— Чудовище! — быстро нашла я виноватого и захлопнула за собой дверь. — Чтобы я с ним еще хоть раз с ним танцевала! Даже руки не подам. Срочно в купальню.
Служанка, ожидавшая в покоях, послушно последовала за мной. Ночь я вертелась с боку на бок и никак не могла уснуть, все возвращаясь мыслями к прошедшему вечеру и упорно игнорировала его завершение. Вампир на следующее утро появился, как положено, когда я уже встала и привела себя в порядок. Мы обменялись холодными взглядами и сразу поругались. После этого напряжение отступило, и настроение начало подниматься. До приезда отца я была уже сама собой, как и мой ядовитый телохранитель.
* * *
Княжеская кавалькада въехала в ворота столичной резиденции уже за полдень. К этому моменту мы уже совсем не разговаривали с упырем, успев по третьему разу разругаться в пух и прах. Самое забавное, что с каждым новым скандалом мы явно все более распускали крылья, изгоняя осадок предыдущего вечера. И, когда князь со свитой вступил во дворец, мой телохранитель вольготно расположился на перилах лестницы и насмешливо наблюдал за шумной и веселой толпой придворных.
Я стояла на верхней ступени и мрачно разглядывала собственного отца, обнимавшего за талию мою же подругу. Это была вторая из трех моих подруг, самая скромная и тихая. Зато сейчас Маринетта сияла, как начищенный медяк, и кокетливо стреляла глазками в собственного государя.
— Вот это зрелище, — протянула я, разглядывая милую картину.
— Лиора?! — воскликнул отец, вставший, как вкопанный и округливший глаза.
— Ой, — пискнула самая скромная распутница в мире Мрака и спряталась за спину князя.
— Что ты здесь делаешь? — князь сурово сдвинул брови и продолжил подъем, забыв про новую пассию.
— Похоже, гадость моя, тебе не рады, — хмыкнул за спиной вампирюга.
— Молчите, чудовище, — мрачно отозвалась я. Эпитет "гадость моя" прилип ко мне пару часов назад. Он до того понравился упырю, что теперь не сходил с его холодного языка.
— Вампир?! — потрясенно вопросил князь Пронежский и по кругу обошел нас с телохранителем.
Остальные придворные вообще дальше не пошли. Маринетта совсем исчезла за их спинами, и мой гневный взор был направлен теперь только на отца. Одариан лениво встал с перил и кивнул князю. Это был не жест приветствия или уважения. Скорей, дань этикету, отданная с демонстративным пренебрежением.
— А что вас так удивляет, мой князь? — не менее сурово спросила я. — Это мой сопровождающий. Разве вы не знали, кому вручаете свою единственную дочь?
Вместо ответа отец отрицательно помотал головой, ухватил меня за рукав и потянул за собой, опасливо косясь на счастливого до безобразия вампира. Само клыкастое недоразумение шествовало за нами с отцом, сохраняя некоторую дистанцию. Тем неуютней чувствовал себя князь Пронежский. Лично меня просто распирало от всего, что произошло за последнее время. И больше всего от его отрицательного мотания.
— И каким же образом, отец, ты выкинул меня из Пронежа, даже не удосужившись узнать, кто поведет меня к горгулам? — потребовала я ответ, как только за нами закрылась дверь отцовского кабинета.
Правда, она сразу же открылась, пропуская моего телохранителя, и отец гулко сглотнул. Вампир вальяжно прошествовал к окну и уселся на подоконнике, привычно подтянув колено к груди.
— Лорд Одариан, ведите себя прилично, — фыркнула я на него, но кровосос лишь широко мне улыбнулся.
На меня его оскал уже давно не действовал, а вот князь стремительно побледнел, чем окончательно вывел меня из себя.
— Отец, только не говори, что и ты боишься этого хама! — воскликнула я.
— Дочь... — предостерегающе начал князь.
— Нарываешься, гадость моя? — полюбопытствовал от окна упырь.
— Отстаньте уже от меня, — отмахнулась я. — Кстати, отец, разреши представить тебе — лорд Элион Одариан, Пьющий кровь. Мою в том числе, — ворчливо закончила я, и отец сверкнул гневным взглядом.
— Лорд Одариан, вы обошли защиту Пресветлой? — воскликнул он. — Имейте в виду, употребление крови княжны Пронежской вам дорого станет.
— Это угроза? — изумленно изогнул брови вампир.
— Предупреждение, — отчеканил отец и зябко передернул плечами.
Мой телохранитель усмехнулся и хищным движением поднялся с подоконника. Я закатила глаза и встала между мужчинами. То, что сейчас будет унижено княжеское достоинство, я даже не сомневалась.
— Отец, я выразилась иносказательно, — сообщила я. — Сей доблестный лорд уже неоднократно спас твою дочь от смерти. Лорд Одариан, вернитесь на свое место.
— Не указывай мне, — привычно отрезал упырь, но вернулся к окну.
— Благодарю. — Кивнула я и снова повернулась к отцу, переводившего взгляд с меня на вампира. — Папа, как получилось, что совершенно не в курсе о судьбе своей дочери?
— Лиора, — князь поморщился. — Я бы отправил с тобой отряд воинов, но главный жрец передал повеление богов, отправить тебя в Риошгор, откуда тебя заберет сопровождение. Что я мог на это ответить?
Я вздохнула и упала на стул напротив отца. Повеление богов... Может и так, но!
— Папа, я не хочу замуж за горгула, — выдала я на одном дыхании.
— Юная леди, — князь грозно свел брови, — что вы сейчас сказали?
— Я остаюсь в Пронеже, — решительно произнесла я, и отец вскочил со своего места.
С подоконника за нами с любопытством наблюдал вампирюга. Отец пробежался по кабинету, уже не обращая внимания на Одариана. Затем остановился передо мной.
— Это что за дурь?! — наконец вопросил он.
— Это не дурь, это осознанное решение, — спокойно ответила я.
— Но ты не имеешь права его принимать! — воскликнул багровеющий отец.
Он слишком хорошо меня знал, чтобы сейчас оставаться спокойным. Я была послушной, я была очень послушной, пока понимала, для чего от меня требуют то или иное действие. Я даже в Риошгор отправилась только с няней, как велел князь, потому что знала — пришло время исполнить договор. Но вот прошло несколько дней, и я пришла к выводу, что я ничего не понимаю. Не понимаю, почему в столицу нашего домена меня сопровождали только нянюшка и два охранника, вернувшиеся сразу в Пронеж, как только я поселилась в доме няни. Почему моим провожатым стал вампир... хотя, нет, с вампиром я кое-что понимала. Но вот, что я не понимала, так это равнодушия собственного отца к судьбе дочери. А насчет горгула... Есть старый договор о нашем союзе, есть некие планы Пресветлой, но так же есть новая информация от вампира. Чтобы там не ждало меня, но отец ни разу не обмолвился об обычаях племени, где мне предстоит жить, а вот это уже обидно.
— Папа, что ты знаешь о семейном укладе в горгульском государстве? — поинтересовалась я.
— Дочь, — отец скривился, — нам крайне выгоден союз с горгулами, ты это сама прекрасно знаешь, и тебя всегда устраивал твой жених.
— Меня приучили к мысли, что он есть! — воскликнула я. — Сей достойный представитель крылатого племени ни разу лично не объявился, чтобы познакомиться со мной!
— Это соответствует их традициям, — уже спокойней ответил князь.
— Почему не позволили учить их язык? — хмуро спросила я.
— На этот вопрос я тебе отвечу, — подал голос вампир. — Ты чужая и тебя не будут посвящать в тонкости государственных дел, как и во внутрисемейные отношения. Потому им не нужно, чтобы ты лезла туда, куда тебя не приглашают.
— Лорд Одариан, вы не могли бы не вмешиваться в разговор отца с дочерью? — снова скривился князь. — Лиоре ни к чему: ни их государственные дела, ни внутрисемейные. У нее своя задача. И общемирного языка ей вполне хватит, чтобы общаться с новыми сородичами.
