Чертов Викинг наших дней

Леська поняла, что сваляла дурака. Тем более, что вся оргтехника была отключена из розеток.

— Это у нее рефлекс, как у собаки, — объяснила Сашка, — Зашла в офис, плюх на место и давай арбайтен. И пофиг, что вокруг.

— С вами вокруг вообще можно спятить, только автоматизм и выручает, — беззлобно огрызнулась Леська. Радостную дискуссию, кто самый ненормальный, прервало появление Глеба. Начальник возник на пороге, деловито оглядел кавардак и приказал:

— Так, возьмите газетки, вон там в углу старые выпуски, и застелите мебель. Чем лучше застелите, тем меньше потом отмывать от краски. А как у нас "аккуратно" красят — вы знаете. Всё, скоро придут маляры, так что вперед и с песней. Я в типографию, — и утопал дальше.

— Легко ему говорить... — промычала Сашка, озирая разномастный склад мебели, которую предлагалось застелить. — Да мы тут до китайской пасхи провозимся.

— Что ты предлагаешь? Потом отмывать до китайской пасхи? — Дэн склонился над стопкой газет, поднял верхнюю пачку и разразился громким чиханием. Газетки лежали там давно, успели пожелтеть от времени, а стиранием с них пыли никто себя не утруждал.

— Я предлагаю пойти поесть, — практично заявила ведьма. — Поработать мы всегда успеем, а вот с обедом можно и пролететь. Кто со мной?

— Я! — сквозь чихания рявкнул Дэн. Иметь дело с газетками ему расхотелось.

— Не, я не голоден, — отказался Антон.

Леська только пожала плечами:

— Саш, я только из дома, нельзя же все время жрать..

Подруга уже стояла в дверях, приплясывая о нетерпения:

— Окей, задохлики, морите себя голодом, а мы пошли. Скоро будем, — и на этой оптимистической ноте они с Дэном испарились.

— Блин, напылил тут, — Антон обошел газетную кучу и дернул створку окна. Старая деревянная рама заскрипела, и огромное окно впервые на Леськиной памяти открылось настежь. Обычно внешний мир долетал в их редакцию только через форточку, а сейчас в распахнутый прямоугольник хлынуло солнце, ветер, уличный шум, запах нагретой земли и травы — полное буйство жизни.

Антон уселся на подоконник, привалившись спиной к оконной раме и позвал:

— Иди сюда.

Леська перелезла через очередной стол и примостилась напротив друга, свесив ногу наружу. Подоконник был гранью двух миров — пыльного предремонтного офиса и яркой, полной жизни улицы.

— Для полного счастья сюда бы еще тазик с черешней, — Леське вспомнилось босоногое детство. Антон согласно кивнул. Увы, наколдовать себе материальные блага, пусть даже и съедобные, ни один маг не был способен.

Парень какое-то время рассматривал подругу, довольно пригревшуюся на солнце. Ему в глаза бросились разные серьги — на одной из них висела связка из трех маленьких перьев.

— Ты носишь амулет левитации? — поинтересовался он, глазами показывая на серьгу.

— Мне Сашка его сделала, заколдовала на моей крови. Говорит, что на короткое время должен подействовать, — хмыкнула Леська.

— Ты в курсе, что можешь обойтись и без него? Ты же маг воздуха.

— Пока что гравитация сильнее моих магических умений, — с сожалением сказала Леська.

— Пробуй магически уменьшить свой вес. Постепенно. Принцип тот же, что с амулетом. Берешь за основу вес пера... — Антон попытался по возможности понятнее объяснить, как запудрить самой себе мозги, убедив, что вес тела не больше веса перышка. Леська невольно заслушалась — по его рассказу выходило, что все проще пареной репы. Она была уверена, что на практике так не бывает. "Для него всё просто, — думала она, глядя на приятеля, — как в том анекдоте, когда ученик не знал, что задача нерешаема и решил ее походя, случайно. Он уверен, что колдовать легко, и для него оно все так и есть... Я вот не могу определить назначение ни одной его цацки, коими он обвешан в избытке..."

