От камина волнами наплывало приятное тепло, из чашек с горячим питьём шёл пар, и охотники потихоньку отогревались.
— Ох... прихватил мороз-то, — заметила Синтия, вытягивая ноги к камину. — Прямо в пальцах покалывает.
— А тебе, Кеалор, наверно, такой морозец привычен? — спросил Алан. — У вас на Севере ведь и куда крепче бывает.
Кеалор пожал плечами:
— Была бы медвежья шуба или кожух, подбитый бельком — и никакой мороз не страшен.
— Меня бы от северных морозов никакая шуба не спасла, — заметила Синтия. — Я мерзлячка. Не могу понять, как вы там на Севере вообще выживаете?
— Кстати да, — глаза у Алана блеснули, — я то же самое хотел спросить. Нет, я не про шубы, это-то понятно. А вот как у вас хлеб вызревать ухитряется? Насколько я знаю, он в Альдо уже еле поспевает. Северное Альдо вообще хлеб не выращивает, а покупает в Тинмаране в обмен на лес. А Земли Совета находятся ещё севернее, и ни у кого хлеб не покупают. Ведь Север с Империей почти не торгует, верно? Земли Совета кормят себя сами, и мне очень хочется узнать, как они ухитряются это делать.
Кеалор покачал головой.
— В двух словах не объяснишь. А рассказчик из меня не очень. Боюсь, девушкам мой рассказ покажется совсем неинтересным.
— Нет, рассказывай, рассказывай, — вмешалась Синтия. — Это действительно интересно.
А Кэт молча бросила на Кеалора длинный взгляд.
— Вас действительно интересуют скучные подробности про то, как ведётся хозяйство в Землях Совета, как вырастить хлеб в долине Альмы, чем жители Севера заменяют редкие на их столах фрукты и все такое? — спросил он.
— А разве они такие уж скучные? — в упор спросил Алан. — Всем известно, что Земли Совета — страна магов. Неудивительно, что там в хозяйстве используется магия, интересно только, как?
К удивлению Алана, Кеалор улыбнулся.
— Это вы не по адресу. Такие вопросы стоит задавать волостным магам, а ещё лучше — профессорам из Паарского Университета. Только вот... вместо того, чтобы просто поехать на Север и выяснить там все, что хотите, вы пытаетесь узнать про магию у мага-недоучки, который вместо защиты магистерской диссертации уехал с Севера славы искать. Почему?
Алан вздохнул.
— Потому что мы где-то и как-то умудрились напортачить. То есть не мы, а предыдущие смены — Вальдес и Эрзенберг. Соответственно, двадцать и десять лет тому назад. Только сунулись они на Север, как Дом Под Холмом их оттуда выставил. Что сделали не так — непонятно, только нас теперь в Земли Совета просто не пускают. Не пропускают на пограничных заставах, и все. Теперь вот моя очередь над этим голову ломать. Цепляюсь за каждый клочок информации. Поэтому и спрашиваю у тебя.
— А вот на это, возможно, я ответить смогу. Мой учитель говорил: "Нам нечего продать людям со звёзд, и нам не нужны их товары". Я раньше думал, что старик из вредности ворчит, а теперь начал думать, что он не так уж неправ, как кажется. Вас ведь не интересует обычный северный товар — пушнина, лес, кожа? Все это можно купить и в Империи. Единственное, что у нас есть и что может вас заинтересовать — это магия. А магией торговать нельзя.
Синтия поджала губы и покачала головой. Кэт внимательно слушала.
— Ты имеешь в виду, что в продаже зелий, рецептов и заклинаний нет смысла, потому что магия работает только при непосредственной связи мага и реципиента? — спросил Алан.
— Ну... в общем да, — удивлённо ответил Кеалор, не ожидавший от Звёздного Купца такой подкованности в магической области.
— Это понятно. Мы знаем ещё один магический мир, Даор, где все точно так же. Так что нас интересуют отнюдь не зелья и свитки с заклинаниями.
— Что же тогда? — удивлённо спросил Кеалор.
