Дамс... Последствия праздника еще виднелись то там, то сям. Я сначала хотела подцепить бутербродик, "забытый" мною же накануне на тарелке. Но, завидев сей кулинарный шедевр, надкушенный в трех местах одновременно, передумала. Пришлось шманать холодильник.
Уже кушая сварганенное на быструю руку произведение кулинарного искусства из двух кусков хлеба разной толщины, куска колбасы и листа салата, я начала раздумывать, что делать дальше. В замке царила тишина и, судя по всему, все еще спали. Они что, гуляли без меня ночью? Если нет, то сколько же можно дрыхнуть?
После недолгих раздумий (пока закипал чайник) было решено идти гулять. Авось не заблужусь. Будем надеяться...
Я нагулялась, заблудилась, а сейчас вообще стояла на небольшом мостике через то ли речку, то ли озеро, которое находилось среди большого парка. И что дальше?
В воздухе танцевали снежинки. Они уже тонким пушистым слоем покрывали мостик, но моментально таяли, коснувшись водной глади. Несмотря на морозный воздух, внезапно проснулось непреодолимое желание искупаться. Почему-то всегда, проходя мимо какой-то реки, озера или хоть фонтана, меня тянуло поплавать. Обычно здравый смысл и все доводы разума перевешивали авантюрные идеи, и домой я всегда приходила сухой. Я ведь понимаю весь идиотизм подобной мысли, но навязчивая идея никуда не пропадала.
Эх, чего делать-то? Наверное, звонить девчонкам, пусть меня найдут и заберут от этого соблазнительного водоема.
Опершись руками о перила, я смотрела на воду. На нее, как и на огонь можно смотреть вечно. Правда, к этому расхожему выражению некоторые еще добавляют, что смотреть на то, как работают другие, тоже не особо быстро надоедает.
В темной воде размыто отображалась я.
— Эх, — горько вздохнула. Точно, наверное, придется девчонкам звонить.
— Чего грустим? — вдруг послышалось из-за спины. Я от неожиданности аж подскочила, попутно чуть не совершив свою бзикнутую мечту — если бы кто-то меня вовремя не подхватил, купалась бы я в отнюдь не теплой водичке.
— Низя так людей пугать, заикой сделаете, — прошипела я.
Меня аккуратно поставили на место. Рядом стоял вполне так симпатичный парень. Высокий, темноволосый, и глаза темно-синие.
— Чего, топиться собралась? — серьезно спросил парень. У меня начался ступор. — С родителями поссорилась? С парнем? — меня хватило только на сдавленный кашель. — Нет? Он тебя вообще бросил?
— Чтобы он меня бросил, сначала надо, чтобы он у меня был, — наконец ответила я, отдышавшись.
— Так из-за этого что ли? — не унимался парень.
— Да ну тебя, из-за такой фигни топится, — расхохоталась, при этом успев подумать: это ж как я должна выглядеть с утра, чтобы люди меня за самоубийцу приняли?! Напрашивался ответ: явно не жизнерадостно. Может попросить девчонок научить меня нормально краситься? И тут же отбросила идею — как бы ни учили, в моем исполнении это будет похоже либо на боевую раскраску индейцев-ирокезов, либо на клоунскую маску.
— Ну, впрочем, подозреваю, что, даже если бы и хотела, передумала бы. Вода же холодная! — решил поддержать разговор незнакомец.
— А спорим, прыгну? — спросила я, хитро прищурив глаза, поддавшись провокационной идее, возникшей в моей... ммм... нездоровой фантазии.
— Не прыгнешь, — уверенное в ответ.
— Спорим? — и протянула руку. Чуть наклонив голову, он сделал то же самое. Пожатие получилось крепкое. Фыркнув на это, я "разбила".
— На что хоть спорим? — опомнился незнакомец, когда я сделала пару шагов от бортика.
— Я потом решу, — хихикнула я, разогнавшись, оттолкнулась от поручней и прыгнула с моста.
Озеро встретило меня холодом. Пришлось открывать глаза. Вода была мутной и грязной. И где-то сбоку расплывались волосы.
