Феодалы столетней войны

Глава 14.

Заслуженная награда.

А когда мы вернулись с охоты, то нас всех ждал сюрприз. Приятный. В Витре прибыла герцогиня Бретонская вместе со свитой из двух сотен всадников. Я же ей ранее письмо с конным гонцом отправил. В котором сообщил супруге Жана Шестого о том, что герцог жив, здоров и спасен нами из лап кровожадных Пентьевров. Вот она и примчалась сюда за своим непутевым муженьком. Признаюсь честно, что я это сделал с умыслом. Очень уж мне хотелось поскорее сбагрить подальше от Витре персону герцога Бретонского. Сложный он человек. И порою выбешивает меня не по-детски своими закидонами. Да, и с головой у Жана Шестого после этого плена не все в порядке. В общем, мне в его обществе было очень некомфортно находиться. Поэтому у меня и созрел коварный план. Я тут порасспросил людей и понял одну интересную тему. Оказывается, жена герцога Бретонского была крайне властная и требовательная дама. И она всячески вертела своим венценосным муженьком как хотела. Да, да! Великий герцог всея Бретани оказался тихим подкаблучником. И перечить своей супруге просто был не в состоянии. Поэтому я надеялся, что герцогиня сможет быстро и технично увезти герцога подальше от моего любимого Витре.

И мои надежды начали очень быстро сбываться. Наша грандиозная пьянка после удачной охоты из-за прибытия герцогини не состоялась. Жанна де Валуа, супруга герцога Бретонского показала свой властный характер и быстро приструнила своего муженька. Герцог Жан Шестой, увидев ее стал как шелковый. Мда! Правильно его люди называли подкаблучником. Подкаблучник и есть. Да, для своих подданных и вассалов этот человек безусловно являлся авторитетом и главным боссом. Но вот только его жена могла из него буквально веревки вить. И с ней герцог моментально становился послушным ягненком. Вот и теперь он не стал с ней спорить. Когда герцогиня Жанна потребовала, что наше веселье уже пора бы сворачивать. Пора прекратить все эти пьянки и охоты. И заняться наконец войной с Пентьеврами.

После этого я вздохнул с облегчением. Моя казна была спасена. А то все эти увеселительные мероприятия здесь шли за мой счет. Таковы уж средневековые законы. Я как вассал графа де Лаваля обязан был кормить и поить его и всех его людей. А это довольно солидные деньги, между прочим. Я, конечно, хоть и являюсь довольно богатым землевладельцем по здешним меркам. Но не хочу кормить за свой счет кучу каких-то левых дармоедов. И это я говорю не про графа Ги де Лаваля. На него мне выпивки не жалко потратить. А вот его вассалы со своим обостренным чувством халявы вызывают у меня ярость. Поэтому нахрен их с мопеда!

Моя благодарность к герцогине Жанне с самого начала и так была не маленькой. Она таким своевременным своим появлением благородно спасла Витре от нашествия орды халявщиков. И наконец-то, забирала от нас своего загулявшего мужа. Воистину святая женщина! Таким надо еще при жизни памятники ставить. И еще герцогиня заявила, что меня за спасение ее супруга из лап мятежников щедро вознаградят. При этом эта умная женщина поинтересовалась, а чего собственно мне бы хотелось получить за свой подвиг. Вот! Я же говорю, что она святая. Не то что ее муженек скупердяй. Который меня после своего освобождения из темницы замка Шантосо лишь скупо поблагодарил. И еще хотел моих пленников отжать. Безвозмездно, то есть даром! И ни о какой награде даже и не заикался. Я после этого даже подумал, что мы его зря спасали. Не герцог, а какая-то неблагодарная скотина.

