Наступившая общеевропейская реакция, которая была закономерным ответом на потрясения, вызванные революцией, нашла свое наиболее полное воплощение в деятельности Священного союза. Созданный на Венском конгрессе Германский союз, просуществовавший вплоть до 1866 г., воспринял все слабые стороны Священной Римской империи. Отсутствие единых институтов, слабость демократических начал, гегемония Габсбургов, неясность общих целей и спорность границ делали его слабой пародией на ожидаемое большей частью немцев германское объединение. Германский союз был основан на восстановлении старых имперских связей и вполне удовлетворял представителей «старой имперской нации», но никак не отвечал целям новых общественных сил — прежде всего формирующегося среднего класса. Туманная запись в меморандуме В. фон Гумбольдта 1816 г., гласившая, что «никто не мешает Германии так или иначе стать когда-нибудь единым государством и единой нацией», вряд ли могла удовлетворить сторонников объединения. Постоянное давление на их общественное движение не сломило, а лишь укрепило его. Национальные празднества в Вартбурге (1817) и Гамбахе (1832) были вершиной айсберга, а выполнение Карлсбадских постановлений 1819 г. дало властям лишь видимость спокойствия. В этот период в германских государствах продолжает развиваться конституционное движение, благодаря которому к 1824 г. 15 государств запада и юга Германии получили Основные законы. Члены студенческих корпораций и гимнастических обществ постоянно пропагандировали национальную идею, призывая общество объединиться ради ее воплощения. Главным для этого периода, однако, стала не абстрактная национальная идея, а становление и укрепление политических позиций тех социальных слоев и сил, которые могли быть ее активными носителями и реализовывать ее на практике. Такой силой могла стать только мощная буржуазия, появление которой было подготовлено проведенными в начале века реформами, прежде всего аграрной и цеховой. Разрешение свободной предпринимательской деятельности стало одной из основных предпосылок охватившей Германию в первой половине XIX в. промышленной революции, феномена, не имевшего аналогов в прошлом и сделавшего мир и человека такими, какими мы их видим сегодня, или, по крайней мере, видели несколько десятилетий назад.
Не останавливаясь подробно на ее хозяйственно-экономических аспектах, хотелось бы несколько слов сказать о социальных, культурных и демографических сторонах этого явления. Вот несколько цифр: за период с 1816 по 1865 г. население Германии выросло на 60 % (с 32,7 до 52 млн чел.), а население Берлина — на 226 % (с 198 до 646 тыс. чел.). Такие резкие демографические сдвиги стали следствием резкого снижения смертности, в том числе детской, связанного в первую очередь с развитием медицины и гигиены, резким ростом рождаемости, обусловленным в том числе и расширением экономических возможностей для создания семьи и рождения большего числа детей. Этот демографический скачок вызвал страх, что продовольствия просто не хватит на всех (теория Т.Р. Мальтуса), который привел даже к введению ограничений на брак в отдельных германских государствах (Ганновер в 1827 г., Баден в 1831 и 1851 г. и т. д.), что, однако, не принесло ожидаемых результатов. В это время происходит и рождение современной семьи, которая состоит из родителей и детей, в отличие от прежней большой патриархальной семьи. К последней трети XIX в. брак все чаще основывается на любви, родители начинают уделять внимание воспитанию и образованию детей и т. д. Эти изменения подтолкнули и модернизацию облика городов (появляется городское освещение, улицы покрываются асфальтом, делятся на проезжую часть и тротуар, развивается общественный транспорт). Люди становятся все более мобильными, возникает интерес и возможность посетить другие страны и даже континенты. Этой эпохе как нельзя лучше соответствует буржуазный во всех смыслах стиль бидермайер, с его культом домашнего очага и частной жизни. Все эти изменения в повседневной жизни стали возможны только благодаря формированию новых экономических условий.
Бидермайер — стиль в культуре и искусстве, распространившийся в Германских государствах в период с 1815 по 1848 г. Свое название получил по герою-обывателю (филистеру) карикатур В. фон Шеффеля, которые публиковались в журнале «Münchner Fliegende Blätter». Стиль бидермайер, являющийся одной из форм ампира, сформировался в условиях политической реакции, наступившей после завершения наполеоновских войн, реставрации дореволюционных режимов, создания Германского союза и главенства Священного союза в Европе. Отягощение общеполитической ситуации и разочарование в надеждах на изменение общественных условий и климата привело людей к желанию спрятаться в частной жизни, стать «обывателями». Второй важнейшей причиной появления этого стиля стало изменение условий жизни, прежде всего городской. Распалась традиционная семья, на ее месте возник современный тип семьи, состоящей из родителей и детей. Промышленный переворот и индустриализация обеспечили большой приток нового населения в города. Формирование среднего класса из образованных людей, имеющих досуг, но не воспитанных в дворянской, аристократической культуре, стало основой для нового стиля в живописи, архитектуре, производстве мебели, моде и т. д.
