Тяжелое испытание для прынцев

— Ругайтесь — не ругайтесь, я всё равно не знаю, как снять чары. Ну что вы так на меня глядите? Я не знаю, как это получилось. И сейчас даже струйку дыма пустить не могу, уже пробовала.

— Дьявол, — нахмурился некромант, — этого стоило ожидать. Никто не знает, где Эль? Может, он с таким встречался.

— Да где ему быть... Сейчас позову, — и Декстер почти бегом кинулся в свою комнату. Через пять минут он уже волок встрепанного и застегивающего на ходу рубашку Эля.

— М-да... — ему уже всё объяснили и дали осмотреть Анель. — Суду всё ясно. И вот что я вам скажу...

Он приосанился, чуть отставил в сторону правую ногу, театральным жестом поднял руку и патетично провозгласил:

— Её спасет только поцелуй истинной любви!

— Паяц, — Декстер окинул рыжего снисходительным взглядом, как умудренный опытом отец своего обалдуя сына. — Делать что?

— Так я же сказал: целуешь, и если любовь твоя истинна и сильна, то ведьма придет в себя, — уже нормальным голосом расшифровал Эль.

Декстер тут же поцеловал Анель, но она так и продолжала недвижимо сидеть на месте. Декстер побелел.

— Ну вот... Не истинная у тебя любовь... Бедная ведьма! И спать ей теперь сном беспробудным тысячу лет. Не меньше!

— Декс, да он издевается. Хочешь, я его чуть придушу? — Аэтерн демонстративно надвинулся на рыжего.

— Что уж, пошутить нельзя? Зато на Декса было забавно посмотреть.

— Вы случаем, с ведьмой не родственники? А то мне что-то вас одинаково страстно удушить хочется... — поддержал Аэтерна Глацием.

— Да ну вас... Лэ, садись так, чтобы смотреть Анель прямо в глаза. Сосредоточься и думай, что хочешь снять с нее гипноз.

— Что снять? — Нелэ уже устраивалась на стуле напротив ведьмы.

— Чары свои. Хочешь, чтобы с Анель всё было как прежде.

Все замерли. Минута... Две... Пять...

— И долго мне так сидеть?

— Не отвлекайся.

Прошло ещё пять минут.

— Ну рыжий, если это опять твоя дурная шутка... Лучше сознайся сразу!

— Делай что говорю! -неожиданно резко рыкнул рыжий. — Ты — безмозглая девчонка! Так и знал, что с тебя толку не выйдет. Гонору только много, а сама ничтожество ничтожеством. Тоже мне, драконья кровь!

Аргстран побурел и шагнул к рыжему, но некромант с магом его остановили, поняв план Эля.

— Да ты... Да ты сам... Мазила, а не художник! Я его еще, дура, слушаю! Что ты вообще знать можешь! — из ноздрей Нелэ опять стали виться струйки дыма.

— А теперь на нее смотри, идиотка! — Эль сказал это так повелительно, что она вздрогнула и безропотно посмотрела в глаза Анель. Та заморгала и стала озираться, не понимая, как оказалась в кресле да еще в центре внимания.

Аргстран тут же вновь подхватил Нелэ на руки, успокаивающе ей что-то говоря. Декстер упал перед креслом на колени, встревожено заглядывая Анель в лицо:

— Ты как?

— Да нормально. А что здесь произошло?

— У Нелэ проснулась драконья кровь, и она тебя зачаровала, — вклинилась Ди.

— Драконья кровь?!

— Да, подружка у вас с сюрпризом. Хорошо, что Эль подсказал, как тебя в чувство привести.

— И откуда он это узнал?

Мужчины переглянулись. Это они знали, что художник на самом деле сильный маг, а вот для девушек это было секретом.

— Да был у меня один знакомый дракон. Шутить любил. Мы как-то на этом с ним сошлись... Впрочем, и поссорились потому же. Так это его любимая шутка была. А тебя и вовсе можно было не трогать. Всё равно через сутки бы очнулась.

