Опасно быть студентом. Часть 2

Улыбнувшись, с задумчивым видом оглядываю идеально убранную 'берлогу' и, как бы между прочим, интересуюсь:

— Профессор, а как вы относитесь к бракам между Светлыми и Темными?

Сказала и тут же сосредоточенно глянула на мужчину, ловя даже минимальные изменения в лице.

А если Хорст ошибся? Что, если неожиданные высказывания о свадьбе профессора Дарона — не более чем пьяный вздор расстроенного мужчины? Что, если некоторым людям действительно не судьба быть вместе?

— Лина, — устало опускаясь в кресло по соседству, выдохнул мужчина. — Я действительно очень сильно люблю Наталью. Всерьез думал на ней жениться и не отказываюсь от своих слов, но... — Рене потер переносицу и глянул мне в глаза:

— Она почему-то очень негативно относится к браку.

— А то я не знаю! — хитро улыбаюсь и предлагаю:

— Профессор... — я немного замешкалась и, забив на любезности, перешла на 'ты'. — Рене, — с видом заправской свахи начала я, — а давай, я помирю вас с ведьмочкой и... уговорю Натку выйти за тебя замуж.

Мужчина раздумывал всего секунду, а потом на лице Темного расцвело и заиграло всеми оттенками счастье. Не-е, не так! СЧАСТЬЕ!

Губы собеседника расплылись в мальчишеской улыбке, он подскочил со своего места, выдернул меня из кресла и принялся душить в крепких объятьях.

— Линка! — облегченно рассмеялся Рене. — Ты — ангел! Самый настоящий ангел!

Пару минут пришлось потратить, чтобы немного привести в чувства бесконечно счастливого мужчину и вернуть его на место.

— Рене, я с удовольствием помогу, только прошу вас кое-что мне рассказать.

Разговор моментально перетек в деловую форму. Мужчина мгновенно посерьезнел, немного ссутулился и вздохнул:

— О чем ты хочешь знать?

Торгуясь утром с Крысенышем, я печенкой чуяла, что Темный не расскажет мне о Светимости ни за какие коврижки.

Расстроилась ли я, услышав его ответ? Ни капельки! Потому что заранее знала, с кого смогу его стребовать.

— Светимость, — просто сказала я. — Хорст так и не сказал, что это такое и с чем ее едят.

Мужчина кивнул своим мыслям и улыбнулся:

— Чего-то подобного я от него и ожидал, — признался Темный и, бросив мимолетный взгляд на раскрытый фолиант, неожиданно спросил:

— Лина, а тебе знакома легенда 'Сотворение'?

Я энергично закивала, почему-то вспоминая пыльные катакомбы, где совсем недавно освежила свои познания в данной области.

— На Темный землях есть гора разбитых сердец, — неторопливо, словно вымеряя каждое слово, начал Рене. — Это единственное место, куда спускаются ангелы.

— Та-а-ак... — подбодрила я профессора, изображая интерес.

— Считается, что первой ангела увидела человеческая девушка по имени Асира, которая взошла на гору и заблудилась, — мужчина переплел пальцы на руках и продолжил. — Один из ангелов был так поражен красотой юной Асиры, что спустился из Поднебесной и зажег любовь в ее сердце. Но ангелы не могут жить в мире людей, а люди не могут подняться в Поднебесную.

Горько заплакала Асира на груди любимого, и тогда влюбленный ангел, не желая расставаться с любимой, передал ей в подарок часть своей души.

Мужчина замер, с вопросом глядя мне в глаза.

— Да, очень красивая легенда, — покивала я головой и нетерпеливо заерзала в кресле. — И причем тут Светимость?

Темный провокационно молчал, с интересом наблюдая за моим лицом.

— Ой, я вас умоляю! Ну, какой из Крысеныша ангел?! — брякнула я и от души рассмеялась.

Профессор Дарон улыбнулся и кивнул:

— Ты права, — веселым тоном ответил он. — Хорст никакой не ангел, он... рефаим!