Леська задумчиво скользила взглядом по амулетам Антона, пока не остановила глаз на его шее.

— Почему ты все время носишь этот ошейник? — неожиданно для себя самой спросила она. — Он не твой, я чувствую.

Антон затянулся сигаретой, медленно выдохнул. Слишком хорошо было сидеть тут, на облупленном подоконнике, жмурясь от солнца, рядом с ней.

— Я не могу его снять, — честно сказал он.

Леська внезапно подалась вперед и провела руками по ошейнику. Глаза ее изумленно расширились — на ошейнике не было застежки, сплошная полоска кожи без швов.

— Но как?...

— Я заключил договор. Ошейник снимется, если я выполню свою часть сделки. Он... напоминает мне об обязанностях, — невесело усмехнулся Антон. О том, что эта штука могла задушить его в любой момент, повинуясь лишь прихоти Князя, он решил не упоминать. Но Леське, похоже, и не требовалось подробностей. Ее пальцы скользили по черной коже и шипам, и она чувствовала суть этой вещи — ее чужеродность и угрозу.

— А если я сниму его сейчас? — "магией-то можно попробовать, — думала она, — а если не получится, то всегда есть ножницы..."

Антон смотрел на нее со странным выражением лица — приятно расслабленным, как будто они болтали о пустяках. Даже в глазах не было вечной насмешки. Серые глаза с желтыми искрами, слишком близко...

— Тогда я умру, — просто ответил Чертов Викинг. Он чувствовал ее пальцы на своей шее, чувствовал, как сплетается вокруг них магия, но даже не пошевелился, ощущения ему нравились. Леська отдернула руки, и он на миг пожалел, что сказал.

— Тебе не нравится держать в руках чью-то жизнь? — нарочито разочарованным голосом спросил он. Леська отрицательно покачала головой — ей было не смешно.

— Что ты должен сделать? — спросила она, кивая на ошейник.

— Найти кое-что. И кое-кого.

— Ты ищешь?

— Конечно, глупая, — ласково сказал Антон и вдруг положил голову ей на колени. — Но не прямо щас. Прямо щас я хотел бы быть оборотнем-котом.

Леська усмехнулась и запустила пальцы ему в волосы. Возвращаться к суровой реальности в виде раздолбанного офиса дураков не было.

— Так я и знал! — от голоса Глеба за спиной оба чуть не вывалились из окна. — Сидят, голубчики, чешутся, а мебель сама газетами накроется, да?

— Тьфу, — выругался Антон, вставая с подоконника, — ты б еще громче заорал, чтоб мы наверняка свалились.

— Сами виноваты, — без малейших угрызений совести сообщил начальник. — Где остальные?

— Кушают, — смущенно ответила Леська.

— Нашли время!

— Не, ну извини, что ж теперь, если ремонт, то и жрать не надо? — девушка быстро перешла от смущения к негодованию. — Глеб, не перегибай палку, сейчас всё сделаем. Что-то я не вижу, чтоб к нам ломилась толпа маляров с немедленным желанием красить.

Глеб хотел возразить, но ему в спину деликатно постучали, и, обернувшись, он узрел Сашку и Дэна, на ходу что-то дожевывающих. Прежде чем он успел промолвить хоть слово, Сашка протянула ему хот-дог со словами:

— Шеф, это тебе!

Глеб подавился обвинительной речью.

-Э-э, гм, спасибо...

Но тут все испортила третья сила. В комнату заглянул мужик в заляпанном краской комбинезоне и весело спросил:

— Ну что, готовы красить?

Увидев, какими глазами уставились на него в ответ пять человек, он попятился в коридор и крикнул оттуда:

— Ладно, я пока покурю.

Глеб медленно повернулся и вкрадчиво спросил у Леськи:

— Не ломится, говоришь? Блин, неужели так трудно было всего лишь разложить по столам газеты?!! Ну и коллектив — при любом удобном случае пинают балду! У нас не офис, а барахолка! Подвалила оказия получить хоть свежие стены, так вы и этому сопротивляетесь!...