— Две вещи. Во-первых, как и везде, нас на Севере интересует товар особого рода, а именно все то, что связано с историей, культурой и литературным творчеством вашего народа: тексты легенд, песен, старинных книг...
— Ах да, — Кеалору сразу вспомнилось, как они с Кэт совместно приобретали "Хроники дома Альдо". Кэт тогда ещё сказала, что ей нужна не сама книга, а только её текст. Значит, Кэт его не просто для развлечения добывала? — Что же, получается, что в Землях Совета вам нужен корпус исторических и фольклорных текстов?
— В первую очередь да. А во-вторых... нельзя торговать зельями, но можно обращаться к магам за услугами, верно? — Кеалор кивнул. — На Даор за магической помощью обращаются с других миров уже сотни лет. Нет ничего невероятного в том, чтобы через двести-триста лет такая же практика стала обычной и в Землях Совета. По крайней мере, если сейчас нам удастся договориться с вашим Советом Магов.
— Ого! — У Кеалора заблестели глаза, он невольно подался вперёд. Дело приобретало совсем другой оборот. — Не знаю, как Совет Магов, но лично я не вижу в этом ничего плохого. Правда, я всего лишь... воспитывался на Севере и могу не учитывать чего-то, что знают наши маги-профессора. Если бы, скажем, тому же Ерону, учителю моему, объяснить...
— Кому-кому? — переспросила Кэт.
— Моему учителю, — удивился Кеалор.
— Так, а вот это уже интересно. Ребята, подождите-ка меня здесь, — сказала Кэт и вышла. Синтия пожала плечами, Алан, похоже, что-то понял и загадочно прищурился.
Через две минуты Кэт вернулась с Паулем Эрзенбергом; за ними в дверь вкатился Михель ван Страатен с очень заинтересованным лицом.
— Добрый вечер, тал Альдо, — сказал Пауль. Михель приветственно кивнул и устроился в мягком кресле в углу. — Скажите, у вас на Севере имена часто повторяются?
— Ну... не то чтобы очень, а что?
— Да вот Кэт мне сообщила, что вашего учителя, оказывается, зовут Ероном. А именно так десять лет назад звали главу Дома Под Холмом.
Кеалор почесал в затылке. Мир переворачивался с ног на голову. Если Ерон десять лет назад руководил секретной службой Севера... А что, вполне возможно.
— Честно говоря, в последние пять лет Ерон занимался исключительно натаскиванием дворянских недорослей в Университете. Чем он занимался до того, как я попал к нему в группу, понятия не имею.
— Подожди, Пауль, — вмешалась Кэт, — что же, выходит, что учитель Кеалора и есть тот самый начальник Дома Под Холмом, который лет восемь назад потерял все своё влияние и с треском вылетел из Совета Магов из-за каких-то тамошних политических пертурбаций?
— Выходит, так, — кивнул Пауль Эрзенберг.
— С-слушайте, — вставил слово Кеалор, — получается, что вы знаете политическую историю Севера куда лучше меня?
— Очень отрывочно, — покачал головой Пауль. — Это просто совпадение, что тип, попортивший нам столько крови десять лет назад, и ваш учитель — одно и то же лицо.
* * *
— И знаете что? — сказала Кэт, когда за Кеалором закрылась дверь. — Раз уж у нас тут упала такая роскошная полярная сова, грех было бы ею не воспользоваться. Я ещё в Аркризе, когда встретила его на дороге, подумала, что, возможно, он наш ключик к Северу. Вот только что ему предложить за то, чтобы он нас познакомил с этим Ероном?
— Думай, — ответил Пауль. — У тебя неплохо получается работать с этим парнем. История с "Хрониками" его дома — просто маленький шедевр. Ну и сегодняшняя охота тоже довольно удачная получилась.
— Об этом ещё рано говорить, — запротестовал Алан. — вот расшифруем диктофонные записи, тогда...
— Да я по вашим довольным физиономиям вижу, что там есть трофеи, кроме этого, последнего. В общем, отчёты об охоте чтобы были на сервере Дома в завтра в 16:00. — cказал начальник экспедиции и вышел из комнаты.
