Еще она была поражена тем фактом, что уборкой в общежитии занимались не студенты, а обслуживающий персонал, жители же отвечали только за чистоту своих комнат и тут, кстати, тоже было строгое наставление: так за неряшливость и грязь тоже следовали штрафные санкции в виде позорного объявления на входе в здание и занесения в личное дело при повторном замечании. "Мда, иметь такой смешной косяк в своем личном деле вряд ли кому-то захочется"
Ко всему прочему здесь имелась своя прачечная, в которой имелись в свободное пользование вода, моющие средства и секции для сушки белья. -"Кажется, в той столичной таверне были не такие комфортные условия, как здесь!" — недоуменно хмыкнула девушка. "Интересно, как же тогда выглядят общежития для богатеньких, если, по словам той секретарши, там "более комфортные условия", куда уж комфортнее?".
Она отложила брошюрку в сторону и уставилась на дверь. За окно уже совсем стемнело, а ее соседка так и не объявилась и только из-за этого девушка продолжала бороться с подступающим сном. Когда глаза уже сами собой закрывались, она резко подскочила и, спустившись на прохладный пол, принялась отжиматься, разогревая мышцы и пытаясь взбодриться. Когда счет перевалил за сотню, и в руках появилась характерная дрожь, она поднялась на ноги. Голова кружилась от усталости.
"Надо не забывать тренироваться, нельзя терять форму, Ван и так не уставал ворчать, что у меня слишком легкая рука, а я еще и почти месяц без нагрузок провела, придется нагонять" — расстроено подумала она. Раньше сотня отжиманий ничего ей не стоила, сейчас же руки тряслись и коленки почему-то дрожали.
Она присела на край кровати и снова почувствовала слабость, апатию, сонливость и злость на пропавшую соседку.
"Может, забаррикадировать дверь изнутри и завалиться спать?"
Она уже мысленно прикидывала сможет ли дотолкать шкаф до двери, когда та вдруг распахнулась, явив ее взору новую сожительницу.
Девчонка улыбалась ровно до того момента, как столкнулась с холодным и недовольным взглядом Камилы.
-Привет, меня зовут Шайла, — неуверенно представилась она.
-Камила, — односложно отвечает та, продолжая изучать взглядом девчонку. Невысокая, почти на голову ниже Камилы, волосы светло-рыжие до плеч, выцветшие и блеклые, светло-серые глаза, рыжие ресницы и брови, куча веснушек на лице, тонкие губы, курносый носик -она не была уродиной, но и красивой ее назвать было сложно, хотя улыбка очень милая и располагающая, девушка выглядела невинной глупышкой. Фигурка тоже очень хрупкая: тонкая талия, худые ноги и руки, едва заметная грудь. Одета она была в форму.
-Я не люблю повторять дважды, поэтому постарайся запомнить с первого раза, — ты здесь сама по себе, я сама по себе. Мне не интересно кто ты и что ты — ты не лезешь ко мне, не разговариваешь со мной и не треплишь мне нервы, понятно? — в ее голосе не было агрессии, но зато в глазах отчетливо проступила угроза и неприязнь по отношению к соседке.
Та напряженно застыла у порога, нервно сглотнула и нерешительно прошла к своей кровати.
-А дежурство... — вполголоса заикнулась она.
-По очереди, по мере необходимости, — не поворачиваясь, ответила Камила. Нет, этой серой мышки она не боялась и потому спокойно расслабилась и даже начала готовиться ко сну.
-А я надеялась, что раз тебя к нам подселили, ты не такая, как ОНИ, — осмелев, пробубнила Шайла.
-Не такая, — недовольно передернув плечиками, ответила Камила, — но и тебе неровня!
-Ну и ладно, — снова буркнула та и замолчала, переодеваясь в ночную рубашку и расправляя постель.
-Слушай, ты не подумай, что я к тебе подлизываюсь, просто отец на выходных притащил мне целый мешок, и я боюсь, что они пропадут — ты любишь яблоки? — она в подтверждение своих слов демонстративно задрала край покрывала.
