К моему удивлению перелет закончился вполне благополучно, не смотря на то, что нам пришлось облетать грозовой фронт. После посадки под усиливающимся ветром самолёты начали крепить с помощью ремней к вбитым в землю крюкам чтобы не снесло, а нас погрузив в автобус, как раз все влезли, направили под охраной двух бэтээров к порталу, где мы благополучно и перешли в мир СССР, попав под холодный проливной дождь.

Когда женщины увидели эту осеннюю желтую красоту вокруг, многие заплакали, некоторые стянули противогазы и начали ловить ртом падающие с неба капли, смеясь от радости. Эту вакханалию быстро прекратили местные врачи. Женщин и детей отвели в баню проводить санобработку, а меня, старший охраны портала майор Медведев, лично встретил, прояснив ситуацию с переселенцами, потом угостил чаем и, усадил в собственный автомобиль, который довёз нас до железной дороги. Портал находился недалеко от нее. Но станции рядом не было. Ближайшая была в тридцати километрах, вот до нее и пришлось пилить по разбитой дороге, разбрызгивая жидкую грязь. Дальше было просто, дождались попутного состава и через шесть часов были в Москве.

Про остальное в принципе можно не рассказывать. Ну если только кратко. Целые сутки отвели на рапорт по 'Мертвому миру' я даже один раз в Кремле случайно встретился с одним из полковников, что послал генерал Василевский на роль своего представителя. Потом после того как Лаврентий Павлович подробно расспросил меня при личной встрече о нашем сотрудничестве с армейцами 'Мертвого мира' я наконец попал в объятия Али. Мне с разрешения товарища Сталина дали месячный отпуск, все равно после госпиталя он мне был положен. К тому же как пояснил Берия портал в мир Царя до конца весны следующего года решили пока не открывать, как оказалось смысла не было, и мы не готовы, и время еще не подошло.

* * *

— Не спи, у тебя поплавок повело, — отвлек меня от раздумий голос отца.

Дернув удилищем, я подсек крупного карпа и стал подтягивать его к берегу, пока рыбина не обессилила и не сдалась. Бросив килограммового карпа к трем его собратьям в рыбацкий судок, стоявший на мелководье, я заменил червяка и снова забросил снасть в воду.

— Что-то ты все думами своими где-то далеко, — проговорил отец, с хеканьем вытаскивая очередного карпа. — Что случилось?

— Да все нормально, так, по работе.

— Для этого я тебя на природу и вытащил, чуешь, как пахнет? Свежесть, почки вот набухли, листва появилась. Красота. Весна.

— Это да, — я сам с удовольствием оглядел природу, которая, наконец, скинула зимние оковы и распускалась, даря зеленую красоту деревьев и свежий воздух с ароматами лесных трав. Лесное озеро, где мы рыбачили, имело небольшую протоку, вот именно в ней в рыбачьих сапогах мы и удили карпов.

Убрав очередную пойманную рыбину в садок, я снова закинул снасть и стал вспоминать, как прошли последние пять месяцев. После отпуска, уже в декабре, когда я вернулся в отдел, Гоголев недолго думал, куда меня приткнуть. Он направил меня в распоряжение полковника Астахова участвовать в переселении новых граждан Союза. Ничего, за эти пять месяцев, мы полностью выполнили план, и эвакуировали нужных специалистов, после чего закрыли этот портал, так как слух прошел и все рванули к нему, включая многочисленные банды. Как не грустно это было говорить, всех полезных людей что смогли, мы забрали, остались лишь те, кто нам не нужен.