Сразу же после этого Синтия спросила:
— А причём здесь полярная сова, и куда она упала?
— Понимаешь, — ответила Кэт, — на родном языке нашего нового практиканта, Вадима, слово "совпадение" созвучно выражению "сов падение". А полярная, потому что с Севера.
Песня Арсиэс
Одной из обязанностей гвардейцев было сопровождать принцессу Вэллес в храм Арсиэс. Ездила она в храм довольно часто, иногда по несколько дней подряд. Вообще-то императорский двор особой религиозностью не отличался, там у людей другие интересы. Но принцесса по определению была белой вороной, поэтому на её визиты в храм при дворе смотрели просто как на причуду овдовевшей провинциалки.
Кеалор понимал, что религия действительно может стать духовным прибежищем для одинокой женщины. Но почему Арсиэс? Вэллес всё-таки добропорядочная вдова. Арсиэс была больше известна как богиня своенравной любви, покровительница страстей во всех видах. Словом, ей в основном поклонялись любовники, а не супруги.
Вскоре Кеалор и сам попал в четверку гвардейцев, которые сопровождали принцессу Вэллес в храм Арсиэс. Им было велено охранять принцессу до входа в храм, потом делать что угодно — слушать службу или гулять по городу — и вернуться к дверям храма точно в назначенное время, когда заканчивалась служба.
Напарники Кеалора во время службы собирались поухаживать за фрейлинами из свиты принцессы. Кеалор, конечно, как любой северянин, был атеистом, но в столичном храме еще ни разу не был, и почему бы не воспользоваться случаем? Говорят, в храме Арсиэс красиво, и на службах исполняется чудесная музыка. Поэтому, когда гвардейцы с девушками отправились в кондитерскую, Кеалор пожелал им удачи и вошёл в храм.
Внутри храм действительно был великолепен. Высокий, не меньше пяти человеческих ростов, с окнами почти во всю высоту стен. Всё вокруг было оформлено в символике воды, стихии Арсиэс. Пол отделан перламутром, мраморные стены — серебром и лазуритом, по обеим сторонам алтаря — две роскошные лестницы из какого-то сине-зеленого камня с перилами в форме волн. Серебряный алтарь украшен сапфирами. Почти всю стену за алтарём занимал огромный, почти достигавший потолка орган.
Кеалор невольно вытаращил глаза. Органы ему приходилось и видеть, и слышать. В Пааре был большой орган в центральном столичном концертном зале, был один и в университете на кафедре гармонического подобия. В тинмоудском дворце в одном из залов тоже имелся орган. Но таких громадных инструментов Кеалор ещё не видел. Такой орган невозможно привезти и установить, его можно только выстроить вместе со зданием. И потемневшее дерево труб говорило, что орган был ровесником храма. Тут и там виднелись более светлые деревянные вставки: орган не раз ремонтировали.
К удивлению Кеалора, народу в храме было поразительно много. Понятно, что её покровительства ищут влюблённые, но что здесь делает, например, вот эта почтенная пара? У них наверняка внуки уже выросли. А вон там вообще двое подростков под присмотром гувернантки. А кстати, где принцесса? Кеалор поискал её глазами, но не нашёл. Может быть, она где-нибудь в закрытом святилище, предназначенном для королевских особ? Тогда понятно, почему гвардейцев на время службы отпускают. В таких местах им и правда делать нечего.
Ещё раз взглянув на орган, Кеалор вдруг вспомнил, как Вэллес играла своему сыну пьески на клавикордах. Вот, наверно, почему она выбрала Арсиэс. Принцесса любит музыку и разбирается в ней, а религия Арсиэс славилась своими музыкальными традициями. Неудивительно: из всех стихий вода обладает наибольшим звуковым разнообразием. Земля молчалива, огонь умеет потрескивать и реветь, ветер — шуметь и завывать. А вода? Это и шелест дождя, и скрип снега, и журчание ручья, и плеск реки или озера, и шум морского прибоя, и рёв штормовых валов. Как ещё люди могут изобразить мир водяных звуков, если не музыкой? Даже в маленьких провинциальных храмах Арсиэс на службах обязательно играли музыканты, хотя бы деревенские скрипачи. А здесь, в столичном храме, и музыка должна быть соответствующая.
