Книга 3. Вирусы.

Наклонившись к Анжеле, так что его пылающие гневом глаза оказались вровень с ее, Дэниэл выдержал паузу, а потом процедил сквозь зубы:

— А сейчас, будь любезна, отрывай свою задницу от моего кресла и убирайся отсюда вон! Сейчас же! — воскликнул он, не сдержав бушующей внутри него ярости, и женщина испуганно вскочила на ноги. — Немедленно! И чтобы и близко не подходила ни к моей семье, ни к моим друзьям, ни к хотя бы мало-мальски знакомому мне человеку! Иначе я за себя больше не ручаюсь!

Зажав сумочку в руках, Анжела бросилась вон из комнаты. И стук громко хлопнувшей двери возвестил обитателей дома о том, что гостья ушла.

Как только Дэн остался один, негодование и ярость, которые поддерживали в нем внутренний огонь, вдруг испарились, и мужчина обессилено опустился на диван. Его била мелкая дрожь. Прикрыв лицо ладонями, он попытался за состоянием "без мыслей" спрятаться от окончательного осознания того, насколько расчетливо-бессердечной бывает порой чья-то любовь. И что ему жутко не повезло столкнуться в своей жизни с ее проявлением.

Но отрешиться ему так и не удалось, поскольку порывистый шорох, донесшийся до него сквозь пелену отстраненности, заставил Дэниэла поднять голову.

— Я ненавижу тебя! Ненавижу! — налетел на него вдруг ураган из ярости и мельтешения маленьких кулачков. Брендан колотил его, куда ни попадя, и в первый момент Дэн автоматически прикрылся от него руками. Но уже в следующую минуту мужчина вскочил на ноги, схватил сына за талию и поднял его над полом. Он держал его на расстоянии вытянутых рук так, чтобы мальчик не мог до него достать. Тряханув ребенка пару раз, так что голова того дернулась, как у тряпичной куклы, Дэниэл попытался привести его в сравнительно нормальное состояние.

— Брендан, в чем дело?! — вопрошал мужчина. — Что не так? Что это за поведение? Что ты себе позволяешь?

— Я ненавижу тебя! — продолжал бушевать тот, пытаясь достать отца ногой.

— Почему? Что я такого сделал?

— Ты всех их выгнал! — с отчаянной обидой воскликнул его сын. — Всех!

— Кого "всех"?

— Тетю Анжи, Леру, дедушку! Я ненавижу тебя!

Слово "ненавижу" так часто срывалось с губ ребенка, что уже перестало резать слух.

— Брендан...! — только и сумел ответить на это Дэниэл. — Милый, прости!

Он просил прошение у сына не за то, что выгнал Анжелу, или за то, что Лера от них уехала, а лишь за то, что малышу за столь короткий срок пришлось потерять столько значимых для него людей. И только мальчик к ним привязывался, как они тут же исчезали.

Прижав сына к груди, Дэниэл попытался успокоить ребенка, но тот извивался в его объятиях, как уж, и все норовил выскользнуть из рук. Пришлось его отпустить. Как только Дэн поставил его на пол, Брендан тут же рванул в коридор, и вскоре раздался звук его торопливых шажков, выбивающих ритм на деревянных ступенях лестницы.

— Элис, нужно лучше присматривать за ребенком! — сделал замечание Дэн в спину няне, которая уже развернулась и собралась было идти за Бренданом. — Я же просил Вас увести его! Почему он стал свидетелем взрослого разговора, не предназначенного для его ушей?!

— Простите, мистер Блэк, — пролепетала та. — Мы были в его комнате. Я только на минуту вышла, чтобы забрать белье из ванной — а его уже нет! Пока искала его в комнатах наверху...

— Ладно. Постарайтесь в будущем, чтобы этого больше не повторилось!

— Хорошо.

И Элис поспешила уйти от недовольного ее работой хозяина.

"Боже!" — думал про себя Дэниэл, привычно прячась ото всех в своем кабинете. — "Вся жизнь идет под откос! Сначала Лера..., теперь еще и собственный сын его ненавидит! В лице Анжелы он, вообще, на всю оставшуюся жизнь нажил себе врага! Любить стольких людей и испытывать при этом острое чувство одиночества... Да... Насмешка судьбы!"

Уставившись в окно, он погрузился в раздумье о том, что же стоит на его пути к крепкому семейному счастью, о котором он бредил уже так много лет?

