Семьдесят восьмая

— На какую еще Закру? — переспросила Лариника.

— Народ так сокращенно Закату Кровавую прозвал, — пояснил черный рыцарь.

— Что означает слово "эвент", я уже в курсе. Но почему ты назвал его самоубийственным? — нахмурилась Веленира.

— Потому что его еще никто до конца не проходил. Уж лишком крутая особа — эта графиня. Да и подлянки в лабиринте жесткие. Если бы не возможность отхватить шикарные плюшки в коридорах, народ бы уже давно отчаялся и фиг бы нашлись дураки, лезть в ее змеиное логово. А так каждый год аншлаг!

— Тебе тоже доводилось участвовать?

— Да, пару раз. Так что, кое-что уже там видел, знаю и ощущал собственной шкурой. Поэтому, вы без меня лучше не ходите к замку. Если можно, зарезервируйте местечко сразу на все семь дней кампании. Причем, я с вами забесплатно полезу в этот ад.

— Конечно, конечно, без вопросов. Будем очень признательны, — согласилась принцесса.

— И несказанно рады, что столь опасной кампании, с нами рядом будет столь прекрасный воин и просто замечательный человек, — подмигнула смутившемуся круглоухому даргарийка.

— Ну вот, добрались! — немного резковато произнес подошедший Фельдриг, затем зыркнув в сторону стражников, с которыми чуть было не схлестнулся в рукопашной, добавил: — И разобрались! Здесь мы с вами расстанемся.

— А деньги? — пискнула ПоЛуНоЧнИцА.

Портной отстегнул от пояса, заранее подготовленные кошели и раздал бывшим охранникам.

— Можете не считать. Все точно. Кипарис, Веленира, Лариника, вам, как и обещал, дополнительная награда в два золотых. Теперь прощайте!

Караван вошел в город, тут же свернул на соседнюю улицу.

— Вот жмот. Мог бы попрощаться уже после того, как окажемся там. Теперь придётся и нам платить пошлину за вход в столицу, — фыркнул Шершень.

— Не рычи. Уговор ведь был сопроводить обоз до ворот Хардирона, — усмехнулся черный рыцарь. — Хочешь, из своей премии за тебя заплачу?

— Не надо. Сам. Спасибо, — отмахнулся здоровяк. — Ладно, бывайте!

Затем, насвистывая какую-то мелодию, распихал монеты по карманам и утопал. ПоЛуНоЧнИцА, пробормотав воину "не свисти — денег не будет", отдала стражнику монетку и скрылась из виду. Маг тоже кивнул и сразу же куда-то исчез.

— Что ж, пожалуй, я тоже быстренько пробегусь по своим делам, а потом опять надо оффлайн. Зато завтра целый день, в вашем распоряжении! Увидимся утром, где-нибудь на центральной площади, ага?

— Договорились, — улыбнулась жрица, подставляя щеку для прощального поцелуя.

Человек чмокнул северянку, подмигнул принцессе и умчал.

— Чувствую себя какой-то чужой здесь. Как будто бы чего-то не хватает, — Ника дернула за рукав подругу. — Куда мы теперь?

— Сперва предлагаю, подыскать место, где оставить сумки, потом вкусно поужинать и хорошенько отоспаться. Затем начнем выполнять совпавшее задание императора, так удачно совпавшее с поручениями дракона.

Найти место для отдыха сразу не получилось.

Первый постоялый двор снаружи казался нормальным. Поначалу у эльмириек, даже складывалось впечатление, что комнаты в нём пусть и не самые лучшие, но чистые и относительно недорогие. Аккуратный двухэтажный дом с деревянным крылечком. Некоторые окна открыты и из них виднеются скромные светло-серые шторы с милыми узорами. Но войдя внутрь, девушки поняли, что сильно заблуждались. Помещение оказалось ужасно пыльным, к тому же смердело так, будто больной койот с гнилыми зубами сожрал дохлого скунса, но не смог переварить его и выблевал. Благородная Ника брезгливо сморщила нос: "Мерзость!" и тут же выскочила наружу. Через несколько секунд появилась и Веленира. Обе, прочихавшись и отдышавшись, зареклись не экономить, благо финансы позволяют, найти для ночлега что-нибудь не столь дешевое и менее вонючее.

