Z59205etwa

— Теперь мы в расчете, — прошептала я, вскинув глаза на него.

Он снова стал очень серьезным, его лицо превратилось в маску, но глаза...Глаза были живые и теплые. Я обнаружила, что они посветлели. Я опустила глаза ниже и посмотрела на его губы. Мне пришлось переместить взгляд. Я испугалась того напряжения, которое охватило мое тело. Он стоял в нескольких шагах от меня. Я отвела взгляд и прошла мимо него. Он схватил меня за руку, но я вырвалась. На моих плечах появилась россыпь длинных смертельно острых шипов. Я показала, что спарринг окончен, и я не намерена его продолжать. Он посмотрел на меня и улыбнулся так, будто только что одержал великую победу и нанес мне самый страшный удар. Я развернулась и вышла из зала.

— Ну вы и ненормальные, — с восхищением произнес Крам.

— Я думала, что вы там поубиваете друг друга, — подхватила Атва.

— У меня было такое желание, — сказала я. А затем покинула комнату, направляясь в ванную.

Я тупо уставилась в зеркало. Я была похожа на невесту Франкиншеина. Губы разбиты, под глазом огромный синяк, на лице запекшаяся кровь. Даже волосы были в крови. Я подняла длинную челку и увидела, что и голова разбита.

Да. Хорошо я приложилась к стене.

Я включила холодную воду и стала умываться, пока вода не перестала окрашиваться в алый цвет.

"Ну и что это, черт возьми, может значить? Ну ладно еще этот дурак, он просто ненормальный, но ты! Идиотка" — я все продолжала ругать себя. Я была так увлечена, что даже не заметила, как открылась дверь, и кто-то вошел. Я заметила это только тогда, когда в зеркале позади меня отразилась черноволосая голова и горящие черные глаза. Красивое тонкое лицо, заплывший левый глаз, громадный синяк под другим глазом и большая шишка на лбу. Его лицо, как и мое, было покрыто кровавой коркой.

— Прости, — вздохнул он. Голос его был очень тихим и испуганным, словно он опасался, что я сейчас ужасно разозлюсь и начну колотить его.

Выражение его лица и весь дибилизм ситуации заставили меня рассмеяться. Я хохотала так, что у меня в глазах выступили слезы. Он сначала удивленно смотрел на меня, словно раздумывая, позвонить ему в "скорую" или сразу в психушку, а затем тоже рассмеялся. Вот так мы и стояли в нескольких шагах друг от друга, продолжая смеяться.

Когда я, наконец, успокоилась, то снова включила холодную и указала ему на лавку, что стояла около раковины.

"Какой идиот поставил сюда лавку?" — подумала я, но эта мысль не задержалась надолго в моей голове. Он сразу же понял меня и сел. Я стала отмывать его лицо от крови, а он просто сидел и смотрел на меня. Затем произнес:

— Прости. Я не хотел причинять тебе боль, просто хотел, чтобы ты поняла, кто я. Мне так жаль, твое лицо все..., — начал он, но я перебила его:

— Помолчи, ради бога и не мешай мне. А то сейчас накормлю тебя мылом, — мне уже почти удалось смыть всю кровь. — Кроме того, ты видел себя в зеркало? Тебя тоже не возьмут фотомоделью на обложку глянцевого журнала, — сказала я самодовольно.

— Ну, только если журнала для мутантов, — вздохнул он.

Я рассмеялась. Затем долго держала руки под сильным напором воды, мне казалось, что кровь въелась в кожу. Но все же она смылась, и я увидела свои бледные руки, покрытые сеткой царапин и порезов.

— Зет, — позвал Эван.

Я обернулась. Он сидел на лавке, подняв на меня свои грустные темные глаза. Они снова стали черными.

— Ты должна понять. Со мной очень опасно. Я очень опасен. И я не тот, кто тебе нужен.

— Кого ты хочешь убедить? — не выдержала я. — Разве это не ты поцеловал меня?

Он немного смутился:

— И за это тоже прости, я просто не сдержался. Этого больше не повторится, — он поднялся на ноги и подошел ко мне и коснулся моего лица. — Очень болит? — спросил тихо.

