Авантюра в свободном ритме

— А если модель будет против? К тому же фотик мой, — я убрала протянутую руку, оперевшись о край перекрытия, которое не очень приятно давило на грудь.

— Сделай мне приятное, — с бархатными нотками произнес он и протянул мне фотоаппарат.

Я улыбнулась:

— Хорошо, за то, что показал это замечательное место, будут тебе фотографии, — забрала фотоаппарат и поползла, идти было опасно, снимать вид на озеро со второго этажа.

Сделав задуманные мной снимки, я спустила фотоаппарат Олегу.

— Подожди, поймаю, а то не хватает нам еще хромоногой уточки.

— О да, Жоффрей, — проснулась моя язвительность.

— Кто?

— Да так, герой не одного любовного романа.

— Я только про Казанову знаю.

— Ты еще де Сада вспомни, — иронично заметила я.

— Зачем его вспоминать, наши классики тоже не гнушались этой темы.

— Что, неужели Пушкиным стращал русистку?

— Зачем же у Толстого, который Алексей, есть интересные вещи.

— И в какой же детской библиотеке ты это нашел?

— В бабушкиной, причем на видном месте.

— Продвинутая у тебя бабуля.

— Мудрая. 'Лучше читать классиков и медиков, чем слушать фантазии сверстников', — ее фраза.

— Подстрахуй, пожалуйста, — попросила я, стоя на последнем выступе и держась за балку.

— Ловлю.

Я отпустила руки и почувствовала, как его ладони скользнули снизу вверх по моему телу, чуть задержав мой полет вниз. В момент приземления Олег меня на секунду прижал к себе и тут же отпустил. Да... за приставание не канает, несмотря на предыдущую тему разговора.

Я, как ни в чем не бывало, забрала у него фотоаппарат и двинулась к следующей точке съемки, Олег остался на месте. Сделав несколько кадров, я обернулась. А что, хороший ракурс, хоть и достаточно избитый сюжет — эдакий фактурный мужчина на фоне развалин. Осталось фактуру показать. Я переставила штатив и установила на него фотоаппарат, глянула в объектив и направилась обратно к Олегу. Тот вопросительно поднял бровь.

— Так и стой, — сказала я, начиная расстегивать его рубашку.

Он молча наблюдал, как одна за одной расстегиваются пуговицы, за одну до ремня я остановилась. Потом присела и стала расшнуровывать его кроссовки.

— Может быть я сам? — послышался насмешливый голос сверху.

— Не порть мне композицию, не шевелись, — я начала стягивать с него обувь и носки.

А ступни у него красивые, но размерчик ноги... эдак 44-го, тут же пришел на ум пошлый миф. Я небрежно закатала ему джинсы, не касаясь ног. Вот так будет неплохо. Подхватила кроссовки и поднялась, чуть скользнув плечом по его бедру, не оборачиваясь, ушла к фотоаппарату. Лишь спрятавшись за объективом, позволила себе улыбнуться: вот это чуть ошарашенное, но всё равно ироничное выражение на его лице мне нравится. А дальше всё внимание в объектив. Короткие команды, отдаваемые мной, понимаются с полуслова. Я сняла фотик со штатива и пошла пробовать разные ракурсы.

— Ты фотомоделью нигде не работал? — поинтересовалась я, делая крупные планы.

— Боже меня упаси, — махнул он в мою сторону руками, а я поймала кадр.

— Фактура хорошая: не брутальная, но и не слащаво-приторная.

— Это комплимент?

— С моей стороны — да, а как воспринимать — решать тебе, — улыбнулась я и пошла за кроссовками. — Можешь обуваться, — я протянула ему обувь, держа за шнурки.

— А вернуть всё как было самой?

— А сделать девушке приятное и показать стриптиз наоборот? — я подпустила обольстительных ноток в голос и чуть прикусила нижнюю губу.

Он расхохотался:

— О таком меня еще ни разу не просили, — он забрал кроссовки, не касаясь меня.

— Должна же быть оригинальность.

Я отошла на несколько шагов назад, наблюдая, как он одевает носки и обувается.

— Довольна?

