Призрачный бал

Варя сидела в саду под старой яблоней, проклиная свою слабость. Она не должна была поддаваться натиску Захара; нужно было оттолкнуть его, и теперь бы внутри не ворочался тяжелый ком. До сих пор, там, где были его руки, кожа горела огнем. Она помнила каждое прикосновение, каждую ласку и шепот. Захар, как околдованный, твердил, что любит её, а она сжимала зубы, чтобы не сорваться на крик.

— Ты здесь? — голос, раздавшийся совсем близко, напугал Варвару. От неожиданности она подскочила на месте и хотела убежать, но было поздно.

Захар смотрел на нее сверху вниз, точно силясь что-то сказать, но она знала, что у него внутри такой же ком. И поговорить надо, да сил нет.

— В спальне графини душно, — Варвара зачем-то пыталась оправдываться, — я вышла подышать.

Захар вдруг подошел очень близко, закрыв спиной солнечный свет. Варя смотрела на него широко раскрытыми глазами и боялась того, что он мог сказать в следующий миг. Мысли о побеге снова закружились в голове. Захар словно понял это и приобнял ее за плечи, удерживая. Варя почувствовала, как по телу побежала жаркая волна, но изо всех сил старалась сдержаться и не прижаться к широкой груди стоящего перед ней великана. Его губы зашевелились, но Варвара не сразу поняла, что он говорит. Слова вдруг стали вязкими, как предрассветный туман над рекой, и непонятными, словно говорил иноземец.

— Сегодня я уеду, — Захар был угрюм и серьезен. — Обещай, что дождешься и не сбежишь.

Варя ответила не сразу, в горле пересохло. Выдавать себя нельзя.

Они с Захаром не пара, и она обязательно скажет ему об этом, но не сейчас. Ведьма не имеет права быть счастливой. Эту истину Варвара уяснила твердо.

— Меня здесь держит только графиня. Вылечу ее и уйду.

Ох, не это она хотела сказать, но упрямые слова все равно вылетали изо рта, дробью выстреливая в большое Захарово сердце.

Он вздрагивал от каждого звука, точно Варвара и вправду в него из ружья стреляла. А потом, ничего не говоря, отвернулся и пошел прочь.

— Захар, — едва слышно прошептала Варвара, — я дождусь тебя.

Он не мог ее слышать, потому как вдруг поднялся сильный ветер, подхватил сорвавшееся с губ обещание и закружил в желто-красном вихре листвы. Великан остановился и обернулся на один короткий миг. На его лице сияла счастливая улыбка.

Варя смутилась и поспешила к дому. Она не заметила, что из-за деревьев все это время за ней наблюдал хозяин усадьбы.

Прежде чем отправиться к графине, Варя зашла на кухню, чтобы приготовить отвар, но остановилась, услышав голоса.

— Эта ведьма уже третий день не отходит от постели Марии Федоровны. Помяни мое слово, отравить хочет нашу хозяйку рыжая бестия. — Свистящим шепотом вещала молоденькая горничная.

— Сплюнь, окаянная, чего такое говоришь! От хозяйки ведь все доктора отказались, я сама последнего выпроваживала третьего дня. Хозяин не дурак, и если так решил, то не тебе его осуждать, — отвечала ей кухарка.

— Неужели ты не поняла, что ему старая жена надоела, вот он и притащил в дом полюбовницу? Убьет она матушку Марию Федоровну и место ее займет.

— А ну пошла отсюда, гадюка!

Варя услышала шлепок, затем визг, и через секунду ее едва не сбила с ног растрепанная и раскрасневшаяся горничная. Сверкая очами и шипя разгневанной кошкой, она пролетела мимо Вари, бросив сквозь зубы что-то оскорбительное.

Эта девица невзлюбила Варвару с первого дня, как только та переступила порог дома. Варя не сразу поняла, в чем дело, но однажды увидела, как седовласый мужчина прижимает растрепанную дуреху к стене и задирает на ней юбку. Тогда Варвара еще не знала, что это сам хозяин поместья.

— Я кому сказала, пошла прочь? Чтобы духу твоего на кухне больше не было!

Раздухарившаяся кухарка замахнулась мокрым полотенцем, но, увидев перед собой Варю, опустила руку и улыбнулась.

— Здравствуй, девонька, — она как-то сразу смягчилась при виде вошедшей, — думала, Зойка вернулась. Вот ведь зараза какая!

— Я, Алевтина Петровна, — улыбнулась в ответ Варя. — Мне бы кипяточку.

— Этого добра у меня сколько угодно. — Женщина, несмотря на свои крупные формы, довольно ловко управлялась на кухне. — Ты уж не обижайся, что я тебя так встретила. Зойка, моль противная, из себя вывела.

— Что она натворила? — осторожно спросила Варя.

Кухарка стояла к ней спиной, но Варя почувствовала, как та смутилась и ответила не сразу, а чуть помолчав.

— Да как чего? Вот ведь зла не хватает. Соли в щи бухнула всю солонку. Теперь почитай выливать придется да заново готовить.

Конечно же, никаких щей и в помине не было, обед давно прошел, и Алевтина Петровна просто не хотела передавать Варе неприятный разговор. Кухарка единственная, кто отнесся к девушке в этом доме хорошо. Остальные смотрели волком и следили, как бы чего не украла.

— А чего только кипяток-то? Может, покушать чего хочешь? Ты ведь третий день из спальни хозяйки не выходишь. Как она хоть?

— Травки заварить хочу, Мария Федоровна утром в себя пришла. Но пока еще очень слаба, и ей силы нужно набираться.

— Слава тебе господи! Я уже и не чаяла, что все образуется. Есть теперь чем Зойке рот заткнуть.

Поняв, что сказала лишнего, кухарка налила Варе кипятку в глиняную кружку и выпроводила с кухни.

Варя не понимала, что происходит в этом доме. Живя в богатстве и роскоши, люди начинают скучать, и когда уже не радуют светские рауты, балы и прочие пляски, приходит время тайн и интриг. Поместье Воронцовых было пропитано этой мерзостью насквозь, и находиться в нем — то еще испытание. И у нее из головы не шел подслушанный разговор.

Утром графиня, находившаяся много дней в беспамятстве, вдруг открыла глаза и, увидев перед собой Варвару, повела себя очень странно. Болезненно сжав губы, женщина едва слышно проговорила:

— Вот и нашлась мне замена.

Варя списала ее слова на бред. Оклемается и забудет, что говорила. Но графиня не унималась.

— Бежать тебе надо! Он ведь никого не пощадит, ему бы только наследника получить. А я вот не смогла, меня и...

Графиня закашлялась. Варя подала ей воды, а потом едва ли не силой заставила выпить приготовленный отвар.

— Дело твое. Сама свою судьбы выбираешь. Я предупредила, а ты решай. До меня у Дмитрия было две жены, но не одна не смогла стать матерью для его детей. И знаешь, где они теперь?

Варя молчала. Она видела на хозяине усадьбы печать вдовца. Простым глазом этого не рассмотреть, но она-то ведьма.

— А я любила, — продолжала исповедь графиня. — Жизни своей не жалела, всю себя ему отдала. Не удивляйся, что я тебе все это сейчас говорю. Мне недолго осталось, скоро меня небеса призовут. А в этом доме и поговорить-то не с кем. Каждый только о выгоде собственной думает, как бы поближе к огню подсесть да не обжечься. Сколько вас таких молоденьких да хорошеньких через его руки прошло, и не сосчитать. Только я, как слепая была, в сказки его верила. А потом упала пелена с глаз, и вот где я оказалась.

Варя слушала, не перебивая. Она понимала, что женщина права во всем. Только в одном ошибается: умирать ей пока рано. В хворобу графиня сама себя загнала, от жизни устав. Потому и не могли ей доктора помочь, потому что искали болезнь в теле, а она в самой глубине души притаилась и все выхода ждала.

— Вам отдыхать надо больше, — Варя убрала со лба женщины мокрую от пота темную прядку и улыбнулась. — А я буду рядом.

— Глупая ты. Я же правду говорю. Беги, пока не поздно.

— Вот поставлю вас на ноги и уйду, — пообещала Варвара. — До тех пор придется меня терпеть.

— Я умру скоро. Зря ты время со мной тратишь. В колдовство я все равно не верю.

Варя напряглась.

— Слышала, как горничная о тебе говорила. Только бестолковая она. Не сегодня, так завтра на улице окажется, — успокоила ее женщина.

Ее рука, лежащая поверх одеяла, нашла Варину ладошку и несильно сжала. Рука у графини была ледяной, как у покойника.

Вдруг черты лица графини начали расплываться, и вот уже в пене кружевных наволочек, лежит не она, а старуха Аглая. Но и ее лицо быстро изменилось, разгладились и исчезли морщины, превратив ведьму в красивую девушку, которую Варвара видела в бане.

Крик вырвался из груди Варвары сам собой. На нее остекленевшим взглядом смотрела побелевшая еще сильнее, хотя, казалось, что дальше уже некуда, Мария Федоровна.

Морок истаял.

В спальню вбежала горничная. Не иначе как под дверью подслушивала.

— Божечки мои! Убила ведьма нашу Марию Федоровну! Что же такое делается-то? Люди!

На ее визг собрался народ. Прислуга переминалась с ноги на ногу, но подойти никто не решался.

— Да что же вы стоите? Ведьма хозяйку отравила, а никому и дела нет! — никак не унималась кликуша.

— Что здесь происходит? — ропот немедленно стих, а собравшаяся челядь попятилась к выходу. — Что за крики?

Растолкав зевак, в спальню супруги вошел сам Дмитрий Воронцов. Варя отвела глаза, не в силах выдержать его тяжелого взгляда.

— Отравила! — пискнула горничная и вся вдруг сжалась.

— Дмитрий, мне кошмар привиделся, вот я и закричала. Не понимаю, чего все всполошились? — прошелестела Мария Федоровна.

Граф даже голову повернуть не успел, как в спальне остались только он, Варвара и трясущаяся горничная. Она стояла, не в силах пошевелиться.

— Пошла вон, — велел граф. Голос его был тихим, но прозвучал, как гром среди ясного неба. — Собирай свои пожитки и проваливай.

— Да как же это, хозяин?

— Не заставляй меня повторять.

Горничная надула губки, силясь расплакаться, но граф зыркнул на нее так, что ее тут же словно ветром сдуло.

— Выйди за дверь и дождись меня, — велел граф Варваре. Ей этот тон не пришелся по душе, но противиться не стала, послушно выполнила приказ.

Уже на пороге спальни она обернулась и увидела, как граф присел на постель супруги и взял ее руку. Женщина едва заметно поморщилась, но справившись с собой, улыбнулась.

Ждать пришлось довольно долго. У Варвары в груди нарастало беспокойство, а из головы не выходили слова графини. Что она хотела сказать? Почему назвала ее заменой? Граф смотрел на Варю, как на пыль придорожную, хотя сам же и пригласил в усадьбу. Да и в самой Варваре он не вызывал ничего, кроме неосознанного страха и неприятия. От этого человека можно ожидать чего угодно.

Она не заметила, как задремала, и когда на плечо опустилась тяжелая рука, то вздрогнула от неожиданности. Он присел на придвинутый стул подле нее. Лицо графа было совсем близко к ее лицу.

Казалось, целую вечность их взгляды были скрещены, как боевые мечи. Еще немного и посыплются искры.

— Не хотел напугать тебя, — улыбнулся седовласый мужчина. Только в словах его не было ни капли искренности. Он упивался своим положением, ему нравилось, что Варя при виде его робеет и теряется. — Хотел поблагодарить за помощь моей супруге. Если честно, сомневался в твоих способностях и считал их несколько преувеличенными. Мало ли что народ болтает.

Варя не знала, что ему ответить, и сказала первое, что пришло на ум:

— Если так, то отпустите меня. Я расскажу, какие травы нужно пить графин,е и очень скоро она будет здорова.

Мужчина поднялся на ноги и прошелся взад и вперед, после чего снова заговорил.

— Если ты не против, я бы хотел просить тебя задержаться еще на несколько дней. До тебя было множество докторов, которые не смогли сделать и десятой доли того, что сотворила ты. И потом, нам надо договориться об оплате твоей работы. Достойной оплате.

На последних словах голос графа понизился до интимного полушепота, а колючий взгляд ощупал Варю с головы до ног.

— Мне ничего не нужно, — поспешней, чем следовало бы, затараторила Варвара. — Задержусь ровно настолько, сколько потребует сама Мария Федоровна. Потом сразу же уеду.

Графу ее дерзость не пришлась по душе. Резко, точно хищный зверь, он бросился в сторону Вари и, подхватив ее подбородок двумя пальцами, приподнял голову девушки.

— В этом доме пока еще я хозяин, и мне решать, кто его покинет и в какие сроки. Моя драгоценная супруга это давно уяснила и спорить со мной не станет. Очень рекомендую брать с нее пример.

От неожиданности Варя даже не нашлась что ответить. И куда вдруг подевалась ее колдовская сила, когда она так нужна?

— Вот и славно, — граф расценил ее замешательство по-своему, — рад, что мы поняли друг друга.

А Варя почувствовала, насколько остро ей сейчас не хватает Захара. Он ни за что не дал бы ее в обиду. Но ведь именно он привез ее в это ужасное место. В любом случае она решила его дождаться и попросить помощи. Не убьет же ее граф, в самом деле.

Тогда она еще не знала, что будущее намного ужаснее, чем она могла себе его представить.

После разговора с графом прошло пять дней. Захар все еще не вернулся ,и Варвара опасалась показываться на глаза хозяину дома. А тот словно забыл о ее присутствии и никак о себе не напоминал. Варя проводила все время в спальне Марии Федоровны. А когда женщина смогла встать на ноги, то сопровождала ее на коротких прогулках по саду.