— Нет,— соврала я.

Но он не поверил и даже улыбнулся, уличая меня во лжи.

Я снова почувствовала прилив тепла и силы. Его сила. Кожу стало щипать, чуть сильнее, чем в прошлый раз. Затем он закончил, и убрал руку. Я подошла к зеркалу. Мое лицо выглядело совершенно нормально, да и пульсирующая боль прекратилась. Он исцелил меня.

— Спасибо. А себя ты не хочешь исцелить?

Он грустно улыбнулся:

— А мне придется обойтись. Исцеление требует много энергии, а у меня ее совсем не осталось. Я чувствую себя...человеком. Это просто ужасно, — он закатил глаза в притворном ужасе.

— Приятно это слышать, — сказала я. — Тебе не надо было это делать. Или ты уверен, что ранил меня сильнее, чем я тебя? — вместе с его силой и энергией ко мне вернулось и мое упорство.

Он приподнял футболку. Я увидела здоровенный синяк на животе, и еще несколько повыше. И заметила, что у него сломано несколько ребер. На наших телах подобные следы проявляются почти сразу, но и заживают гораздо скорее.

— Ты все еще уверена в этом? — спросил он. — Удар у тебя что надо.

— Прости, но ты первый начал, — заявила я. — Помнишь?

Он кивнул:

— Помню. Но мне все равно придется наведаться к доктору.

Я только пожала плечами и вышла в коридор, оставив его в одиночестве. Он очень напрягал меня, и, что бесило меня больше всего прочего, в его присутствии мне ставало уютнее.

Я снова вернулась в зал. Все уже разошлись. В комнате осталась только Атва. Она сидела на диване, обняв колени. Девушка рассеяно посмотрела на меня и произнесла:

— Ты сильная. Тебе единственной почти удалось победить Эвана, — сказала она. — А что между вами произошло в конце, перед тем, как ты вышла из комнаты?

Я удивленно посмотрела на нее.

— Дело в том, что вы были тогда у правой стены, а оттуда почти ничего не видно, — объяснила она.

— Да ничего такого, просто я допустила ошибку, и он снова схватил меня. Так обидно, я почти победила.

13

Я сидела в кабинете Сириуса. Сириус сидел рядом со мной, а справа, в кресле, Эван. Лицо его уже зажило, да и не только оно. Он старательно не смотрел в мою сторону.

— У меня есть задание для вас двоих, — произнес Сириус.

— Что за задание? — спросила я.

— Появились подозрения, что в южном районе города появился новый мутант. Он мутант-провидец. Вы должна проследить за ним и схватить его, когда будете точно уверены, что это он. Он из Нью-Йорка. Сбежал из местного отделения и прибыл сюда, намереваясь узнать что-то, а затем покинуть Америку.

— А он не засечет нас, раз он провидец? — спросила я.

— Нет. Если будет уверен в том, что вы не мутанты. Вы выглядите нормальнее всех, да и моложе. Вы не будете так выделяться в толпе, среди сотен студентов и школьников, блуждающий по городу, как остальные.

— Может, поищите мне другого напарника? — спросила я.

Сириус покачал головой:

— Нет. Вы пойдете вместе. Я уже все сказал. Зайдите к Лориус, она снабдит вас всей нужной информацией, — он поднялся на ноги и пристально посмотрел на Эвана. — Никаких жертв, парень нужен нам живым.

— Да, сэр, — сказал Эван.

— Ну вот и отлично, отправляйтесь немедленно. Вы еще должны до вечера разведать обстановку и обосноваться во временном жилище.

Я поднялась, зная, что спорить с Сириусом совершенно бесполезное и неуважительное занятие.

* * *

*

— Да что ты делаешь? Сверни направо и поезжай по 13 улице,— раздался раздраженный голос Эвана.

— Кончай вопить, сейчас сам сядешь за руль, — прошипела я.

— Мне нельзя.

— Ну да конечно, конечно, ты же у нас гордый мачо, держащий в руках пистолет и пугающий голубей, — в этот момент мимо нас проехал кабриолет с двумя парнями в модных шмотках и черных очках. Тот, что был за рулем, с интересом посмотрел на меня, а затем с раздражением на Эвана. Если он сейчас опустит голову чуть ниже, то увидит пистолет.

