— Ох, ну и дела, фу-ты ну ты ... Сзади эти сволочи ко мне подобрались. Понимаешь? Совсем незаметно подошли. — скорее всего, до конца не осознав, что тело было так быстро исцелено, покряхтывая и слегка морщась рассказывал Бортник. — Выходят так, ох, из леса значит, и все трое держат меня и данных тобою, Камушка "пацанят" на прицеле своих винтовок, да зло так прищурившись, лыбятся. Произошло это значит, ох-ты, уже после того, как я всё сделав, отъехал подальше от ульев, да отложил в сторону дымарь и снимал с себя подаренную тобою Камушка маску-сетку.
— И стоило из-за твоего мёда так рисковать? — возмущённо проговорила старшая невестка.
— Молчи, баба! Стоило. Ещё как стоило.
— Не ругайтесь. — строго потребовал Кам. — Ты, Первуша, давай, не отвлекайся, рассказывай, что было дальше.
— Ну я и ляпнул. Мол, наконец я вас ребятки нашёл. А один из них, со словами что мы, не благодарные твари не только отказываемся помогать своим защитникам, но и решили их придать, врезал мне в лоб прикладом. Ну я и "поплыл". Упал на землю, в глазах всё переворачивается и слышу, как один из этой троицы говорит, мол не тронь пацанят, вишь они трусоватые, даже не дёрнулись на защиту своего деда. Эти трусливые цыплята, даже пошевелиться боятся. Да презрительно так на землю сплюнул. А эти, углепластиковые истуканы и правду стоят, да опустив глаза в землю, робко с ноги на ногу переминаются. Как-то так, всё со стороны и выглядело. Ох-ты. Даже мне было противно смотреть на этих "бесхребетных" тварей.
— А дальше то, что было? Что замолчал? — излишне тихо подала голос Эмра.
— Что было, что было? Дальше, эти нелюди, всем гуртом меня ещё пинали ногами, пока я не потерял сознание. После этого, забрали мое ружье, боеприпасы к нему, нож, да увели телегу, со всем её содержимым. Каурую жаль, молодая ещё кобылка. Ведь эти изверги, загонят её. Затем добьют и съедят.
— Так, — резко вставая со стула проговорил Кам, — хватит болтать. Эльза, по моему приказу, отправила на место преступления разведчиков, они, смогли "пройти" по следу напавших на тебя бандитов. Они, соблюдая режим скрытности, работали в автономном режиме, недавно вернулись на базу, принеся координаты стоянки этих бандитов. Все мы, кроме Красавы отправляемся к ним в "гости", подобные наезды, нельзя оставлять без ответа. Экипируемся в форму вашей разбитой армии, вооружение соответствующее. Отставить! Снайпер берёт только бесшумное оружие. Боеприпасами грузимся по максимуму, как на длительный выход, сбор у третьего шлюза, через полчаса.
В некой точке небольшого участка редколесья, где по полученной от дронов-разведчиков информации, "партизаны" развернули свою временную базу, боевая группа оказалась приблизительно через два часа. Первое чему удивился Бортник, это почему этих мерзких гопников, абсолютно не умеющих прятаться в лесу, до сих пор не обнаружила неприятельская авиация. Что и выразил почти беззвучным шёпотом. Мол, совсем обленился вражина. На что почти мгновенно получил ответ, еле слышно прозвучавший из уст младшей невестки, что скорее всего, вражеским авиаторам не ставилась подобная задача. Вернёмся к описанию бивака "партизан". О том, что этот лагерь временный, говорило наличие лишь нескольких шалашей, да находящееся в его центре небольшое кострище. Видимо на нём готовили еду, разжигая огонь именно на это время. Да, на всех известных семейству Бортников тропах, ведущих к этой стоянке толи окруженцев, то ли бежавших из плена военных, находилось по одному, хорошо замаскированному бойцу. Ещё повезло, что этих часовых заметили андроиды-мальчишки, что с их универсальными "глазами", было не удивительно.
