Иран был разделен на две зоны влияния — российскую на севере, британскую на юге, а также нейтральную, расположенную между ними. Россия и Англия приняли обязательство на добиваться концессий в «чужой» сфере влияния и не препятствовать проведению политических и экономических мероприятий другой стороны в ее сфере влияния. Если Иран не будет выполнять обязательства по своей задолженности в отношении России или Великобритании, каждая из сторон получала право по взаимному соглашению устанавливать финансовый контроль над доходами иранского правительства. В нейтральной зоне обе стороны могли свободно конкурировать друг с другом. Английский денежный рынок был открыт для российских займов. Соглашение фактически включало Россию в состав Антанты. Вслед за соглашением последовала империалистическая интервенция против иранской революции. На «границах» соответствующих зон в 1909 г. были расположены российские и британские войска.
В своей зоне Англия в 1910 г. получила концессию на разведку нефтяных месторождений и в 1913 г. приступила к добыче нефти, которая использовалась прежде всего для перевода британского военно-морского флота с угля на жидкое топливо, осуществлявшегося военно-морским министром У. Черчиллем. Борьба на мировой арене за обладание нефтяными месторождениями становится одним из важнейших факторов империалистической колониальной политики.
Когда в апреле 1911 г. в районе марокканской столицы Феса вспыхнуло восстание берберских племен, в ответ на призыв султана о помощи французские войска заняли этот город. Французы оккупировали также крупные города Мекнес, Марракеш и быстро подавили восстание. Северная часть Марокко была занята испанскими войсками. Так разразился второй Марокканский кризис 1911 г.
В Германии развернулась возглавленная пангерманцами шовинистическая кампания против установления французского господства в Марокко, в поддержку братьев Маннесман, располагавших значительными капиталами в этой стране. Германское правительство направило к берегам Марокко канонерскую лодку «Пантера», которая 1 июля вошла в марокканский порт Агадир (так называемый «прыжок «Пантеры»»). В качестве компенсации за захват Францией Марокко Германия требовала все Французское Конго. Однако Англия вновь решительно встала на сторону Франции. В официальной речи, произнесенной в резиденции лорда-мэра Лондона, министр финансов Великобритании Д. Ллойд Джордж заявил о том, что в отличие от 1870—1871 гг. Англия не останется пассивным наблюдателем в случае германского нападения на Францию. Это вызвало замешательство в германском имперском руководстве, которое вынуждено было пойти на уступки в отношении Парижа.
4 ноября 1911 г. было подписано франко-германское соглашение, по которому Берлин признавал преимущественные права Франции в Марокко, получив за это две полосы территории Французского Конго, которые перешли к германской колонии Камерун, и режим «открытых дверей» в Марокко на 30 лет. Однако Франция отказалась уступить Германии свое исключительное право на приобретение Бельгийского Конго. В соответствии с Фесским договором 1912 г. Марокко стало французским протекторатом. Марокканский кризис способствовал дальнейшему обострению отношений между Антантой и Германией.
Добившись от великих держав, поглощенных развернувшейся борьбой вокруг Марокко, признания своих притязаний на Триполи и Киренаику, две последние турецкие провинции в Африке, Италия 28 сентября 1911 г. предъявила ультиматум Османской империи, потребовав от нее в течение 24 часов дать согласие на их оккупацию итальянскими войсками. Несмотря на примирительную позицию турецкого правительства, Италия начала военные действия. Итальянские войска численностью 56 тыс. человек, располагавшие сильной артиллерией и авиацией, быстро нанесли поражение 7-тысячной турецкой армии в Триполи. Однако затем они столкнулись с упорным сопротивлением местного арабского населения. 5 ноября 1911 г. итальянское правительство объявило об аннексии Триполи и Киренаики. В мае 1912 г. итальянцы захватили Додеканесские острова.
Мирные переговоры были ускорены надвигавшейся первой Балканской войной. В октябре 1912 г. в Лозанне был подписан мирный договор, обязавший Турцию вывести свои войска из Триполи и Киренаики, а Италию — с Додеканесских островов. И если турки выполнили свое обязательство, то итальянцы так и остались на этих островах. Лозаннский договор по существу превратил Триполи и Ки-ренаику в итальянскую колонию, получившую название «Ливия». Итало-турецкая война 1911—1912 гг. и захват Италией двух турецких провинций стали последними актами империалистической борьбы за раздел Африки.