А черт!..

Я улыбнулась парню своей самой обворожительной улыбкой, привлекая внимание к себе. Парень отвел взгляд от Эвана и сосредоточился на мне.

— Как дела, красотка? — прокричал он.

Я улыбнулась еще шире, сверкнув белыми зубами, и чувствуя себя полной идиоткой. Парень был симпатичным, у него были темные серые глаза и короткие светлые волосы.

Слава богу, они свернули направо, освободив дорогу.

— Тебе обязательно делать это? — спросил Эван, сквозь сжатые зубы. Он опять был не в себе.

— Если бы кто-то убрал пистолет, то мне не пришлось бы делать это. Или ты ждешь, пока к нам подъедет третья машина с парнями? — спросила я с сарказмом.

Он убрал пистолет в кобуру.

Ну вот мы и приехали. Небольшой домик в центре города. Странно, но несмотря на месторасположение, домик этот был в плохом состоянии. В этом доме, по мнению Сириуса, и жил тот самый парнишка. А нам с Эваном предстояло поселиться в доме напротив, находящимся в еще более плачевном состоянии. Я припарковалась на обочине и вышла из машины. Это был старенький темно-синий "БМВ". Я вышла, немного покачиваясь, потому что на мне были туфли на трехдюймовой высоте. Кроме того, еще коротенькая джинсовая юбочка и ярко-красный топ, а сверху наброшена кофта, скрывающая кобуру. Все это мне жутко не нравилось. Я бы с большим удовольствием обменяла бы все это на свои любимые джинсы и нормальную футболку и особенно кеды. Но нам необходимо было сначала поговорить с этим парнем. Почему-то Лори настояла на том, чтобы я выглядела именно так. Я поймала свое отражение в боковом стекле, проверяя, не стерся ли макияж. Нет, все было на месте. Мне было непривычно видеть себя в макияже. Эван вышел из машины и окинул меня пристальным взглядом.

— Хорошо выглядишь, — искренне сказал он.

Я, багровея, уставилась на него, желая сейчас задушить собственными руками. Он только улыбнулся и поспешно отошел на несколько шагов назад.

Я немного успокоилась и подошла к дому. Несмотря на неважное состояние, дом был оборудован последней системой связи. Я нашла на панели номер квартиры, где должен был жить наш подозреваемый, и нажала на кнопку вызова.

Экран замерцал, и вскоре на нем появилось молодое, покрытое веснушками лицо.

— Кто там? — беспечно спросило лицо.

— Мы здесь по поручению профессора Мейгли, — сказала я. — Мы должны передать тебе диск с конспектами.

— Хорошо, входите.

Щелкнул замок, и мы вошли внутрь.

Там было, по крайней мере, чисто. Мы поднялись на третий этаж и подошли к двери. Она уже была открыта, и на пороге стоял высокий худощавый парень лет двадцати в смешных круглых очках. У него были светлые, несколько рыжеватые волосы и вытянутое, неправильной формы лицо.

— Привет, — поздоровалась я. — Ты и есть Стив?

Парень кивнул.

— Я Эмм, а это мой друг Брайан. А вот конспекты, — сказала я, весело размахивая перед его лицом пакетом.

Стив оглядел меня с ног до головы и спросил:

— Ты...ты из группы поддержки?

— Я? Нет. А почему ты так подумал?

Парень смутился:

— Ну...эээ... обычно такие красивые девушки выступают в группе поддержки, — наконец промямлил он.

Я засмеялась:

— Нет. Я не одна из них. Можно нам войти?

Парень покраснел:

— Конечно, простите, что не пригласил вас раньше. Проходите, — сказал он, освобождая нам дорогу.

Я подошла к двери, покачивая бедрами, и будто невзначай коснулась Стива локтем. Он отпрянул, будто от гремучей змеи, а я прошла вглубь маленькой квартирки.

— Почему тебе так давно не было в университете? — спросил Эван.