Сам Астахов и его подчинённые занимались самым сложным делом. То есть мирными гражданами 'Мёртвого мира' расселяя их по огромным территориям Союза, пополняя людьми заводы, фабрики и колхозы. Сложность заключалась в том, что большей части переселенцев требовалось лечение, поэтому все санатории и лечебницы были забиты. Мне же достались войска. Часть из них, конечно после присяги и доведения до штата, пополнили подразделения на фронте. Вернее сформировали две танковые бригады из остатков танковой дивизии на новейших танках да еще из будущего, да с кадровыми солдатами так же из будущего, с пополнениями уже из местных танкистов. Чтобы они осваивали современную технику. Но опять-таки ими я не занимался, там другой отдел наркома Берии взял на себя эту функцию, я же занимался частями, которые выводились из 'Мертвого мира' принимали присягу и эшелонами направлялись в братские республики или в Сибирь. Куда девать такое огромное количество солдат, офицеров и их семьи был не совсем ясно, мне просто велели разбираться самому, но я и нашел выход.

Многие военные городки опустели перед войной, так как части что там дислоцировались, отправили на старую границу занимать УРы, вот в эти военные городки я и направил эти части. Повезло хоть что они постепенно выходили в наш мир, так что не было торопливой суеты и криков, а была просто рабочая суета. Я за эти месяцы даже Москвы не раз не покинул, отдавая все приказы и распоряжения из своего кабинета своим порученцам или через телефоны.

Дивизия Василевского, сам он отказался от преподавания в академии, была переброшена на границу с Китаем, встав в двадцати километрах позади пограничных застав. Эту дивизию пополняли на месте сибиряками. Практически семьдесят процентов пополнения вышло. Дивизия встала там уже месяца два как, и все это время проводились боевые тревоги, учеба и другие мероприятия, пока дивизия действительно не стала ДИВИЗИЕЙ.

Все летные части перешли под руку нашего главкома ВВС, в СССР не было разделения, поэтому все авиаподразделения ушли к ним.

В общем, многое, что за последнее время произошло. Меня, например, когда закончил с переселением, перед тем как отправить отдыхать, свозили в Польшу, где я показал спецам из нашего отдела, где находиться портал в мир Царя. По возращении я начал бездельничать, что и делаю последние шесть дней. Первые пять дней просто гулял по Москве да ходил в театры с женой, а сегодня отец уговорил меня съездить на рыбалку. В принципе он мог и сам, но проехать сюда можно было только на моем 'Малыше' что мне подарили генералы из 'Мертвого мира'.

Обернувшись, я с улыбкой посмотрел на восьмиколесный бронированный монстр ранее бывшей КШМкой командарма. Маленькая башенка с крупнокалиберным пулеметом не была демонтирована, хотя Иосиф Виссарионович во время вручения подарка на его даче в Новый Год, походил вокруг нее, восхищенно поцокал языком заглянув внутрь и, отдал приказ записать броневик как мой личный транспорт, внеся в документы как владельца. Его тоже не обделили, чуть позже подарив похожий, но более навороченный.

Мне и самому нравился этот броневик, имевший шикарный люксовый салон и получивший собственное имя. Он не только умел плавать, но и преодолевал труднодоступные участки. А независимая подвеска давала полный комфорт при движении.

У открытой двери 'Малыша' стоял Вольных недавно получивший майора, и, вытянув из салона длинный шнур, к чему-то прислушивался в наушниках. Заметив, что я на него гляжу, он покачал головой, ничего серьезного. Стоявший неподалеку старший лейтенант Старцев с 'калашом' на плече, о чем-то разговаривал с пулеметчиком из моей группы телохранителей. Он со своими ребятами уже три месяца как закончил курсы осназа и сейчас работал по обеспечению моей безопасности. В 'Малыше' был десантный отсек в корме на десять человек, там они и сидели при движении. Кроме водителя и башнера со мной было шестеро телохранителей. Берия на счет них был не против, только поставил условие, что Вольных будет начальником моей охраны.

С удовольствием вздохнув, я подсек очередного карпа. Надо будет не забыть угостить соседей. Большая часть из них военные и находились на фронте. Конечно, семьи получали доппаек, но свежая рыба, это свежая рыба.

Ничего, отдохну еще пару недель, и как мне сообщил по секрету Гоголев, начну плотно работать по порталу в мир Царя. Я даже знал, кто будет охранять этот портал. Тот же майор Медведев, подразделение которого ранее стояло на портале в 'Мертвый мир'. После закрытия портала их сняли оттуда и направили в Польшу — это узнал я уже сам, из своих источников.