Я все опускалась и опускалась. Даже предположить не могла, что водоем окажется таким глубоким.
И тут началось самое веселое. Появились русалки, агрессивно настроенные, между прочим! И спрашивается, чего? Ну, подумаешь, я в их озеро залезла? Ну, поплаваю и вылезу! Не буду же я здесь вечно сидеть. Кстати, о "вечном" — пора всплывать, а то буду!
Одна из русалок оказалась совсем близко. Почему-то вспомнилась легенда, что если посмотреть на русалку со спины, то там как раз в нашем понимании спины нету. Там сразу уже внутренности виднеются! Бр-р-р.
Утопленница цепко схватила своими длинными пальцами мое запястье и потянула к себе, а потом заворожено посмотрела на браслет. Я попыталась вырвать многострадальную конечность, но ничего не получилось.
Воздуха стало не хватать, а всплыть никак не получалось. Зато организм выбрал самый идиотский выход из ситуации — просто отключился. Какая хозяйка, так сказать...
Очнулась я от того, что кто-то усиленно давил на ребра. Почему-то вспомнилось, как где-то то ли рассказывали, то ли я вычитала, что во время непрямого массажа сердца (нам еще только прямого не хватало!) людям ребра можно сломать от усердия. Лежала в чем-то мокром и неприятном. Кто меня в озеро, еще и с русалками, потянул? Чем моя голова думала?
— Блин, — выругался кто-то рядом. — Ну что, искусственное дыхание? — скорее уж сам с собой посоветовался этот кто-то.
Попутно вспомнилась детская речовка (много мне чего-то вспоминается, или это у меня от шока мозги нормально работать начали?): "Изо рта в рот — получается микроб". За точность воспроизведения не отвечаю, но там точно чего-то такое было. Правда, это было о надкусанных конфетах...
— Бе-е-е, — повернулась на животик.
— Ожила, — восхищался рядом мой предполагаемый спаситель.
— Не должна была? — огрызнулась я. — Вот и дожилась, что меня никто не любит, — не очень тихо начала я. Волосы мокрыми прядями облепили лицо, по которому все еще стекали струйки воды. С одежды тоже бежало. Я, пошатываясь, встала и огляделась. Мой незнакомец с моста, он же мой вовремя подоспевший спаситель, в таком же непрезентабельном виде сидел рядом, пытаясь отдышаться. Но у него хоть волосы не длинные. — Хотя, за что меня любить? Такую раскрасивую? — риторически спросила я, скосив взгляд на парня.
— Хочешь, я буду? — хитро улыбнувшись, предложил он.
— А я думала, что только у меня извращенное чувство прекрасного, — тихо шепнула я. Впрочем, как и извращенное чувство юмора тоже.
Дальше шарим в карманах, у нас вроде где-то здесь мобильный был. Вместе с водой, речным мусором, какой-то мелкой рыбешкой из вывернутого кармана на берег выпал телефон. Почему-то дальше ему хотелось просто пожелать почить с миром. И как я только додумалась с ним в воду прыгнуть? Хотя он и так многие из моих выходок стоически перенес. И всегда работал, даже если приходилось собирать чуть ли не по кускам. А вот купания не пережил.
— Дам-с, звонки отменяются на неопределенное время, поскольку абонент никогда долго не думал. Так что хотите дозвониться — звоните в рельсу, — подытожила я.
— Пошли уж, "абонент", — сказал парень, тяжело поднимаясь с холодного песка и направляясь к домам. Я даже не шелохнулась, удивленно хлопая ему вслед глазами. Он выжидающе обернулся ко мне.
— Мне в другую сторону, — ляпнула я, умостившись на бережке, словно сейчас плюс тридцать и больше. Хотя, если не переоденусь, то мои нормальные тридцать шесть и шесть рискуют перевалить за четвертый десяток!
— Тогда в какую? — удивился он.
В какую, в какую? Кабы я сама помнила! Но точно не в ту, куда навязчивые, пусть и симпатичные незнакомцы пытаются меня затянуть.
— Ладно, пошли, — вздохнул он, предлагая мне свою руку, чтобы опереться.
— Куда? — не унималась я.
