Катализатор

Если пересказать все, что дальше происходило на репе, какому-нибудь постороннему человеку, тот в лучшем случае вежливо улыбнется. Они же смеялись как сумасшедшие. Когда откопали текст и выяснили, что помимо Дезмонда, Ская и не помершего еще Торвальда, надо где-то взять Деймоса, Дрогбара, Гилтиаса, а также Минатрикс и Алатиэль... Когда мальчишки уламывали Нику исполнить женские партии, а она отбрыкивалась от обеих.... Когда Славка вызвался помимо Ская спеть еще и за Повелительницу Демонов.... И Минатрикс и Скай выходили у него одинаково и еще временами подхихикивали. Попытка списать сие на "демонический хохот" не удалась. Утирая слезы и время от времени неприлично тыкая в Славку пальцами, "выходцы" начали перебирать другие варианты, потому что вместо "героического эпоса" выходил стеб, а "Эпидемия" этого, пожалуй, не заслужила. В итоге сошлись на "For Whom the Bell Tolls" Metallica, отправили последнюю электронку и засобирались домой — время пролетело незаметно.

Уже в маршрутке Ника подумала, что впервые репетиция новым составом доставила всем такое огромное удовольствие.

Установившееся радужное настроение оказалось к тому же еще и долгоиграющим. Воскресенье прошло на подъеме, и даже понедельник, который, как известно, день тяжелый, по ощущениям больше напоминал пятницу. Одногруппники, глядя на Нику, едва не крутили у виска, а ей, казалось, были нипочем ни четыре нудные пары, ни выданные мозголомные задания на курсовые проекты, ни "благая" весть о том, что она в добровольно-принудительном порядке должна принять участие во всероссийской олимпиаде. "Озадаченный" вместе с ней Серега Веретенников почти стенал и за глаза отправлял деятелей науки долгим пешим маршрутом. Девушка же относилась к дополнительной нагрузке философски: отбрыкиваться все равно не будешь, ведь даже если и получится, тебе потом это припомнят в сессию, а если так и так придется участвовать, чего же зазря себя накручивать. Надо мыслить позитивно: подумаешь, две дополнительные пары в неделю, подумаешь, кучу задачек перерешать придется... М-да, если об олимпиаде думать, то позитива что-то не набирается, следовательно, про нее вообще временно забудем. Вспомним что-нибудь забавное. Субботнюю репу, например. Примерно с такими мыслями Ника, широко улыбаясь, выходила из универа и совсем не обращала внимания на то, какими взглядами провожают ее девчонки-одногруппницы. Вечером ее ждала еще одна репетиция, какие тут взгляды. Ника мысленно уже была во Дворце пионеров, причем со вчерашнего дня — почти все воскресенье она потратила на разучивание перебора из "Ты остался один".

До вечеринки времени оставалось очень мало. В субботу Артем предложил дома каждому подумать над вариантами исполнения, и к этому домашнему заданию девушка подошла как всегда ответственно, но с куда большим энтузиазмом, чем к университетским задачкам. Она переписала все возможные варианты табулатур, помимо самих песен закачала в телефон все каверы, какие только нашла, закольцевала их и слушала всю дорогу в универ и обратно. Вообще-то Ника предпочитала не затыкать уши наушниками, потому как в этом случае обычно попадала во всякие дурацкие ситуации, вроде того, что в благополучном неведении, не слыша объявлений по громкой связи, садилась в троллейбус, следующий в депо, и потом топала несколько остановок пехом. Но ради подготовки к репе было сделано исключение.

Руки то и дело тянулись к блокноту — в очередной раз что-то пометить в табах. Ей не хватало образования, знания музыкальных терминов, чтобы обозначить то или иное мелкое изменение, делающее кавер на известную песню ближе "Выходу" по духу, но это не останавливало. В результате под фигурными скобками, выделяющими тот или иной отрезок, появлялись странноватые надписи вроде "темп?", "П17" или "больше мяса". На полях уже не было живого места, а ее несло все дальше и дальше.