Но герцогиня Жанна меня примирила с этим фактом. Услышав ее слова о награде, я переглянулся с Гризли. А потом скромно заявил, что мне бы хотелось получить во владение замок и земли ныне покойного сеньора Жиля де Шатобура. Тем более, что эти земли мы и так уже захватили к этому моменту. Да, и я тут навел справки, выяснив, что у сеньора Жиля не осталось никаких наследников. Поэтому его земли и титул все равно отошли бы в собственность герцога Бретонского по местным законам. Конечно, это было довольно наглое требование с моей стороны. Однако, все присутствующие отнеслись к нему с пониманием. Ведь герцогов из темниц не каждый день спасают. Поэтому я посчитал такую награду справедливой. И герцогиня со мной согласилась, милостиво кивнув мне и строго посмотрев на своего мужа. В общем, в скором времени сеньория Шатобур перешла в мое законное владение. При этом герцогиня настояла, чтобы это был безвозмездный подарок, а не феод, обязывающий меня стать прямым вассалом ещё и герцога Жана Шестого. Таким образом я получил от герцога (при помощи его супруги) земли и замок. Но не попал к нему в подчинение. И такой расклад меня полностью устраивает. Вот не нравится мне герцог Бретонский как человек и как правитель. И быть его прямым вассалом я не хочу. У меня уже и так имеется сюзерен. И это граф де Лаваль. В общем, этот подарок (герцогини Жанны) меня ни к чему такому не обязывал в дальнейшем.

И еще эта святая женщина выкупила у меня всех моих пленников. То есть всех мятежников, захваченных нами ранее. И с выкупом герцогиня при этом тоже жмотиться не стала. Целых восемь сотен полновесных золотых ливров отвалила за всех. Впрочем, после этой сделки сама герцогиня и ее муж тоже выглядели довольными. Я же им на блюдечке преподнес мамашу и младшего брата графа Оливье Пентьевра. А это очень большие козыри в той игре престолов. Что сейчас развернулась в герцогстве Бретань. И такие важные пленники дают герцогу и его партии очень значительные бонусы в противостоянии с Пентьеврами. Часть сторонников от графа Оливье Пентьевра точно при этом отвалится. И это даст герцогу Бретонскому перевес в войне против мятежников.

Кроме этого, не отходя от кассы, я решил сделать еще одно доброе дело. Я посвятил в рыцари своего оруженосца Родерика Мак-Гилла. Этот шотландец заслужил данный титул. Ведь именно он спас своим метким выстрелом из аркебузы герцога Жана Шестого от разъяренного тура. А то ведь все могло закончиться очень плохо как для герцога Бретонского, так и для нас. Герцогиня бы нам точно глупую гибель на охоте своего супруга не простила. В общем, наш шотландец всех спас и явно заслужил титул рыцаря. Кстати, местные аристократы на эту мою инициативу лишь покивали благосклонно. В их глазах я поступил верно. Наградил своего оруженосца за его подвиг по спасению жизни герцога. Ведь правителю Бретани там на охоте тогда реальная опасность угрожала. И об этом свидетельствуют те трое смельчаков, что пытались остановить атакующего тура. Из них двое были к этому моменту уже мертвы. А третий получил тяжелые ранения.

Кроме того, происхождение моего шотландского оруженосца также нареканий не вызвало у бретонских аристократов. У меня же все мои шотландцы считаются экюэйрами или сквайрами. То есть лицами хоть и самого низшего, но все же дворянского звания. Хотя я и уверен, что это не так на самом деле. Скорее всего, большинство шотландцев, служащих мне, являлись простолюдинами по факту своего рождения. И по меркам французских и бретонских дворян не имели права называться благородными людьми. Да, и рыцарями тоже стать не могли. Французы в этих вопросах бывают очень щепетильными. И считают, что только лица дворянского сословия имеют право стать рыцарями. Никаких социальных лифтов и двойных стандартов. Ты либо родился дворянином, либо простолюдином. А рыцарское звание только для благородных людей. Я тут слышал байки про то, как рыцарей из простолюдинов, по какому-то недоразумению пробившихся наверх, настоящие французские и бретонские дворяне презирали с особым рвением. И всячески их третировали. Но мне было наплевать на сословные заморочки местных аристократов. Мы ведь и сами вместе с Мишкой являемся фальшивыми дворянами. У нас же с ним происхождение самое что ни наесть рабоче-крестьянское. Поэтому меня больше волнуют моральные качества и боевые навыки моих людей, а не их происхождение. И я сознательно объявил, что все мои шотландцы являются людьми благородного происхождения. Которые у себя на родине были хоть и мелкими, но дворянами. Поэтому у бретонцев посвящение в рыцарское звание моего шотландского оруженосца возражений не вызвало.

