Тяжелое испытание для прынцев

— Ну не меня же Мэл зовут, — даже непроницаемая чернота его глаз не могла скрыть насмешки. — Игрушки захвати.

Гад, какой же он гад! Чье задание-то? Между прочим, это он ее должен спасать по условиям. Да что-то не похоже, что ему невеста нужна. И зачем только так активно сватался, даже угрожал. Ладно бы еще этот брак принес ему какую-то выгоду. Но королевство Фос — маленькое государство в глубине материка. Всех и доходов, что прибыль с амаронговых рудников. Металл хоть и редкий, но только в одном мире пользующийся спросом. И приданного за Люциатой богатого не давали. Нет, точно нянька говорила: нужна ему девственница королевской крови для какого-то страшного некромантского обряда.

— Держи, — Люциата со стуком поставила на стол бутылочку и почти кинула погремушку.

Глацием усмехнулся, но ничего говорить не стал. А Люциата еще больше себя накручивала: вот чего она такая скромная и робкая? Давно бы уже нашла себе парня какого-нибудь и лишилась бы главного условия — невинности. И пусть потом некромант попрыгает. Вот было бы забавно, если бы он, не зная кто она, довел начатое в бассейне дело до конца. Сам бы себя идеальной жертвы лишил. А если так и сделать? И пусть потом локти кусает! Правда вчера он был равнодушен, да и сегодня интереса не проявляет. Но женщина она или кто?! Вот как возьмет, как соблазнит...

Загоревшись идеей, Люциата решила действовать немедленно. А что девушки считают самым главным и важным в деле соблазнения особи мужского пола? Конечно, правильно подобранный наряд. Поэтому, бросив мужчину одного справляться с нелегкой долей няньки, она решительным шагом удалилась в свою комнату. Некромант проводил её озадаченным взглядом.

...

— Знаешь, Ань, это нечестно. Я не хочу поблажек! — Декстер догнал ведьму в саду.

— Декс, тут вообще всё нечестно. Но если хочешь возиться с ребенком, как все...

— Я с настоящим ребенком возиться хочу, а не с куклой, — пробурчал он.

Анель только прикрыла глаза и грустно улыбнулась. Почему-то с этим мужчиной ей тоже хотелось нянчиться с настоящим ребенком. С их ребенком. Хотелось бросить всё, притащить Теньку за хвост и рога (потому что только натуральный козел мог так поступить) и убежать навеки вечные. И можно Декстеру ничего не говорить, пусть думает, что она просто ведьма. Хотя нет, герцогу нужна титулованная жена, можно стать какой-нибудь баронессой или графиней. Только позовет ли он с собой? Это она голову теряет, а что их отношения значат для него?

— Будут у тебя еще дети. Повозишься. И учти: если женщина любит своего ребенка, то она почти всегда знает, что ему нужно. А ведьма справляется еще лучше. Так что ничего особенного в спокойном ребенке нет. Считай, что твоя жена — ведьма.

— Разрешаешь? — Декстер посмотрел на нее так, что у Анель замерло сердце. Но она лишь лукаво улыбнулась.

...

— Ничего не понимаю! Нормальные дети не могут ходить в туалет каждые десять минут!

— Да уж, количество какашек, кажется, уже превысило суммарную массу их телец, — Аэтерн оглядел кучу использованных подгузников, не помещающихся в корзине.

— И вообще, граф, где вы видели у ведьм нормальных младенцев? Тем более иллюзорных, — некромант, лишившись помощницы, неплохо справлялся и сам, но постоянно поглядывал в сторону дверей, уже начиная волноваться. Неужели он умудрился так её обидеть?

— Слушайте, — Нелэ пыталась застегнуть липучки подгузника на младенце, — а вам не кажется, что они растут?

— Младенцы и должны расти, — Аэтерн, конечно, хотел детей, но что-то картина в его воображении выглядела более радостной. Даже если реальные младенцы в десять раз доставляют меньше хлопот (что не факт), то в праве ли он требовать от Дионы такой жертвы? Ведь она будет полностью привязана к дому и ребенку, и на ее любимую работу просто не останется времени. Раньше он представлял заботы о младенце весьма отвлеченно: покормил, подгузник поменял, и пусть спит. Останется время и на развлечения. И помощницу нанимать не хотел: ведь это же не трудно навести порядок или приготовить поесть, пока ребенок спит. В общем-то, к своему стыду, Аэтерн понял, что и свое участие в домашних хлопотах почти не предполагал.