* * *

А через четыре дня после того злополучного вечера вышла довольно длинная статья, в которой раскрывалась вся подноготная Дэна. И в ней было многое из того, что Дэниэл старался по мере возможности скрыть не только от посторонних людей, но даже и от близких друзей.

— Дэн, слушай, я не могу понять, откуда у Присциллы Уоткинс вся эта информация! — сотрясала в воздухе раскрытым журналом Трейси. — Такое ощущение, что ты сам ей все это рассказал. Ну, ладно, еще это заявление, что ты был когда-то наркоманом! Бог с ним! Это даже, в какой-то мере, делает тебе честь. Темное прошлое, с которым ты сумел завязать. Но вот эта история с Лерой и Анжелой...?! Понимаешь, что она больно бьет не только по тебе, но и напрямую затрагивает их обеих! Мне плевать на твою первую любовь, но вот Лера...

Кроме них двоих в студии сейчас находились еще и Бен с Полом. Музыканты внимательно слушали разговор, но в диалог музыкального менеджера и вокалиста не встревали.

— Думаешь, я ловлю от этого кайф? — горячо возразил ей Дэниэл. — Я сам в не меньшей степени, чем ты, нахожусь в прострации! В полном ауте! Сам не могу взять в толк, откуда Присцилла обо всем этом узнала. Обвинение в наркомании? Эту давнюю историю легко раскопать. Здесь нет никакого секрета. А вот мои личные отношения... — с сомнением покачал головой он. — Особенно тайна рождения Брендана... О том, что происходило между мной, Лерой, Анжелой и Джессикой в полной мере не знала даже ты. Да для меня самого это явилось полным откровением всего лишь несколько дней назад! Это даже не любовный треугольник, а четырехугольник какой-то! Поэтому я без понятия, как эта информация просочилась к Присцилле.

— Анжела? — предположила Трейси.

— Нет. Вряд ли, — отверг эту мысль Дэн. — Ей это тоже весьма невыгодно. Даже из-за горячего желания поквитаться со мной, она никогда бы не стала пятнать грязью собственную репутацию. Что бы ни вышло — всегда предпочитает оставаться чистенькой.

— Тогда кто?

— Наверняка не могу сказать, но догадываюсь. Остается только один человек — Элис.

— Твоя няня??? — не поверил Пол.

— Слушай, Пол, я знаю, что она тебе нравится, и все такое, но больше просто некому. Только она была в доме в момент моего разговора с Анжелой. Не Брендан же.

Ударник нахмурился, но спорить не стал.

— Тогда тебе придется срочно с этим разобраться, — твердым голосом заявила Трейси. — Если это она, то, надеюсь, что ты ее сразу уволишь. Иначе в собственном доме ты будешь жить, как на вулкане.

— И что же мне тогда делать? — развел на это руками Дэн. — С кем я тогда буду оставлять Брендана? У меня совершенно нет опыта в этом деле. А вдруг я снова наткнусь на очередную "мисс неблагонадежность"?

Он обвел взглядом присутствующих здесь людей, ища у них поддержки.

— Я могу спросить об этом у Норы, — почесал переносицу Бен. — Может быть, она что-нибудь посоветует. Мы в свое время сменили троих, пока не нашли ту, что удовлетворяла всем нашим требованиям. Как оказалось, не так-то легко найти хорошую няню. Так что если в этом деле, и правда, замешена твоя няня, то я постараюсь тебе помочь.

— Спасибо, Бен! — от всего сердца поблагодарил его Дэниэл, и получил кивок в ответ. — Нужно было сразу к тебе обратиться, а не надеяться на удачу.

— Не нужно думать задним числом! — укорила его Трейси. — Когда же ты поймешь, наконец, что мир добрых людей не ограничивается только парой друзей.

— Ладно, Трейси, можешь меня сейчас пинать. Имеешь полное право — я облажался.

Его бывшая подруга только вздохнула на это — мол, горбатого могила исправит.

— Может быть, это еще не она, — выразил надежду Пол.

Дэн тут же покосился на товарища, но промолчал. Как бы ему ни не хотелось разочаровывать парня, но он нутром чуял, что был прав в своих подозрениях.

— Единственное, чего я боюсь в данной ситуации, — уныло произнес он, — это то, что статья может дойти до Леры. Если она ее увидит...

