Вот моя жена, выслушивая по коммуникатору одну за другой своих подруг, все же сумела от кровавых подробностей не сойти с ума. Но она тут же забыла о семейном отдыхе на океанском берегу, схватила обоих детей подмышки и первым же бартерным рейсом вылетела в столицу. Разумеется, в суматохе звонков от подруг и срочных сборов, Лиана забыла меня проинформировать об этом своем столь внезапном решении. Принцесса еще некоторое время истерически ощупывала меня, пытаясь, на моем теле разыскать ранения. Одновременно она желала еще и еще раз убедиться, что у меня все на местах, что я цел и невредим.
Лиана целовала меня, как малого ребенка, то в губы, то в нос, а то и в лоб. Я стоял вытянувшись в фрунт, прикусив язык, терпеливо ожидая, когда принцесса Лиана завершит досмотр своей личной собственности, а затем, убедившись в ее целостности, немного успокоится. В этот момент дверь моего нового кабинета снова распахнулась, первым на ковровой дорожке появился насупившийся Артур, вслед за ним в кабинет вплыла дородная няня с Ланой на руках.
Мое семейство было в полном сборе!
Отвечая на объятия жены, я глазами разыскал провинциального полковника Валдиса, который из-за всей моей семейной катавасии, забился в дальний угол кабинета. Улыбнулся ему, взглядом же у него попросил извинения за не предвиденные обстоятельства. Чтобы окончательно успокоить жену, я крепко ее прижал к груди, контрпоцелуями попытался ее успокоить. Удивительно, но мои поцелуи и ласковые слова оказали свое положительное воздействие, принцесса Лиана начала успокаиваться, только временами она всхлипывала, прижимала надушенный платочек к своему аристократическому носику.
Лиана была мне так дорога, нужна в тот момент, что у меня не хватило слов, чтобы ей выказать свои эти чувства.
Я слегка коснулся ее сознания ментальным щупом, успокаивая ее ласково и нежно, пытаясь этой прекрасной кирианке внушить, что она самая красивая и восхитительная женщина на всем белом свете, что она должна прекратить истерику. В этот момент моего ментального общения с женой я ощутил, что сын Артур и дочь Лана мысленно меня осуждают за проявленное легкомыслие в подземном переходе. Эти чувства Артура мне были хорошо понятны, парню уже стукнуло десять лет, он стоял накануне отрочества, но и к этому времени он многое знал, во многом хорошо разбирался.
Вчера вечером, когда я по коммуникатору общался с семьей, то ни словом я, разумеется, не упомянул о покушении, не желая впустую беспокоить жену и детей. Тот свой разговор я бы на месте Артура воспринял бы, как предательство, и рассердился бы на отца за эту проявленную им "забывчивость". Таким образом, позиция сына Артура по этому вопросу мне была хорошо ясна и понятна. Но сейчас я никак не мог разобраться, за что именно сердилась на меня моя доченька Лана, которая пока еще совсем была малюткой без своего собственного мнения!
Я был вынужден свою семью проводить в наши дворцовые покои, оставив полковника Валдиса одного в своем кабинете. Когда же я вернулся в кабинет, то в нем уже находились офицеры, пришедшие принять участие в совещании по общим вопросам. Уже присутствовали: полковник Филипп, полковник Герцег, полковник Сочнев, полковник Валдис, майор Фабио и несколько других офицеров имперского Генерального штаба в звании капитанов и майоров.
К своему великому удивлению в дальнем углу кабинета я совершенно случайно обнаруживаю самого императора Иоанна. Тот с большим удобством расположился в кресле перед открытым окном. Перед ним на небольшом столике лежала большая сигара, стоял стакан с холодной водой. Когда я входил в кабинет, то император Иоанн специальными ножницами надрезал кончик этой сигары, время от времени поворачивая ее к себе, то одном, то другим концов, явно любуясь ее идеальными очертаниями.
Я прошел к столу для заседаний, сел на председательского место и, нарушая дворцовый протокол, так как не запросил на это свое действие разрешение императора, произнес:
— Господа офицеры, прошу занять места за столом для заседаний! — Через короткую паузу, достаточную для того, что все офицеры успели бы занять свои места за столом для заседаний, я продолжил, — Итак, начнем наше первое заседание, которое будет посвящено обсуждению двух вопросов. По первому вопросу я предлагаю выступить полковнику Герцегу.
С места вскочил, словно подброшенный пружиной, симпатичный гном, одетый в комбез цвета хаки, с большим энергетическим пистолетом в кобуре на его боку. Этот полковник показался мне очень симпатичным гномом. Ну, вы знаете, обычно гномы собой представляют бочкообразные мужики, из-за большой их любви к питию пива, вина и другого крепкого алкоголя. Они были все бородатыми, усатыми и волосатыми. К тому же все гномы были страшные матерщинниками, нормального слова не могут сказать в присутствии дамы аристократки. А этот полковник был таким аккуратным гномиком, таким симпатичным недоросликом, весь выутюженный, постриженный, бороды и усов у него и в помине не было.
