Широ потер голову, его мысли смешались. Личность Илии, сомнения по поводу Святого Грааля, секреты Ассасин, клинок в груди, который он неожиданно пережил... Единственное, в чем он был уверен, это что, что на сегодня он пережил уже слишком много.

— Давай... давай просто вернемся домой, — устало сказал он, вставая.

— Все будет в порядке, если мы просто оставим его в покое? — спросила Сейбер, глядя на девочку перед ней. Илия всегда вела себя причудливо, принимая решения отнюдь не на основе логичных размышлений, но сегодня она вела себя особенно странно.

— Да, да, — счастливо ответила Илия. — Все в порядке. Он не плохой.

— Но все равно, — продолжала Сейбер, нисколько не убежденная. — Он Мастер. Если ты и хочешь пощадить его, тебе следовало убить его Слугу. От Ассасина всегда неприятности.

— Не волнуйся, Сейбер, — сказала Илия, немного отдаляясь. -Тем более что Ассасин не проскочит мимо тебя, не так ли?

Сейбер покачала головой.

— Я не могу гарантировать этого. Она явно не Хассан ибн Саббах. Её способности могут отличаться от обычных Ассасинов.

Илия не остановилась ни на секунду, на ходу пожав плечами.

— Ну и ладно. Надеюсь на тебя, Сейбер.

Сейбер вздохнула. Не то, чтобы доверие Илии возникло на пустом месте. Она не задумываясь отдала бы свою жизнь за девочку, если будет необходимо. Но не всегда у неё будет такая возможности. Угроза от ножа в спину, пока они спят, была не меньшей, чем в открытом бою, если не большей. Независимо от того, как рьяно она защищала Илию, всегда будет вероятность, что в какой-то момент она потеряет бдительность или будет неспособна прийти на помощь. И тогда Ассасин нанесет удар.

— Сейбер, — Илия остановилась и обернулась. — Широ кажется тебе... странным?

Сейбер моргнула.

— Он, конечно, необычный. Но это из-за его жизни после... — она поколебалась, вновь ощутив укол вины. — После пожара и усыновления священником.

— Нет, не это, — ответила Илия, отмахнувшись от её слов. — Я имею в виду, он чувствовался странным для тебя? Как будто...

Девочка прервалась с растерянным выражением лица.

— Я не могу этого объяснить.

Сейбер покачала головой.

— Я не почувствовала никаких отличий от любого другого мага, — ответила она. — Но, возможно, ты чувствуешь то, что я упускаю. Не стоит игнорировать свои инстинкты, Илия.

— Может быть, — сказала Илия, все еще не определившись. — Думаю, я буду следить за ним.

Луна висела над храмом, заливая его своим светом. Монахи в нем занимались своими делами безжизненно, словно марионетки. В которых их на самом деле превратили.

Женщина в капюшоне сидела в центре храма, сосредоточившись на перехвате силовых линий. Неподалеку сидел её Мастер, наблюдая за ней. Она слегка вздрогнула, подавляя своё отвращение.

Он наблюдал за ней всегда, что бы она ни делала.Через мгновение она открыла глаза.

— Готово, Мастер.

Он не поздравил её и даже не выказал удовлетворения. Вместо этого, он просто встал, приказав ей идти вслед. Несмотря на опасения, она последовала за ним. Как она могла отказаться? Оставшиеся два заклинания на его руке гарантировали, что она послушается. Её выбор заключался в том, пойдет она добровольно или ей придется ползти. Или еще хуже.

Кастер никогда не считала себя хорошим человеком. Она бывала преданной и предавала в ответ сама. Она охотно превратилась в чудовище в людских глазах. Она была родственницей убийцы и убивала сама. Но бессмысленная жестокость к людям, которые ей ничего не сделали, и которых она даже не знала, никогда не была её жизненным путем.

Ее Мастер был другим.

В конце концов, они остановились на веранде храма, глядя на ворота и на город.

— Красивое небо, не правда ли?