— Ко мне домой. Обсохнешь и чаю попьешь, а то еще хворь какую-то подцепишь.
— Не-а, клин клином выбивается, — правда, обычно в роли клина выступает мороженое... — Если что, еще раз в озере искупнусь, — и красноречиво направилась в сторону воды.
Дойти у меня не получилось, поскольку парень ловко подцепил меня за шиворот, а потом я невероятным образом оказалась у него на руках.
— Отпусти, — попыталась взбрыкнуть я.
— Не для того я тебя из воды вытаскивал, что бы ты опять топиться пошла. А тем более заболела и умерла. Меня потом совесть мучить будет, так что уж потерпишь, — при этом так серьезно на меня глянул, что спорить расхотелось. Правда, только на первые десять секунд. Дальше мой спаситель просто перекинул меня через плечо, не особо вникая в мои протесты.
— Так не честно! — возмущалась я, наблюдая за миром в перевернутом состоянии. По носу на асфальт стекали раздражающие меня капельки воды. Люди на нас уже подозрительно косились, пришлось громкость своих возмущений поубавить. — Если ты сильнее, это тебе еще не дает права командовать всеми и вся.
— Дает. Так что хватит кричать. Могу пообещать, что ничего плохого тебе не сделаю. Тем более, к моему дому осталось пару минут ходьбы, — шипел мне в ответ парень. — Точнее, уже пришли.
Меня аккуратно развернули, чтобы я смогла посмотреть на дом. Дом как дом. Многоэтажный.
Тот цирк, который мы устроили, пытаясь нормально войти, точнее, меня внести (парень, не жалея сил, не решился дать мне свободу передвижения, между прочим, гарантированную мне Конституцией!), помнить будут долго. Консьержка смотрела на нас глазами по пять копеек и никак не могла ничего сказать. Помахав ей на прощание ручкой, мы вышли к лифтам.
— Жми на кнопку вызова, — подсказал парень.
— На какую? — огрызнулась я.
— Она там одна.
— Вау! — порадовалась я и, вывернувшись невероятным способом, все-таки вызвала лифт.
Когда двери распахнулись, меня внесли, по-другому просто не скажешь.
— Не крутись, не то заст... — шипение, дальше тишина и свет выключился, — ...ряли!
Я рыбкой скользнула из чуть ослабевших рук, попутно чуть не став на голову. Хи, а ведь раньше у меня так постоять никак не получалось.
— На кнопку диспетчера жми. Будем ему на судьбу-бяку жаловаться, — подсказала я, пока парень ругался.
— На лицо огромный опыт сидения в лифтах, — пошутил мой новый незнакомый.
— Не то слово, — огрызнулась, вспоминая, сколько времени я уже проводила в вот таком подвешенном состоянии.
В довершении всего диспетчера вызвать так и не удалось.
— Да что же это такое?! Сколько здесь живу, лифты никогда не ломались, — сокрушался парень.
— Все бывает впервые, — попробовала его утешить я. В особенности знакомство с моей фантастической кармой. Но о ней мы лучше промолчим.
— Ну, ты чего? Нашел тоже проблему. Это ведь не ты сидишь в лифте с незнакомцем, который проявил невиданное упорство, затаскивая тебя к себе домой, — попробовала пошутить я.
— Правильно. Я сижу, наверное, с самой большой гремучей змеей, — огрызнулся он, чуть сдвигая меня с уже насиженного места на полу и садясь рядом. — Тебя б в серпентарий, яд сдавать. Цены бы твоей помощи человечеству не было. Вот так и спасай симпатичных девушек, — наиграно грустно вздохнули мне почти на ушко. Куда?!
Теплое дыхание слегка пошевелило уже успевшие подсохнуть волосы, которые начали кучерявиться. Вот! Я так и знала, что здесь не без подвоха! Как не внешность, так еще что-то!
Мысля о том, что я сижу в лифте, без света (!) с парнем, которого я не знаю, но который, судя по всему, намылился меня целовать (!)... Как сказать, наверное, она меня пугала!
Я уже совсем растерялась, плохо соображая, что делать, когда...