— Чего сразу не сказал? Отдохнули бы... — протянул кто-то тихо, но так, что услышали все. Возмущенные взгляды Анель и Декстера наткнулись на совершенно наивные и дружелюбные лица. Так что стало понятно: кто бы это не произнес, озвучил он общую мысль.

— Ну вот и отдыхайте... До утра. Деток я уже нейтрализовала, — все почти в унисон вздохнули и молча побрели к выходу. — Могли бы и спасибо сказать...

На бурчание Анель Декстер подхватил её на руки:

— Ты неисправима.

— И не надо меня исправлять. Я и так само совершенство!

— Да кто ж спорит...

— А почему мне не достались такие же монстрики как всем? — уже в своей спальне спросил Декстер.

— А тебе бы хотелось?

— Так было бы честнее... — но голос его звучал неуверенно. Еще бы, кому захочется проснуться окрашенным как Аргстран.

— Зато так мы провели время вдвоем. Неизвестно, когда потом еще... Да и будет ли потом, — Анель сидела у Декстера на коленях, обняв его, и, прижав ухо к его груди, слушала мерный стук сердца. — Пока у нас есть эти несколько дней, я хочу провести их с тобой, а не тратить на задания.

— Ты думаешь, у нас нет будущего?

— Ну какое-то будущее у нас есть, умирать же завтра мы не собираемся.

— Не вредничай...

— Декс, задания закончатся, ты заберешь невесту для вашего короля и уедешь. А я останусь здесь. Какое будущее?

— Поехали со мной...

— Миленький ты мой, — затянула тихо Анель, — возьми меня с собой. Там в краю далеком буду тебе... Декс, -уже нормальным голосом закончила она, — ты герцог. Зачем тебе обычная ведьма?

— Ну, во-первых, ты необычная. А во-вторых, неужели я поверю, что ваш король доверил такое дело не приближенному ко двору человеку? И титул у тебя наверняка есть. Но даже если и нет, даже если происхождение у тебя крестьянское — разве это имеет значение? Просто, боюсь, ты сама не хочешь...

— Я хочу... Только я не могу... — Анель вздохнула. Слишком много "потому что" существовало в ее жизни, которые она не могла озвучить Дексу.

— Значит, я останусь здесь... — и в этот миг он чувствовал, что говорит правду. Ради этой рыжеволосой ведьмочки хотелось махнуть рукой на все обязательства, сколько бы их ни было.

— Декс... — получилось так испуганно, что Декстер грустно усмехнулся.

— Понятно, этого ты боишься ещё больше... Скажи, я тебе вообще нужен, или это так, развлечение на несколько дней?

— Декс... я... — Анель замолчала, кусая губы.

— Ну что ж... — Декстер устало потер лоб. — Как ты там говорила? Секс еще не повод?...

Анель поняла, что если она сейчас не скажет то, что чувствует, то он уйдет. А для нее Декс стал значить слишком много, чтобы просто его отпустить.

— Ты мне нужен. Очень. Просто давай мы не будем решать всё сейчас. Есть просто некоторые обстоятельства... Я не могу сейчас всё тебе рассказать, но обязательно скажу, как только закончатся все эти испытания. И ты... Ты сам не сказал, нужна ли я тебе...

— Я люблю тебя, — Декстер сказал это так просто и буднично, будто говорил ей это уже тысячу раз. Анель даже не сразу поняла, что услышала. А, осознав, просто задохнулась от горячей волны радости и счастья. И оставшиеся часы такой длинной и такой короткой ночи взаимные признания звучали ещё не один раз, хотя слова этой ночью были не самым главным. Главным было то, что двое людей узнавали друг друга и протягивали пока еще тонкую нить доверия и понимания.

* * *

Поздней ночью, когда даже самые страстные любовники утомившись спали, и никто не ждал неприятностей, которые по расписанию должны были начаться утром, по замку, нарастая волнами, пронесся берущий за душу и вытрясающий все внутренности вой. В тот же миг спящих в замке не осталось. Нет-нет, никто не умер от разрыва сердца, не испарился, даже никого не съели. Просто все с ошалелым видом подскочили на краватях, а кое кто с них свалился. Аргстран, Аэтерн и Урсус ринулись к мечам, которые за ненадобностью валялись в самых пыльных углах; некромант метнулся к ножам, лежащим на столе; Эль спросонья чуть не спалил всю мебель в комнате, но в последний миг опомнился; Проней быстро и спокойно достал кинжал из-под подушки и сгруппировался на кровати.