— Вообще-то она про то, что за последний час они выросли сантиметров на пять, — Диона не смотря на то, что была ниже Аэтерна, умудрилась посмотреть на того свысока.

— А что, вы не в курсе подробностей испытания? — Глацием убедился, что девушки правы. Как он только это сам не заметил?

— Нет, — отрезала Диона, а про себя подумала: кажется, в этот раз Анель устроила испытание не только для мужчин.

— Держи, — Аргстран протянул Нелэ подгузник и одежку побольше размером. Как-то так незаметно получилось, что сереброволосый великан был у нее теперь на подхвате, а все основные обязанности по уходу за фантомным ребенком легли на Нелэ. Хотя было даже немножко забавно: та же кукла, только шевелится. Ведьма поняла, что в детстве не наигралась.

— Эй, некромант, у тебя ребенок сейчас уползет, — Ди заметила, как голубоглазая малышка перевернулась на пузо и очень споро поползла к краю стола. Глацием же в этот момент, замерев, смотрел в другую сторону.

— Вот и оставь на тебя ребенка, — приготовившуюся к полету вниз малышку подхватила подошедшая Люциата. Некромант не сводил с нее глаз.

— Я думал, что ты уже не вернешься.

— Как видишь, ошибся, — Лю пожала обнаженным плечиком. Хоть она и пыталась делать вид, что совершенно спокойна, но получалось плохо. Нежная и тонкая кожа окрасилась румянцем, руки дрожали. Даже выпитый успокаивающий отвар, на приготовление которого она и потратила большую часть времени своего здесь отсутствия, пока не помогал.

— Для меня переоделась? — чуть улыбнулся некромант и забрал у Лю ребенка.

— Вот еще, — она покраснела еще больше. — Здесь не только ты один. Вон граф оказался вполне приличным человеком. И симпатичный к тому же...

Она от смущения несла чушь и понимала это. Ведь короткая полупрозрачная туника открывающая одно плечо действительно надета для него.

— Ну если для графа... — протянул Глацием, и по его улыбке было видно — Люциате он не верит. В первую секунду ей захотелось поспорить, как-то доказать, что действительно не для него. А потом она вспомнила, зачем всё это затеяла и какой цели добивается, да и рюмочка коньяка добавленная в отвар для пущего эффекта требовала говорить правду, поэтому сказала:

— А если для тебя, тогда что? — и пристально с вызовом посмотрела на некроманта. Тот, кажется, немного растерялся.

— Ты меня удивляешь...

— Только удивляю?

— Не только... — в этот момент малышка, до этого спокойно сидевшая на руках Глациема, с силой вцепилась тому в волосы. — А, черт, больно же. Деточка, отпусти волосы!

Но девочка не собиралась отпускать такую замечательную игрушку. Только совместными усилиями обоих взрослых, а так же благодаря взятке в виде нескольких игрушек, волосы были освобождены, а ребенок отправлен на ковер.

Лю как-то естественно потянулась к волосам Глациема и пригладила пряди, растрепанные рукой малышки. Он поймал её руку и прижал к своей щеке.

— Спасибо...

— За волосы? — можно говорить себе сколько угодно, что она собралась его соблазнить, только чтобы не попасть на некромантский алтарь. Но нельзя отрицать, что, когда он так держит её руку, в сердце поселяется что-то огромное и невесомое, требующее выхода и каких-то действий. Например, поцеловать этого пугающего и притягательного мужчину.

— За волосы тоже, — он улыбнулся и легко коснулся губами её ладошки. В этот миг невесомое внутри разрослось и заполнило всю, до кончиков волос, Люциату.

— Эй, голубки, ваш ребенок уже в камине сидит, — Ди как всегда за всем следила.

ЧЕРЕЗ ШЕСТЬ ЧАСОВ ОТ НАЧАЛА ПОСЛЕДНЕГО ЗАДАНИЯ.

