел больше: чтобы эту мелкую выскочку поставили на место, или чтобы она превратилась в энтакату и показала напавшим на неё оборотням, какой у меня мощный зверь в подчинении. В принципе, то, что произошло, мне понравилось, хотя похвастаться своей крутизной было не перед кем — ни одного мага кругом. Но зато какой прекрасный объект, чтобы сорвать на нём злость!

— Оставь эту дрянь в покое, — скомандовал я плюшевой заразе, выйдя из зарослей, и повернулся к потрёпанному коту с вопросом о хозяине.

Девчонка подчинилась, фыркнув вполне дружелюбно, и потёрлась о мою ногу, будто до сих пор была домашней кошкой, а не крупной тварью размером с лонгвеста.

Её противник шмякнулся с верхушки и обратился в парня, на лице которого красовался огромный синяк.

— Вы напали на моего оборотня. Ваш хозяин...

— Не рассказывайте ему, пожалуйста! Мы не планировали... То есть, это... Мы не думали, что всё так... Мы хотели только развлечься, — промямлил этот герой-любовник. А то я за деревьями не слышал, чего они желали... но не справились, матервестер!

И тут у меня случилось озарение. Страшное! Маги, старея и слабея, выкачивают силу из оборотней. Умирающий маг может выпить из своего зверя жизнь и восстановится, а потом пойдёт и привяжет себе ещё пару десятков. Но это если главный в привязке именно маг! А у нас-то... У нас основная в привязке эта чёрная плюшевая срань! И, значит, прибей или даже избей её эти четверо как следует... я бы умер?!

Вот только потому, что этому... приспичило... мою кошку... матервестер!

Я сначала чуть не задохнулся от гнева и ужаса, а потом выдал несчастному коту такую тираду о его умственных способностях, что и сам заслушался. А потом мой желудок напомнил мне, что я голодный, и мы шли есть.

Конечно, можно было заставить хозяина провинившихся хвостатых накормить нас бесплатно, но он же, вероятно, начнёт задавать ненужные вопросы. А получится ли у меня на них ответить или опять буду выглядеть полным идиотом? Нет, лучше уж в таверну, так надёжнее.

Татьяна:

Моё хорошее настроение продержалось до самой таверны. На выходе из леса я снова приняла облик маленькой кошечки и запрыгнула Ромке (вслух пока не скажу, а то скончается от возмущения) на плечо. И он, вот сюрприз, даже погладил меня! Небрежно так, задумчиво, словно сам не понял, что сделал.

Таверна оказалась совершенно не похожа на то, что я себе представляла, или на то, что показывали в исторических или фэнтезийных фильмах. Больше всего это место напоминало обычный курортный ресторанчик с открытой верандой. Поскольку желание нормально пообедать снедало не только Ромку, я за околицей вернулась в человеческий образ и теперь с любопытством оглядывалась, сидя за столиком.

Веранда была построена позади дома, в котором располагался местный кабачок, и выходила в сад. Под самыми перилами журчал ручеёк, между столами летали золотистые стрекозы и две весёлые девочки-подавальщицы.

Кроме нас тут находилась всего одна посетительница: недалеко от ручейка лакомилась десертом дама в годах в смешной кружевной шляпке, напомнившая мне черепаху-Тортиллу из детского фильма, причём не только головным убором.

Сама старушка тоже была такая же приятная без приторности — полноватое, но красивое лицо, старческий румянец, умный взгляд и сдержанные, исполненные чувства собственного достоинства манеры. От неё не пахло магией, и я окончательно успокоилась.

Пожилая женщина заинтересованно оглядела нас, когда мы вошли, вежливо кивнула и вернулась к пирожным и книге. А я с нетерпением стала ждать, пока магёнок закажет обед.

Ромка оторвался по полной: наш стол заставили едой так, что чашку с местным чаем было практически некуда пристроить. Пироги с мясом и сладкие, жаркое — куски мяса с подливой и гарниром, здоровенная миска супа, несколько салатов, фрукты, пирожные. Единственное, чего не было среди этих яств — жареной птицы.

Из всего изобилия я одобрила суп и пирожные. Фрукты возьмём с собой, как и пироги, всё равно это недоразумение столько не слопает. А здешняя выпечка оказалась вкусной, жаль оставлять.

Едва мы начали насыщаться, как немолодая дама, закрыв книгу и подхватив смешной кружевной ридикюль с таким же зонтиком, неспешно направилась к выходу.

Проходя мимо нашего столика, старушка споткнулась. Чтобы не упасть, она взмахнула руками, и её сумочка увесисто врезала мне по спине, ещё и достаточно сильно чем-то царапнув через рубашку.

— Ах, простите! Я такая неуклюжая...

Пожилая дама едва не плакала от огорчения и бесконечно извинялась. Она так переживала, что мне стало неловко, ведь царапина на спине меня ничуть не беспокоила, а футболку, на которую я, вздрогнув от удара, пролила чай, Ромка почти сразу высушил.

Чтобы бабуля окончательно не разволновалась и, чего доброго, не заполучила сердечный приступ, я даже пригласила её присоединиться к нам, и старушка тут же вымолила разрешение угостить меня. Чтобы не расстраивать пожилую женщину, я согласилась, и подавальщица быстро принесла мне новую чашку.

Вообще с этой дамой мне было на редкость уютно.

Старушке я тоже очень понравилась и она предложила навестить её сад, где растут дивные... кашхеры, мекхаки, кхеккаши и яриты. Мой внутренний переводчик обобщил всё это одним словом — цветочки. А, и ещё клубника. Клубника — это хорошо, как у настоящей бабушки на даче... Всегда хотела такую бабушку... как раз такую, которая поит чаем и разводит цветы.

Ой, кажется, я это вслух сказала... странно... Но теперь совсем неудобно отказываться.

Ромэй:

Бабка была странная, я моментально это почувствовал. Маг-природник, причём довольно среднего уровня, но... Вот именно, что но! Этой "милой" старушенции явно было больше лет, чем моей прабабушке... Её энергия была такая... всепоглощающая, рыщущая в поисках источников силы, которые можно осушить и тем поддержать своё бессмысленное существование ещё годик, а то и два. Обычно маги в таком возрасте склоняются к уединению, потому что становятся опасными для общества.

Когда она подсела к нам за столик, я сразу понял, что ошибся: моя трёхсотшестидесятидвухлетняя прабабка просто младенец по сравнению с этим божьим одуванчиком. Бабулька пыталась высасывать силы даже из меня! А уж девчонку она окучивала по полной, и та растаяла! Повелась... Отлично! Мысленно я потирал руки, в реальности же, чтобы унять зуд в ладонях, обтёр их влажной салфеткой... Сейчас... Сейчас она выпьет моего оборотня... и тогда...

Матервестер! Тогда мой оборотень начнет пить меня. Как я мог забыть об этом?

— Нам пора идти дальше! У нас дела, — заявил я, пользуясь, что на людях плюшевая заноза слушается меня беспрекословно.

— Ну, вот проводим бабушку и пойдём, — объявила она.

И вроде бы не спорила, но такие заявления от ручного оборотня своему хозяину... То что-то там про конспирацию сама мне втирала, а теперь только что плаката не вывесила: "Я тоже имею право голоса!".

— Какая вы милая пара, молоденькие такие, — проворковала карга, оглядывая нас таким же взглядом, каким мясник в свинарнике выбирает кандидата на праздничный окорок.