Когда Бортник старший вернулся с предварительной разведки, он подтвердил, что все трое вояк, промышляющих гоп-стопом, в данный момент находятся в лагере. То есть, эти гады отдыхают после удачно проведённой акции грабежа бедного пчеловода, нагло сидя на бревне, лежащем возле одной из убогих пародий на шалаш.
— Представляешь, — тихо шептал Первуша, почти в самое ухо Каму, — сидят, такие довольные, дожёвывают кусочки приготовленных твоими синтезаторами пирогов с "мясом" и лениво так, меж собою перешёптываются.
— А что ты хочешь, чтоб они стояли перед тобою по стойке смирно, желательно на одной ноге и горько плакали? — ответил по мыслисвязи пилот. — И вообще, на боевых выходах, привыкай общаться через нейросеть. Зачем я вам её устанавливал?
— Да ну тебя, Камушка. — воспользовавшись интеркомом своей "сетки", ответил бородач. — Тут это ..., я же говорю, ограбившие меня бандиты тута. Всё же есть на свете справедливость, эти гады не уйдут от положенного им наказания.
— Значит, действуем.
Около получаса ушло на нейтрализацию всех находящихся в секрете часовых. Этих бойцов не убили, а всего лишь оглушили и связали. После того как андроиды убедились, что на подступах к лагерю более никого нет, Кам и его "мальчишки" не скрываясь подошли к ближайшим его шалашам. Шли не скрываясь, поэтому, их приближение было заранее замечено и партизаны, встречали гостей в полной боевой готовности. Большая часть из них, стояли открыто, но три бойца, умело залегли за срубленными для костра стволами сухостоя.
— Кто такие? — стоило нашей троице приблизится на достаточное расстояние, поинтересовался один из воинов, видимо старший.
— Мы-ы? Так живём мы тут. А вот вы кто такие? Этот вопрос нас очень интересует. Ребятки, — не отрывая взгляда от худого от постоянного недоедания командира бандитов, но, обращаясь к роботам, поинтересовался Хордыш, — видите тех, кто забил дядьку Первушу до полусмерти?
— Да. Вот они, э...
Раздался ружейный выстрел, и картечь врезалась в грудь робота, который указывал рукою в сторону уже известной троицы. Пусть такой заряд не был способен причинить вред андроиду, однако тот, упав, более не шевелился. Почти сразу, ухо Кама уловило три глухих щелчка и участвовавшие в ограблении бандиты, осели на землю. Первым, естественно, был убит тот мужчина, который выстрелил из отобранного у Бортника ружья в мальчишку. Пули с дозвуковой скоростью не сильно толкали тела, однако, прекрасно пробивали лобовую кость. Кам, оценив как полученный от такой стрельбы психологический эффект, так и скорость с меткостью, с которой Эльза разобралась со своими целями, решил, что по возвращению обязательно её поощрит. Но, пока с недоумением озирающиеся вояки не опомнились, не сильно громко, но, так чтоб услышали все, проговорил:
— Стоять! Не делать глупости! Вы все на прицеле моих снайперов, дёрнитесь — сдохните.
— Не стрелять! — продублировал приказ для своих бойцов командир со свёрнутым на бок носом. — А ты, боец, преставься, и объясни нам. Почему твои люди убили троих моих людей?
— Хорошо, можно и представиться, от этого, у меня не убудет. Я командир местного партизанского отряда "Мститель". Можешь обращаться ко мне господин Хордыш, или, просто Кам. Я и мои люди, пришли с вас спросить за ваши бесчинства. По какому праву, господин не известный, твои люди избили и ограбили моего человека, который занимаясь своими пчёлами, параллельно искал вас? А встретиться с вами мы хотели для того, чтоб мы, согласовав наши действия, совместно били наших врагов? А затем твои подчинённые, буквально только что, стреляли в ребёнка, который их опознал как бандитов. Как так вышло, что убийство ребёнка, произошло в твоём присутствии? И ты ..., ты, ещё имеешь наглость спрашивать меня, по какому праву мои люди пристрелили этих татей как бешенных собак.