Накануне первой мировой войны обсуждение колониальных проблем занимало особое место в англо-германских дипломатических контактах. В переговорах, когда Берлин прилагал все возможные усилия для того, чтобы добиться нейтралитета Англии в надвигавшейся войне, оторвав ее от Франции и России, британская сторона готова была на существенные уступки в колониальной сфере в обмен на сдерживание германских морских вооружений. За это британский военный министр Холден во время пребывания в Берлине в 1912 г. предлагал вернуться к вопросу о разделе португальских колоний, соглашение о котором было подписано Англией и Германией еще в 1898 г., а также решить вопрос о финансировании строительства Багдадской железной дороги. Взамен Англия должна была получить контроль над последним участком дороги — от Багдада до Персидского залива. Вильгельм II выступил за то, чтобы сначала заключить договор о нейтралитете Англии и соглашение по колониальным вопросам.
Не позднее 1911 г. колониальной целью Берлина стало создание германской «Срединной Африки», простирающейся от Камеруна до Германской Восточной и Германской Юго-Западной Африки, с включением в нее значительных территорий португальских колоний Анголы и Мозамбика, а также Бельгийского Конго, со строительством «поперечных» железнодорожных линий, связывающих побережья Атлантического и Индийского океанов.
Дипломатические усилия правящих кругов Англии и Германии сосредоточились на проблеме раздела колониальных владений малых стран — Португалии и Бельгии. В конце 1913 г. было парафировано англо-германское соглашение о португальских колониях, весьма выгодное для Германии. Однако окончательное подписание этого договора так и не состоялось. С весны 1914 г. к переговорам о разделе португальских колоний присоединился вопрос о Бельгийском Конго. Последняя попытка Германии реализовать свою «мировую политику» на практике показала правящим кругам страны, что планы создания «Срединной Африки» не могут быть осуществлены без ожесточенной борьбы при существовании союзнических отношений между Англией, Францией и Россией. Проходившие одновременно англо-германские переговоры по Багдадской железной дороге отличались особым упорством сторон и участием в них представителей частного капитала. Завершивший их договор о Багдадской дороге был парафирован в Лондоне незадолго до начала первой мировой войны. Острое колониальное соперничество участвовавших в ней великих держав явилось одной из важнейших причин ее возникновения.
Глава 10
ЕВРОПЕЙСКИЙ МИР В КАНУН ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
Европа вступила в XX столетие в состоянии мира, и многие европейцы вряд ли предполагали, что грядущее столетие сулит страшные потрясения в виде двух мировых войн, основным театром которых станет как раз Европейский континент. Надежды на то, что европейский мир будет сохранен, были очень сильны. В самом конце XIX — начале XX в. в европейской дипломатии по инициативе молодого российского императора Николая II были предприняты интересные попытки разработки и закрепления в международном праве законов и обычаев войны.
18 мая — 29 июля 1899 г. в Гааге была созвана мирная конференция, в которой приняли участие 27 государств, в том числе Великобритания, США, Германия, Франция, Италия, скандинавские страны, Япония и др. Главный вопрос, ради чего, собственно, и собиралась конференция, — ограничение вооружений, на чем настаивал российский император Николай II, — так и не был решен. Однако были заключены три конвенции: О мирном решении международных столкновений; О законах и обычаях сухопутной войны; О применении к морской войне начал Женевской конвенции 1864 г. о раненых и больных. Были разработаны также три декларации, касающиеся гуманизации ведения военных действий. Одним из важнейших решений первой Гаагской мирной конференции было создание в соответствии с Конвенцией о мирном решении международных столкновений Постоянной палаты Третейского суда, для того чтобы дать возможность в случае возникновения международных споров, которые не могли быть решены дипломатическим путем, обращаться к арбитражу. В состав палаты вошли видные специалисты в области международного права. Через семь лет, 15 июня-18 октября 1907 г., также в Гааге состоялась вторая международная конференция, где приняли участие уже 44 государства: все участники первой конференции, а также 17 государств Южной и Центральной Америки. Здесь были пересмотрены конвенции, принятые на первой конференции, и приняты 10 новых конвенций. Всего было принято 13 конвенций. Вторая Гаагская конференция более обстоятельно установила принципы работы Третейского суда: в состав Постоянной палаты участниками Конвенции 1907 г. назначались (не более четырех от каждого государства) специалисты в области международного права, на срок шесть лет, с возможностью переизбрания. Спорные вопросы могли передаваться в Постоянную палату лишь с согласия сторон, участвовавших в споре. Обращение к третейскому суду влекло за собой обязанность подчиняться его решениям. Конвенцией 1907 г. было установлено, что руководить работой Постоянной палаты будет Международное бюро, возглавляемое Постоянным административным советом, состоящим из аккредитованных в Гааге дипломатических представителей государств — участников Конвенции 1907 г., а также министра иностранных дел Нидерландов, исполняющего обязанности председателя совета.