Четверо представителей нерадивого коллектива обреченно слушали, и некоторые из них даже ощутили смутное чувство вины.

-...почему здесь до сих пор валяются ваши рюкзаки?! — ревел Глеб, обличительно тыча хот-догом в угол. Рюкзаки и правда валялись. Когда их привезли с турбазы и выгрузили возле универа, девчонки сообразили, что до офиса ближе, чем до дома, и оставили рюкзаки на работе, да так и забыли про них. Леська с запоздалым раскаянием вспомнила, что уже две недели собиралась разобрать свой. Похоже, время пришло. Заодно и узнает, без чего она обходилась эти две недели.

— Ладно, уймись, щас мы все сделаем, — буркнула Глебу Сашка. — Ешь, давай, зря несли тебе, что ли, — с этими словами ведьма ухватилась одной рукой за рюкзак, другой за пресловутые газеты, всем видом показывая, что встала на путь исправления и сейчас за пять минут своротит горы. Глеб вздохнул, шлепнулся на стул и впился в хот-дог зубами.

Леська подняла свой рюкзак на стол и охнула — чего он такой тяжелый?! "Неудивительно, что я не доперла его до дома", — подумала она и полезла внутрь. На свет явилась непочатая бутылка виски.

— Эй, народ, чья бутыль, кстати? Еще на базе хотела спросить, да как-то вылетело из головы.

Народ, наморщив лбы, смотрел на бутылку. Дэн открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут Антон бросил на него предостерегающий взгляд и заявил:

— А, так это ж моя, — и вынул бутылку из рук Леськи.

— А как она очутилась у меня в рюкзаке? — перемигивания с Дэном от Леськи не укрылись, но поди пойми, что там себе думают эти двое.

— Я ее туда засунул после случая с Марго, когда думал, что будут изымать алкоголь. И тоже вылетело из головы.

— Нашел куда спрятать. Можно подумать, у меня бы ее не изъяли.

— А, вы ж шатались по лесу и не в курсе. Они начали с младших курсов, дошли до четвертого, потом им надоело, — вклинился с пояснением Дэн. — Мы думали, как нашу палатку осмотрят, так перенесем бутылки к нам. Но забыли.

— Очень мило. А я тащила это всё аж сюда, — проворчала Леська, упихивая остальное барахло на место. Без бутылки рюкзак значительно полегчал.

Вернувшись с перекура, жизнерадостный мужик увидел кабинет, в котором газетами было плотно устелено всё, кроме стен. Обруганный коллектив в темпе аллегро застелил даже пол — только чтоб порадовать Глеба — и был распущен по домам на два дня, пока высохнет краска.

Леська перешагнула порог квартиры, кинула рюкзак в угол и только тут осознала, что именно не давало ей покоя всю дорогу. Антон не мог засунуть ей в рюкзак эту бутылку. Она нашла ее утром, до новости об отравившейся сокурснице и предстоящей инспекции на предмет алкоголя, после того как ночью кто-то чужой побывал в их с Сашкой палатке. Леська, прикусив губу, посмотрела на рюкзак, потом в зеркало, где отразилась слегка чумазая после газет физиономия, с тоской подумала о холодном душе, развернулась и вышла из дома.

* * *

У себя на кухне Антон аккуратно достал изъятое у подруги виски и водрузил на стол. Внешне ничего странного в бутыли не было, но подозрения его не отпускали. Еще в редакции ему вспомнилась гадалка Марго. "У нее палатке батарею бутылок из под вискаря нашли". А потом она отравилась...