— Рубашку застегнуть забыл.

Он медленно снизу вверх прошелся по пуговицам, чуть задержавшись на последней, затем дохромал до трости, которая была убрана из кадра, опираясь на стену. Черт, вот о ней-то я и забыла. Но не думаю, что стоит на этом заострять внимание, не оценит.

— Ну что, пошли перекусим, — абсолютно спокойно сказал он, подходя ко мне.

Я согласилась и, подхватив рюкзак, направилась к сумке, оставленной в тени за развалинами.

Перекусив, мы сыто развалились на покрывале. Олег рассказал, что раньше здесь был какой-то охотничий домик, но еще в революцию его разграбили и в советский период этим местом никто особо не заинтересовался. Так как он находился в достаточно уединенном месте, мусора и прочего хлама здесь особо не было, а что было, он с друзьями в свое время убрал.

Поленившись еще с часик, мы решили возвращаться домой. Высадила я его около кафе, он как-то сразу сказал, чтобы я его туда привезла, не дав шанса узнать, где он живет... и опять не попросил номера телефона, что чуть задело. Вижу же, что ему со мной интересно. Что он женат, я как-то отмела эту мысль — не похоже, а интуиция в определении окольцованности меня редко подводила.

Глава 23

— Лена, почему до сих пор не готовы документы?!

Сергей Геннадьевич влетел к Елене Александровне в кабинет и не потрудился закрыть за собой дверь.

— Сереж, через часик будут, я ж договор доделывала.

— Я ж тебе сказал, что документы нужны срочно. Почему Валерии не отдала?

О, вот как раз сейчас выяснится, что я две недели страдала ерундой. Ну-ка, ну-ка, как она выкручиваться будет.

— Ну ты же сказал, что они очень важные, я и побоялась ей отдавать, вдруг напортачит.

— А твое дело было ей поручить и проверить, всё ли она правильно сделала! — припечатал ее Сергей. — Валерия, зайдите, пожалуйста.

Я быстро вошла в кабинет.

— Валерия, скажите, пожалуйста, — вкрадчиво поинтересовался шеф, — чем Вы сейчас заняты?

— Так как уже две недели от Елены Александровны не поступает никаких указаний, касающихся моих непосредственных обязанностей, я взяла на себя смелость заняться изучением последних комментариев и разъяснений, касаемых нашей сферы деятельности.

— И каким образом Вы это делали?

— С помощью Интернета, конечно, так как бумажные периодические издания, к сожалению, не всегда отражают последние реалии.

— И что интересного Вы нашли?

— Вам в устном порядке или все выкладки в письменном виде?

— Сколько времени займет печатный вариант? — ехидно поинтересовалась Елена Александровна.

— Пока распечатывает принтер. Сделать? — с ясными глазами спросила я.

— Конечно, — вклинился в наше визуальное противостояние шеф. — Буду уходить, возьму для ознакомления.

— Сколько экземпляров?

— Два. Думаю, Вашей непосредственной начальнице будут интересны результаты Вашей работы, Валерия.

— Хорошо.

Я вышла из кабинета, закрыла дверь и пошла распечатывать. Фух, почти пронесло, но гадюка мне это припомнит.

Как только открылась дверь кабинета, я поднялась и взяла документы.

— Вот, — я протянула один экземпляр Сергею Геннадьевичу.

Он, не просматривая, взял бумаги и вышел, а я пошла представать перед ясными очами своей начальницы.

— Елена Александровна, вот выкладки.

— Положи на стол. Как ты посмела врать в присутствии Сергея Геннадьевича?

— Елена Александровна, я за 2 недели не получила от Вас ни одного указания. Что мне нужно было сказать Сергею Геннадьевичу?

— Что угодно, только не это, — чуть не прошипела она.

— Хорошо, в следующий раз предупредите меня, что мне говорить шефу. А то у меня фантазия плохая, — я сделала несчастное лицо.

— Иди работай.

Я выскользнула из кабинета. Я с Ромки компенсацию потребую за мои расшатанные нервы.

В обед Андрей не просто присел за наш столик, но и подвинулся ко мне поближе.

— Мне логи подчистить надо?

