Наследник ордена защитников 2

— Позови его сюда.

— Не могу. Он ушел.

— Как ушел? Куда?

— Не знаю. Я ему писал, но он ответил, что все нужное он уже получил. И ему больше не интересно. Контракт мы с ним заключить не успели, так что может делать что хочет.

— Так. А какой подтвержденный уровень баз конструктора у этого парня?

— Шестой.

— Охренеть.

— Да, причем все их он подтвердил разом, неделю назад. А знаешь, что я думаю?

— Что же?

— Мне настоятельно порекомендовал этого парня Орвис. Все знают, что Орвис пашет на разведку империи. Похоже, это какая-то их операция.

— То есть, если проект будет принят, все деньги за него наши, и никто ничего не предъявит? А парень ничего не получит?

— Нет, не так. Ты же видел патенты. Он получит за них столько, что ты даже и представить не можешь. А ведь все это явно будет использовано на других кораблях тоже.

— И что мы будем делать?

— Предлагаю сидеть тихо, как кроши под веником и смотреть, что будет дальше.

* * *

Антон, Лири и Сорбо сидят в креслах в номере шикарной гостиницы. На самом деле образы двух ИИ проецируются из специальных устройств, размером с небольшую монетку, брошенных парнем на сидения кресел. А сами машины, без периферии представляющие собой полутораметровой высоты и полуметрового диаметра цилиндры, заключены в тонком стальном колечке, охватывающем указательный палец его левой руки. Это был один из прототипов, разработанный учеными Вариона в лаборатории пространства. Он позволял спрятать в себя двадцать кубометров различного снаряжения. Казалось бы, бледная тень возможностей Антона с его инвентарем, куда можно убрать уже невообразимый объем в четыреста миллионов кубов, вот только имелось кардинальное отличие. Время внутри пространства кольца шло в нормальном темпе, а не останавливалось. А еще, кольцо позволяло сидящим внутри машинным разумам контачить с окружающим пространством. Особенно если снаружи находились еще и специальные эффекторы, вроде дисков на креслах.

— Антон, это, конечно, было познавательно. Но в следующий раз для таких дел арендуй специализированную машину, без периферии для нас такие расчеты сродни игре в пространственные Королевские битвы на тысяче досок одновременно. — Лири, несмотря на смысл сказанного, совсем не выглядела недовольной. — В связке с такой машиной мы сделаем все быстрее и лучше.

— Лири, да нормально все. — Лениво поведя рукой, сказал Соробо. — В армии виноват не тот, кто виноват, а тот, кого назначат. Сделали, да и ладно.

— Не согласна. Любой процесс надо оптимизировать. Если человек колеблется — отойдите. Пусть придет в равновесие, иначе вам придется колебаться вместе. Войдете в резонанс и заколебетесь оба.

— Вы что, надо мной прикалываетесь? — Удивлению Антона не было предела. Не ожидал он такого от машин.

— Ну так, слегонца. — Хором ответили два ИИ и радостно заржали. Антон сделал жест рука-лицо.

— А насчет аренды компа — я вполне серьезно. Без расчетных мощностей, заключенных в нашу периферию, нам такие вещи делать совсем не просто.

— Так вы же были подключены к специальному компу?

— Это был не комп, а недоразумение. Ты же явно задумал создать проекты кораблей более тяжелых классов?

— Есть такая мысль, а то летают тут на ведрах с болтами. Да и Джиус просил.

— Ага, теперь это будет урна с гайками, у которой зазоры меньше, понимаю.

— Ладно, юмор оценил, проникся. Но на текущей технической базе лучше сделать трудно.

— И это приводит нас к тому, что для себя надо брать более продвинутые технологии.

— И где их брать, позвольте спросить?

— На местах древних сражений. — Соробо сказал, как припечатал. — Я знаю три подходящие системы. Но, чтобы туда добраться, придется сначала собрать тут кораблик с максимально улучшенными характеристиками.