Вопли в стиле "я убью эту ведьму!" уже не озвучивались. Теперь они тихо записывались в подсознание, где и строились планы мести. Изредка в сознание, если хватило сил пробиться, отправлялись соблазнительные картинки расправы над этой в высшей степени вредной особой. В основном сознание было занято присмотром за детьми, сменой подгузников и попытками детей покормить. Дети росли стремительно, на вид им можно было дать уже около года. Это значит, что они уже ходили, пытались бегать и лезли всюду, где можно было пролезть, и особенно туда, куда пролезть невозможно. Есть они просили каждые пол часа, но при этом большая часть продуктов оказывалась где угодно, но только не в детских животиках.

ЕЩЁ ЧЕРЕЗ ЧАС.

— Гляди, гляди, ваша книгу ест!

— За своим смотри. Не знаю, что он ест, но похоже на какашку...

— Кто им дал краску?!

— Мне кажется, они её сами генерируют. Наверняка заложено в их программу. Во всяком случае, я пластилин своей точно не давал, но в волосах он есть. И не только в её...

— Слушайте, а где кочерга? Я пару минут назад у камина видел.

— Ай!!!! В.... на... к... !!!!!

— Ну вот, кочерга нашлась...

— Скушай вот эту котлетку... Что значит, ты не хочешь? Ты две минуты назад орала, что хочешь! Да на чем вы растете только!!!!

— Тихо, тихо. Иди, посиди-ка на диване. Я сам докормлю...

ЕЩЁ ЧЕРЕЗ ДВА ЧАСА.

— Если ко мне подойдет еще хоть один ребенок, я за себя не отвечаю....

— Милая моя, да никто к тебе не подойдет. Они вон с увлечение горошинки из какой-то тряпки вырезают...

— Горошинки? Ааааа! Моя юбка!!!!! Где они её взяли?!!!....

— Расскажи мне сказку, ну расскажи!

— Хорошо. Жили были дед да бабка.

— Не хочу про деда!!!!

— Хорошо, хорошо. Не ори. Про что хочешь?

— Про красного синепупырчатого кракозябра с прандовозом!

— ??????????.....

ЕЩЁ ЧЕРЕЗ ДВА ЧАСА.

— Кто-нибудь детей видел?

— Нет.

— А я думаю, что так тихо?

— Да плевать. Пусть делают, что хотят. Я сплю.

— Да мы тут, как погляжу, все спим...

Действительно, в комнате , пристроившись кто где, спали все. Правда сейчас начали просыпаться. Вокруг царила разруха: весь пол завален игрушками, коробками, обрывками бумаги и материала, стены и мебель разрисованы красками, карандашами и залеплены пластилином.

— И кто последний дежурить оставался?

— Эм, кажется, я, — протянул смущенный Аргстран. В ночном не засыпал на карауле ни разу, а тут и не заметил, как в кресле уснул.

Все посмотрели на него и заржали. Мужчина стал себя осматривать, но ничего не обычного не заметил.

— Бедный ты мой, — Лэ протянула ему зеркальце, — ничего, я тебе помогу отмыться.

Аргстран рассматривал в отражении свои розово-зеленые волосы.

— Хотелось бы надеяться, что это вообще отмывается...

— Прическа прической, а дети-то где? — Ди уже обошла комнату, заглянув в шкафы и под диваны.

— Да чтоб они с концами пропали! — человеколюбие по отношению к этим порождениям ведьмовской вредности у Пронея уже закончилось.

— Не уверен, что они пропадут, а вот у нас что-нибудь может... — некромант был прав: двери не были препятствием для этих чудовищ, в этом убедились все. Поэтому дружно ринулись в свои комнаты. Но и там никого не нашли.

— Может, они в саду?

— Хана саду...

— Что-то потеряли? — вот зря Анель голос подала...

— О, какие люди.... — протянула Нелэ. Все остальные взгляды в этот момент медленно и с наслаждением препарировали довольную жизнью и собой ведьму.

— Вам там в садике не икалось? — Диона тоже не осталась в стороне.