Пользуясь тем, что Кам, привлёк своими словами всеобщее внимание, второй андроид, изобразив на лице испуг и скорбь, даже из глаз потекла имитирующая слезы жидкость, взяв своего собрата подмышки, с "большим трудом" потащил его в лес. Только лишь военный со сломанным носом, посмотрел на "потуги мальца" и проводил "мальчишку" безучастным взглядом. Этот человек было уже открыл рот, видимо собираясь возразить, или ответить на заданные старлеем вопросы. Однако, ситуация резко изменилась. Вначале, Кам периферийным зрением увидел, как один из молодых "партизан", резко вскинул руку с пистолетом. Затем, откуда-то с боку прозвучал тихий хлопок, только более "сухой" чем при предыдущих выстрелах и оружие вылетело из искалеченной ладони глупца. Кам, довольно отметил, что это сработал Первуша, а быть может Эльза. Добивающего выстрела не последовало, поэтому Хордыш, спокойным, но громким голосом обратился сразу ко всем партизанам, а быть может, к обычным преступникам в военной форме:
— Граждане "хорошие", это было последнее наше предупреждение. Успей этот "храбрец" выстрелить, то через несколько секунд, вы все лежали бы на земле остывающими трупами.
— Тогда бы и ты лежал рядом с нами. — мгновенно, с ехидцей в голосе, ответил старший из партизан.
— Да, лежал. Но одна моя жизнь против всех ваших. Тебе не кажется, что такой размен не в вашу пользу.
— Но вы, прямо в нашем лагере убили кузена стрелка Першина, конкретнее, капрала Зазулю. — зло прищурив глаза, со "сталью" в голосе проговорил так и не представившийся командир. — А сейчас, вы и самого Першина покалечили.
— А кто тебе виноват, что твои солдаты, то грабят людей, не сделавших им ничего плохого, то стреляют без приказа?
— Людей говоришь грабим? — вспылил кривоносый. — А то, что мы за них свою кровь проливали, а они, отказываются нам хоть чем-то помогать! Скажи, это разве справедливо? Да у меня, на днях, из-за этого, от голода погибли два раненых бойца, которые могли бы ещё жить. А некоторые селяне, завидев нас требуют, чтоб мы немедленно покинули их лес, иначе, грозятся выдать нас оккупационным властям! Как нам после этого с вами поступать? В ж... целовать, что ли?
— Ты на меня не ори, мил человек. Нужно было раньше думать, когда, нападая на вражеские колонны, подставляли под расстрел целые деревни, которые на свою беду находились неподалёку от мест ваших акций. Каратели уже несколько селений уничтожили, не жалея ни стариков, ни женщин, ни детей.
Кривоносый командир, несколько секунд "сверлил" Кама ненавистным взглядом, затем, с надменной иронией поинтересовался:
— Как же твой отряд мстителей воюет с врагом, не подставляя селян? Или вы сидите в лесочке тихо, чтоб ненароком не вызвать у имперцев гнев?
— Не суди по себе, незнакомец. — растянув губы в еле уловимой, снисходительной улыбке, спокойно ответил Кам. — Мы, пускаем под откос войсковые эшелоны. Правда, перед этим эвакуируем в лес жителей ближайших селений.
— И куда прикажешь мне эвакуировать этих земляных червей. Нам самим жить негде, как, впрочем, и жрать нечего. Да и такую обузу на шею вешать, не хочется. Мы здесь не на долго, скоро уходим к линии фронта, будем пробиваться к своим.
— А что раньше не ушёл? Кстати. Как мне к тебе обращаться? Ты так мне и не представился.
— Зови лейтенантом Онидом. А не уходил, потому что раненые держали. Самых тяжёлых мы пристроили к местным, далеко отсюда. Да вот голодная жизнь в лесу прибрала тех легкораненых, кто мог самостоятельно передвигаться.
— Онид, я правильно тебя понял, что твой отряд собирается уйти к линии фронта? И у тебя, возникли проблемы с едой и провизией?