"Так вот чем здесь пахнет!" — догадалась Камила. Есть ей хотелось, даже очень, но вместо того, чтобы принять угощения, она угрюмо посмотрела на девушку.
-Давай ты просто заткнешься и дашь мне спокойно поспать!
Девушка вздрогнула и, расстроено вздохнув, укусила яблоко. Запах сочного фрукта усилился и у Камилы предательски заурчал живот, но она лишь поджала губы и, укрывшись, закрыла глаза.
-Ну и ладно, — снова проворчала Шайла.
"Видимо, таким сложно молчать" — разочарованно подумала Камила. Девчонка не сделала ей ничего плохого, но раздражала до скрежета в зубах, таких невинных овечек и в приюте хватало: им нельзя было доверять, даже если они и неспособны на пакость, зато они трусливы и в случае чего выдадут и тебя и всю твою подноготную, да что там страх, судя по всему, она любитель потрепать языком задаром.
ГЛАВА 5
Стоило ей расслабиться и прикрыть веки, как сон мгновенно накинул свои путы и утянул измученную за этот день девушку в свое царство.
Ей снился приют. Вновь она оказалась в угрюмых стенах прибежища брошенных и забытых детей и погрузилась в собственные воспоминания, живые и даже осязаемые.
-Эй, рыжая, подъем! — с такими воплями кто-то из девчонок вылил на голову спящей Камилы кружку ледяной воды. Девочка тут же подскочила, испуганно распахнула глаза и уставилась на светловолосую соседку по комнате, которая держала в руках железную кружку и довольная собой улыбалась от уха до уха.
Остальная братия в лице еще трех девочек активно поддерживали свою подружку и тоже смеялась.
...Именно таким было первое утро Камилы в приюте восемь лет тому назад.
В первые секунды она очень испугалась и растерялась, даже забыв поначалу, где находится. Вместе с пониманием происходящего пришла и злость на всех вокруг: нет, это не их она так боялась все это время и бежала без оглядки, зарываясь в каменные груды, голодая и мучаясь жаждой, это не они вызывали в ней животный ужас, и никто не давал им права смеяться.
Девочка резво соскочила с кровати, отбросила с лица намокшие пряди и уставилась на свою обидчицу.
-Чего вылупилась? — усмехнулась светловолосая соседка, хищно выгнув бровь. Кружку она швырнула в Камилу, никак не ожидая, что новенькая ее так ловко поймает: более того, она тут же замахнулась и кинула железную чашку прямо в лоб обалдевшей Лики.
Лика, увернуться не смогла и схватилась за ушибленный лоб.
-Ах, ты... — зашипела она.
Ее дальнейшая грозная речь была оборвана неожиданно появившимся в дверях темноволосым мальчишкой, именно тем, который вчера приставал с расспросами к Камиле и грозился расправой. В этот момент девочке действительно стало не по себе в компании разозленной соседки, ее подружек и этого грубияна.
Макс выглядел веселым, и с ласковой улыбкой направился к новенькой.
-И что вы тут делаете? — почти промурлыкал он.
-Эта тварь напала на меня! — запищала Лика и грозно указала на шишку, проступившую на лбу.
Макс весело присвистнул и снова перевел взгляд на рыжую.
-А ты все никак не успокоишься, да?— добродушно заметил он и, улыбнувшись, оторопевшей девочки, напоминающей ему маленького нахохлившегося воробушка.
Он сразу приметил тяжелые влажные пряди на ее плечиках и промокший ворот сорочки, и, конечно же, понимал, что послужило причиной конфликта. А взгляд в эти испуганные и в то же время упрямые глаза заставлял что-то внутри трепетать от возбуждения и предвкушения чего-то нового.
-Я размажу ее по стенке, Макс! — ворвавшийся в сознание мальчишки вопль Лики, заставил несколько отвлечься от созерцания этой маленькой куколки и заметить, наконец, группу разозленных девчонок, готовых в любой момент задать взбучку новенькой.
"Моя" — прозвучало нечто рычащее внутри и заявляющее свои права. Нечто настолько сильное, что не отпускало потом день за днем и год за годом, заставляющее все время думать о ней и желать ее.