— Мысль отличная. Так какой комп нам для работы нужен? Или вашу периферию будем подключать обратно?

— Подключать не будем. Свяжись с Джиусом, пусть обеспечит время для работы на конструкторской машине ведущей верфи флота. Они ее там эксплуатируют процентов на десять. Оставшегося нам как раз хватит.

— Хорошо. Тогда другой важный вопрос. Рекс.

— Тут все очень сложно, Антон. Самое важное — нам очень не нравится то программное обеспечение, которое ты получил вместе с нейросетью. Удачно получилось, что мы отключили Рекса раньше, чем он его задействовал. Сейчас мы помогли ему перевести это ПО в периферийные программы, так что на тебя оно воздействовать не будет, но использовать его через Рекса ты сможешь.

— Получается, у Рекса так и не будет хорошего ПО? Или вы сможете помочь?

— Кое с чем помочь сможем, конечно. Особенно с периферией, в ядро не полезем. Но у нас обоих другая специализация, не программисты мы. Да и не уверена, что в ядро Рекса надо лезть немытыми и неумелыми руками. Он отлично прогрессирует, есть хорошие шансы, что он со временем разовьется достаточно, чтобы никакое ПО ему не требовалось.

— Вот как? Ну хоть с периферией помогите, и то отлично будет.

— Поможем. И еще одно. Совместно с Рексом я собираюсь адаптировать для тебя исследования наших ученых, работавших в биолаборатории. Одна из разработок должна лечь на тебя как родная. Она повышает энергонасыщение и энергопроводимость клеток организма, особенно нервных. Это должно позволить тебе здорово повысить твои способности, а также выживаемость.

— Я уже в предвкушении. Люблю становиться сильнее, особенно не прилагая к этому усилий.

— Халявщик! Нет, на самом деле, учиться управлять своими способностями на новом уровне придется именно тебе. Так что готовься к новым тренировкам.

— Так и знал! Это происки злобного машинного разума, стремящегося обрести власть над маленьким и слабым мной! Но все равно, я благодарен. У меня есть чувство, что мне пригодится любое усиление собственной тушки.

* * *

Антон, в строгом костюме, который ему изготовили в столичном ателье по рекомендации Джиуса Кирона, стоит пред трибуной. Трибуна заполнена офицерами флота империи Атиран, среди офицеров присутствуют даже три адмирала. Антон демонстрирует новинки, которые совсем недавно запатентовал.

— Итак, тиры офицеры, адмиралы (на самом деле звания флотских и армейских офицеров звучат по-другому, но по смыслу близки к званиям в земном флоте, поэтому для удобства в дальнейшем именно земные звания и будут использоваться). Представляю вам новую броню, предназначенную для защиты кораблей.

— И чем же эта новая броня лучше старой? — С изрядным скепсисом в голосе говорит один из офицеров со знаками различия кап-два и знаками снабженца в петлицах.

— Я отвечу на любые ваши вопросы, тиры, сразу же после демонстрации. Но для начала позвольте немного пояснений. Перед нами на поле установлен фрагмент брони, прикрытый силовым полем, которое запитано от новых конденсаторов и новейшего реактора. Все это планируется использовать на кораблях империи, если вы примете новый проект. Напротив установлена стандартная батарея энергетических пушек, предназначенная для обороны линкора в ближнем бою. Ее накопители полны, посмотрим, что она сможет сделать с новой защитой.

— В порошок стереть? — Лыбится все тот же снабженец.

Вместо ответа Антон подает сигнал, и батарея начинает стрелять. Яркие вспышки бластерных орудий на мгновение слепят зрителей, но закрывающее их защитное поле мгновенно темнеет, спасая их зрение. Но вот энергия в накопителях закончилась, и батарея перестала стрелять, поле снова светлеет.

— Но позвольте, это какой-то фокус! Такого не может быть! — Ярится все тот же снабженец. Остальные офицеры спокойно переговариваются между собой.