— Спрашиваешь. Будто так не видно?
— Ясно. Знаешь, продолжать на радость империи вражду, между нами, мне кажется глупо. Если ты и в самом деле уходишь, и будешь по пути бить врага, то я подкину тебе кое какую еду и немного боеприпасов. Нашу телегу надеюсь не раскурочили на дрова? Да и Каурую в котёл не пустили?
— Это лошадь, что ли? Нет, пока жива твоя лошадка. Завтра собирались пустить её на мясо.
— Вот и отлично. Лошадь не жрите, она вам пригодится для перевозки запасов. А возьмёшь их неподалёку отсюда. Карта этой местности есть?
— Нет.
— Хорошо, держи мою. — с этими словами, Кам извлёк из-за голенища сапога свёрнутый в прямоугольник лист бумаги с распечаткой нужной местности и развернув нужный квадрат протянул его Ониду. — вот здесь, я пометил свежую ухоронку, забирай. Как понимаешь, после всего произошедшего, мир меж нами невозможен, у кого-то из наших людей может с новой силой разыграться обида, и тогда, "краями не разойдёмся". Так что, уходи от беды подальше. Главное, присмотри за своими бойцами, чтоб в них, напоследок не взыграла ущемлённая гордость.
По возвращению на базу, злой, молчавший всю дорогу Первуша, пройдя через шлюз, неожиданно развернулся к Каму лицом и требовательно посмотрев в глаза старшего лейтенанта, чуть ли не выплёвывая каждый звук, спросил:
— Мы что, отныне будем не просто отпускать, но ещё кормить и вооружать всех "наехавших" на нас бандитов? Ладно только это, но ты, подарил им полную дорогих лекарств сумку санитара! (Хордыш наладил производство мелких партий медикаментов, которые уже выпускали местные фармацевтические компании. И укомплектовал все имеющиеся на его складе сумки медиков самыми эффективными лекарствами и стерильными перевязочными материалами.)
— Да, я подарил им сумку медика, но, сделал это с условием, что они в течении шести дней покинут наш лес. Ты же сам всё слышал.
— Но они ограбили меня и стреляли в мальца.
— Разве ты не заметил, что те, кто это сделал, уже покойники? Они, своё получили сполна. Или, тебе этого мало?
— Всё равно, нужно было их всех порешить.
— А что с того толку? Ну подохнут они, при этом, не принеся для нас никакой пользы, кроме твоего морального удовлетворения. А так, они по пути к своим, ещё пощиплют врага, да своими действиями, на какое-то время отвлекут внимание карателей от этой местности. А мы, в более спокойной обстановке, соберём свой отряд. Или ты, Первуша, против такого развития событий?
— А если они не уйдут?
— Тогда, они станут моими первыми подопытными. Я испытаю нашу новинку на них, а не на имперцах. Зато, перед первым нашим прямым нападением на врага, будем точно знать на сколько моя задумка эффективна, и как нам её лучше использовать.
Забегая вперёд, можно сказать, отряд Онида снялся с места не на шестой день, а на третий. По пути, на четвёртый день своего нелёгкого марша по лесным тропам, они, заметив идущего по параллельной с их курсом дороге противника, решили "слегка проредить" его пешую колонну пехотинцев. Но, видимо немного увлеклись, вовремя не отойдя в лес, и не заметили зашедшую им в тыл пятёрку солдат. Вот и погибли все, от убийственного "огня" в спину. Нужно отдать должное лейтенанту Ониду, как и паре его ветеранов, которые сумели мгновенно сориентироваться в изменившейся ситуации. Они, почти молниеносно перевернувшись с живота на спину, открыли автоматический огонь из своих пистолетов-пулемётов по зашедшим в тыл стрелкам. Как итог, двое из хитрых неприятелей были убиты, а один их товарищ, имел тяжелое ранение в живот. Посланные по следам партизан стрелки, метров через сто, нашли на лесной тропе вьючную лошадь, загруженную провизией и боеприпасами, и прибрали находку себе.