Стив закончил разглядывать меня и неохотно посмотрел на Эвана. Эван выглядел немного замкнутым, спокойным, но вполне вменяемым парнем. Роль болтушки сегодня досталась мне. А иногда бывало наоборот: Эван был крутым парнем, а я его тихоней сестрицей.

— Да приболел немного. Ничего страшного.

Я подала ему конспекты (специально найденные и отобранные у настоящего студента), он взял их и бросил на стол, заваленные всякими книгами и тетрадками.

— Ну ладно, — сказала я. — Нам с Брайаном уже пора. Может быть, еще увидимся в университете, — я стала подходить к двери.

— Постойте, постойте, может чаю, или кофе? — растеряно спросил Стив.

— Нет, мы сейчас очень спешим. Увидимся завтра, — сказал Эван и, схватив меня за локоть, повел к двери.

— Пока, — сказала я, спускаясь по лестнице.

— Ну что? — спросил Эван.

— Это он. Я в этом уверена.

— Хорошо. Значит, сейчас поднимаемся к себе и занимаем наблюдательскую позицию, а завтра будем брать парня.

— Как думаешь, он ничего не заподозрил?

— Думаю, нет. Ты была на высоте.

Я улыбнулась.

— Хорошо, тогда пойдем.

Мы спокойно ушли с улицы, зашли с другой стороны и влезли в окно на третьем этаже того самого дома, что располагался напротив дома Стива. Эван влез первым, а затем помог мне забраться.

— Ненавижу юбки,— проворчала я.

Наша квартирка располагалась в самом конце коридора, но оттуда хорошо просматривалась квартира Стива. Наша была совсем маленькой: небольшая кровать, стол, два стула, маленький диванчик, холодильник и небольшой шкафчик. Вот и все богатство. Оказалось, что в этом доме даже нет отопления или какого-нибудь другого источника тепла. Хорошо, днем было еще тепло, а ночью? Я тихо выругалась.

Эван подошел к окну и плотно задернул шторы, чтобы Стив случайно нас не заметил.

— Ну и что дальше? Нам обязательно сидеть здесь весь вечер? — спросила я. — Только шесть часов.

— А что ты хочешь? — спросил Эван.

— Я хочу есть, — ответила я.

Он задумался:

— Не думаю, что мы пропустим что-то очень важное, если нас здесь не будет, а вот одну тебя отпускать опасно. Мало ли что придумают твои поклонники.

— Значит, мы уходим? — спросила я.

— Пойдем через полчаса, — сказал Эван.

— Хорошо, а я пока переоденусь, чтобы мне опять не пришлось залезать в окно в мини юбке.

Я пошла в ванную, прихватив с собой свою сумку, и вышла уже минут через десять. На мне были джинсы и кеды, топ я оставила.

— Ну так-то намного лучше, — сказала я, плюхаясь на кровать.

Эван посмотрел на меня:

— Ты не смыла косметику? — спросил он удивленно, успев уже хорошо меня узнать.

Я закатила глаза:

— У нас ведь прикрытие, не так ли? Можешь считать, что ты сегодня пригласил меня на свидание. Я и должна выглядеть немного лучше, чем обычно.

— Ну свидание, так свидание, — он опустил голову и снова посмотрел на экран "часов".

— И что говорит Дайва? — спросила я, лениво потягиваясь.

— Ничего нового. Для нас пока нет никаких заданий. Я чувствую себя бесполезным.

— Неправда. Тебе досталось самое сложное задание, — утешила его я.

— Какое? — спросил он, не поднимая головы.

— Я!

Он улыбнулся:

— Это уж точно, что самое тяжелое.

— А еще самое нервотрепательное и наглое.

— И еще упрямое, — добавил он.

— Эй, мне, между прочим, тоже не повезло. Мне ведь дали присматривать за тобой, — возмутилась я. — А ты — грубый, наглый, занудный и вообще противный.

— Приятно познакомиться, упрямая ослица.

— Болван.

— Ладно пошли уже. Будем надеется, что ты как дикий зверь, станешь добрее, как только поешь.

— Пойдем, испробуем твою теорию, — сдалась я, поднимаясь с кровати.