Его голос как всегда был тих, лишь чуть громче шепота. Но он не мог говорить громче. Его горло было повреждено рваной раной. Красные шрамы выделялись даже в тусклом лунном свете.

— Да, Мастер, — ответила она, сохраняя голос тихим и скромным. Внутри она кипела. Если бы он расслабился хоть на секунду, она тут же прикончила бы его. Но он не расслаблялся. Никогда. Даже когда он... наслаждался её обществом. Какая-то его часть, казалось, всегда была настороже, наблюдала за тенями.

— И все же... — вздохнул он с хрипом. — Мне очень скучно.

Она напряглась. Было всего несколько способов разогнать его скуку. Убийство и секс были среди них. Она надеялась, что он хотел того же, чего и вчера.

— Порадуй меня песней, Кастер, — сказал он, глядя на город. — Я хочу услышать музыку.

— Мастер? — осторожно спросила она, не понимая, чего он хочет. Он спокойно улыбнулся ей.

— Заставь их петь для меня, Кастер, — его рука указала на огни города внизу.

Она поняла.

Настало время подпитки.

8. Rest

Ботинки Котомине Кирея громко стучали по каменному полу, когда он спускался в склеп. Первоначально построенный для иностранцев, которые уже давно покинули Фуюки, теперь он служил интересам священника.

Чем ниже он спускался, тем ощутимее чувствовались буквально разлитые в воздухе боль и страдание. Он проигнорировал это. Хотя, правильнее было бы сказать, что он упивался ими.

В конце концов, Кирей достиг центральной залы. Камень, изначально бывший последним пристанищем останков, теперь служил домом для более полезных людей. Они лежали в комнате полукругом, их тела разложились почти до неузнаваемости. Гнилая мокрая плоть потихоньку выделяла слизь, почти незаметную в бледно-голубом свете. Словно признак жизни в телах, которые не должны быть живы.

Те, кто пережил пожар в Фуюки. Дети-сироты, у которых не было дома. Не было семьи. Не было предназначения. Конечно, он дал им все из этого. Такова была его обязанность.

Он обошел их, быстро осмотрев и удостоверившись, что они все ещё живы. 'Ну, или не живы', — подумал он, забавляясь. Правильнее было бы сказать, что они ещё существуют.

Но они все ещё функционировали как надо, и это приносило облегчение. Было необходимо постоянно снабжать Гильгамеша праной. Хотя Героический Дух и восстановил почти всю свою силу на данный момент, вскоре ему понадобится много энергии.

Один из детей дернулся, его глаз посмотрел на Кирея, побуждаемый нервами, которые должны были давно отмереть, но все ещё жили. Священник посмотрел на него с любопытством. Глазное яблоко было абсолютно белым, без радужки или зрачка, равно как и без каких-либо эмоций. Ничего не было в этом взгляде. Ни ярости, ни ненависти, ни даже боли. Он был совершенно пуст, а значит, неинтересен.

— В самом деле, — неудовлетворенно пробормотал он. — Не мог ты быть больше похож на брата?

Из-за Широ ему пришлось хранить тела здесь, вместо катакомб в церкви. Хотя это было неудобно, Кирей не хотел, чтобы его приемный сын узнал о его братьях и сестрах. Пока что, по крайней мере.

Он повернулся и вышел из ада, который сам создал. Дела зовут.

Широ тяжело упал на диван в гостиной. Усталость брала свое, лишив его всяких сил. Его магические цепи были пусты, а тело пронзали вспышки боли каждый раз, когда он пытался двигаться.

Гильгамеш обернулся, когда он вошел, удивленно подняв бровь. Похоже, его брат вновь вернулся к Final Fantasy, когда Широ ушел, и Клауду удалось добраться до своих друзей.

— Что с тобой случилось? — спросил Гильгамеш. Широ почти рассмеялся. А что с ним не случилось? Он сражался в первом бою за Святой Грааль, получил новое украшение в виде меча в груди и встретил очаровательную девочку-социопата. В общем, самый лучший день в его жизни.

— Длинная ночь, — коротко ответил он, не желая пересказывать все события ночи. Широ знал, что ему нужно поспать, но не было никакого желания идти в кровать. Он даже не был уверен, что сможет встать с дивана.