Бидермайер был культурой людей, замыкающихся в семейной, частной жизни. Они стремились к обустройству уютного дома (или городской квартиры в собственном или доходном доме), занимались воспитанием и образованием детей (учили их музыке — в домах появились пианино и переложенные для домашнего музицирования музыкальные произведения — клавиры; занимались с ними рисованием, читали вслух и т. д.). Никогда до этого занятиям с детьми родители не посвящали столько времени, как в первой половине XIX в.
Для живописи бидермайера характерен романтизм, пасторальные сюжеты, в прикладном искусстве наибольшее распространение получил в производстве фарфора и росписи по стеклу. В интерьерах и моде носил прикладной характер, должен был делать жизнь приятной, удобной, уютной и практичной.
К самым известным представителям стиля бидермайер относятся поэты Э. Мёрике и А. Штифтер, художники Ф.Г. Вальдмюллер и Ф. фон Амерлинг.
В 1818 г. в Пруссии были отменены внутренние таможенные границы, что способствовало созданию общепрусского рынка. В начале XIX в. стали складываться основные промышленные районы — Рейнско-Вестфальский (металлургия), Саксонский (текстильная промышленность), Силезский (горная), начинается железнодорожное строительство, развиваются новые отрасли промышленности (например, химическая), благодаря использованию минеральных удобрений резко повышается продуктивность сельского хозяйства. Для складывания единого внутреннего рынка большое значение имел Германский таможенный союз 1834 г., в который вошли вначале 10 государств во главе с Пруссией, а вскоре присоединились еще 8 (всего он объединил 23 млн чел.). Пруссия вела переговоры с каждым, даже с самым небольшим государством на равных. Эта стратегия способствовала созданию системы, которая постепенно привела к выравниванию положения Австрии и Пруссии в Германском союзе и заложила основы будущего «превалирования Пруссии» в германском объединительном процессе.
Феномен политического развития германских государств в 1830-1840-е годы включает в себя несколько основных аспектов. В основе процесса, с нашей точки зрения, лежат экономические предпосылки формирования нового мобильного классового (вместо ранее существовавшего сословного) общества. Для социальной классификации крупнейший германский экономист и историк Густав Шмоллер в 1897 г. выделил следующие критерии — имущество, образование и функция.
Верхний слой общества состоял, исходя из этих критериев, из крупнейших помещиков и предпринимателей, высших чиновников и высших офицеров, врачей, людей искусства и рантье. Шмоллер посчитал, что к этой группе относятся примерно 2,08 % населения. «Высший средний слой», по Шмоллеру, состоял из помещиков средней руки и средних предпринимателей, высших (т. е. академически образованных) чиновников, представителей свободных профессий, получивших высшее образование, и офицеров. К «низшему среднему слою» он относил чиновников средней руки, мелких крестьян, мелких торговцев, ремесленников, служащих, фабричных мастеров, хорошо оплачиваемых профессиональных рабочих и унтер-офицеров. К «низшему классу» он относил наемных рабочих, низших чиновников, бедных ремесленников и крестьян.
Основным носителем новых идей, в том числе национальной, стал не только и не столько новый класс буржуа, сколько более широкая социальная группа, получившая в современной литературе наименование «среднего класса».
Средний класс стал формироваться, в первую очередь, на основе высших и средних слоев городского населения. Реформы в Пруссии и в других германских государствах в начале XIX в. дали толчок к увеличению мобильности общества, одним из основных признаков которой стал приток населения в города. Однако даже в последней трети XIX в. две трети населения Германии проживали в деревне и были заняты в аграрном секторе, горожане составляли 36,1 % населения. Только в 1910 г. городское население стало превалировать над сельским и достигло 60,1 %.
Вопрос о формировании среднего класса нельзя отделить от проблемы становления класса буржуазии, так как в значительной степени эти понятия пересекаются. Для Германии конца XVIII — начала XIX в. имели значение территориальные различия в положении и управлении городов, а также дифференциация внутри того слоя, который мы достаточно аморфно определяем как «буржуазию». Речь идет о городском слое, т. е. не дворянском и не крестьянском населении, а об особой, хоть и имеющей различные локальнорегиональные формы, части населения. К этому слою можно отнести следующие основные группы.