Смеяться я перестала и, кажется, дышать тоже. И вообще, почувствовала себя так, словно Темный одним словом разом перекрыл все функции моего организма.

— Рефаим? — тупо пялясь на профессора большими глазами, повторила я. — Ребенок ангела?

— После Асиры гору Разбитых сердец штурмовало очень много девушек разных возрастов, и некоторым из них повезло встретить свою любовь, — наслаждаясь моей реакцией, быстро продолжил Рене. — Я долгое время жил в долине у рефаимов и изучал возможности их Светимостей, возможно, поэтому Хорст и обратился в тот день за помощью.

— Так, Рене, — возвращаю открытый от удивления рот в нормальное положение. — Вот с этого места поподробнее!

Темный не стал долго томить и мурыжить изнывающую от любопытства Светлую и начал объяснять:

— Рефаимы считают, что Светимость — это часть ангельской сущности, доставшаяся им от предков, — пояснил профессор. — Правда, я склонен думать, что это просто видоизмененная магическая составляющаяся, которая присутствует у каждого, просто рефаимам удалось подчинить ее себе. Вообще, это очень интересная тема для исследований...

— Профессор Дарон, ближе к теме, пожалуйста! — взмолилась я.

Увлекшийся мужчина понятливо кивнул.

— В семейных парах женщины являются всего лишь носителями, зато мужчины научились активно пользоваться даром, но не в вашем с Хорстом случае.

Я замерла в кресле, словно гепард, наконец увидевший свою добычу.

— Мы так и не поняли, с чем это связано, но тебе каким-то образом удается влиять на его Светимость, — Рене взъерошил темные волосы на затылке. — Даже заполучив часть Светимости супруга, рефаимки не могут пользоваться ее силой, и вот поэтому я еще раз спрашиваю: Лина, а ты точно Светлая?

* * *

Ответить на вопрос Темного я так и не смогла.

Все, что было известно о моих родителях — это то, что женщина, родившая меня на свет, продала свою дочь магам.

Других моих кровных родственников никто никогда не видел, клан заменил мне семью. И пусть многие считают методы воспитания наемников не слишком гуманными, именно благодаря тренировкам с Крестным я все еще жива и активно ненавижу утро.

Комкано распрощавшись с Рене и посоветовав ему морально готовить родственников к встрече с энергично-буйной ведьмочкой, я выпорхнула из комнаты профессора, пересекла большую гостиную, взялась за ручку двери и... тут-то меня и накрыл закон подлости.

— Зазнайка? — удивился Темный. — Ты что тут делаешь?

— Прогуливаю! — честно призналась я, с интересом разглядывая внешний вид Хорста. — Доставала, а ты почему мокрый?

Темный даже бровью не повел, хотя с его одежды и волос очень позитивно капало. К слову, у ног даже образовалась небольшая лужица.

— Купался! — неожиданно зло рявкнул парень, делая широкий шаг.

— В одежде? — ахнула я, торопливо отступая назад.

— В пруду! — рассерженно продолжил мою мысль Хорст.

Я даже моргнуть не успела, как Доставала сократил разделяющее нас расстояние, схватил меня за руку и крепко сжал.

— Доставала! — возмущенно рыкнула я, гневно задирая голову, чтобы высказать этому Темному вражине все, что думаю о его манерах, и замерла.

Светлая Богиня, ты такое когда-нибудь видела? Я — сто пудов — нет!

Привычно серые глаза двухметрового блондина сейчас стали полностью черными, и на дне этих пугающих непроницаемых дыр я отчетливо видела грозящие мне неприятности.

— Ай! — вскрикиваю от внезапно вспыхнувшей боли в правой руке и отчетливо слышу звук упавшего кольца.

Гребаный Скол! Родовой перстень ведь невозможно снять! В них магия, оставшаяся еще от прошлых времен. Кто-нибудь объясните мне — как? Ну, как, блин, он это сделал?!

А в следующей миг вокруг нас закружилась воронка горячего пара, и чужие руки властно прижали меня к абсолютно сухой груди Темного.