— А вы-то что ропщите? Это вообще не вам задание было, — Анель делала вид, что не понимает, в чем проблема.

— Не нам? То есть мы так спокойно должны были в сторонке посидеть, пока эти чудовища наши комнаты громили?! Ты, кстати, мне юбку должна! — у Нелэ из ноздрей шел пар, тонкими струйками поднимаясь к потолку и свиваясь там в фигуры чудовищ.

— Это что ли красную в черный горох? — Анель будто не замечала степень ярости Нелэ. Другие же, впечатленные картиной, спиной вперед отступали к выходу. — Да если б я знала, что они так сделают, это было бы первое задание.

— Что за шум, а драки нет? — очень вовремя появился Декстер.

— Сейчасссс будетсссс, — прошипела Нелэ.

— Что это с ней? — Ди не узнавала подругу.

— Драконы где-то в предках наследили. Раньше не было? — некромант по роду занятий знал больше других, но в реальности с пробуждением драконьей крови столкнулся впервые.

— Нет... Ещё б знать, что ее так взбесило. Не юбка же, в самом деле!

Аргстран решительно шагнул к новоявленной драконихе, стоящей перед завороженной ведьмой, и подхватил её на руки. От неожиданности Нелэ всё же плюнула огнем и испуганно зажала себе рот руками. Хорошо хоть пламя было небольшим и ни в кого не попало. В тот же миг, когда сереброволосый кинулся к Нелэ, Декстер рывком увел Анель с линии огня.

— Тише, моя хорошая. Ну что ты разошлась...

— Аргстранчик, что со мной?... — до Нелэ стало доходить, что она только что сделала.

— Некромант говорит, что в тебе кровь драконья проснулась.

— Какие драконы? У нас никого подобного в роду не было.

— Уж не знаю, было — не было. Так Глацием сказал. А завелась ты чего? Понятно, ведьму мы все придушить желаем, так ведь не кинулись. Неужели из-за юбки так расстроилась?

Глаза Нелэ внезапно наполнились слезами, и, уткнувшись в плечо Аэтерна, она разрыдалась. Тем более это было неожиданно, что сразу после обнаружения обрывков, в которые превратилась действительно ужасная по своей раскраске юбка, Нелэ хоть и поорала, но недолго.

— Леюшка, милая моя, ну что ты... Хочешь, я тебе сейчас же достану с десяток таких же юбок. Или других... Да каких хочешь!

— Это... мамина, — прохлюпала Нелэ. — Единственное, что осталось....

Аэтерн резко втянул воздух носом и крепко сжал зубы.

— Раздавишь! — оказалось, он и свое маленькое сокровище, утопающее в слезах, непроизвольно сжал в объятиях.

— Прости, — он чмокнул ее в макушку. — А ведьма тебе юбку восстановит... Я с ней поговорю...

— Вы её саму сначала восстановите...

Анель с пустым взглядом не шевелясь сидела в кресле. Возле нее на корточках сидел некромант и держал её за запястье, слушая пульс. Декстер взволнованно нависал над ними обоими.

— С заблокированной магией я тут бессилен. Хотя и не будь ограничения, не знаю, смог ли бы ей помочь, — наконец вынес приговор Глацием. — Я о таком только читал. Драконы в своей звериной ипостаси так зачаровывают жертв, но это обычно животные. И знаю, что снять последствия может только сам или какой другой дракон.

— Нелэ, слышишь, ты должна снять с нее чары.

Нелэ вытерла слезы и слезла с рук Аргстрана. Шмыгая носом, обошла вокруг Анель.

— Давай, подруга, а то она не вернет тебе юбку, — Проней попытался разрядить повисшую напряженную тишину.

— А может для профилактики оставить её так? На какое-то время. Можно разрисовать даже, — как бы раздумывая протянула Ди.

Все мужчины, кроме Декстера, понимающе хмыкнули. Декстер же кинул на Ди злой взгляд:

— Себя разрисуй! Вы так себя ведете, будто это её вина — такие задания.

Ди смутилась. Не объяснять же сейчас, что хоть задания они придумывали все вместе, но вот их модификация не предусматривалась, и кроме как издевательством произошедшее сегодня назвать было нельзя.