Принятые Гаагскими конференциями правила ведения войны формально оставались обязательными на протяжении всего XX столетия, хотя очень часто они нарушались в ходе и двух мировых, и многочисленных локальных войн. Тем не менее иногда, руководствуясь зафиксированными в Гаагских соглашениях принципами, удавалось избежать перерастания конфликтов в полномасштабную войну. Так, до начала первой мировой войны Третейскому суду в Гааге удалось разрешить ряд конфликтных вопросов между европейскими государствами: по делу Германии против Франции в связи с Касабланкским инцидентом 1908—1909 гг., по делу Норвегии против Швеции по вопросу об их морской границе в 1909 г., по делу России против Турции в 1912 г. об уплате процентов по просроченным платежам в возмещение убытков, понесенных Россией в русско-турецкой войне 1877—1878 гг.
Одним из наиболее ярких примеров мирного решения конфликта и недопущения перерастания его в войну явился разрыв шведско-норвежской унии в 1905 г. Окончательно международно-правовое положение Норвегии было определено подписанным 15 ноября 1907 г. Россией, Великобританией, Францией и Германией пактом, гарантировавшим целостность норвежской территории. Он был заключен по норвежской инициативе и означал, что Великобритания, Франция, Германия и Россия гарантируют территориальную неприкосновенность Норвегии.
Однако тенденция к мирному урегулированию конфликтов не стала доминирующей в европейской международной политике. Между великими державами продолжали нарастать противоречия. Германская империя, которой стало тесно в границах и которая опоздала к великому разделу большого колониального пирога, все больше склонялась к тому, чтобы добиваться места под солнцем с оружием в руках. Франция не могла забыть поражение 1870—1871 гг. Захваченные Германией Эльзас и Лотарингия оставались кровоточащей раной для французов. Российская империя подумывала об окончательном решении в свою пользу так называемого Восточного вопроса, который продолжал оставаться самым болезненным в европейских международных отношениях. Балканы, где напрямую сталкивались интересы Германии, Австро-Венгрии и России, все больше становились «пороховой бочкой» Европы. Именно здесь в 1912 г. сначала вспыхнули две балканские войны, а через два года в центре Боснии и Герцеговины городе Сараево прозвучал роковой выстрел студента Гаврилы Принципа, сразивший австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда и ставший первым выстрелом первой мировой войны, унесшей более 10 млн жизней.
Россия стремилась обезопасить себя от экспансионистских устремлений Австро-Венгрии на Балканах. В 1903 г. вспыхнуло Илинденское восстание против османского ига. 3 октября 1903 г. между Россией и Австро-Венгрией в Мюрцш-теге (Австрия) было подписано соглашение о проекте реформ в трех вилайетах Европейской Турции. Это соглашение было оформлено в виде инструкции российскому и австро-венгерскому послам в Турции. Оно предусматривало предъявление совместных требований к турецкому правительству, в частности назначить при главном инспекторе в этих вилайетах «особых гражданских агентов от России и Австро-Венгрии» для наблюдения за проведением реформ. Кроме того, Турции предлагалось реорганизовать свою жандармерию, изменить территориальные разграничения административных единиц с учетом интересов христианского населения, преобразовать административные и судебные учреждения, создать в главных центрах, вилайетов смешанные комиссии, состоящие из равного числа христианских и мусульманских делегатов, для разбора политических и уголовных дел при участии консульских представителей России и Австро-Венгрии, освободить сожженные турецкими войсками христианские населенные пункты от уплаты налогов в течение года. Правительство Турции с требованиями России и Австро-Венгрии частично согласилось, и при главном инспекторе были назначены специальные агенты обеих держав сроком на два года, а также реорганизована жандармерия. Однако на этом уступки турок кончились.
После того как началась война России с Японией, русская дипломатия старалась обеспечить для России спокойствие в Европе, и прежде всего не допустить осложнений на Балканах. Для закрепления отношений с Австро-Венгрией и обеспечения ее нейтралитета она выступала за проведение в балканских странах так называемой «охранительной политики». 15 октября 1904 г. в Санкт-Петербурге была подписана секретная русско-австрийская декларация о взаимном нейтралитете, в случае «если какая-либо из подписавших эту декларацию сторон окажется одна в не спровоцированном ею состоянии войны с третьей державой», которая посягнет либо на ее безопасность, либо на статус-кво, поддержание которого было объявлено основой соглашения. Однако это положение не распространялось на балканские страны. В этом случае обе державы должны были специально согласовать свои действия. Петербургская декларация предусматривала, что взятое обязательство будет оставаться в силе лишь до тех пор, пока Россия и Австро-Венгрия «будут следовать согласованной политики в делах Турции».