Антон осторожно открутил пробку и принюхался. Сильный запах спиртного и едва заметный еще чего-то... Знакомого... "Нет, — внезапно вспомнил он, — не знакомого, но так пахло у девчонок в палатке после ночного визита". Странный травяной аромат, не то чтобы неприятный... но настораживающий. "Никогда бы не выпил напиток с таким запахом", — подумал Чертов Викинг. "Потому-то его и подлили в спиртное, где он почти не чувствуется", — ехидно подсказал внутренний голос. Яд, говорите? Антон плеснул немного в чашку и достал неограненый аметист с вкраплениями неизвестного камня — полезный подарок из мира за гранью. Недолго думая, положил камень в сеточку для заваривания чая и опустил в чашку. Аметист засветился фиолетовым. "Отрава..." А потом внезапно засветились желтым вкрапления другого камня. Виски с магией? Аметист светился неравномерно: то сильнее, то слабее, как будто сомневаясь — действительно ли питье опасно для хозяина, зато желтый свет сиял ровно. И тут Чертов Викинг понял, что это. Зелье, позволяющее определить — обладает ли человек магическим даром. Выпивший его маг, на время действия напитка терял все свои способности и вообще чувстовал себя отвратительно, но не смертельно. Для обычного человека питье грозило летальным исходом, за редкими исключениями.

Антон выудил аметист, вымыл его, вернул на полку и задумался. Картина выходила неутешительная: маг охотится именно на факультете иностранных языков и, судя по всему, уже знает или вот-вот узнает, кто ему нужен.

В дверь требовательно позвонили.

"Кому ж я сдался?" — раздраженно подумал Антон. Мелькнула мысль не открывать, но звонок раздался снова, посетитель жаждал общения. Антон распахнул дверь и удивленно посмотрел на гостью.

— Мы же только расстались, — напомнил он. — Ты забыла что-то?

— Почему же забыла, наоборот вспомнила, — Леська прошла в квартиру и по наитию сразу же завернула на кухню. Откупоренная бутылка и результаты Антоновых экспериментов стояли посреди стола. — Рассказывай.

— Что? — Антон на секунду прикинулся валенком.

— Про эту бутыль. Твоя она, как же... Что в ней?

— С чего ты взяла, что не моя? Вон, я даже ее пить начал, — Чертов Викинг смотрел ей в глаза наглым и предельно честным взглядом.

— Из чашки? — скептически уточнила девушка.

Антон пожал плечами — мол, почему бы и нет.

Леська пару секунд сверлила его взглядом, а потом взяла чашку и поднесла к губам. Движения она увидеть не успела — чашка просто вылетела у нее из рук, содержимое разлилось по полу. Побледневший Антон схватил ее за плечи:

— Ты что творишь?!

— Значит, просто пьешь виски? — как ни в чем не бывало спросила Леська. Антон отпустил ее, пламя в его глазах погасло, он отошел и уставился в окно:

— Ты уверена, что хочешь знать? Меньше знаешь — крепче спишь.

Леська молча ждала продолжения, проигнорировав народную мудрость.

— В городе, — медленно подбирал слова Антон, — появился маг, которого ни я ни Глеб не знаем.

Леська смотрела на него, не понимая, почему эту новость надо сообщать таким значительным тоном.

— Ну появился и ладно, кому до него какое дело?

— А вот ему дело до вас есть. Ему нужен человек с магическими способностями, но слабее себя. И вычислить такого он пытается не очень гуманными методами.

— Маг ищет мага?

Скептицизм девушки можно было понять. Вот для чего магу маг? Кому он нафиг сдался? Проку от магов в нормальной жизни практически нет, ну разве что у кого-то завелась какая-нибудь докучливая нечисть. Но искать для этого мага такими жесткими средствами? У Леськи не выходило ответа на этот вопрос. Среди ее знакомых было три, ну скажем так, мага — Сашка, Глеб и Антон. Они же были и ее лучшими друзьями. Но никто из них никогда не строил планы на магический дар другого, тут со своим бы сладить.

Антон понял, что, сделав шаг, увяз по пояс. Придется рассказывать всё.

— Пойдем на балкон, — со вздохом пригласил он, нашаривая на столе сигареты. А когда они уселись на полу на балконе, привалился к стене и начал:

— Один нехороший, но очень наглый некромант украл некую книгу у высокопоставленного лица...

— Еще более наглый, чем ты? — перебила Леська.

— Не то чтобы, — признался Антон, — но более удачливый точно. Слушай дальше...

Когда рассказ подошел к концу, Леська уточнила: