Большой переполох в маленьком мире

Суровое драконье сердце под таким пламенным напором дало трещину, и Хвосторога смущенно отвернулась в сторону. Ей еще никто и никогда не говорил, что у нее красивые глаза. Этот нахал валлиец только и мог, что грубо домогаться до нее. А ей тоже хотелось ласки, чтобы кто-нибудь принес ей двуногого на завтрак...хорошо, двуногие это слишком, но эти четвероногие...бараны вроде? Тоже подойдут.

— Давай, что ты стесняешься? Полетаем по городу, посмотрим на закат, а потом я приглашаю тебя на ужин: тут недалеко есть бар 'Голубая устрица' — там всегда полно брутальных мужиков, которые так и просятся дракону в пасть!

Хвосторога засмущалась еще больше. Выдавив, что-то похожее на улыбку (жутковатое зрелище, я вам скажу!) она смачно чмокнула осла, перемазав почти все его тело в помаде, которую Гарри незаметно нанес ей на губы заклинанием.

Осел от такого проявления чувств упал на землю и, подергивая ногами от экстаза, громко затянул старую ослиную балладу 'А я хвостик потерял'.

Драконица, нежно взяв за шкирку все еще поющего осла, издала влюбленный вздох и, расправив свои огромные кожистые крылья, полетела прочь со стадиона.

Гарри, проводив хвосторогу глазами, снял щит и дал, наконец, волю своему смеху. Ему пришлось прикусить себе язык во время 'брачной игры' осла и драконицы, чтобы не разрушить такой романтичный момент своим хохотом. Отсмеявшись, Гарри наконец поднял глаза на небо и выхватив палочку вывел в воздухе 'Гарри vs Драконы счет 4:0'.

— Интересно, сколько времени пройдет, прежде чем осел превратиться в кусок железа? Надеюсь достаточно долго, чтобы заделать пару — тройку летающих огнедышащих ослят. — Со смешком заметил он.

Бросив последний взгляд на небо, Гарри, насвистывая веселый мотивчик, направился к выходу из стадиона. Но не успел он пройти и десяти метров, как его снова подняло в воздух, закружило, и он опять очутился у очередной достопримечательности Лондона — Трафальгарской площади, где ему на встречу уже шли три фигуры. Две он узнал сразу, они направились прямо к нему, а одна была закутана в плащ и стала поодаль.

— Красноглазый и его бешеная шавка. Будет весело и очень интересно — иронично хмыкнул Гарри.

И действительно, Лорд Волдеморт и Беллатриса Лестрейндж были его очередными соперниками.

* * *

Минерва устало вздохнула, потянулась и, сняв очки, протерла глаза. Да, нелегкий выдался вечер. После того, как Гарри очень плодотворно 'побеседовал' со стаей оборотней в Запретном лесу, дела навалились одно за другим: письма с соболезнованиями родственникам погибших слизеринцев, вызов авроров для тщательного расследования причин их гибели, допрос свидетелей по этому делу, где Минерва была обязана присутствовать как директор вверенной ей школы. И в довесок, до сих пор не пришедший в себя Гарри с побеленными сединой висками и его чудовищное оружие. Директриса все еще не могла прийти в себя от того, что она вместе с участниками Ритуала увидели в Омуте Памяти, заглянув в воспоминания мисс Грейнджер.

Абсолютно жуткая картина резни, которую устроил Гарри, поражала своей жестокостью. Минерва до сих пор не могла понять как дети после того, что им пришлось пережить, остались рядом с его кроватью и, казалось, желали оказать ему помощь еще больше, чем раньше. Гарри повезло с друзьями — этого у него не отнять.

Минерва окинула взглядом свой кабинет, напоследок посмотрев на стоящие в углу стола различные приборчики и механизмы, принадлежавшие Альбусу. Ей иногда было неудобно перед ним за то, что она занимает его бывший кабинет — слишком долго Дамблдор занимал пост Директора. Этот кабинет у нее уже прочно ассоциировался с худощавой длиннобородой фигурой Альбуса, с его блестящими голубыми глазами, загадочно поблескивающими из-за очков-половинок и с его вечными планами и интригами.

За последнее Минерва порой ненавидела своего бывшего начальника. То, как он обошёлся с Гарри, не вызывало у нее ничего, кроме ярости. Сын ее любимых учеников жил в отвратительных условиях, не получая и толики того добра, что заслуживал. Здесь директриса ощутила острый укол вины. Она также виновата в том, что у Гарри не было нормальной семьи, как и Альбус. Знай она тогда, чем все закончиться, не стала бы никого слушать, а забрала бы Гарри и вырастила его сама. И плевать, что она уже не молода! Сил бы ей на это хватило, у нее Гарри точно не голодал бы целыми днями и в магии разбирался бы куда как лучше. Но... Прошлого не изменить. Как не изменить и того, что Гарри лежит теперь в больничном крыле и неизвестно, сколько ему там лежать. Да и вообще не ясно, каким он будет, когда очнется.

Минерва снова вздохнула и откинулась в кресле, посмотрев в окно. Звезды ярко освещали продуваемую всеми ветрами шотландскую долину. Тысячи. Тысячи тысяч звезд. В городе такого не увидишь. Все-таки Шотландия красивая страна. Да, со своими недостатками, с суровым климатом, с продуваемыми морским ветром ущельями и холмами. Но нельзя не вспомнить о ее озерах, о чистых горных реках, о рассветах и закатах, которые раскрашивают небо яркими красками, словно художник холст. Минерва бы и дальше продолжала бы восторгаться ночным небом, но ее отвлек легкий стук в дверь. Минерва сразу подобралась, пригладила волосы и напустила на себя свой ставший уже легендарным строгий и деловой вид.

— Войдите!

Тихо скрипнула дверь, впуская посетителя. Весемир, видимо, принес важные новости, если пришел в столь поздний час: уже давно перевалило за полночь.

-Я смотрю, вы вся в работе, Минерва. — Весемир присел в кресло и благодарно кивнул, принимая предложенную ему чашку с чаем.

— Ох, и не говорите — школьные дела плюс еще письма родственникам погибших и расследование этого дела...я уже молчу о том, что произошло там, на поляне — нервирует, знаете ли.

Весемир, отхлебнув чаю, кивнул, по всей видимости о чем — то задумавшись, и затем пристально посмотрел на директрису.

— Гермиона была права, когда говорила, что Гарри может стать нелюдимым и будет себя ненавидеть. Его психика молода и очень нестабильна. Знания Реддла, плюс ритуал и то, что последовало за ним. Ему будет очень тяжело. Поэтому я забираю вместе с Гарри и его друзей. Тренировки в Китеже будут очень тяжелыми, к сожалению, у нас совсем нет времени, поэтому процесс обучения придется корректировать, что неизбежно повлечет за собой увеличение нагрузки на Гарри. Ему нужен 'якорь', чтобы он не сломался эмоционально и физически.

— Вы планируете обучать их вместе с Гарри?

— Нет, у них будет своя обучающая программа, не идущая, конечно, ни в какое сравнение с тем, что будет проходить Гарри, но они обязательно будут встречаться — им нужно отдыхать вместе хотя бы изредка. К тому же Гермиона, как я понимаю, будет не прочь посетить нашу библиотеку.

При этих словах Минерва не могла сдержать улыбки. Да, если Гермиона услышит слово 'библиотека', она побежит хоть на край света, лишь бы получить желаемое.

— Вы уже сказали им? — Директриса вопросительно глянула на старого волхва.

— Нет, пока нет. Нужно дождаться пробуждения Гарри и посмотреть на его реакцию, когда он осознает последствия ритуала.

Минерва снова откинулась на кресло, держа в руках чашку с чаем, машинально проводя пальцем по изображению кошки на ней. Слова Весемира снова всколыхнули в ее памяти тревогу и страх, которые она прятала глубоко в своей душе.

'А что, если Гарри окажется совсем уже не Гарри' — эти мысли она старалась загнать поглубже, но они все равно напоминали о себе, мешая сосредоточиваться на работе, отдохнуть. Минерва уже начинала ненавидеть это давящее чувство тревоги и томительного ожидания. Честное слово, лучше бы Гарри очнулся поскорей, иначе она с ума сойдет!

— Будем надеяться, что все закончиться хорошо.

Минерва в задумчивости не услышала, а скорее даже почувствовала, что сказал Весемир.

— Да, будем надеяться. — услышала она свой шепот словно со стороны. Больше им ничего другого не оставалось.

* * *

Гарри смотрел в красные глаза своего врага, не видя там ничего, кроме ненависти. Волдеморт был с такой же змеиной внешностью и с теми же манерами 'Я тут царь, а вы все холопы', как и всегда. Чего не скажешь о Беллатриссе. Вот уж на ком природа отдохнула!

Шизанутая психопатка с десятком маний и целым ворохом психических отклонений — находка для любого психиатра. Не говоря уже о ее выбитом переднем зубе, который придавал улыбке Беллы особый шарм жены уголовника. Не хватало только синяка под глазом, бутылки виски в руке и 'косячка' в зубах.

Гарри невольно задался вопросом: кого из этих двух он ненавидит больше? Но никак не мог найти ответа. Волдеморт, с одной стороны, убил его родителей, много раз пытался убить его самого, и вообще был личностью, скажем прямо, с весьма паршивым характером. Но, несмотря на свои частые нервные срывы, он мог строить хитроумные планы, умел терпеть, умел убеждать в своей правоте. По крайней мере, тот Волдеморт, что еще не зашел слишком далеко в своих попытках обрести бессмертие — да, Том был гением. Его познания в Черной магии, да и не только в ней одной были колоссальны, его боевые навыки и опыт так же заслуживали восхищения. Да, он был чудовищем, был не здоров психически, но, тем не менее, он был явным примером ошибочности фразы, что 'гений и злодейство понятия несовместные'. Еще как совместные! Гарри с невольным уважением вспомнил ту заварушку в Южной Америке, где Волдеморт перебил все племя тамошних колдунов в поисках секретов их магии. А шаманы там были весьма и весьма неслабые, одни только их познания в стихийном колдовстве были впечатляющи. Но, тем не менее, Том сумел их победить. Так что следует отнестись к нему со всей серьезностью. Это вам не жалкие пауки и зомби и даже не драконы с василисками! Гарри предпочел бы встретиться с десятком драконов и василисков сражению с таким опасным противником.

Белла же вызывала совершенно другие эмоции. Довольно сильная волшебница и опытная дуэлянтка, она, тем не менее, после 'отсидки на киче' совсем слетела с катушек. И без того будучи личностью с мягко говоря непростым характером, Белла превратилась в этакую пулю со смещенным центром тяжести — мало того, что дура, как и все пули, так еще и непредсказуемая: никогда не узнаешь, куда она повернет в следующий момент! Такая соперница не вызывала ничего, кроме брезгливости и отвращения.

— Что, Поттер, хочешь увидеть своего блохастого крестного? — Белла видимо решила попытаться разозлить его. Жалкая попытка! Он уже не тот вспыльчивый мальчишка, что пытался сразиться с ней в атриуме Министерства Магии. Сейчас проведем ей мастер класс по доведению противника до бешенства! Взмахом палочки Гарри наколдовал Белле на лицо намордник, теперь главное не засмеяться. Поттер повернулся к Волдеморту, с интересом смотрящего это бесплатное шоу.

— Ты ее на прививки водишь? — Гарри с опаской покосился на Беллу и заговорщицки зашептал, удостоверяясь, что Бешенной Дуре все слышно. — Мой тебе совет: своди пока не поздно, а то ее упекут в собачий питомник и тихо усыпят, а может и не тихо, кобелей там, говорят, конкретно без сучек оставляют — залюбят они ее там, ой залюбят....

Выражение лица Беллатриссы нежным бальзамом пролилось на сердце парня. Скрип зубов даже в наморднике был слышен, наверно, на всей площади.

— Да и, кстати, после прививок свози ее к психиатру. Если хочешь, дам один адресок, там есть чудесный мастер — лоботомию проводит по высшему разряду. Белла сразу похорошеет, будет тихая, тихая — ну а то, что слюни пускать будет порой — не беда, слюнявчик на шею и все дела.

— Круцио!

Белле видимо не понравилось слово 'лоботомия', хотя Гарри подозревал, что она вряд ли знает его значение. Гарри мгновенно аппарировал Белле за спину и постарался провернуть тот трюк, что с успехом получился у него в Большом зале в Хогвартсе. Сначала обливаем водой, затем 'Дыхание севера' и наконец, Бомбарда — три и в одном.

Белле удалось увернуться от водяного потока, и ледяной ветер она смогла отразить, но последнее заклинание попало точно в цель, Белле оторвало правую руку и откинуло на фонтан в центре площади. Ее тело, выгнувшись дугой, насадилось на торчащий из воды стальной стержень фонтана. Вода в этом месте мгновенно окрасилась в алое.

— Охладись, Белла! — Поттер снова не удержался и поглумился над поверженным врагом, очевидно в нем тоже есть что-то садистское. Но теперь все будет совсем по-другому. Волдеморт и Гарри стали друг напротив друга, поклонились, и началась дуэль.

Волдеморт решил начать с легкой встряски и сходу выпустил в Гарри Аваду, подкрепленную Бомбардой — один из его самых эффективных приемов: прост и в то же время очень опасен, если не знать, как против него бороться. Быстро летящая Авада не отражалась ничем, кроме твердых предметов и заставляла соперника или уйти с траектории луча, или поставить твердый предмет на его пути. В обоих случаях сопернику сразу придется иметь дело с последствиями второго заклинания, и если маг недостаточно расторопен (а таких на пути Тома было немало), то он чаще всего проигрывал.

Гарри не стал ждать, когда Авада сблизится с ним, а сразу аппарировал Тому за спину и два луча заклинаний пропали втуне.

— Putridam carnem!

В сторону Волдеморта понеслось небольшое серого цвета облачко. Но Том уже аппарировал с его пути, спустя пару секунд облачко соприкоснулось с небольшим деревцем, росшим на краю площади и мгновенно с его кроны стали опадать листья, разрушаясь в труху еще на излете, ствол дерева начал загнивать прямо на глазах, и вот уже на месте цветущего тополя — гнилое безжизненное растение.

— Ignis flagéllum!

Ого, похоже, наш красноглазый дружок раздражен — 'Огненная плеть' весьма неприятное заклинание, Эйвери испытал это на собственной шкуре. Главная его опасность в том, что если ты попал под его действие и решил поставить щит, то аппарировать ты уже не сможешь, и придется держать щит — пока атакующий не выдохнется, или пока у тебя не хватит сил сдерживать заклинание. Если противников двое — то попав под действие 'Плети' ты уже покойник: один может сдерживать тебя, а второй добьет. Но и мы не лыком шиты...

Есть несколько приемов, позволяющих успешно отразить такое заклинание, и один из них испытал на себе Шведский тупорылый.

— Рatrem!

Мощная струя мыльной пены сшиблась с огненной плетью, и воздух тотчас наполнился шипением, как если бы на огонь плеснули водой. От места, где происходила борьба двух стихий, повалил густой белый пар. Гарри и его противник пытались пересилить друг друга, но ни один не вышел победителем, и спустя пару минут оба соперника отменили заклинания. Гарри тяжело дышал, сил это своеобразное 'перетягивание каната' отняло не мало. Волдеморт же выглядел вполне свежо, будто ничего и не произошло. Вместо этого он показал, что сил у него еще много.

— Lapideus golem!

— Авада Кедавра!

Так-так-так — Том решил изменить тактику. Голлемы отвлекают внимание противника, в то время как он сам может легко попасть под луч заклинания. Вылезшие из пола каменные истуканы с утробным рычанием накинулись на Гарри. Их было шестеро, и они не собирались с ним церемониться. Гарри аппарировал с пути зеленого луча, и оказавшись на вершине Колонны Нельсона, применил одно из наиболее сложных заклинаний высшей трансфигурации.