К вечеру после рыбалки, отец сварил отличную уху на костре, под водочку самое то, мы загрузились вместе с уловом в 'Малыш' и, скатившись в протоку подминая прошлогодние камыши где поплыли, а где и покатились вниз, пока не выехали из леса и, проехав по краю распаханного поля, не выехали на дорогу. Через час мы были в Москве. Оставив 'Малыша' в ведомственном гараже, мы пересели на 'уазики', отец сразу поехал к себе, а я с охраной уже к себе домой, тем более Аля только что звонила на мобильник с сообщением что ждет.

По обнимав жену, все-таки целый день не видел, погладил ее живот, с умильной улыбкой встретив недовольные толчки, и отдав пару рыбин, пробежался по соседям раздав остальное. Охрана пока мы рыбачили, тоже себя не обделила, снастей хватило всем.

Утром, когда я вышел завтракать в полной форме, а не как обычно в домашнем, жена, ставившая на стол горячие гренки, сердито спросила:

— Ты куда? У тебя отпуск еще девятнадцать дней будет длиться. Ты не забыл, что у меня могут быть схватки со дня на день?

— На работу надо съездить, — виновато ответил я, разведя руками. Чмокнув в щечку, добавил. — А на счет родов, я внизу специально машину оставляю, и нашего штатного фельдшера, он в тебя в больницу то и отвезет.

Аля конечно про все это знала, но мне было не лень прояснить ситуацию, чтобы успокоить ее. Беременные такие мнительные. Жена очень сильно изменилась, характер стал совсем другой.

— Мне не надо фельдшера, почему меня должен отвозить какой-то посторонний мужчина, когда муж рядом? — скорее не возмутилась, а высказалась Аля.

Дальше она уже молчала сидя напротив и глядя как я уминаю гренки, запивая их чаем.

После обеда на двух машинах в сопровождении охраны как обычно водиться, объехав две пробки, мы подъехал к наркомату. Привычно показав на входе удостоверение, быстрым шагом направился в левое крыло, где находился наш отдел. Гоголев был на месте, я из дома предварительно позвонил секретарю.

— Подождите, товарищ старший майор госбезопасности, товарищ Гоголев еще занят. У него посетители, — указав на удобный диванчик, попросил секретарь, немолодой мужчина с пустым рукавом. Не знаю, где Гоголев его подобрал, но секретарем и цербером на входе он был классным.

Ждать пришлось довольно долго, минут сорок точно, пока из кабинета не вышел полковник Астахов. Вот странно, уже больше полгода пашет в нашем отделе, а звание с армейского, так и не перевели.

Приветливо поздоровавшись с ним, я после разрешающего кивка секретаря прошел в кабинет начальника.

— Здоров, Серег, — поручковавшись, я сел на ближайший стул и положив на стол фуражку, пригладил волосы.

— И тебе не хворать. Чего из отпуска дернулся? Ты же вроде рыбалкой загорелся? Где только этих карпов нашел, не сезон же?

— Есть места, — туманно ответил я.

— Вчера твои парни нам рыбу привезли. Кстати, спасибо, но не стоило. Мой старшенький уже две недели как удочками на речку бегает. Сам то как?

— Да нормально. Позавчера ходили, УЗИ делали.

— Ну и?.. — подался вперед Серега.

— Пацан, — я гордо подбоченился.

— Мужик, — Серега встал и достал из небольшого шкафчика в котором я не сразу опознал закамуфлированный холодильник, бутылку водки, которая сразу запотела, и закуску на тарелках. — За мужика надо выпить.

Выпили мы немного, так остограмились. Убрав посуду обратно, Сергей спросил:

— Рожать где думаете? У нас?

— Да, в ведомственной больнице. Я уже договорился. Роды будет принимать завотделения, акушер из второй горбольницы. Его лучшим считают, мол, легкая рука.

— Молодец, когда примерно случиться?

— Врачи говорят на этой неделе. Я Алю уговариваю на сохранение лечь, все в никакую. Дома ей легче, вроде как родные стены помогают.