Дверь снова распахнулась, и теперь на пороге появилась нянька: высокая стройная женщина со светло-русыми волосами, заплетенными в строгую высокую прическу и холодным безразличным взглядом серых глаз.
-Что здесь происходит! — ровным голосом произнесла она, внимательно изучая всех собравшихся.
Глаза Лики тут же покраснели, она демонстративно шмыгнула носом и жалобно начала причитать.
-Кетана Лиена, — эта... ненормальная дерется, у меня теперь голова кружится и тошнит, я с трудом стою на ногах!— разорялась она, обнимая няньку и заливая своими слезами и соплями ее фартук.
Женщина брезгливо отодвинула от себя Лику, отметив все же шишку на лбу у девочки и перевела недобрый взгляд на ее "обидчицу".
-Это правда? — спокойно спросила она, уставившись прямо в глаза застывшей девочки.
Все вокруг тоже замерли, ожидая ее реакции, даже Макс с любопытством и хитрой полуулыбкой наблюдал за Камилой.
Девочка сжала дрожащие пальчики в кулачки и, задрав чуть выше подбородок, чтобы тоже смотреть прямо в глаза няньки сказала:
— Это сделала Я! — она даже осмелилась сделать шаг в сторону женщины.
-И зачем ты это сделала? — продолжила допрос кетана Лиена.
-Она меня бесит! — искренне и с чувством ответила девочка.
-За это у нас наказывают! — пояснила няня. — Следуй за мной! — и все, она развернулась на каблуках и вышла из комнаты, а девочка поспешила следом.
Дети молча переглянулись. Макс проводил новенькую задумчивым взглядом и обернулся к остальным.
-Тронете ее, руки попереломаю — она Моя! — холодно заявил он.
Этот голос Камила услышала отдаленно, уже шагая по коридору приюта, и сразу почувствовала неприятное пугающее чувство, сжимающее грудную клетку и вызывающее мурашки по коже.
С тех пор он стал ее хранителем и палачом: иногда защищая от нападок, иногда провоцируя их. Макс превратился в личный кошмар Камилы на долгие годы...
* * *
"Моя!" — звучало в голове, когда девушка с ужасом распахнула глаза и облегченно выдохнула, вспомнив, наконец, где она находится. Камила потянулась, села на край кровати, нервно потерла шрам на пояснице и тряхнула головой, прогоняя остатки сна.
"И с чего это я вдруг вспомнила о нем?" — беспокойно подумала она, уже ощущая внутри себя нехорошее предчувствие очень похожее на то, которое всегда возникало при появлении Макса.
-Проснулась, а я уж думала, будить придется! — послышалось откуда-то слева.
Девушка недоуменно перевела взгляд на сидящую на своей постели Шайлу. Соседка выглядела бодрой и успела даже одеться и заплести свои недлинные волосы в скромные и худые косички.
Камила разочарованно поджала губы: она привыкла просыпаться первой. "И куда делась вся моя сноровка?! Раньше было достаточно одного неосторожного вздоха, чтобы я проснулась, а тут такое... Неужели на столько вымоталась?" Она заглянула в окно: еще только светало.
-Кстати, у тебя очень красивое имя — это в честь цветка, да? — тут же пристала с вопросами соседка.
Камила удивленно посмотрела на нее, не понимая, о чем идет речь.
-Ну, Камила — это, наверное, от Камелия — цветок такой!— тихо пояснила Шайла, явно засмущавшись под пристальным и угрюмым взглядом.
"Травники, — хмыкнула про себя девушка. Везде свои долбанные цветочки видят!"
-Нет, — односложно ответила она. -Я так понимаю, ты вчера меня плохо поняла, да? — напомнила о своей недавней угрозе Камила.
-Да я так просто... — окончательно покраснела Шайла и потупила взгляд, нервно комкая край серой форменной юбки. Камиле даже показалось, что та шмыгнула носом.
"Вот только соплей мне твоих тут не хватало!" — подметила про себя и поморщилась, представив как это рыжее недоразумение ревет в три ручья по поводу и без.