На репетиции выяснилось, что не одна она такая. Сашка, порадовал в кой это веки раз за последнее время приличным настроением, а еще несколькими листами с текстом, обильно сдобренным его фирменными иероглифами. Славка предложил по пять-шесть новых сбивок на каждую песню. То, что они почти не отличались друг от друга и от оригинала, его не смущало абсолютно. Павлов шпаргалками не пользовался, но по ходу обсуждения вставлял ценные замечания, не оставляющие сомнения в том, что и он продумывал партии. А Артем сиял как медный тазик и пел. Много. С полной отдачей и на все возможности его не хилого диапазона.

Мелодии собирались как рассыпанный паззл, складывались вместе фрагменты, сглаживались шероховатости, перебирались возможные варианты. Больше всего досталось "Металлике". Их "По ком звонит колокол" звучал в исполнении "Выхода" быстрее и выше, кроме того, добавилась пара-тройка интересных фишек. "Ты остался один" почти не изменилась, а "Power and Reason" стала похожей на все арийские каверы вместе взятые. Окончательные варианты выкристаллизовывались медленно, и к концу репетиции коллектив "Выхода" уже воспринимал их так, как будто каждый член команды был как минимум соавтором всех трех песен.

Домой расходились чуть позже обычного. Мальчишки ускакали сразу, Ника осталась закрывать репзал, с ней задержался Павлов. Вопросительный взгляд он проигнорировал и уже на лестнице протянул ей какие-то листочки:

— Возьми, посмотришь на досуге.

Ника удивленно уставилась на предложенную макулатуру и почти с опаской взяла. Глядя на нее, Павлов хмыкнул и вроде как успокоил:

— Не переживай это не ноты. Это табулатуры твоей "разминки для пальцев".

Подмывало посмотреть табы прямо сейчас, но было не удобно перед Максимом Анатольевичем, да и время позднее, а после девяти маршрутки ходят куда реже. В итоге Ника в ответ промямлила что-то невнятное и спрятала листочки в карман чехла. Больше они не разговаривали и уже на улице, прежде чем перейти на другую сторону дороги, Павлов радостно заключил:

— Пока, Ник, увидимся завтра на консультации.

Ника, совсем уже вознамерившаяся распрощаться, озадаченно протянула:

— На какой консультации?

Палов удивленно поднял брови:

— Только не говори, что тебе не сказали, что ты участвуешь в олимпиаде. И, кстати, сильно не обижайся, но это я рекомендовал твою кандидатуру в число участников. — Максим Анатольевич чуть виновато улыбнулся, потом хмыкнул и пояснил: — А что, раз уж мне навязали на общественных началах, то есть совершенно без-воз-мезд-но, подготовку этой петрушки, то хоть участников могу я сам выбрать? — вопрос был явно риторическим. Павлов перевел взгляд куда-то за спину Ники, и без перехода выдал: — Это не твоя маршрутка?

Ника оглянулась, разглядела номер и замахала рукой. Павлов подождал, пока маршрутка остановится, галантно открыл перед Никой дверь, одарил еще одной широкой улыбкой и попрощался, а девушка всю дорогу домой пыталась как-то объяснить себе, что это такое было. Чего это он? Сначала табулатуры, потом эта рекомендация, вернее наоборот, но не суть. И если участие в олимпиаде еще можно было как-то оправдать успехами в учебе, то на кой он вручил ей табы? И вот ведь память — воспроизвел с первого раза. Правда не известно, на сколько точно, ведь сама она ни черта не помнит, что играла. Нику так и подмывало достать Павловские листочки, но в салоне было темно, и она не стала ломать глаза, отложив все до дома. Зато там закопалась в выданную макулатуру, едва успев переодеться.

Голова соображала плохо, "проиграть" табы в воображении не получилось и Ника, по-турецки устроившись, на кровати взялась за гитару. Мелодия в нормальном темпе вышла где-то с третьего раза. И оказалась "зажигательной" — если у Славки после прослушивания загорелись глаза, то у Ники — щеки и уши. От стыда. Оказалось, что она переиначила Павловскую тему, ту самую, которую он играл на прошлой репе. Музыка претерпела значительные изменения, но рифы были вполне узнаваемыми. Плагиаторша беспамятная! А еще удивлялась, как это Максим Анатольевич после одного не слишком внимательного прослушивания, смог воспроизвести ее "разминку", причем не сразу, а спустя какое-то время.

Гитара была отставлена, табы заныканы в красную папку, а девушка направилась в ванную, твердо решив выкинуть все из головы и лечь спать пораньше. Решить-то она решила, в смысле, легла, но сон не шел. В голове бродили разные дурацкие мысли. Главным образом все крутилось вокруг Павлова. Нике довольно быстро удалось убедить себя, что позаимствовав Павловскую тему, она не опозорилась перед басистом, а может быть даже наоборот, в чем-то ему польстила, но тут некстати вспомнилось, что их еще ожидает совместная подготовка к олимпиаде. Теперь она изводила себя предположениями о том, как ей относиться к дополнительным занятиям, да и к репетициям, если Максим Анатольевич будет опять изображать из себя мистера Хайда. Ника едва не вывихнула мозги, сбила в комок простынь, истыкала кулаками ни в чем не повинную подушку и уснула под утро, так ни до чего и не додумавшись. Снилась ей какая-то гадость. Как будто она на очередной проверочной работе подключила светодиод напрямую к источнику питания и Павлов, одетый почему-то как на репетициях, а не как обычно в универе, распекает ее перед одногруппниками. В число одногруппников неожиданно затесались пара одноклассников, Сашка с Артемом и Настя. Ника про себя недоумевала, как могла такого наворотить в схеме, но что-то объяснить и оправдаться не получалось...

В общем, день начался не ахти. Сонный мозг слабо реагировал на текущую действительность, и все три пары до злосчастной консультации Ника отчаянно тормозила. На лабе перепутала полярность при подключении и долго соображала, почему у нее ничего не работает. Хорошо еще, лабы делали в LabView, и препод не сильно следил за тем, как группа сосредоточенно применяет метод научного тыка, а то сон был бы пророческим. Обе лекции прошли в мучительной борьбе с зевотой — не удобно же перед преподом, особенно если учесть, что сидела она за первой партой.

С последней пары группу отпустили минут на десять раньше, и Ника, чтобы хоть как-то взбодриться, потопала в буфет за кофе. Сомнительно, конечно, что порошочек "три в одном" сильно помог, скорее уж — вера в бодрящий эффект напитка, но вывихнуть челюсть уже не грозило. Она медленно поднималась по лестнице, когда ее нагнал Павлов.

— Привет, Ник, — негромко сказал он, привлекая внимание, и задумавшаяся девушка ощутимо вздрогнула. Студентов поблизости пока не наблюдалось, но все равно слышать от Максима Анатольевича такое приветствие в универе было странно.

— Ты на консультацию? — невозмутимо уточнил препод. Ника кивнула. — Тогда, возьми ключ от аудитории, и скажи там своим коллегам, чтобы подождали. Я задержусь минут на пятнадцать — нужно сбегать в первый корпус. Хорошо?

Ника снова кивнула. Павлов отдал ей ключ, поздоровался со спускающимися студентами из параллельной группы, мимолетно улыбнулся и сбежал по лестнице вниз, шагая через две ступеньки. Ника проводила его взглядом, покрутила в руках ключ и пошла в аудиторию.

Дверь в триста семнадцатую подпирали Серега и еще один парнишка с потока, кажется из группы вычислителей — не то Арсений, не то Артур.

— А чегой-то ты с ключом? — удивился Веретенников, отодвигаясь от двери. — И кто у нас вообще сейчас будет?

— Павлов, — сухо ответила Ника. — Придет минут через пятнадцать. Сказал заходить и ждать его.