Свет!!! Лифт поехал дальше. А мы сидим посреди набежавшей с нашей одежды лужи. Когда дверь открылась, я первая вылетела из кабины, стараясь не смотреть в сторону парня.
— Эх, — грустно донеслось мне в спину.
Пару мгновений он копошился с ключами, а потом, когда замок приветливо щелкнул, открыл передо мной дверь.
— Прошу.
— Я не пойду, — уверенно ответила я, прикидывая, где здесь у них лестница. Лифту я уже не доверяла.
— Ладно, вернемся к испытанному способу, — и попытался меня поймать.
Недолго мне удалось побегать. Меня торжественно внесли в квартиру, а за нашими спинами злорадно хлопнула дверь.
Мое тельце сгрузили только в ванной. Я злобно смотрела на этого гада, когда он включил душ, и на голову потекла вода. Придушу.
— Будь паинькой, — попросили меня и вышли.
Я все так же сидела под теплыми струями, когда хозяин квартиры постучался и, не дождавшись ответа, вошел.
— Одета я, одета, — огрызнулась, наблюдая, как парень чуть смущенно переминался рядом.
— А я так надеялся, — отозвался он. — Короче, шутки в сторону. Вот тебе одежда пока, — и повесил рядом с полотенцем рубашку. Кажется, свою, но для меня в самый раз. Попутно он снял мокрый свитер и отправил его в стиральную машинку, куртка валялась еще где-то в прихожей, и теперь мокрая футболка обтягивала накаченный торс. Я подперла подбородок ладонью и сделала мечтательно-влюбленные глаза.
— Присоединиться? — хмыкнул он, в то время как в глазах плясали чертики. Вода из душа, которой никто не выключал, попала в рот, и я закашлялась, пытаясь выплюнуть эту хлорированную гадость. — Мойся, давай, я мешать не буду, — и, взъерошив мне волосы, вышел.
Погипнотизировав пару минут двери, я решила, что мыться все-таки надо. Ну а потом уже будем разбираться, что, где, когда и, вообще, кому мы будем жизнь портить.
Рубашка оправдала мои прогнозы. Мне ее хватило с лихвой. Даже длина больше, чем у некоторых моих платьев. А вот волосы сбились в паклю, и на голове было целое гнездо. Хоть бы не обстригать.
Напротив дверей на полу сидел мой все еще незнакомый с двумя кружками чая.
— Это тебе, — и всучил чашку, после того как поднялся. А потом пропал в ванной.
Квартира была небольшая, однокомнатная, обжитая, точнее, везде бардак.
Ну, и чего дальше? Идиотизм ситуации поражал. Пришлось ждать, пока властитель всего этого бедлама наплещется. Слава богу, на это много времени не ушло.
— Чего грустишь? — спросил он, выйдя из ванны вполне чистый и довольный жизнью.
— Думаю, как это меня так угораздило? — без особого энтузиазма огрызнулась я, не отрывая взгляда от чая.
— В смысле? — не понял он.
— Покупаться в озере, нарваться на альтруиста, хотя они вымереть должны были еще в прошлом столетии, который насильно притащил меня к себе домой, притом, что я даже не знаю, как его зовут. Угораздило же! — и подняла на него взгляд. Все бы ничего, если бы он не был в одних штанах. — И за совращение малолетних — срок!
— Я знаю, — не стушевался он.
Живот жалобно заурчал. Да-а-а, бутерброда было мало.
— Я кушать хочу, — жалобно перевела я просьбу организма.
— Готовишь сама, — сразу же ответил парень.
— Тогда тебе даже пробовать то, что я приготовлю, не советую, — сразу предупредила я.
— Чего так? Обиделась что ли? — удивился он.
— Мой организм уже тренированный и мою стряпню так-сяк переваривает. А вот неподготовленный... — и многозначительно замолчала.
— Мои "изыски" переваривает, значит, и твои сойдут, — а улыбка у него красивая...
— Ладно, пошли на кухню, а то я и тебя съем, — пригрозила я.
— Ты там что-то говорила про совращение малолетних, а теперь расправиться со мной обещаешь, это как? — и подогнал меня к кухне. — Слушай, а тебя хоть как зовут?