— Эта задача — служение Пресветлой? — поинтересовался мой телохранитель. — Думаю, для вас не секрет, что горгулы крайне консервативны в любых вопросах, и вы понимаете, насколько сложно будет вашей дочери?
— Пресветлая лично благоволит ей. К тому же ее будет защищать правящая семья, — отмахнулся отец.
— И по какой же причине горгулы вдруг пошли на столь решительный и революционный шаг? — спросил Элион, и я вскинула взгляд на отца.
— Вас, уважаемый лорд, это совершенно не касается, — отрезал мой отец, и мы с вампиром переглянулись.
— Так-так, папочка, — я удобней устроилась на стуле, — и что же от меня еще скрывали? Я уже знаю, что Пресветлая сделала мне какой-то дар. Насколько понимаю, именно он привлек отца моего жениха. И что это за дар?
— Лиора, мы будем обсуждать все это при посторонних? — возмутился князь.
— А я не посторонний, — усмехнулся вампир. — Я телохранитель. До передачи горгулам, можете считать меня второй половиной княжны, причем, лучшей.
Поперхнулись мы с отцом одновременно, Одариан остался совершенно невозмутим.
— Гадость моя, как ты считаешь, отец тебе расскажет правду? — спросил вампир, спрыгивая с окна.
— Не уверена, — вынужденно признала я.
— Я тоже так думаю, — он размял шею, хрустнул костями пальцев и направился к моему отцу.
— Что вы собираетесь делать, Элион? — с тревогой спросила я.
— Всего лишь получить ответ, сколько еще нам угрожает опасностей и почему, — ответил вампир, и в его глазах замерцали огоньки. — Отвернись, — велел он. — И можешь заткнуть уши.
Слушать его я не стала и поспешила встать между вампиром и князем. Одариан взял меня за плечи и переставил на другое место.
— Подойди, — велел он отцу, и я вздрогнула, узнав бархатистые нотки в его голосе, во власть которых уже однажды умудрилась попасть.
Князь некоторое время стоял, тупо глядя на вампира. Затем сделал первый неуверенный шаг.
— Ближе, — произнес Элион, и отец встал прямо перед ним, не сводя зачарованного взгляда с красноватых глаз моего телохранителя. — Что несет в себе твоя дочь?
— Дар мужу, — ответил отец.
— Подробней, — потребовал вампир.
— Не знаю, — выдохнул отец. — Главный жрец принимал роды у Лореи, матери Лиоры. Он говорил, что Пресветлая появилась, когда моя жена умерла. Дочь была все еще в ее утробе. Жорез призвал богиню, когда понял, что Лиора умирает внутри собственной матери. Пресветлая Мэйгрид освободила девочку и вдохнула в нее жизнь. И, когда Лиора закричала, богиня сделала дар малышке. Жорез знал все тонкости, но мне сказал, что дар богини получит только муж моей дочери. Но что это...
— И ты решил использовать это, чтобы вступить в союз с горгулами, — задумчиво произнес Элион, и отец кивнул. — Почему именно горгулы?
— Они готовы выделить часть своих для службы в моей армии. И обещали поддержку, если это понадобится. К тому же торговое соглашение с ними крайне нам выгодно, — ответил князь.
— Значит, не Пресветлая решила сделать меня своей жрицей? — подала я голос.
— Отвечай, — велел вампир.
— Нет. Это Жорез. Он много возился с моей дочерью, считал ее избранной. Он научил княжну будить Свет, из которого соткана метка. А когда я сказал о своих планах, главный жрец Двух Богов решил, что моя девочка сможет навязать горгулам культ Пресветлой. Я подумал над его идеей и навязал ее исполнение горгулам.
— Кто еще знает о даре богини? — спросил Одариан.
— Почти никто. Прислужник жреца как-то узнал, но его давно изгнали, — сказал князь.
— Калем, — пояснила я Элиону, и он кивнул.
— Что ты знаешь о пророчестве, сделанном демону из рода Вайнар? — продолжил допрос вампир.
— Ничего, — ответил отец.