— Да уж! — согласилась с ним Трейси. — Ее поспешный отъезд представлен там в весьма невыгодном для нее свете! Кому же будет приятно прочитать о том, что тебя считают трусихой и ни на что не годной матерью? Это только нам известно, что послужило истинной причиной для ее бегства. Но этого ведь не озвучить для остальных. Так что, Дэн, приготовься к тому, что на тебя за это ополчатся все, кто ее любит. И в первую очередь — ее дочь.

Дэн устало потер виски.

— Ну почему я не могу жить, как все нормальные люди?! — с болью в голосе произнес он. — Из-за того, что я знаменит, страдают близкие мне люди. Вот почему никто не лезет в жизнь Бена? Никто не пишет его имя на заборах.

— Ты что же, и правда, желаешь мне такого? — по-доброму усмехнулся бас-гитарист.

— Да боже упаси! — испугался Дэниэл. — Только не могу понять, почему я.

— Наверное, потому что Бен не так интересен им, как ты. Попыталась разъяснить Трейси. — Он уже довольно давно женат, и у него куча детей, а ты симпатичен, холост, бросок и по законам соответствия притягиваешь к себе все такое же яркое и насыщенное. Так что хочешь — не хочешь, придется терпеть! Пока ты связан с тысячами людей, твоя жизнь всегда будет выставлена на всеобщее обозрение. Всегда найдутся те, кому ты придешься не по вкусу или просто завистники. Если Лера тебя любит, то поймет, примет. Или же в итоге привыкнет, научится не обращать на подобные сплетни внимание.

— А если нет? Что, если нет?

— Ну-у-у, тогда я не знаю, — протянула Трейси. — Здесь ни один совет не сработает. Решение проблемы лежит сугубо между вами двоими. А вот с вопросом об утечке информации тебе нужно будет разобраться в самое ближайшее время. А то как бы не стало еще хуже.

* * *

Элис даже отпираться не стала! Как только Дэн позвал ее в кабинет, показал журнал со статьей и задал прямой вопрос в лоб, девушка тут же заплакала и начала оправдываться:

— Мистер Блэк, я не знаю, как так получилось! — она стояла перед ним, в отчаянии заламывая руки. — Я не думала, что обычный женский треп послужит материалом для статьи! Честное слово! Это не со зла! Мы ведь просто болтали!

— С кем? Кому ты рассказывала обо мне? — жестко спросил он, поднимаясь.

— Мы познакомились с ней случайно в торговом центре. Она помогла мне выбрать платье. Слово за слово, потом по чашке чая — так и сдружились. Потом еще несколько раз гуляли вместе и...

— Ее имя, случайно, не Присцилла Уоткинс? — нетерпеливо перебил ее Дэн, поднимаясь с кресла и вставая прямо перед Элис.

— Фамилию я не знаю, но она назвалась этим именем.

— И она не говорила, кем работает?

— Говорила. Кажется, менеджером по связи с общественностью в какой-то фирме.

— И тебя это не насторожило?

— Тогда нет, — виновато ответила ему Элис. — Я думала, что мы просто подруги. Она такая сильная, уверенная...

— Ты хоть понимаешь, что ей элементарно нужна была от тебя информация и больше ничего? Она просто подставила тебя! Эта самая Присцилла — журналистка со стажем в известном журнале, — схватив со стола прессу, Дэниэл раздраженно ткнул ею в сторону подавленной девушки. — У нее зуб на меня, и она просто сводила счеты! А ты, наивная дурочка, так ловко попалась ей на крючок!

— Мистер Блэк, я не знала, — жалобно всхлипнула в ответ Элис.

— Ладно еще, если бы дело касалось только меня одного! — продолжал горячиться Дэн. — Но ведь статья жестоко прошлась по абсолютно невинным людям! Облила грязью тех, которых ты даже в глаза не видела! И в первую очередь очернила мать мальчика, за которым ты присматриваешь! Какое ты имела право передавать разговор, который вообще не предназначался для твоих ушей?! Ты ведь не имеешь ни малейшего представления о том, что происходит на самом деле! Просто выступила в роли сплетницы, исказила правду! И это вся твоя благодарность за то, что я вошел в твое положение, поверил в тебя и взял на работу?

— Мистер Блэк...