— Батареи накопителей, поддерживающих силовой экран просажены на сорок три процента. — Бесстрастно говорит Антон. — Продолжаем демонстрацию.

В силовое поле одна за другой влетают четыре ракеты, наконец, поле гаснет. Пятая ракета прожигает броню, разворотив всего одну пластину, имеющую размер метр на два.

— Это ведь средние ракеты Боул были, судя по инверсионному следу? — Задумчиво говорит один из адмиралов.

— Верно, тир адмирал.

— И потребовалось четыре штуки, только чтобы снять щит?

— Вы все видели своими глазами. Но прошу вас спуститься с трибун и подойти к демонстрационному стенду.

Офицеры спускаются вниз и видят дыру в броне. Она, кстати, не так уж и велика.

— Внутри этих бронелистов проходят все энергоканалы корабля. Они многократно дублируются, так что, чтобы прервать энергоснабжение, нужно уничтожить более пятидесяти процентов брони. Но это будет не так уж и просто, смотрите. — Слышится гудение генератора, который снова подает энергию, и броня начинает на глазах восстанавливаться. — Как видите, при подаче энергии металл, обладающий памятью, восстанавливается самостоятельно. Конечно, имеются некоторые потери материала, и броня становится тоньше. Но общая живучесть корабля многократно возрастает. Прошу снова занять места за силовым щитом. Сегодня я хочу продемонстрировать вам не только броню, но и оружие. — Когда все занимают свои места, Антон подает новый сигнал, и техники выкатывают на площадку элемент новой брони, на котором закреплена небольшая полусфера. — Это всего одна турель нового класса. К ней, как видите, подсоединен такой же конденсатор нового типа, как и к броне. Сейчас она начнет стрелять.

Полусфера открывается, из нее выезжает прозрачный циллиндр, наклоняется, целясь в броню. Шшшииих-ших-ших-ших! Едва видимые на солнце лучи мгновенно сносят восстановившееся силовое поле и делают в новой броне сразу десяток дырок, впрочем, тут же начинающих затягиваться.

— Это все очень красиво, да. — Снова заводит свою песню снабженец. — Но сколько все это будет стоить? Как представитель казначейства флота, твердо заявляю — денег нет!

Один из офицеров со знаками различия кап-раз и значком императорской гвардии спускается вниз и подходит к Антону, хлопает его по плечу, а потом разворачивается к трибунам и что-то нажимает на воротнике мундира. Офицеры взволнованно ахают — под отключившейся голографической маской скрывался принц империи Стилиос!

— Нет денег, Вориус? — Спокойно говорит он. Выглядит принц лет на тридцать, черноволос, несмотря на спокойный тон его лицо с правильными аристократическими чертами пышет гневом. — Тут ты немного ошибаешься. По моему указанию перечисление средств консорциуму твоего тестя было отменено. Так что деньги есть. Да и потребуется их не так уж и много. Хозяин патентов на эти штуки уже объявил, что предоставит заводам, выпускающим продукцию для флота, скидку в девяносто пять процентов. Уже принято решение разместить эти заказы в концерне Валнео. Я недавно прочитал результаты расследования твоей деятельности, Вориус. Они удручающие, знаешь? Арестовать его.

Вориуса уводят, а принц обращается к Антону.

— Таких как ты в нашем обществе частенько презрительно кличут дикими. Но ты уже сделал больше, чем целая куча исследовательских центров империи, на которые потрачена огромная куча денег. Чем мы можем отплатить тебе?

— Ваше высочество, я всегда хотел быть пилотом.

— Гениальный инженер-конструктор хочет быть пилотом? Удивительно, но так тому и быть. Адмирал Троус, возьмешь на себя действия, необходимые для поступления в столичную академию?

— Если возможно, хотя бы часть предметов я бы хотел сдать экстерном.