Некоторое время этот недорослик пометался по кабинету в поисках трибуны или хотя бы какой-либо возвышенности, с которой он мог бы обратиться к собравшимся офицерам с речью. Подождав немного, дав времени полковнику Герцегу на то, чтобы тот набегался, я ему тогда предложил:
— Полковник Герцег, а почему бы вам не сделать нам сообщения с вашего же места. Это означает, что вы будете сидеть на своем стуле, а не бегать по кабинету. — Слегка я подшутил.
Недорослик подошел к своему стулу, но не сел на него, а стоя, собрался рапортовать. Только тогда я понял, что этот гном полковник думал о своем реноме, стоя, он выглядел чуть-чуть более монументально, чем сидя.
— Ваше Сиятельство, позвольте вам доложить о выполнении вашего задания по скрытному размещению семейства полковника Барка, а также семейства императора Иоанна. Желая сохранить в абсолютной тайне местонахождение имперской резиденции для скрытного размещения обоих указанных семейств, я не буду называть то место, где она будет находиться. Таким образом, я могу вам сообщить о том, что строительные работы на территории этой резиденции полностью завершены. Закончено строительство двухэтажного особняка, мебель в него завезена и уже расставлена по местам.
— Что же касается укреплений на подходах к резиденции, то они все заминированы, в землю зарыты танки, построены несколько огневых позиций для артиллеристских и минометных батарей. По периметру обороны установлены сотни ракетных установок, некоторые из которых сенсорно реагируют на появление вблизи кириан, другие же управляются с центрального КП. Так что в свое заключение, могу сообщить, что эту имперскую резиденцию невозможно взять с первого вражеского наскока. Что в свою очередь означает, что в случае получения какого-либо сигнала о нападении на резиденцию к делу подключится гномий спецназ. Спецназ первым делом эвакуирует жен и детей, а затем займется императором и принцем. На этом мой доклад закончен, но у меня имеются еще два вопроса, которые мы должны обсудить в ходе этого совещания.
Только после этих слов гном полковник сел на стул. Я поблагодарил его за содержательное выступление, и в дополнение сказал:
— Итак, господа, на настоящий момент у нас появилось место, куда мы можем запрятать своих ближайших родственников. Полковник Филипп, вы не хотите чего-либо добавить к нашим словам о том, как продвигается ваша борьба с секретными службами кланов?
— Спасибо, полковник Барк, за предложение выступить. Обычно я предпочитаю выступать по определенному вопросу. Но сейчас вы, господин полковник не определились с таким вопросом. Поэтому позвольте мне в данный момент помолчать, послушать выступления других офицеров!
— Разумеется, полковник Филипп! Итак, следующим у нас выступит майор Фабио, он нам расскажет о воздушном прикрытии имперской резиденции, где мы будем укрывать своих близких родственников. Майор Фабио, вам слово!
На ноги поднялся стройный майор Фабио, командир, 3-го истребительного полка имперской авиации. Он имел симпатичное лицо, интеллигентные манеры поведения. Вот только большие залысины на голове, делали его несколько похожим на стервятника кондора.
— Настоящим докладываю о том, что мой 3-й истребительный полк в составе четырех эскадрилий истребителей "Беркут" только передислоцировался на новое место базирования, расположенное в ста километрах от прикрываемого нами объекта. Этот аэродром имеет прекрасную бетонопластмассовую взлетную полосу, которая позволит нам летать независимо от условий погоды в данном регионе. Помимо этого на эту ВПП могут садиться тяжелые транспортные глайдеры и военно-транспортные самолеты с большим разбегом. Мы уже приступили к тренировочным полетам, к освоению окружающей местности. Я сам вылетал на спарке, чтобы ознакомиться с объектом.
— После ознакомительных полетов пришел к выводу о том, принц Барк, чтобы предложить на ваше рассмотрение несколько иную тактику истребительного прикрытия этого секретного объекта. Я предлагаю отказаться от идеи постоянно держать в воздухе дежурную пару истребителей. Такая порочная практика может привести только к износу материальной части истребителей, и к излишнему сжиганию авиационного топлива. Помимо этого, постоянное нахождение истребительной пары над одной и той же точкой, позволит населению данного региона предположить, что в этой точке находится важный объект с последующими никому не нужными выводами.
— В этой связи я предлагаю, — голос майора Фабио театрально повысился, — воздушное прикрытие объекта осуществлять вылетами истребителей по тревоги. Вокруг объекта мы разместим посты ВНОС, которые поднимают наши истребители по тревоге в воздух в случае появления вражеской авиации или войск противника у объекта!
— Что ж, это вполне деловое предложение майора Фабио, я вам скажу друзья! — Проговорил я, задумчиво потирая рукой свой подбородок. — Если у кого имеются возражения по этому предложению майора Фабио, прошу высказать? Так, никто не возражает, ну, что ж, тогда мы принимает его предложение! Полковник Герцег вы получили ответы на свои два вопроса, а то мы сейчас перейдем ко второму вопросу нашего совещания?!
— На один вопрос я получил ответ, а вот на второй — пока еще нет!