Декстер же метким и сильным пинком Анель был сброшен на пол, и уже оттуда наблюдал за мечущейся в поисках одежды девушкой.

— Зеркало, зеркало, зеркало! — непонятно выкрикивала она, натягивая платье на голое тело, потому что нижнее белье найти не смогла, а платье было крупное, ему спрятаться было сложнее. — А черт!

Хоть руки и попали в рукава, но платье оказалось одетым задом наперед.

— Пожар что ли?

— Если бы... Переговорное зеркало, — Анель стянула платье и уже более внимательно отнеслась к процессу надевания. В этот миг по замку прокатился еще один вопль издыхающего в страшных муках стада слонов.

— Король? — если ночью беспокоят от короля, значит, случилась какая-то пакость, причем грандиозная...

— Ха, хуже, гораздо хуже...

Анель буквально полетела к себе в комнату, не замечая выглядывающих из своих комнат мужчин и девушек. Хотя краем сознания всё же отметила, что Нелэ выглядывала из-за Аргстрана, а, значит, ночевала она у него. Но оба были полностью одеты.

Зеркало в комнате Анель налилось угрожающим мёртвенным лиловым светом и вибрировало, отбивая дробь по стене. В верхнем правом углу мерцали три красные ромашки. Значит, дозвониться пытались три раза, прежде чем включили убойную сирену. Управление чужим зеркалом вызова удивления не вызывало, если вспомнить личность вызывавшей.

Анель коснулась зеркала рукой, и по ту сторону появилась красивая женщина, при первом взгляде на которую мужчины не дали бы ей больше тридцати лет, женщины — сорока, но на самом деле Анель было точно известно, что Ганне не меньше пятидесяти. Полупрозрачный белый пеньюар, пенное кружево подчеркивающее высокую грудь, белоснежные длинные и густые волосы, глаза цвета неба, влажные алые губы. Фея, богиня. Но достаточно трех минут общения, чтобы понять — как бы она не выглядела, внутреннюю ведьмовскую сущность это не изменит.

— Ну и из чьей постели я тебя вытянула? — тетка мило и одновременно хищно улыбнулась.

— Почему сразу из чьей? — возмутилась покрасневшая Анель. — Это тебя кто в постель не пустил, что ты меня дергаешь?

— Зубки показываешь, племяша? Нам ли кусаться? — Ганна с такой ласковой укоризной посмотрела на Анель, что та невольно устыдилась. — А вот то, что ты спишь не в своей кровати, заставляет меня задуматься: не пора ли мне наконец-то начинать радоваться приближающемуся статусу бабушки?

— Не пора, — буркнула Анель, немало смущенная тем, что тетка в курсе её пунктика о совместном сне с любовниками, точнее об отсутствии этого сна.

— А жаль... Еще Тенька носится чёрти где... А я, между прочим, внуков хочу!

Анель только вздохнула. Такой разговор повторялся уже не один раз. Увы, у Ганны не было своих детей. Над некоторым вещами не властны даже самые могущественные ведьмы и некроманты.

— Ты чего хотела-то? Не про внуков же поговорить?

— Завтра с утра извольте быть в столице. Все.

— Это еще зачем?

— А затем, что ваша "милая" шутка с похищениями взволновала наших соседей и, что особенно важно, наших торговых партнеров. Так что явитесь и будете их успокаивать. К девяти утра все послы будут во дворце.

— А раньше сказать было нельзя? Это что ж за решение важных вопросов в последнюю минуту?!

— Все диппредставительства именно сегодня выразили обеспокоенность, будто кто в один день информацию им слил. А днем я тебе звонила, но видно ты слишком занята была. Защиту зеркала же только сейчас взломала, растешь.

— Спасибо... — это действительно был комплимент, и Анель стало приятно. — Но звук можно было сделать и потише. Как всех удар не хватил. А то бы и отчитываться ни за кого не пришлось.