Во-первых, городское бюргерство (горожане). За исключением некоторых ярмарочных, портовых и промышленных городов, жизнь представителей этого слоя во всех остальных местах была весьма традиционной и даже ортодоксальной. Они совсем не были вовлечены в начинающуюся индустриализацию и зарождающееся крупное промышленное производство. Совершенно неверным является представление о том, что городские бюргеры лучше всего подходят на роль носителей прогресса. Естественно, и среди них существовали отдельные активные люди, к ним можно отнести крупных торговцев, особенно связанных с внешней торговлей, банкиров, владельцев мануфактур, но основная их масса просто чуралась прогресса.
Во-вторых, так называемые «новые горожане», прежде всего буржуазия и высокообразованные слои населения. К этому новому слою, который заявил о себе только в конце XVIII в. и отсутствовал в прежней сословной структуре, следует отнести чиновников городского управления, теологов, профессоров, домашних учителей, ученых, юристов, нотариусов, врачей, аптекарей, писателей, журналистов, инженеров, офицеров, руководителей государственных предприятий, а также владельцев издательств, мануфактур, банков и фабрик. Основная масса представителей этого слоя, который появился благодаря эволюционным процессам в обществе нового времени, проживала в городах, однако некоторая часть и на селе, например священники в сельских приходах, инженеры на горных разработках, гувернеры в поместьях и т. д.
Значительная часть граждан, относящихся к этому социальному слою, принадлежала к функциональной элите «государственных служащих» и еще очень редким представителям «свободных профессий». Вначале очень немногочисленную часть граждан составляли капиталистические предприниматели (трактовавшиеся вначале очень широко). Данные по многим городам свидетельствуют о том, что те полноправные бюргеры, которые на протяжении веков занимались торговлей или мелким производством, стали инициаторами создания крупных промышленных, транспортных, полиграфических и других предприятий. Они проживали как в городах, так и в селах, и им долгое время не были присущи общие социальные черты. Часто они происходили из других частей страны и даже из-за границы (Нидерланды, Франция, Англия и т. д.) или принадлежали к этническим или религиозным меньшинствам (гугеноты, евреи, богемцы, валлоны и т. д.). Позиция этих чуждых групп во многих городах и целых местностях (Нижний Рейн, область Рейна-Майна) была очень сильна.
Из вначале разрозненных групп постепенно развивался новый гомогенный класс капиталистических предпринимателей, который впоследствии стал основой класса германской буржуазии. Термин «буржуазия» дает возможность обособить эту группу от представителей городского бюргерства и образованных слоев. Это разграничение вполне правомерно, несмотря на подвижность границ каждого слоя. Впоследствии этот класс разделился на две основные части: крупную буржуазию и мелкую, которая отличается от традиционного городского слоя (мелкие ремесленники, торговцы). Ярким примером для иллюстрации появления такой буржуазии в конце XVIII — начале XIX в. служат владельцы мануфактур. Среди основателей мануфактур явный перевес был у бюргеров, чиновники были в меньшинстве. Во Франконии из 98 созданных в 1680—1830 гг. мануфактур 85 % было образовано старыми предпринимателями (причем торговцев среди них лишь немного больше, чем ремесленников), 4 — дворянами, 2 — чиновниками и 4 предприятия были королевскими фирмами). Мануфактуры стали трамплином для экономического и социального взлета буржуазных предпринимателей, бывших по происхождению в основном торговцами и ремесленниками. Прусская государственная политика не способствовала появлению класса таких предпринимателей (мешало сопротивление дворянства, бюрократические препоны и прямое государственное вмешательство). При этом почти все предприниматели пытались получить государственные привилегии или монополии.
В городах существовала достаточно многочисленная группа мелкой буржуазии, которая состояла из представителей и старого, и нового «среднего слоя». К ним впоследствии добавились и служащие, занятые на частных предприятиях, а также на государственной и муниципальной службе. Эту страту вначале отличали нечеткие рамки и особая социальная мобильность. Средние слои были готовы сохранять свои традиции и формировать новые. Главное, к чему они стремились, — это подняться максимально высоко из низов социальной лестницы.
Итак, «средний класс» можно определить как часть самодеятельного населения, проживавшего в основном в городах, обладавшего собственностью, вовлеченного в процесс производства или имевшего профессию, требовавшую получения высшего образования и приносившую достаточно высокий доход. К среднему классу мы относим, прежде всего, предпринимателей, занятых в сфере промышленного производства и торговле, представителей «свободных профессий», т. е. адвокатов, учителей, ученых, врачей и т. д., среднее звено чиновников, а также категорию служащих-менеджеров. Формирование этого класса было достаточно длительным процессом: с конца XVIII до конца XIX в. Этот слой складывался в русле общей тенденции перехода от сословного общества к социально-мобильному классовому обществу, который был характерен в этот период для всех основных европейских государств. Идеологией нарождавшихся в Германии буржуазии и среднего класса стал либерализм.
