Отчетный период.

То ли ошеломленный моей бесцеремонностью, то ли просто высказавший все, что хотел, командир резко замолчал, забрал у подчиненного шкатулку (почему-то слегка покосившуюся), и, чеканя шаг, как на параде, держа ларчик на вытянутых руках, подошел ко мне поближе.

Хорошо хоть вовремя остановился — а то было впечатление, что он мне сейчас этим самым ларцом заедет по носу.

Лучезарно оскалившись (улыбкой это назвать было просто нельзя), спросила, кивнув на его ношу:

— А это все мне?

— Да! — каким-то уж слишком серьезным, даже сказала бы, торжественным голосом произнес он, невольно приосанившись и слегка качнувшись вперед, чем заставил меня слегка напрячься (драгоценности это конечно хорошо, но обзаводиться сломанным или разбитым носом мне даже ради их получения не хотелось).

— Леди Марина — осознавая всю степень недопустимости моего проступка, а именно применения мной в отношении тебя запрещенного метода психологического и физического воздействия, прошу тебя принять от меня в подарок, в качестве знака искупления моей вины этот дар... — с этими словами он поставил шкатулку на ближайший столик и продолжил. — Надеюсь, на этом случившийся сегодня утром маленький инцидент будет исчерпан.

Хм... прозвучало немного заискивающе. Впрочем, может, я слишком предвзято сужу?

Я заинтересовано принялась изучать искусную резьбу на поверхности крышки — красивая! Жаль, полюбоваться всласть на незнакомые узоры мне не дали, поскольку не сводящий с меня пристального взгляда командир уже через минуту с ноткой нетерпения в голосе велел:

— Открывай!

Я попыталась... в недрах шкатулки что-то звякнуло, и кнопочка хитроумного механизма почему-то категорически отказалась нажиматься. Видимо, моих слабых женских сил оказалось недостаточно. Попыталась нажать еще раз. Результат был прежний — то есть никакой.

Внимательно следящий за моими напрасными потугами, блондин обреченно вздохнул:

— Давай помогу.

Молча пододвинула к нему ларчик. (Расставаться с симпатичной вещицей не хотелось, но любопытство, а что же там, внутри — оказалось сильнее. А вдруг, и впрямь золото-брильянты?)

Командир театральным жестом надавил на кнопочку, бросив при этом на меня полный превосходства взгляд — мол, учись как надо! Учиться правда, было нечему — крышка по-прежнему оставалась закрытой. С уже не столь самоуверенным видом операцию повторили. Итоговый результат оказался прежним... Блондин не сдавался и, пусть и не со столь цветущим видом, вновь нажал на пимпочку... в общем, следующие десять минут я имела возможность наблюдать не один десяток разнообразнейших, но столь же безуспешных попыток открыть шкатулку.

Её трясли, вертели, осторожно обстукивали и громко по ней стучали, рассматривали... Деревянный ящичек скрипел и трещал, в его недрах, что-то бренчало и звякало, но открываться он категорически не желал!

Бесстрастно невозмутимый поначалу командир потихоньку распалялся... а его подчиненные прежде стоявшие у входной двери потихоньку подтянулись поближе и даже начали подавать отдельные реплики с советами, что же еще можно предпринять.

С головой погрузившись в процесс открытия шкатулки члены твеллинга на мое присутствие внимания уже не обращали, равно, как и не вспоминали о том, что эта самая шкатулка вообще-то уже мне подарена!

После того как один из муженьков громко воскликнул: "Я сейчас инструменты принесу!", поняла, что здесь мне пока делать нечего... что поделать — мужчины... теперь пока мой ларчик не откроют (или окончательно, на составные части не разломают — что гораздо более вероятно), не успокоятся!

Было слегка обидно — вещь то уже моя! Смотреть на издевательства над моим подарком не хотелось, а как отобрать его у вошедших в раж мужчин (дескать, посмотрим, кто кого победит — мы, крутые парни, или проклятая деревяшка!) не представлялось возможным. Поэтому демонстративно встала, поджала губы и покинула их веселую компанию. И ведь хоть бы один гад поинтересовался, куда я иду!

Ну ничего — пускай теперь они меня поищут! Что-что, а прятки я всегда любила!

Еще в розовом детстве, играя в "казаки-разбойники", я вывела для себя два основных навыка (к сегодняшнему дню отточенных мною практически безукоризненно), которые необходимы для того, чтобы соперники меня искали долго и безуспешно. А именно — умение оставлять ложные следы (лучший итог — две команды противников по пейнтболу, потратившие шесть часов на поиски моего бренного тела в болоте) и нахождение правильного места, где я буду скрываться (например, спрятаться в приемной директора школы до меня никто не додумывался).

Вот и сейчас идеи по поводу того, как будет лучше осуществить и то, и другое, у меня уже имелись. Жалко, конечно, что мои ботинки (как и обувь для их замены) обратно так и не принесли, ну да обойдусь.