Теперь я официально стал бароном де Витре и сеньором де Шатобур. И еще не забывайте про мой титул барона де Поншато, доставшийся мне от моей покойной жены когда-то. Но третий титул у меня лишь номинальный. Земли то баронства Поншато сейчас по факту принадлежат другому человеку. Одному из вассалов герцога Бретонского, между прочим. И отдавать мне их никто не станет. Я тут недавно наводил справки по этому поводу. И выяснил, что некий господин Жерар, ранее захвативший замок Поншато, является одним из преданных и любимых вассалов герцога Бретонского. И возможно, поэтому герцог Жан Шестой меня так не любит. И уж точно титул барона Поншато подтверждать не будет.

Поэтому я и решил этот вопрос урегулировать. Мне ведь эти феодальные споры из-за титулов совсем не нужны. Тем более, что баронство Поншато находится довольно далеко от моих владений в Витре и Шатобур. То есть оборонять его будет очень сложно. Даже если я вдруг и смогу отжать каким-то чудом себе замок Поншато. Меня пока устраивает то, что есть. Что я могу контролировать Витре и Шатобур. А Поншато мне на хутор не уперлось. Зачем мне этот лишний геморрой. Тут бы суметь переварить то, что я уже имею по факту. Поэтому я договорился с герцогиней Бретонской, чтобы она помогла мне урегулировать этот спорный вопрос с титулом барона Поншато. И она помогла, предложив мне, выкупить у меня права на титул барона Поншато. Я немного подумал и согласился, что за пять тысяч ливров я готов отказаться от претензий на этот титул в пользу герцога Бретонского. Так все остались довольны. Я избавился от проблемного титула, заработав на этом солидные деньги. А герцог Бретонский прикрыл и поддержал своего верного вассала Жерара де Поншато, заработав при этом кучу политических очков среди других своих вассалов.

После этого я при всех этих аристократах, собравшихся в Витре, торжественно объявил новым сеньором Шатобур моего младшего брата. То есть Гризли теперь официально стал Мишелем де Шатобуром. А то до этого момента все титулы только у меня имелись. Ну, а он лишь числился моим наследником. Поэтому я решил добавить Мишке солидности. Сеньор Шатобур звучит круто и гордо. Ведь в здешнем обществе феодалов к таким вещам относятся очень чутко. И тут надо учитывать, что мой братишка получил теперь не только звучную приставку к имени. Но и неплохой замок с землями. Конечно, не такой крутой как Витре, но тоже ничего. Теперь мы с Гризли оба официально стали уважаемыми землевладельцами. Феодалами. А это дорогого стоит.

Наконец, урегулировав все юридические вопросы, чета правителей Бретонского герцогства убыла восвояси в сопровождении многочисленной свиты. С ними отправился в дорогу и граф де Лаваль со своей армией. Их путь лежал к городу Ренн, возле которого в данный момент и собиралась большая армия сторонников герцога Жана Шестого. Сбор феодального войска является крайне медленным процессом. Поэтому я решил пока туда не спешить. И сославшись на то, что мне необходимо восстановить силы своей армии после боев, остался со своими людьми в Витре. Пообещав, что позже присоединюсь к армии герцога Бретонского.

Глава 15.

Укрепляя тылы.