Следующая гостиница оказалось полной противоположностью предыдущей. Роскошный внешний вид, богатое убранство внутри, вежливая обслуга. Цена тоже соответствующая — по тридцать золотых с каждой. Лариника на этот раз даже уходить не хотела. Примерно так выглядел этаж, где она жила с родней, но понимала, что шиковать, в данный момент, по крайней мере, не разумно.

В третьей таверне, идеально подходящей под все требования просто не оказалось свободных комнат. И народа там сновало немало, в отличие от первых двух, где в гордом одиночестве сидели и скучали хозяева.

— К сожалению, у нас даже просто поесть не получится, так как все столики заняты на три часа вперед, — развел руками управляющий.

Глубоко вздохнув, уставшие и голодные девушки решили сделать паузу и отправились трапезничать в трактир с заманивающей вывеской, который приметили два квартала назад.

Название "Сломанная скрипка", как чуть позже объяснил любопытным девушкам сам седовласый держатель сего заведения, уходит истоками в его безусую молодость. Много лет назад тогда еще молодой хозяин харчевни поступил в подмастерья к известному музыканту. Но учеба не складывалась. То ли причиной тому явилось пристрастие маэстро к вину, то ли выдающиеся габариты начинающего скрипача, который своими толстыми пальцами был не в состоянии прижать меньше, чем две струны сразу, то ли отсутствие у него слуха. В конечном итоге потерявший терпение и крепко подвыпивший преподаватель разбил замечательный инструмент на голове нерадивого парня и выгнал его прочь. На что гордый юноша тогда расправил широкие плечи и в сердцах поклялся, что станет знаменитым на всю округу человеком, даже используя эту поврежденную скрипку. И сдержал слово! Правда, талант свой проявил в другом деле.

Приятное освещение, ненавязчивые живые мелодии в репертуаре наемных исполнителей, приветливый хозяин, уютный интерьер и действительно восхитительная кухня, способствовали наполнению трактира с момента открытия до поздней ночи. Вечер только начинался, поэтому пару свободных столиков нашлось. Эльмирийки выбрали тот, что находился справа от входа, почти у самой двери. Остальные посетители, тихо ворковавшие меж собой, для порядка мельком взглянули на новеньких, и мгновенно потеряли к ним всяческий интерес. Тем лучше.

Едва гостьи присели, как тут же подбежала девушка в передничке и веселым голосом поинтересовалась, чего они желают? Получив ответ, что те полагаются на ее вкус, так как не знают названий блюд, легконогая подавальщица умчалась за едой.

— Как тебе здесь? — поинтересовалась Веленира.

— Единственное о чем я думаю, это как бы поскорее вымыть голову! — шепотом отозвалась принцесса. — После своего побега я нормально мылась всего один раз, и то четыре дня назад! Ручьи не считаются. Это же кошмар!

— Благородная леди, — с непонятной интонацией произнесла воительница. В этот момент принесли заказ.

Лариника с удивлением узнала некоторые из кушаний. Салат называется "Сад королевы". Красные кусочки сладкого перца выделяются на фоне остального зеленого содержимого. Сад во дворце лаэйри действительно такой. Там растут только красные цветы. Розы, пионы, шиповник, тюльпаны... Чай из мяты всегда пьют во дворце в обед... Второе блюдо из числа тех, которые подают на ужин. Его любил младший брат... А суп не знаком. Но явно пахнет грибами.

— Ника? — Веленира дотронулась до плеча подруги, выводя ту из воспоминаний.

— А? Что?

— Почему ты плачешь? Не хочешь есть? Что-то не нравится?

— Нет-нет, все нормально, — вытерла рукавом слезы принцесса. — Нахлынули воспоминания. Просто дома мы ели такие блюда. Только вот суп не знаком.

— Может, что другое заказать?

— Не надо. Все в порядке. Успокоилась уже. Пора бы смириться. Просто что-то шевельнулось.