Первым делом направила свои поиски по ложному следу. Забрала из выделенной мне временно в полное пользование комнаты свой смартфон (там хоть и немного заряда осталось, но на то, чтобы пару-тройку часов музыку послушать, хватит) и устроила в ней легкий беспорядок (разворошила постель, попутно закинув лыжный комбинезон и все имеющиеся в моем распоряжении носки поглубже под кровать). После чего прошлась по знакомым помещениям, специально распахнув в них двери, и открыла в спортзале одно из больших окон.

Удовлетворенно посмотрела на дело своих рук и отправилась прятаться.

Как известно, лучшее место спрятать что-либо — это положить нужную вещь на самом видном месте. Решила поступить аналогично. Поэтому еще раз позаимствовала в библиотеке парочку любовных романов и отправилась прямиком в рабочую комнату твеллинга, которую столь неожиданно обнаружила пару часов назад. А что? Там-то меня вряд ли искать будут.

В зоне отдыха уселась в самое дальнее кресло (так, чтобы в глаза не бросаться) вставила наушники, включила любимый сборник лирических баллад и погрузилась в изучение сюжета местного образца любовного-романтического жанра. Заняться-то чем-то надо было!

Посмотреть, что начнут делать блондинчики, обнаружив мое отсутствие, конечно, хотелось. Как и узнать поверят ли они в мой побег или как? Но удовлетворить свое любопытство в данный момент я, увы, никак не могла.

По идее, пространство под кроватью настолько маленькое (я еле-еле вещи запихнула), что заглядывать туда во время моих поисков вряд ли кто будет. Открытая же терраса, на которую выходили окна-двери спортзала, имела (весьма для моих целей удачно) несколько ступеней, спускающихся прямиком на симпатичную такую, мощеную желто-коричневым камнем дорожку. Одно из ответвлений которой вело к невысокой (не более семидесяти сантиметров) каменной ограде. И заодно к почти вплотную примыкающему к этой ограде с внешней стороны хвойному лесу.

В общем, достоверный антураж для сцены под кодовым названием "исчезновение Маришки" был в наличии.

Но! Именно этот самый достоверный антураж подразумевал (если я, конечно, хочу заставить муженьков меня искать) то, что мне самой необходимо сидеть тихо-тихо, и никуда не высовываться.

Книга, несмотря на непривычные реалии чужой иномирской жизни (из-за которых я воспринимала ее не как любовный роман, а как некий, довольно-таки неплохой фэнтези-опус), оказалась для своего жанра весьма увлекательной, и спустя пару минут я полностью погрузилась в ее чтение.

В общем, когда спустя где-то примерно через час, в библиотеке раздался громкий рев (слышимый даже через закрытую дверь) — "И куда же она подевалась?!", вздрогнула я совершенно натурально. И постаралась устроиться в кресле покомпактнее. Так чтобы, если не присматриваться специально, меня от входа видно не было.

Вовремя. Нет, в помещение никто не входил (и даже, похоже, не собирался). Но вот дверь, судя по тому с каким оглушительным грохотом она ударилась об стену, кто-то пнул, как говорится, со всей дури.

Эх... жалко этот кто-то отскочившей обратно створкой по носу не получил... хотя и то, что обратно дверь закрывать никто не торопился, уже хорошо.

Конечно, в десятисантиметровую щель (тем более сидя от нее сбоку на расстоянии шести метров) мало чего увидишь (кусочек книжного шкафа и время от времени спину метавшегося по библиотеке туда-сюда командира). Зато услышать можно многое.

Жаль, правда, разобрать не все получилось. Отнюдь не из-за плохой слышимости (речь командира была ну уж очень громкой), а потому, что большую часть его слов сережки-переводчики в доступные мне понятия отказывались трансформировать. Уж очень его речь была... скажем так — эмоционально-несдержанной.

Впрочем, поверить в то, что я действительно ушла прогуляться по окрестностям практически босиком (точнее надев вместо нормальной обуви четыре пары носков) он поначалу отказывался... мотивируя это тем, что ну хоть немного-то я о своей безопасности (а так же здоровье и прочем) должна думать!

Однако с каждым новым докладом его подчиненных о том, что в очередной исследованной части особняка меня не обнаружено, темпераментность выражений командира твеллинга только увеличивалась, а вера в мое благоразумие падала. Пока совсем не пропала (после того как дом, начиная с подвала и кончая мансардой, не оказался полностью осмотрен).

После этого известия, кстати, ни одного понятного слова до меня из библиотеки не донеслось. Непонятных было много, и таких... весьма и весьма экспансивных. Настолько пылких, что "находиться" мне как-то резко расхотелось.

Ругался командир долго и со вкусом. Минут пять — не меньше!

А затем, как будто и не он столь бурно эмоции выражал, своим обычным спокойным голосом принялся обсуждать со своими подчиненными как лучше мои поиски в окрестных лесах организовать.

Отчего-то перед глазами очень ярко промелькнули сцены из старых фильмов про Великую Отечественную войну. Тех, где гестаповцы с перекошеными злобой лицами от предвкушения скорой расправы, прочесывают глухой лес в поисках партизан. Автоматные очереди, режущая слух чужая речь и хриплый лай овчарок, рвущихся с поводков...