— Нет, Элис! Я не хочу ничего больше слушать! Достаточно! Твоему поступку нет и не будет оправдания! Я мог бы тебя выставить за дверь, не заплатив ни пенса, но делая скидку на твою молодость и неопытность в подобных делах, я честно выдам тебе то, что ты заработала. Но, ты же понимаешь, что теперь должна будешь уйти.

В глазах девушки появился испуг.

— Мистер Блэк, этого больше не повторится! — с отчаянной мольбой воскликнула она. — Честное слово! Пожалуйста! Не гоните меня!

— Нет, Элис! Дело решенное, — Дэниэл постарался, чтобы его голос звучал твердо. Ему хоть и было жаль девушку, но благополучие его маленькой семьи для него все же было дороже. — Я не буду больше подвергать близких мне людей даже возможной вероятности новых неприятностей. Поэтому тебе придется собрать вещи и сегодня же съехать отсюда. Моли только бога о том, чтобы о твоем проступке не узнали новые работодатели, иначе на работе няней ты можешь поставить жирный крест.

Поняв, что хозяин не отступится от своего решения, низко понурив голову, Элис пошла наверх укладывать свои вещи, а Дэниэл, подавив тяжелый вздох, опустился обратно в кресло и устало прикрыл глаза.

"Господи", — думал про себя мужчина, — "теперь к черному списку его "грехов", который составил для себя Брендан, теперь прибавится еще и няня!"

Одним больше, одним меньше — какая уже разница! Он не знал, как наладить хотя бы элементарные, азбучные отношения со своим сыном, а уж о том, чтобы говорить о любви и доверии ребенка к своему отцу — так и вообще не приходилось.

Но, несмотря на все опасения Дэна, мальчик воспринял отсутствие Элис на удивление спокойно. Он не выказал по этому поводу ни какого бы то ни было удивления, ни протеста, ни новых обвинений в адрес отца, и мужчина вздохнул с облегчением, хотя радоваться было рано. Брендан все равно не проявлял к Дэну особой любви, и, несмотря на все попытки отца сблизиться с сыном, был по-прежнему инфантилен, вял и замкнут. Словно неодушевленная кукла.

Бен сдержал свое слово, и в квартире Дэниэла появилась новая няня. Это была пожилая, дородная женщина с мягким, ненавязчивым характером и невероятной выдержкой. У Дэна она вызывала умиротворяющее чувство присутствия в доме может быть и дальней, но все же родственницы, которая приехала погостить да так и осталась. Единственное, что добавляло чернил в молоко — это мысль о том, что миссис Фостер через некоторое время придется их покинуть, поскольку ее ожидала работа в другой семье, готовящейся к пополнению и заранее побеспокоившейся о бони2 для малыша. А это означало, что примерно через пару месяцев Дэну снова придется заняться поисками няни. Женщина итак согласилась помочь, отказываясь от заслуженного отпуска, который она намеривалась провести в кругу близких ей людей перед тем, как погрузиться в новые хлопоты.

Но даже ей, женщине с многолетним стажем и огромным опытом работы никак не удавалось настроить Брендана на позитивное восприятие своего отца. И неизвестно, что бы их ожидало в будущем, если бы дело с мертвой точки не сдвинул один случай, который точно подошел под выражение: "не было бы счастья, да несчастье помогло".

* * *

По совету все того же опытного в подобных делах Бена Дэниэл повез Брендана в Чессингтонский парк развлечений для того, чтобы мальчик хоть немного встряхнулся. Совет был превосходным, так как этот парк был просто создан для детей! Причем он мог удовлетворить запросы и вкусы всех без исключения гостей, поскольку включал в себя весь спектр развлечений: от утопающего в зелени зоопарка до умопомрачительных, захватывающих дух аттракционов. Девять зон — девять разных миров. Здесь были и карусели для самых маленьких посетителей, и волшебные замки, и сказочные персонажи, аккуратные лужайки и множество очаровательных кафешек, не говоря уже о разнообразии животного мира. Можно было побывать в штормящем море, заглянуть в пасть дракону, проорать на раскачивающемся пиратском корабле или объехать всю зону зоопарка на "Safari Skyway"3 и с высоты трехэтажного дома понаблюдать за жизнью его обитателей. Но Дэн с Бренданом ограничились лишь паровозиком, качелями и деревянными лошадками, бегающими по кругу (то, что, собственно, мог воспринять ребенок его возраста), а потом отправились посмотреть животных.