Ганна усмехнулась и, не прощаясь, исчезла из зеркала. Анель нахмурилась. Как-то всё это странно выглядело: срочный вызов, дипломаты ещё всякие. Не верилось, что тетка не смогла разобраться со всем сама. Опять интриги какие-то плетет, и ведь не узнаешь какие, пока не объявишься в столице. Чтобы оказаться там к девяти утра, придется задействовать резервный телепорт, на который настроен замок и который не будет блокирован. Но вот обратно придется переноситься к лесу, и уже оттуда добираться верхом или пешком до замка. Даже если не считать времени на выяснение всех обстоятельств дипломатического возмущения, времени уйдет не менее шести часов. Если же проблемы будут посерьезнее, то возможно спасителей придется оставить одних на сутки или на двое. А Анель совершенно этого не хотелось. И дело было совсем не в том, что она опасалась с их стороны каких-то действий. Ей просто не хотелось расставаться с Декстером. Даже на пол дня. А что же будет, если он действительно уедет? Сердце захлестнула петля тоски. И выход здесь только один — рассказать ему всё честно. Вот съездит в столицу и расскажет. Хотя ещё лучше бы было решить все проблемы с Тенькой и смыться из этого мира. Побыть обычной герцогиней без лишней головной боли.

В холле Анель ждала делегация из уже одетых мужчин и женщин. Большинство из них так и не определились: то ли убить ведьму за внеплановую побудку, то ли готовиться к встрече с какой-то неведомой опасностью.

— Завтра утром нас вызывают в столицу. Так что к восьми часам прошу всех быть готовыми: мужчины получат задание на день, а девушки отправляются со мной.

Девушки хотели было расспросить Анель о подробностях вызова, но до них быстро дошло, что мужчинам некоторые вещи знать не следует. Поэтому все тихо разошлись по комнатам. Спать оставалось два часа.

* * *

— Итак, ваше очередное задание очень простое: перемыть всю находящуюся здесь посуду, — девушки стояли в сторонке и пытались не зевать в открытую. Мужчины выглядели не лучше. Один Проней был свеж и бодр, чем очень раздражал окружающих. Сейчас в зале для испытаний были сооружены пять моек с кранами, рядом с которыми на столах расположились небольшие стопки чистой посуды.

— Что-то подозрительно простое задание, — задумчиво протянул оказавшийся самым прозорливым Глацием.

— Вот и хорошо, что простое, — голос её звучал чуть устало и равнодушно. А потом не стесняясь она подошла к Декстеру и прижалась к нему. В этом было столько щемящей нежности, что все остальные невольно почувствовали себя лишними. Эль, чтобы скрыть смущение и неловкость, довольно бесцеремонно дернул на себя сереброволосую и буркнул:

— И ты иди сюда.

На что Индгир только улыбнулась и потрепала по волосам смутившегося рыжего.

— Не шали там... А то знаю я столицу... И быстрее возвращайся.

— Слушаюсь, мой господин, — она хоть и иронизировала, но таким собственническим замашкам Эля неожиданно для себя была только рада.

— То-то же... — Индгир, прижавшись к его плечу, не видела, каким тоскливым и обреченным был в этот момент взгляд всегда веселого рыжего; как крепко сжались его челюсти, когда он болезненно сжал её в объятиях.

Мэлвин и Урсус прощались легко — между ними не было недомолвок и секретов, и оба не сомневались — расстаются они ненадолго.

Нелэ внешне веселая и беззаботная чмокнула Пронея и Аргстрана по очереди в щеку, заставив их для этого наклониться. Только свою руку в руке Аргстрана задержала чуть дольше, да встретившись с ним глазами, невольно залилась краской.

Диона к Аэтерну не подходила, разглядывала что-то особо интересное на непроницаемо черном потолке, стараясь не смотреть на милующиеся парочки. Он подошел сам.

— Может, для приличия хоть попрощаемся? — стоит, перекатываясь с пятки на носок, руки в карманах. — Скажешь что-нибудь ехидное... А то прям всё такое сладкое вокруг...