— Павлов? — удивленно вскинул брови Серега, а потом как-то на редкость гаденько захихикал. — Ты теперь будешь опять прогуливать его пары и зубрить самостоятельно?

Ника посмотрела на него как на идиота и, ничего не сказав, прошла в аудиторию, как обычно устроилась за первой партой, достала ручку и тетрадь, заткнула уши бусинами плеера и дальнейшие Серегины инсинуации просто игнорировала, впрочем, он быстро переключился на разговор с "коллегой", как выразился товарищ Павлов. В наушниках гремел "Therion". Девушке не слишком нравился вокал, но музыка была интересной и сегодня особенно попадала в настроение. Думать не хотелось, но против воли все равно думалось, а Павловское обращение на лестнице одновременно и настораживало и обнадеживало. В кармане заворочался телефон — звонил Славка, как всегда радостный и гиперактивный. Он с ходу осчастливил ее известием о том, что в "НеформаТе" появились DVD с "Яркого звука" и завтра с одиннадцать Тема собирает всех на коллективный просмотр, от него потом предполагается выдвинуться в "Точку" всем вместе.

У Артема они собирались регулярно по праздникам и просто так, но сейчас, учитывая его семейные обстоятельства, Ника не была на сто процентов уверена в правильности такого мероприятия. Хотя... Ему, конечно, виднее. А еще, намекни, что лучше не стоит, и он смертельно обидится.

Славка оборвал Никины размышления вопросом о том, закончились ли у нее пары, а то он как раз недалеко от политеха, и мог бы проводить ее до дома и заодно поболтать, на чай напроситься, но девушка его обломала, сообщив, что у нее еще консультация у Павлова. Тогда Славка, с присущей ему непосредственностью, сказал, чтоб она предала Максу о посиделках у Артема, и отключился. Нике захотелось кого-нибудь стукнуть, и желательно, чтобы это была наглая морда с рыжей шевелюрой. Лишний раз мозолить басисту глаза и общаться на околомузыкальные темы совсем не улыбалось — все еще было не по себе из-за "разминки". Короче, Фокс как всегда сделал гадость и быстренько свинтил.

Пока Ника разговаривала со Славкой, в аудиторию вошли еще три молодых человека, а минут через пять объявился и сам Павлов. Поприветствовал всех и начал объяснять, по какому, собственно, поводу они здесь собрались. Оказывается "техноложка", как сокращенно обзывали находящийся по ту сторону Лермонтовского парка Технологический университет, неожиданно для всех и, наверное, для себя в том числе, выиграла грант на проведение научно-практического студенческого мероприятия. Так как своя очередная ежегодная всероссийская конференция у них планировалась на тот же месяц, решили провести олимпиаду. Тоже всероссийскую. Пока было не известно, сколько народу и из каких городов приедет, но проживание, питание, грамоты и призы победителям, оплачивались принимающей стороной за счет средств грантовой поддержки. Политех тоже решил в стороне не оставаться, и отдел научных исследований настоятельно рекомендовал своим студентам принять в олимпиаде участие. В общем, все как всегда — несколько человек будет на голом энтузиазме "отстаивать честь универа", а в ОНИ просто поставит очередную галочку в плане по науке независимо от результата, так как победа — это, конечно, хорошо, но и сам факт участия тоже не плохо. Максим Анатольевич, естественно, не сказал об этом открытым текстом, по большому счету даже не намекнул, но этого и не требовалось, не маленькие — догадались самостоятельно. И пока препод записывал на доске задачки, которые вывесили на сайте в качестве образца олимпиадного задания, Ника увидела, как на лицах "коллег" крупными буквами проступило: "На кой черт вообще напрягаться". Девушке вдруг стало обидно. За Павлова. Он вчера сказал, что ему консультации навязали за "здорово живешь", и ничего, не возмущается и отлынивать от дополнительной работы не собирается, а его подопечные сходу решили на все наплевать. Ника презрительно скривила губы и пообещала себе, что постарается не ударить в грязь лицом...