Слуга оглядел его прищуренными глазами и вернулся к телевизору.

Следующие несколько минут только звуки игры нарушали тишину комнаты. Широ был доволен, что ему больше ничего не нужно сегодня делать. Ассасин вернулась в духовную форму, чтобы уменьшить потребление праны, но все ещё была настороже. Её раны уже зажили, но она потратила много праны на использование своего фантазма. Праны, которую он должен ей поставлять.

Его мысли крутились вокруг событий последних нескольких часов. Было много того, что нужно обдумать, но больше всего Широ интересовали слова Илии. Она сказала, Святой Грааль был не таким, как все думали, и его отец должен что-то знать об этом. Более того, именно из-за этого Эмия Кирицугу уничтожил Грааль, инициировав пожар в Фуюки. Если она не лгала, что тоже было возможно, то значит, его отец что-то скрывает от него.

— Брат, — позвал он, обдумав все это. Не было ничего страшного в том, чтобы спросить Кирея напрямую. — Где мой отец?

Гильгамеш пожал плечами, не отворачиваясь от экрана.

— Ушел. Куда-то. Разве это важно? — Слуга покачал головой. — Можешь не отвечать, мне все равно.

Широ нахмурился. Он надеялся, что его отец уже вернулся. Несмотря на всю его усталость, вопрос, терзавший его любопытство, не давал ему никаких шансов спокойно отдохнуть. Внезапно, ему пришла в голову интересная мысль. Нельзя ли спросить Гильгамеша? В конце концов, именно Грааль дал ему физическое тело. Его брат был, возможно, единственным, кто вступил в близкий контакт с этим устройством.

— Брат, — вновь позвал он, привстав с дивана. Его мышцы заныли, но Широ проигнорировал вспышки боли. — Что такое Грааль?

Гильгамеш остановился. В буквальном смысле, учитывая, что он нажал на паузу в игре.

— Разве Котомине не рассказывал тебе об этом полдюжины раз? Да и ко мне ты приставал с этим достаточно часто.

— Ну, да, — признался Широ, не зная, что сказать дальше. Сказать, что он сомневался в отце из-за слов, сказанных человеком, которого он только что встретил, было бы... странно. В конце концов, он все же продолжил. -Просто Мастер, которого я встретил сегодня, думает что в Граале есть нечто большее.

— И ты полез в драку, — спросил Гильгамеш, оборачиваясь. -Похоже на то.

Широ покачал головой.

— Я сражался с другим Мастером. Мы были прерваны вторым, девушкой по имени Илия.

— Вот как? — насмешливо спросил Гильгамеш. — И она решилась сесть и поговорить?

— Что-то вроде того, — ответил Широ, пожав плечами. — Она сказала мне, что Святой Грааль не таков, как я думал, и что я должен спросить моего отца об этом.

На мгновение Героический Дух замолчал. Потом он заговорил.

— Это бессмыслица. Святой Грааль делает именно то, что ты знаешь — исполняет любое желание, каким бы абсурдным оно не было. Не знаю, что эта Илия замышляет, но тебе не нужно думать об этом.

Широ колебался. Его брат что-то скрывает. Это было болезненно очевидным. Он не лжет напрямую, но явно недоговаривает. Это заставляло его беспокоиться ещё сильнее. Раз Гильгамеш не говорит ему правды, значит, (вводное) слова Илии верны, и его отец скрывает правду от него. Плюс, сам Грааль. Учитывая, что он сражается в Войне за него, было бы интересно знать, какие факты требуют такой секретности.

Гильгамеш снова повернулся к экрану телевизора, давая понять, что разговор окончен. Широ поглядел ему в спину, чувствуя искушение попытаться продолжить разговор, но его остановили усталость и понимание того, что это бессмысленно. Если Героический Дух не хотел рассказывать что-то, не было на Земле силы, способной его заставить. Даже огромное количество спойлеров.