Да уж! Мы ведь не просто так решили пока не лезть в драку. С приобретением сеньории Шатобур на нас навалилось множество проблем и хлопот. Прежний то хозяин этого феодального владения основательно так подзапустил там дела. Впрочем, здесь в средневековой Европе каждый второй если не первый феодал управлял своими землями схожим образом. И при этом экономика у них дышала на ладан. Все эти сиятельные бароны, сеньоры, графы и маркизы с красивыми и громкими титулами были в долгах как в шелках и едва сводили концы с концами. Обветшавшие и неухоженные замки. Пустая казна и полуголодные крестьяне, которых эти заносчивые феодалы обдирали как липку, выжимая из них все соки. Мне все эти дворяне, мнящие себя солью земли, почему-то очень сильно напоминали глуповатых обывателей из далекого двадцать первого века. Те тоже живут в долг от зарплаты до зарплаты. Квартира и машина в кредит. Или вообще, ипотека, растянутая на двадцать лет. И никакого светлого будущего впереди. А только сплошные долги. Бр-р-р! Вот и прежний сеньор де Шатобур был из таких. Типичный феодал своей эпохи. Драчливый, заносчивый, малограмотный и не очень умный товарищ. Был! Но теперь то у этих земель появился новый хозяин. И конечно же, я Гризли одного не бросил на эту амбразуру. Сделав красивый жест и подарив Мишке этот замок с землями вокруг него, я не исчез в тумане, а стал впрягаться в работу вместе с ним и наводить порядок в сеньории Шатобур.

Первым делом я забрал у моего управляющего замком Витре одного из его помощников по финансовым вопросам. И передал его Гризли. Мишка же во всей этой средневековой экономике мало разбирался. Нет, глупым его нельзя назвать. Просто мой братан не любил все эти цифры и бюрократию. А кто их вообще любит то? Я вот тоже не бухгалтер ни разу. Но мне поневоле пришлось вникать во все экономические и управленческие аспекты, когда я получил во владение баронство Витре. Но разобрался потихоньку. Да, и помощников мне удалось найти довольно грамотных. Тут мне повезло. Помните Франсуа Пиньона, которого я освободил когда захватил Витре? Этот человек за прошедшие месяцы доказал мне, что я не зря тогда его освободил из замковой темницы и сделал управляющим над моими землями. Он оказался профессионалом своего дела, и я потом ни разу не пожалел, что назначил Пиньона управляющим делами моего баронства. Франсуа мне очень сильно помог наладить экономическое благополучие в моих феодальных владениях. И помощников он себе тоже подобрал довольно грамотных. Вот одного их них я Гризли и одолжил. Чисто, по-братски. Так как не хотелось мне, чтобы мой братишка внезапно обанкротился, сидя в своем новом замке.

Я же Мишку прекрасно знаю. Это идеальный авантюрист, диверсант и убийца. А вот с экономикой у Гризли явные не лады. Он больше любит воевать, а не прибыль подсчитывать. В общем, мой товарищ просто идеально вписался в общество местных дворян. Те вон тоже такие же отморозки, которым больше нравится война, а не налаживание быта и комфорта в своих владениях. И тут я Мишку понимаю. Сам такой же. Тоже больше люблю военные авантюры, а не бухгалтерский учет. Но я, в отличии от моего боевого товарища, более ответственный. Потому и стал главным в нашей паре боевых отморозков. Стал командиром. И Гризли мое старшинство никогда не оспаривал. Его вполне устраивал такой расклад. Когда я придумывал план, ломал голову над тактикой боя и командовал. А он лишь выполнял мои приказы. Нет, Мишка и сам мог бы командовать. Но вот только не любил он это делать самостоятельно. Ему было комфортнее воевать, когда именно я решаю, что нам надо делать.

Кроме этого я еще и щедро поделился с новым сеньором Мишелем де Шатобуром, предоставив ему денег из своей собственной казны. А то какой же из Гризли феодал выйдет без золотого запасу? Тем более, что мы с ним эти деньги вместе заработали. Ведь к этому моменту казна моего баронства Витре составляла уже сорок восемь тысяч золотых ливров. И эти деньги мы получили не только с выкупов и трофеев, но и с наших коммерческих проектов по производству бумаги и мыла. Поэтому я щедро поделился с Мишкой деньгами на развитие его новых владений.