— Правда, забавно, — теплое дыхание Темного коснулось щеки. — Я так много делаю, чтобы ты начала ревновать, но ты словно издеваешься! — обнимающие меня руки стали невероятно жесткими.

— Хорст, ребра! — отчаянно пискнула я, боясь задохнуться, и начала отчаянно биться в его руках в глупой надежде вырваться.

Не помогло! Наоборот, стало только хуже: меня прижали еще крепче, а после кожу правой коленки обожгла чужая ладонь, бесстыдно нырнула под ткань юбки и поползла наверх, попутно разгоняя по телу возбуждённые мурашки.

— Скажи, долго я буду мучиться? — шепнул Темный.

И тут мне почему-то стало стыдно.

С первой минуты возвращения на Светлые земли Хорст вел себя на редкость странно. Я видела, как разрывали его внутренние противоречия, и теперь, благодаря разговору с профессором Дароном, поняла причину такого поведения.

Каково обученному бойцу, который, если верить Рене, не проиграл за жизнь ни одного поединка (про стычку с Чифом пока мысленно забуду), осознавать, что он беззащитен перед какой-то Светлой? Ведь тот, кто приказывает душе, приказывает и человеку.

И все это время Хорст приходил, чтобы научиться защищаться от меня!

Его Светимость по какой-то невнятной причине тянулась к чужой девушке, принимая ее за свою пару, а вот личность была против. Я ни разу не видела на его лице желания, влюбленности...

О чем я вообще! Крысеныш даже интереса ко мне не испытывал! Зато раздражение и злость — этого сколько влезет.

Светлые говорят: 'Душе не прикажешь', — но вот сейчас настал тот редкий случай, когда я могла все изменить...

— Светимость! — позвала требовательно тоном.

На периферии сознания я, понимая, что девушка, прижатая к груди невероятно сильного воина, висящая где-то в полуметре от пола, обычно не имеет права на такой тон, но наглость не порок, наглость — второе счастье... А у меня, судя по всему, еще и третье!

Темный замер и шумно выдохнул. Он явно собирался что-то сказать, но не успел. Перед моим лицом послушно заплясал небольшой рой светлячков.

— Значит так, Светимость, — ощущая полный абсурд ситуации, постаралась максимально серьезно сказать я чужой душе. — С этого момента тебя больше не тянет ко мне. Я не пара твоему хозяину. Понятно?

Светлячки послушно всплыли сначала вверх, а потом вниз, выражая свое согласие.

Обрадованная успехом, я поспешила продолжить:

— И еще... Ты больше никогда не станешь откликаться на мой зов и вообще перестанешь мне как-то подчиняться, — светлячки замерли, словно в раздумье, и покачались из стороны в сторону. — Что значит 'нет'! — рассердилась я и дернула висящей в воздухе ногой. — А ну-ка, живо проваливайте обратно в Темного, и чтоб больше я вас не видела!

Маленький рой света испуганно сжался, медленно поднялся вверх и растворился на уровне лица Хорста.

По комнате пронесся наш общий облегченный выдох.

Меня тут же вернули на пол, осторожно поправили задранное платье, после чего Крысеныш отступил на шаг назад и сложил руки на груди.

— Ну и зачем ты это сделала? — серые глаза смотрели насмешливо.

— Можешь считать это благородной светлой придурью, — смущенно улыбнулась я.

— Нормальные люди называют это идиотизмом, — последнее слово Доставала особо подчеркнул и наклонился, поднимая с пола упавшее кольцо.

— Спасибо! — поблагодарила я, принимая перстень. — Как раз ломала голову, как бы от него избавиться.

— В таком случае, мы квиты, — тихо сказал парень, обошел меня и направился к собственной комнате. — Тренировка в девять. Не опаздывай.

Глава 8. Если парень трус, то должен сообщить это девушке прежде чем соглашаться на что-то серьезное

Несмотря на предупреждение Хорста, я все-таки умудрилась опоздать. И виной тому был светловолосый остроухий засранец.