— А что случилось?

— Да от твоей начальницы запрос пришел на то, чем ты занималась в рабочее время.

— А давай всё, что есть, — отмахнулась я.

— Точно? Подстраховать не надо?

— Спасибо, Андрей. Я на работе занималась исключительно работой, но большое спасибо, что беспокоишься. И если ты продолжишь также прижиматься ко мне, то наш новый менеджер мне глаза выцарапает вместе с очками.

Парень от меня чуть ли не шарахнулся и уткнулся в свою тарелку. У него вот личная жизнь начала налаживаться, не хотелось бы попасть под раздачу. Я посмотрела за столик начальства в надежде, что за нашим общением не наблюдает Елена, она не смотрела, зато Сергей Геннадьевич мне подмигнул. Его пристальное внимание к моей персоне, хоть и на расстоянии, меня напрягает: такое впечатление, что вольно или невольно он меня сталкивает с Еленой Александровной. Во всяком случае, любое его появление ведет к напряжению отношений.

Сегодня не пошла на танцы, у меня еще с воскресной фотосессии как раз самое интересное осталось — Олег. Хотелось бы закончить к выходным.

Засела с ноутбуком на кухне, попивая сок. Звонок в дверь.

— Добрый вечер, Валерия, я Вас не отвлекла? — поинтересовалась Элла Степановна.

— Нет, ничего серьезного, по соку или мороженому? — спросила я.

— У меня штрудель.

— Тогда и по мороженому, и по чаю, и по соку, — решила я.

— Я сейчас, — Элла Степановна метнулась к себе в квартиру и сразу же вернулась обратно с тарелкой истекающих фруктовым соком ломтиков штруделя.

Уже через пару минут я доставала пломбир из морозилки и раскладывала его в тарелки. Ну нет у меня морожениц.

— Это Ваш молодой человек? — поинтересовалась Элла Степановна, глядя в монитор ноутбука.

— Нет, это просто знакомый.

— Симпатичный.

— И фотогеничный, — добавила я. — Посмотреть хотите?

— Конечно.

Некоторое время мы листали отснятый материал.

— Хорошие фотографии. А Вас кто снимал? — поинтересовалась Элла Степановна.

— Олег и снимал, когда я вскарабкалась на то, что осталось от второго этажа, и забирала у него камеру.

— Очень 'зовущая' фотография.

Я хмыкнула:

— Если честно, то я не думала, что так получится, к тому же пообещала отдать ему эти снимки, не глядя, что получилось. А теперь не знаю, как быть.

— А что, все в рамках приличия внешне, — улыбнулась соседка. — Не считая требования в глазах, взъерошенной прически и приглашающего жеста.

— Ага, и бюста, придавленного краем остатков потолка так, что он сейчас вывалится из приличной майки, — проворчала я. — Я вообще-то своё забрать собиралась.

— Да кто ж теперь в это поверит, — рассмеялась Элла Степановна. — С таким взглядом можно и чужое прихватизировать.

— Это где же Вы таких слов набрались?

— У студентов, недавно только бросила преподавать. Так что смело отдавайте свои фотографии, порадуйте молодого человека.

— Доверюсь Вашему опыту, — улыбнулась я.

Мы в дружеской обстановке доели мороженое и усугубились штруделем. 'Эх, жаль, что у меня нет такой бабушки', — подумала я, уже ложась спать.

Пятница. О, сколько в этом слове для работника офиса. Вот и я предвкушала вечерние потанцульки. Но впереди еще целый рабочий день. Меня уже облагодетельствовали какой-то ерундой, которую я раскидала буквально за час, и продолжила скучать, лениво перебирая ссылки в Интернете.

Звонок телефона:

— Валерия, добрый день. Хорошо, что Вы на месте, зайдите ко мне, — сказал Сергей Геннадьевич и положил трубку.

Я удивилась вызову, но, предупредив недовольную Елену Александровну, пошла к начальству. Робко постучалась и получила разрешение войти.

— А вот и Валерия, с которой Вы так и стремились пообщаться. Учтите, переманивать сотрудников у дружественных компаний не этично.