Он вздохнул, встав с дивана. Честно говоря, он слишком устал, чтобы делать хоть что-нибудь. Завтра, когда отец освободится от своих дел, они смогут поговорить. Он, слегка пошатываясь, направился в свою комнату, когда его позвал Гильгамеш.

— Малыш, — Широ обернулся, и Слуга продолжил. -Мне интересно, с какими Слугами и Мастерами ты встретился сегодня?

— Первый Мастер, Базетт, была с Лансером. Илия была с Сейбер, -ответил Широ. На лице Золотого Короля появилось странное выражение. 'Вот как?' — тихо пробормотал Гильгамеш. Широ нахмурился. Реакция Гильгамеша была странной по любым меркам, и особенно странной от его напыщенного брата. Он подождал ещё немного, но Героический Дух больше ничего не сказал, очевидно, задумавшись. Еще одно странное событие, которое стоит принять во внимание.

Широ вновь повернулся, чтобы уйти, и услышал за спиной звуки Final Fantasy. Он фыркнул. Даже то, из-за чего на лице его брата появилось такое странное выражение, не смогло надолго отвлечь его от игры. В принципе, мало что могло.

Пройдя по коридору и открыв дверь в свою комнату, Широ сразу же направился к своей кровати, мягкой и удобной, и рухнул на ней. Лежа на ней, зарывшись лицом в мягкую подушку, он удовлетворенно застонал, чувствуя, как напряжение потихоньку покидает его тело. 'Это не так уж и хорошо', — подумал он устало. — 'Вряд ли я смогу пошевелиться'.

— Широ, — он с большим трудом повернул голову. Ассасин снова приняла физическую форму и стояла рядом, наблюдая за ним. Она вновь была в футболке, на несколько размеров больше нужного. Ему действительно стоит найти ей какую-нибудь одежду.

— Да, Ассасин? — невнятно спросил он усталым голосом.

— Не мог бы ты... подвинуться немного?

Потребовалось несколько секунд, чтобы обдумать её слова.

— Ты не собираешься оставаться в духовной форме?

— Я могла бы, если ты скажешь, — ответила Ассасин. Хотя она казалась спокойной, говоря это, Широ не мог не почувствовать ее душевную боль. Он покачал головой.

— Нет, не нужно. Подожди минутку, — он по-прежнему считал некомфортным сон под наблюдением невидимого существа. Он был готов смириться с дополнительным расходом праны, если это позволит ему не думать о бестелесном существе рядом с ним. Собравшись с силами, он кое-как встал с кровати и побрел к шкафу. Дойдя до него, он вытащил футон, который убрал утром. Теперь он жалел об этом, учитывая, что ему снова нужно его раскладывать.

— Широ. -тихо сказала Ассасин. — Что ты делаешь?

— Раскладываю футон, — сказал он, доставая одеяло.

— Почему?

Он вздохнул.

— Потому что мне нужно где-то спать.

— Почему бы не здесь? — он повернулся. Ассасин забралась на кровать и натянула одеяло до самого лица. Она поглядела на него и похлопала рукой по кровати рядом с ней. 'Это просто несправедливо', — думал он, чувствуя, как его сила воли рушится. 'Как я должен отказать ей?'

Кроме того, идея поспать в кровати была заманчивой. Он не привык спать на футоне, в основном потому, что ему никогда не приходилось делать этого. Кроме того, они же не собирались делать ничего такого...

Широ вспомнил улыбку, которую ему подарила Ассасин, в тот раз её лицо словно засияло. Он подавил волну смущения.

— Ты не хочешь? — спросила она, её бледно-голубые глаза смотрели на него. Он сдался. Этот её слегка жалобный взгляд сломал остатки его сопротивления.

— Почему бы и нет? -ответил он. Кровать не была рассчитана на двоих человек, но все же была достаточно большой, чтобы им обоим было комфортно на ней. Широ почувствовал облегчение, когда Ассасин отвернулась в другую сторону, похоже, она все же имеет представление о личном пространстве. Даже несмотря на то, чтобы он был смертельно уставшим, он никогда не смог бы заснуть в обнимку с ней.