Избавившись, благодаря Темному, от кольца Конни, я битый час пыталась уговорить Юлика на брак. Эльф отказывался выходить за меня замуж даже понарошку, недовольно возмущался и топал ногами. Пришлось влить в него пузырек успокоительного, потом еще литр какой-то едко пахнущей настоечки и клятвенно заверить, что не претендую ни на руку, ни на сердце, ни на любой другой филей приятеля.

Естественно, одной клятвы было недостаточно, поэтому заупрямившийся и немного захмелевший эльф начал составлять контракт, освобождающий парня от любых обязательств и посягательств с моей стороны.

Плюнув на сверх меры дотошного зануду, я оставила Натку в качестве доверенного лица и побежала к ребятам.

— Дико извиняюсь! — влетая в зал, крикнула я, на ходу расстегивая пальто.

Кебил и Гафс, еще секунду назад вяло отрабатывающие удары, радостно заулыбались. Шарги, активно приседающий под руководством наставника, проникся ко мне прямо-таки нечеловеческой любовью, а вот Хорст скорчил рожу.

— Доставала, — попросила я, лихорадочно стягивая свитер, — а давай представим, что ты уже высказал мне все те гадости, что успел придумать за десять минут моей задержки.

— Еще чего! — фыркнул блондинчик. — Столько усилий — и все напрасно? Не ценишь ты мою мозговую деятельность, — наигранно вздохнул парень. — Ох, не ценишь!

Не обращая внимания на плохую актерскую игру Хорста, я вытащила из сумки утяжелители.

— Случилось чего? — заботливо поинтересовался Гафс, устраиваясь на матах.

— Аха, — киваю, спешно стягивая с себя уличную обувь. — Замуж пыталась выйти.

— И кто же решился на столь опрометчивый поступок? — не утерпел Доставала.

— Юлик, — честно признаюсь, — кто ж еще!

— Позволь узнать, парень хотя бы в сознании был?

Я глянула в сторону блондинчика и неожиданно для самой себя улыбнулась. Потому что впервые за долгое время между нами все было просто и понятно и стало реально легче.

Величественно ступив на мягкий пол татами, я с гордо поднятой головой прошествовала к своему ученику и пихнула возвышающуюся груду мышц в бок.

— Ах, да, Великий мастер! — язвительно протянул блондинчик и изобразил что-то похожее на поклон. — Ваш ученик готов к тренировке.

Я царственно махнула головой и повернулась к порядком вспотевшему Шарги. Мда... если это его так приседания утомили, что с ним будет после пяти минут спарринга?

— Как у тебя с моральными ценностями? — решила на всякий случай уточнить я.

— В смысле?

— В смысле, сможешь стукнуть невероятно умную и красивую девушку?

Сзади послышался громкий смешок, но я даже поворачиваться не стала. Смейся, Крысеныш! Я тебе потом покажу, какая хорошая у Светлых память и... воображалка!

Шарги мой невинный вопрос, почему-то, ввел в ступор. Он удивленно мигнул раз, потом другой, растерянно посмотрел мне за спину. Я тут же, естественно, заподозрила, что Доставала сзади корчит смешные рожи, но оглядываться на всякий случай не стала.

Ответ запаздывал, время поджимало, поэтому я решила действовать, не дожидаясь, пока сформируется мировоззрение парня.

Прямой удар в корпус нарочно нанесла с максимально маленькой скоростью, но Шарги прошляпил и эту атаку, и три последующие.

— Ну же! — возмущенно топнула ножкой, с нетерпением ожидая, пока парень медленно поднимется.

— Лин... — попытался что-то сказать мой новый ученик, но был сбит с ног.

Парень звучно шмякнулся на спину и еле слышно застонал, за что тут же схватил от меня болевой в бедро.

— Подъем! — нетерпеливо крикнула я и для ускорения процесса легонько пнула парня в живот.

Шарги помощи не оценил: скривился и откатился от меня подальше.

— Ммм... Ангел, — отозвался вдруг Хорст. — Я не берусь критиковать твои методы, но, боюсь, с таким педагогическим рвением Шарги просто не дотянет до моей тренировки.