Кстати, и люди, которые тут собрались, может, пришли просто музыку послушать. Что-то вроде бесплатного концерта. К тому же если тут такой орган... наверно, у них и органист соответствующий имеется? Кеалора, как и всех северных магов, обучали началам музыки, так что играть и даже импровизировать на клавикордах он умел. Но играть даже на небольшом кафедральном органе он бы не взялся: там были две клавиатуры и куча рычагов, в которых он терялся. А здесь как? Наверно, раз в десять сложнее. Кеалор вспомнил историю про то, как один мастер-органист играл музыку невероятного диапазона, а потом признался, что брал некоторые ноты кончиком носа6.
На возвышение за алтарём поднялась пожилая женщина, одетая в блестящую серебристую мантию. Складки ткани словно стекали с её плеч потоками воды. Верховная жрица подала знак к началу службы. Что было дальше, Кеалор запомнил плохо, потому что сразу же вступил орган.
Впоследствии он думал, что посетители храма тоже мало думали о смысле распевных речитативов и хоралов. Зачем? Арсиэс — богиня воды, и вода была повсюду. Негромкое журчание ручейка сменялось плеском реки, а он — шелестом дождя или рёвом океана. Не нужно было водяных потоков, чтобы люди в храме почувствовали себя в средоточии стихии: потоков звука было достаточно. Органист не был магом, он просто был музыкальным гением, способным с помощью резонансов и диссонансов вызывать у слушателей требуемые ощущения и ассоциации. Кеалор плыл по тихой, освещённой солнцем реке, танцевал под летним ливнем, пил из источника в жаркий день и слушал скрип снега под ногами, бродя под снегопадом. Музыка не просто воспроизводила звуки воды, она дарила слушателям соприкосновение с самой сущностью стихии.
Но вот служба закончилась, и Кеалор, вернувшись из мира музыкальных образов обратно в храм, с удивлением пощупал совершенно сухую одежду. У него было полное впечатление, что он промок насквозь! Может, органист и не получил магического образования, но Кеалор подозревал, что на кафедре гармонического подобия в Пааре его бы с руками оторвали. Не бывает людей с таким музыкальным талантом и без магических способностей!
Верховная Жрица благословила присутствующих именем Арсиэс, и в зал вынесли большие сосуды с освящённой водой: любой мог отпить, омыть лицо или взять немного воды с собой. Кеалору стало интересно, и он попытался посмотреть на сосуды магическим зрением. Нет, магии нет, обычная вода.
Он выпил несколько глотков и отправился к выходу, где им нужно было забирать принцессу. Там уже собрались остальные гвардейцы и фрейлины. Вскоре из храма вышла Вэллес. Она выглядела почему-то усталой, но довольной. Судя по её лицу, она ещё пребывала в тех водяных потоках, которые обрушивал на храм неизвестный органист.
Принцесса с фрейлинами разместилась в карете, гвардейский эскорт на лошадях следовал позади. Когда они уже немного отъехали от храма, один из гвардейцев тихонько спросил у Кеалора, как ему служба.
— Я не знал, что ты поклоняешься Арсиэс, — заметил он.
— Не поклоняюсь, — покачал головой Кеалор. — Мне просто стало интересно, я в столице новичок и в большом храме еще ни разу не был. Красиво. Главное — в этом храме великолепный органист. Так передать звуки воды!
— Ха, — усмехнулся гвардеец, — а ты думаешь, мы просто так принцессу в храм возим? Это же она играет. — И, заметив отвисшую челюсть Кеалора, усмехнулся: — А ты не знал?
— Не знал, — ответил Кеалор, отыскав челюсть. Нет, конечно, он слышал, как Вэллес играет сыну детские мелодии на клавикордах, это было хорошо, но разве могли сравниться те веселые аккорды с торжественным звучанием органа?