-Ну, а тебя в честь чего назвали? — сделав усилие над собой, спросила она, чтобы все ж успокоить впечатлительную девчонку.
-Мое имя значит "лишняя", если правильно его произнести на нашем восточном наречии, — с горечью ответила девчонка, не поднимая глаз.
А вот Камила была по-настоящему удивлена. Да и эта ее кислая мина раздражала куда больше, чем беззаботная улыбочка блаженной дурачки.
-И с чего это вдруг? — чуть смягчив голос, спросила она.
Шайла пожала плечиками, тяжело сглотнула и ответила.
-Папа хотел мальчика... ну, он потом, конечно, смирился, когда я немного подросла... — больше ничего не поясняя, она принялась складывать какие-то бумажки и тетрадки в рюкзачок.
Камила пару секунд смотрела на нее, задумавшись, и тоже встрепенулась. "Мда, что-что, а ощущать себя лишней мне приходилось часто!"
Она шагнула к шкафу и распахнула свою дверцу. При более тщательно осмотре выяснилось, что в наличии имелось несколько платьев, брюк, рубашек, туник и много еще всего интересного, одинаковым был черный цвет одежды, качество материала, золотая эмблема "МАГИАТ" и маленький язычек оранжевого пламени, правда, на глаза еще попалась парочка ярких оранжевых блуз, рассчитанных под жилет или жакет.
Она надела простую черную блузку, застегнув ее до самого горла, брюки и ботинки на небольшом каблуке. Волосы заплела в сложную косу и перевязала черной лентой. Вместо рюкзачка, как у Шайлы, ей выдали небольшую черную сумочку через плечо из мягкой и гладкой кожи. Ее она тоже одела, перебросив длинную лямку через голову, чтобы та не слетала на ходу, и устроила с левой стороны. Туда она положила пару тетрадей и карандаш, которые ей всучила любопытная до всего на света соседка.
-Я уже третий год здесь учусь, так что если тебе что-то нужно будет... — наставительно завела свою шарманку девушка.
Камила стрельнула в нее раздраженным взглядом, как на назойливую букашку и соседка тут же умолкла, потупив взгляд. Она развернулась, к выходу и только сейчас обнаружила небольшие круглые часы, висящие над дверью. "Без десяти восемь...Черт, я могу опоздать, если не потороплюсь!"
-Ты ведь не из богатеньких? — не выдержав и остановив Камилу на пороге, спросила Шайла.
Девушка недовольно передернула плечами и, обернувшись к ней в пол-оборота, коротко бросила:
-Я выросла в приюте, так что, да, — я не из богатеньких, и поэтому меня запихнули в ваш корпус! Надеюсь, теперь тебе все ясно? Я уже могу идти, или, может, ты хочешь еще о чем-нибудь со мной поговорить? — слова прозвучали с явной угрозой, и Шайла опять невольно вжала голову в плечи, прикусила губу и отрицательно качнула головой.
-Отлично! — отчеканила Камила, и, звучно цокая каблучками, пропала из вида, оставив дверь незакрытой.
Шайла тут же пришла в себя и осторожно улыбнулась: все-таки услышанное ее порадовало. Да и, в конце концов, с ней еще такого не бывало, чтобы она и не могла найти подход к человеку. "Какой бы нелюдимой не была эта странная соседка, они все равно подружатся!" — упрямо подумала девушка и уверенно направилась к выходу, торопясь на первые в этом учебном году занятия.
* * *
Камила, никого не замечая, выпорхнула на крыльцо общежития, проигнорировав приветствие сидящей в холле смотрительницы. Она, с воистину боевым настроем, приготовилась встретить это утро. От волнения даже сжала небольшой перстенек, подаренный Ваном и спрятанный в кармане брюк, так, на всякий случай, потому как для другого оружия эта одежда была не подготовлена, да и девушка сильно опасалась нарваться на какое-нибудь нарушение или запрет на ношение оружия. — Как никак с сегодняшнего дня она официально числилась студенткой факультета МАГИАТ, и не могла позволить кому бы то ни было, поломать ее мечты и планы на самом старте.