— Раньше были попытки завладеть Лиорой?
— Нет.
— Почему ее отправили к жениху именно сейчас?
— Жорез говорил, что время для свадьбы укажет звезда Нирея, что зажигается на утреннем небосводе раз в восемнадцать лет. Она светила, когда Лиора родилась, она зажглась и две недели назад. Я начал готовить отъезд княжны.
— Моя звезда, — прошептала я и потрясенно повернулась к вампиру. — Рыжий говорил о звезде.
— Тьма, — выругался Элион Одариан и отпустил князя. — Он от нас не отстанет.
— Плевать, я под защитой стен родного дворца, — отмахнулась я. — Я же сказала, я никуда не поеду.
Вампир развернулся на каблуках в мою сторону и взглянул исподлобья. Я сразу ощетинилась, сообразив, что сейчас меня начнут расстраивать, и упырь не подвел.
— Поедешь, — сказал он жестко.
— Не поеду, — отчеканила я и отвернулась, но меня тут же рывком развернули, и я, не удержавшись на ногах, с размаху села на пол. — Что вы себе позволяете? — злобно зашипела я.
Вампир нагнулся надо мной, грубо ухватив за подбородок:
— Поедешь, — холодно повторил он. — И лучше прими это, как данность, потому что иначе я просто выволоку тебя из Пронежа.
— Да вам какое дело?! — выкрикнула я, освобождаясь из захвата холодных пальцев.
— Приказ Вечного, — ответил упырь и распрямился. — Он велел довести до Ургарая, и значит ты туда дойдешь.
Князь безучастно глядел на нас. Его взор был затуманен, и я поняла, что он еще не избавился от влияния вампира. Может, оно и к лучшему, иначе против меня будет два противника. Мрачно взглянув на Одариана, я подумала, что мне его одного хватит за глаза и за уши. Отец уже явно перебор.
Вскочив на ноги, я погрозила упырю пальцем и рванула к дверям. Если добегу до храма Двух богов, то смогу спрятаться. Там тоже защита стоит. Уж я-то знаю там все укромные местечки. Главное, добежать.
Не ожидавший подобного, вампир не сразу выскочил следом, потому я успела нырнуть за портьеру, где имелось устройство, открывавшее потайной ход. Повернув подсвечник, я нырнула в образовавшийся проход и спешно задвинула тяжелую плиту. После схватила факел и огниво, быстро зажигая его. Их местонахождение было мне отлично известно, сама прятала. Затем подобрала юбки и понеслась вперед, внимательно следя за поворотами.
— Он же меня учует, — подумала я.
Подгоняемая этой мыслью, я заскочила в один из проходов и потопталась тут, а уже после помчалась в другой проход. Ну, может хоть немного его задержит эта развилка. Дорога к храму пряталась еще за одной стеной. Нажав нужный камень, я исчезла за каменной кладкой, превратив мой путь в тупик для упыря... надеюсь.
— Еще немного! — воскликнула я, сворачивая в самую ветхую часть тоннеля.
Здесь я остановилась, чтобы перевести дыхание и прислушаться. Погони вроде не было, но я не стала расслабляться и побежала дальше. Вход в храм был закрыт старой железной дверью. Петли противно завизжали, когда я потянула дверь. Стиснув зубы, я выдержала этот звук и шагнула в темную комнатку за алтарем. Все, на месте. Я повалилась на жесткую скамью и тихо застонала. Однако хлопотное это дело — побег из-под венца.
* * *
— Кто здесь? — нынешний главный жрец просунул голову в мое укрытие.
— Андим, это я, — отозвалась я, поднимаясь со скамьи.
— Лиора?! — главный жрец Двух Богов полностью распахнул дверь, пустив в комнатку яркий свет, и я зажмурилась. — Ты же должна ехать к жениху!
— Не поеду, — мотнула я головой. — И ты меня не выдавай, особенно одному отвратительному типу с красными глазами.
— Не понимаю, — Андим скрестил руки на груди. — Приказ богов был недвусмысленным.
— Его выполнили досконально, — фыркнула я.