Бррр... Аж мурашки по коже!

Хорошо, что собак я у них в хозяйстве еще не видела. Пока я ярко представляла страшные картинки, а затем пыталась после них отдышаться, мальчики договорились между собой.

В итоге мои поиски решено было провести в несколько этапов. И если над первым этапом, а именно, цепью прочесать ближайший лес не менее чем на три километра от особняка, я еще похихикала (ищите-ищите), то дальнейшие меры по моему нахождению смеха уже не вызывали. Мне даже немного стыдно стало.

Ребята-то, похоже, действительно всерьез перепугались! Иначе с чего вдруг решили в том случае, если в течение двух ближайших часов меня не обнаружат, развернуть широкомасштабные поиски с применением всех доступных им технических, магических и прочих ресурсов, вплоть до спутниковой аэрофотосъемки, и привлечения дополнительных поисковых команд.

Проснувшаяся во время подслушивания совещания совесть на пару с инстинктом самосохранения подсказывали, что моя маленькая месть (оказавшаяся, надо признать, очень удачной) слегка затянулась. Да и парней стало слегка жалко — они же мне, в принципе, ничего плохого и не сделали, а вот я своим побегом могу все их планы испортить (им же, насколько я помню, до сдачи отчетов все проблемы положено только самостоятельно решать).

Вот только признаваться в том, что все это было сделано специально, не хотелось категорически. Как и в том, что все это время я их разговоры слышала, а на глаза показаться не спешила. Все же то, какой была реакция ребят из тех самых двух пейнтбольных команд, искавших мое тело в болоте, я и сейчас, спустя пять лет, отлично помню! (Еще бы! Убедившись в том, что я жива и здорова, меня, как маленькую, отшлепали ремнем по мягкому месту. Да так, что сесть я смогла только спустя три дня!)

Впрочем... почему это я должна объяснять куда пропала?! Пусть лучше они мне объяснят, почему меня ищут!

В библиотеку из рабочей комнаты я вошла с самым беспечным видом, слегка пританцовывая в такт звучащей в наушниках музыке и беспечно помахивая книгой.

Надобно сказать, что обстановочка в зале, где они устроили штаб по обнаружению бесценного сокровища (то бишь, меня), оказалась немного странной. Особенно если сравнивать с царившей в этой комнате час назад идеальной чистотой.

Ньдя... если судить по беспорядку, с которым в данный момент были распиханы их самые большие многотомники со сводами законов, правил и всяческих уложений, они меня, похоже, даже на книжных стеллажах искали!

Да и сами мальчики выглядели совсем не ахти. Куда девалась их брутальная вальяжность и хищная, нечеловеческая грация? Перед моим взором предстала отнюдь не сплоченная группа коммандос, а толпа ученых-фанатиков (тех самых, которых еще любят ботаниками называть), собранных для решения научной проблемы мирового масштаба. Таких в американских фильмах-катастрофах любят показывать. (Эх... что-то меня на кинематографические ассоциации потянуло — даже странно как-то!)

Совершенно не обращая внимания на воцарившуюся при моем появлении мертвую тишину, я с самым невинным видом поинтересовалась:

— Ребята, а чего это вы тут второй час так сильно шумите? Мне, чтобы вы книжку читать не мешали, даже музыку пришлось с максимальной громкостью включить!

Честно говоря, зловещий вид живых молчаливых статуй, нелепо замерших в момент моего выхода (словно в детской игре "море волнуется раз..."), в которых превратились мои визави, начал давить на психику.

Мне даже специально (для общей достоверности ситуации) выражение недовольства на лице, изображать не пришлось. Поморщилась я на якобы только что замеченный беспорядок вполне естественно. И лишь затем поинтересовалась:

— Потеряли чего? Я тут книжку как раз дочитала. Может, помочь?

Мужчины выдохнули... приняли более естественные позы, синхронно сделали глубокий вдох... и в полной тишине, с горящими глазами, то сжимая, то разжимая кулаки, медленно-медленно начали перемещаться поближе ко мне. И то, как это выглядело мне, категорически не понравилось. Хотя режиссер любого фильма про живых мертвецов наверняка был бы в восторге. Для идеального соответствия этому образу мальчикам только кровавых пятен на лицах и одежде не хватает.

Как то сразу стали близки и понятны ощущения испытываемые героями данного рода ужастиков...

Понятны то понятны... вот только универсального пульта для моментального переключения, разворачивающегося передо мной реалити-шоу про зомби на другую программу у меня не имеется.

Хм... придется мне их старым дедовским методом (из разряда, а у вас молоко убежало) в чувство приводить. Пусть уж лучше покричат, на меня поругаются да и успокоятся.

Только что им такое сказать, чтобы они в себя пришли, а? Причем не просто в себя пришла, а еще и поверили, что я сбегать никуда не собиралась! Да... задачка...

Хотя кажется, придумала!

— Ребята — а вы сквозняков не боитесь? А то я там, в спортзале окошко открытым оставила, чтобы помещение немного проветрилось, уж больно воздух спертый был, да и запах какой-то неприятный присутствовал...