— Пройдет. Ты главное нос не вешай!

— Не буду. Я обвислый нос не хочу, — улыбнулась Ника. — Давай есть. Я голодная!

— Кстати, зато я такой суп пробовала! У нас в храме часто его варят осенью.

— Ну и как? Вкусный?

— Ага. Пальчики оближешь!

— Ладно, проверим.

Девушка задумчиво накалывала на кривую вилку перец. На родине принцессы "Сад королевы" впервые приготовила повариха с очень теплыми и мягкими руками. Вокруг нее постоянно крутилась королевская дочка, хитростью пробирающаяся на кухню. Ника пробовала все, что находила в тарелках, начиная от свежих булочек и заканчивая нарезанными для салата ингредиентами. И не редко, по вине шустрого их высочества на стол их величеству недоглядевшие лакеи подавали надкусанные блюда.

А однажды добрая женщина исчезла. Некоторые говорили, что погибла после очередного нападения даргариев. Другие утверждали, что северяне ни при чем, а стряпуха продала свою душу демонам, ради того, чтобы ее сын жил. Мальчик родился с каким-то пороком, часто болел и медленно угасал. Но через месяц мучений внезапно выздоровел. Инмирона же — мир демонов! Не поэтому ли здесь очутились рецепты той кухарки? Вдруг удастся ее увидеть? Хотя, если попавшие сюда никого не помнят из прошлой жизни, то бывшая подданная, скорее всего, Нику не узнает.

Иногда так случается: специально что-то делаешь, делаешь, стараешься, но не получается. А, а как в отчаянии махнешь рукой, пустишь все на самотёк, то неожиданно всё решается само собой.

Так вышло и в этот раз. Отвлёкшись от забот, касающихся поиска пристанища, даргарийка с лаэйри полностью отдались процессу поглощения пищи. И так уж повезло, что за соседним столиком встретились два молодых человека, изрядно исколесившие империю за последний год. Их разговор не сразу привлек внимание девушек. Но когда спор о том, где лучше всего останавливаться на ночлег во время путешествия плавно перешел к обсуждению постоялых дворов Хардирона, эльмирийки прислушались.

Оказывается, опытные странники имеют определенные места на заметке. Кто-то снимает угол у знакомых жителей столицы, а кто-то сразу направляется по собственно составленному списку гостиниц.

— Ребята, уж простите, но ваши речи невольно коснулись наших ушей. И так уж совпало, что нам необходимо срочно найти хорошую комнату на несколько дней. Не подскажете, куда лучше податься? — мило улыбнулась Веленира.

— Эээ... "Три пера", — хрипловатым голосом произнес один из парней.

— Ты что? Там же кормят отвратно! И потаскухи через одну заразные. Потом на регенерацию и снятие дебафов кучу бабок ухлопают! — возразил второй. — Тогда уж пускай в "Стеклянную пружину" наведаются.

— Да в твоей "пружине" кровати ужасные! Но кормят действительно лучше. Зато в "перьях" — из лебяжьего пуха матрацы и стены звуконепроницаемые. Тишь и благодать!

— А цены? — продолжила допытываться жрица воздуха.

— Слегка покусываются. Но и там и там, терпимые! — ответили круглоухие.

— Что ж, во-первых, мы уже перекусили. Во-вторых, блудницы нам точно не понадобятся, и, соответственно, хлопать старушек нам не придется. А в-третьих, спокойно восстановить силы в тишине — самое то! Выбираем "Три пера"! — рассудила Веленира. — Где это находится?

— Пройдите дальше по улице, потом сверните налево, и почти до упора. И там увидите обе таверны. У них яркие вывески, и они напротив друг друга стоят. Не заблудитесь.

— Благодарим! — послала воздушный поцелуй Лариника, от которого парней закачало.

Уже на улице жрица полюбопытствовала:

— Ты же вроде бы ничего не знала о флирт-заклинаниях?.

— Знала, просто не применяла.

— А сейчас чего это вдруг решилась?

— Не знаю. Вырвалось. Взрослею, наверное?

— Хм, похоже на то.