— Добрый день, Валерия, Вы прямо неуловима. Жаль, что не присутствовали на подписании договора, — на лице Владилена Генриховича не дрогнул и мускул.

Попала... что делать?

— По семейным обстоятельствам не смогла. Надеюсь, всё прошло без неожиданностей? — промямлила я, потупив глаза.

— Все прошло отлично. Надеюсь, Сережа, ты не будешь против, если я умыкну твою сотрудницу на обед.

— Только вернуть не забудь в здравии, — улыбнулся шеф.

— Ну кем ты меня представляешь перед прелестной дамой, — открестился Владилен Генрихович, — но вот к концу перерыва можем и не успеть.

— Лишь бы Валерия в понедельник могла продолжить исполнять свои обязанности.

— О, мне выдали карт-бланш. Валерия, будьте так любезны, скрасьте, пожалуйста, обед стареющему ловеласу.

Мне оставалось только кивнуть и пискнуть, что я только заскочу за сумочкой и предупрежу Елену Александровну, что сегодня меня больше не будет.

— Поделитесь с младшим поколением, что Вы усмотрели в Валерии, — поинтересовался Сергей у друга своего отца.

— Очаровательный профессионализм, — пространно ответил он.

— Если ее переодеть и отправить в салон — возможно, милая, профессионализм — согласен, но вот мне кажется, что на переговорах Вы ее пожалели. Хотя есть один плюс — Елену она выводит своей наивной прямолинейностью.

Владилен Генрихович потрепал Сергея по плечу:

— Смотри, как бы другие не увели такое золото.

— В профессиональном смысле?

— И в личном тоже. Хотя... в личном — у меня еще сын не женат, надо будет их всё же познакомить.

— И переманить ее к себе?

— Ну... будет семейный бизнес, — подмигнул Владилен Генрихович Сергею.

Робкий стук в дверь перервал разговор.

— Я готова, — прошелестела Валерия, не поднимая глаз.

— Счастливо оставаться, — махнул на прощание рукой Владилен Генрихович и вышел, придержав дверь девушке.

Глава 24

Поставив в известность Елену Александровну, что по указанию шефа я уезжаю с Владиленом Генриховичем (на что она лишь скривилась), я возвращалась в кабинет Сергея Геннадьевича в мрачном настроении, не зная, что мне ожидать от обеда. Глубоко вдохнув, я поскреблась в дверь и застыла на пороге, сжимая в руках сумочку. Владилен Генрихович быстро попрощался с шефом, и мы выдвинулись из офиса. Всю дорогу до его машины мы проделали молча.

— Извините, Владилен Генрихович, но когда мы вернемся? Я бы не хотела оставлять здесь машину. Может, я поеду за Вами?

— Валерия, надеюсь, моему водителю Вы доверите ключи?

Мне ничего не оставалось, как протянуть связку появившемуся рядом мужчине.

— Мы в наш ресторан, — сообщил Владилен Генрихович водителю.

Тот тут же двинулся к моей машине, не спрашивая, где та находится. Владилен Генрихович открыл мне переднюю дверь, я юркнула на сидение. Устроившись за рулем, мужчина лихо вывернул со стоянки и довольно резво запетлял по городу.

— Люблю ездить один, но статус не всегда позволяет, да и иногда работать приходится по дороге. Так что благодаря тому, что Вы не захотели оставлять свою машину, мне удалось занять водителя. Нам недалеко. Надеюсь, Вам понравится кухня.

Владилен Генрихович вещал, не вовлекая меня в беседу, но нет-нет, да поглядывал в мою сторону. Уже минут через 15 мы припарковались на местах для персонала, и не успела я выйти, как водитель Владилена Генриховича уже открывал мне дверцу. Я вышла и глянула по сторонам — моя машинка уже стояла рядом. Шустрый у него водитель, я даже не видела, как он нас обогнал.

Мы зашли в небольшой уютный ресторанчик, метрдотель провел нас к столику, убрав при этом с него табличку 'Заказан'. В тишине полистали меню, я сделала заказ, воспользовавшись рекомендациями официанта. Вот и наступило время 'Ч' или какое оно там.