— Не беспокойся. Сможешь сдать — сдашь! — Адмирал Троус смотрит на Антона нечитаемым взглядом, поглаживая пышные усы. — Пойдем-ка поговорим, сынок.

Отведя Антона в одну из комнат отдыха, адмирал некоторое время смотрел на него, а потом тяжко вздохнул.

— Сынок, обязав меня помочь тебе с поступлением, принц оказал тебе плохую услугу.

— Почему, тир адмирал?

— Потому, что контр-адмирал Сикопус, начальник академии, люто меня ненавидит. Поэтому к любому моему протеже будет испытывать сильное предубеждение, и постарается тебя завалить, не выдав тебе свидетельство об окончании. Кроме того, ты ведь не собираешься становиться офицером флота?

— Не собираюсь.

— Значит, пойдешь вольноопределяющимся. Это тоже большой минус. В столичной академии учатся дети аристократов. К этому привыкли все, в том числе и преподаватели. Они все потомственные офицеры флота, вольноопределяющихся в академии не бывает. И вдруг ты, такой красивый. Нет, по приказу принца тебя зачислят без вопросов, вот только учиться будет трудновато. Если бы я мог, отговорил бы тебя от этой затеи.

— Не получится.

— После указания принца, и не буду. Кстати, что именно ты экстерном сдавать хочешь?

— Да все, кроме пилотирования.

— Неожиданное заявление. И навигацию?

— Конечно.

— Настолько уверен в себе?

— Уверен. Я справлюсь.

— Тогда есть один рычаг, на который можно надавить…

* * *

Когда автоматическое такси доставило Антона к орбитальному лифту, он получил сообщение от Джиуса. «Забей на армейский транспорт. Двигай к семнадцатому ангару, я сам тебя отвезу в академию». Ну что же, так действительно будет гораздо комфортнее, решил он, и двинул, куда сказано.

— Ты уже помог контрразведке разрешить кое-какие вопросы, и мы благодарны. Готовы оказать ответную любезность, но дело такое, что нам снова нужна твоя помощь.

— Внимательно слушаю.

— Вот что мне в тебе нравится, так это основательность. Сначала выслушать, обдумать, потом ответить. Хорошо. Корабли, которые ты спроектировал для флота, получились очень интересными. Конечно, нам еще осваивать все это, но уже видно, что по совокупности характеристик защита-атака твои задумки будут в несколько раз сильнее, чем то, на чем летают сейчас.

— Примерно в восемь раз, если их будут использовать хорошие пилоты.

— Вот! Об этом и хочу поговорить. В столичной академии учатся дети аристократов. И заметна простая тенденция — чем сильнее и богаче род, тем лучше оценки. И, к сожалению, в большинстве случаев — тем хуже полученные знания. Но при этом должности эти люди получают высокие, и в чинах растут быстро. И если кто облажался, то его прикрывают всем миром. Таким образом, на высших должностях во флоте оказываются посредственности, а иногда даже откровенно некомпетентные люди. И это очень плохо.

— Понимаю. А при чем тут я?

— Знаешь, какой позывной тебе присвоили у нас? «Скальпель». Прочитав твое дело, глава конторы сказал, что ты как скальпель хирурга, всегда готов вскрыть назревший гнойник.

— Хм… Неожиданно, и не сказать, чтобы приятно.

— Тут ты не прав. Наоборот, довольно лестно, я бы сказал. А знаешь, почему я стал тебе помогать с самого начала?

— Не знаю, хотя было интересно.

— Чуйка у меня сработала, интуиция. Предвидением я не владею, но иногда четко понимаю кое-какие вещи, и ошибаюсь редко. Так вот, про тебя при первой нашей встрече чуйка четко дала понять, что с тобой надо дружить. Ты человек, который как катализатор, заставляет раствор пениться, вынося на поверхность всю грязь, сам при этом не меняясь.

— Вот тут ты не прав. Не меняются только дураки. Я стараюсь учиться на своих и чужих ошибках.