— Мне эти приемы мама как-то показала. Говорила, что когда вырасту и освою их в совершенстве, почти все мужчины будут у моих ног.

— Эт точно! Чему тебя еще учили?

— Да многому. Но мало что запомнилось. Неинтересно было.

— А магия соблазнения, значит, привлекала?

— Веленира! — покраснела Ника.

За разговором девушки добрались до постоялых дворов. Как и собирались, выбрали "Три пера", исходя из соображений, что спать лучше на хорошей мебели и без посторонних шумов. А поесть, в конце концов, можно и в "Стеклянной пружине". Для этого достаточно просто перейти дорогу.

— Веленира? Лариника? — голос Кипариса жрица узнает из тысячи. Непроизвольная улыбка осветила ее лицо. Парень быстро подбежал к ним. — Как хорошо, что мы встретились! А вы в "Трёх перьях"" что ли поселились?

— Нам так посоветовали. Уже и вещи занесли в комнату. А что?

— Да, ничего. В принципе, неплохое местечко. Только, если захотите поесть, лучше вон в "Стеклянную пружину" идите. Многие так делают. А то тут, знаете ли...

— Угу, мы в курсе, — сообщила изумрудоокая ютрианка.

— А ты чего вернулся в Инмирону? Забыл что-то? Или просто не уходил ещё? — поинтересовалась голубоглазая уроженка сурового Себора.

— Да, часть проблем в реале, ну в том другом реале, сама собой отпала, — махнул рукой собеседник. — В дым разосра... разошлись с Сашкой. Поссорились окончательно и бесповоротно.

— А кто это?

— Та предводительница разбойников, что хотели украсть у Фельдрига пустынных черепах. В этом мире её Лексой зовут.

— Помним-помним. Обиделась, что ты не дал ей нас убить? — догадалась принцесса.

— Типа того.

— А что у вас с ней было? — насторожилась служительница храма Неба.

— Ну, я так считал, что мы — друзья. А она себе возомнила, что у нас нечто гораздо большее, нежели приятельские отношения. Почти любовь. Представляете? Скандал закатила. Удалила меня из всех контактов, общаться больше ни под каким предлогом не желает.

"А мы — кто? А у нас с тобой что?" — почти уже сорвалось с губ Велениры.

Но черный рыцарь резко сменил тему:

— Да ну её, истеричку эту. Не желаете ли перед сном прогуляться по столице?

— Да, еще как хотим! — моментально среагировала северянка. — Мы, собственно, этим и собирались заняться. Немного присмотреться, разведать, где тут что.

— Тогда вам выпал отличный шанс быстро узнать город в компании такого опытного экскурсовода-хардироноведа, как я!

— О, да! Это гораздо лучше самостоятельного и бесцельного шастанья, где попало, — согласилась белокожая даргарийка.

— Надо же, как повезло! — растянула в улыбке губы и смуглая лаэйри, но тут же сникла: — Нет, пожалуй, я все-таки останусь на постоялом дворе.

— Почему?! — слились воедино одновременно прозвучавшие мужской и женский вопросы.

— У меня костюм не очень подходящий, для выхода в свет. Хожу в этой одежде, ёлка знает, сколько времени! Когда в провинции или за чертой города находились, ещё можно было терпеть. Но тут же — столица империи!

— Ах, ну конечно, во дворце несколько раз в сутки меняют платья. И, желательно, чтобы наряды не повторялись вообще, — поддразнила скисшую подругу Веленира.

— Не несколько, а шесть раз! Иногда семь! И что тут такого?

— Зачем столько? — удивился рыжий паладин.

— Как зачем?! — возмутилась неслыханному невежеству златовласая принцесса и принялась загибать пальчики: — Первое надевают к завтраку. Второе — на занятия с учителями или для болтовни с подружками во время вышивания. Третье — к обеду. Четвертое — для прогулки по парку. Пятое — к ужину. В шестое облачаются до отхода ко сну. А седьмое предназначено для торжественных приёмов, если таковые случаются в этот день. Причём одеяния для увеселительного бала и для принятия дворян, пожаловавших к его величеству с каким-либо серьезным визитом, совершенно разные.