— Какой же именно у вас имеется второй вопрос? — Этот гном начинает меня доставать, вместо того, чтобы сразу прояснить ситуации, он еще выкобенивается!
— Каким транспортным средством на секретный объект будут доставляться, будут вывозиться ваши родственники? Нужно ли для него строить взлетно-посадочную полосу. В последнем случае нам придется передвинуть на месяц сроки введения в эксплуатацию данного объекта!
— Полковник Герцег, на этот вопрос я вам сам отвечу! Это будет мое личное транспортное средство. Оно не нуждается во взлетно-посадочной полосе! Вы, полковник, удовлетворены моим ответом?
— Так точно, Ваше Сиятельство, удовлетворен!
— Ну, что ж, теперь мы можем перейти ко второму вопросу нашего совещания. Давайте, поговорим о передислокации и о размещении в императорском дворце имперского полка панцирной пехоты. Основные докладчики у нас по этому вопросу — полковники Валдис и Сочнев. Кто из вас первым начнет свой доклад, господа полковники?
На ноги решительно поднялся полковник Валдис. Пара часов его пребывания в моем кабинете, явно пошла этому полковнику на пользу. Он принял душ, побился и каким-то способом отутюжил свой мундир. Сейчас он был тем же живчиком, которым я его встретил на переговорах с магистрами кланов Серн и Кабанов.
— По дороге в столицу всю ночь в поезде я ломал голову над вопросом размещения в императорском дворце своего 345-го панцирного полка, — так начал свое выступление полковник Валдис, — но так и не нашел решения этого вопроса. Может быть потому, что в руках у меня не было настоящих схем жилых или нежилых помещений дворца, у меня были лишь туристические путеводители. Я полагаю, что вы хорошо знаете о том, что моему полку помимо казарм для личного состава, требуются помещения для автомастерских, а также мастерские для ремонта бронетехники и бронекостюмов, стрелкового вооружения, и множество других подсобных технических помещений. Но главное во всем этом заключается в том, что панцирный полк должен всегда находиться под рукой. Чтобы к нас во всех непредвиденных случаях существовала бы возможность в любую минуту его тяжелых пехотинцев бросить на поле боя, чтобы переломить сражение в нашу сторону. Мы должны избегать возникновения любой ситуации, при которой враг имел бы возможность нас отрезать от полка именно в ту тогда, когда он контакт с ним необходим для нашего с вами выживания. Таким образом, можно сделать только один вывод из всего мною сказанного, 345-й панцирный полк должен в обязательном порядке размещаться в дворцовом комплексе! У нас под рукой! Но я не знаю ответа, как это можно было бы быстро сделать?!
— Спасибо, полковник Валдис! Мне кажется, что мы уже имеем ответ на ваш вопрос! Но лучше будет, если на него ответит полковник Сочнев, комендант нашего дворцового комплекса!
Полковник Сочнев на этот раз никуда не спешил, и совсем не волновался. Он неторопливо поднялся на свои ноги, правой рукой подергал себя за кончик уса, а затем заговорил:
— Сейчас я могу с большой уверенностью сказать о том, что мы можем принять во дворцовом комплексе императорского дворца панцирный полк полковника Валдиса. Вчера, Ваше сиятельство, — это он обратился ко мне, — весь вечер я со своими парнями провел в подвалах зданий дворцового комплекса. Мы все аккуратно измерили, все помещения с метражом нанесли на карты и уже сегодня эти карты можем вам раздать. Одну секундочку, господа офицеры. —
С этими словами полковник Сочнев подошел к дверям кабинета, их приоткрыл и что-то сказал, обращаясь в мою приемную. Оттуда появился офицер в черной униформе, которого я сразу же узнал, это был мой ежедневный ключник, который отпирал и запирал за мной дверь моего кабинета. Парень прошел к офицерам и перед каждым, так же как и передо мной, положил лист бумаги. Я присмотрелся к нарисованным схемам, имевшие цифры с размерами по ширине и длине помещения, с указанием источников воды.
Полковник Сочнев продолжил свой доклад:
— Все три батальона пехотинцев мы можем разместить в подвале жилого здания нашего комплекса...
5
Совещание давно уже закончилось, но офицеры не расходились. Они продолжали сидеть за столом, как-то нервно поглядывая то на императора Иоанна, а потом на меня. При этом они вели какие-то бесконечные разговоры, уточняя то один, то другой вопрос, когда все вопросы были рассмотрены, мы приняли по ним определенные решения. Такое положение дел меня обеспокоило, что же получается, я им говорю, что совещание закончено, а они мне в ответ новый вопрос ни о чем. Первым о причине такого поведения офицеров догадался полковник Филипп, он тут же шепнул мне по ментальному каналу связи:
— Мой принц, офицеры не расходятся по одной причине, им хочется получить напутствие императора Иоанна! Пойми, Барк, для них огромное значение имеет одно уж то, что они работают с самим кирианским императором, а не с каким-то там принцем с непонятной родословной! Так что советую тебе хорошенько подумать о том, как тебе выбраться из этого неловкого положения, и впредь его не допускать!