— Это да... Кстати, ты чего пришел-то? Отпуск у тебя только начался.

— Да я когда рыбачил, размышлял о высоком и мне одна мысль в голову стрельнула. Вот смотри, мы вывезли все, что можно из 'Мертвого мира', то есть что успели похватать по пути пока выводили военные части и гражданских что были под их присмотром, однако, сколько еще добра там осталось? Вывозить оборудование и ништяки оттуда можно годами. Опять же, мародерка, так мародерка. Если остались только банды, то и их можно использовать. В чистый мир не пускать, но припахать в мародерке в обмен на чистые продукты, воду, топливо и прочее. Бандиты поставляют ништяки (оборудование, драгметаллы, оружие, спецов с семьями что там остались) им в обмен консервы, муку, витамины и чистую воду. Последнее как я узнал самый ходовой товар. Там же тысячи тонн золота осталось, да серебра немеряно которое ТАМ никому не нужно, а НАМ оно ну очень пригодится и для закупок в моем бывшем мире и у союзничков здесь. Здесь даже предпочтительней, приборов Гейгера нет. Зараженные драгоценности на отличное продовольствие — уловил прикол? Как тебе такая идея? Ведь кучу народа завезли с разных миров. Народ кушать хочет, так что по первых порах можно хлеб закупать. И масло...

— Все сказал? — хмыкнул Серега.

— Судя по тому, что ты не кричишь 'аллилуйя' и не собираешься меня поздравлять с удачно пришедшей идеей, вы уже проработали подобный план. Я прав?

— На все сто. Ну кто тебе сказал что мы бросим подобный перспективный мир? Из шестнадцати заводов что мы вывезли, четыре уже две недели как работают на полную мощность. Нет, такой мир мы из рук не выпустим.

— Да? — я озадачился. — А почему тогда вы перекрыли портал и вывели с той стороны все подразделения обеспечения?

— Потому что бандиты узнали о чистом мире, ушла информация в сторону, да и местные армейцы ее и не скрывали. Поэтому банды объединились и рванули к порталу. Ты-то этого не знал, по сводкам она не проходила. Поэтому решив, что связываться с более чем стотысячной группировкой бандитов нам не с руки, просто вывели последние подразделения и закрыли портал.

— И что?

— А то, что второй раз они такую группировку не соберут, уже авторитета не хватит. Ничего, посидят у портала пару месяцев на голодном пайке, а то и меньше, да сами разбегутся. А мы месяца через три-четыре открываем портала и создаем в том мире наше представительство. Все ценное нам принесут за еду и воду. Правильно ты говорил.

— Чья идея?

— Основа моя, а работал по ней Астахов. Нарастил мяса. Потом когда убрали все острые моменты, передали доклад и решение по сбору ценностей товарищу Сталину, так что он в курсе и дал добро.

— Хм, — я задумался. — Это еще не все что я придумал по 'Мертвому миру'. На нем можно круто подняться, используя его как свалку для радиоактивных и химотходов из моего мира, да и, с развитием технологий, такие отходы и тут скоро проявятся. Перегнав в 'Мертвый мир' пару эшелонов с радиоактивными отходами — можно миллионы поднять при минимальных затратах. Плюс благодарности правителей, под которую можно выпросить какую-нибудь услугу. Тоже продовольствие со скидкой.

— А что неплохая идея, нужно обдумать и отправить дополнительный рапорт наверх, — задумался Гоголев.

— Это еще не все. 'Мертвый мир' можно и как большую зону для уголовников-рецидивистов использовать. Для тех, кто окончательно выбор сделал — что уголовка — их среда. Тех, кто по молодости и по дури, кто по неосторожности или еще как, их в обычные. А вот рецидивистов, казнокрадов — в 'Мертвый мир'. Пожизненно. Там и охраны не надо. Просто выполнил норму по доставке ништяков — получай харчи, одежку. Не выполнил — гуляй. Помнишь немцы, когда началась война из националистов несколько литовских батальонов создали? Один в окружение под Львовым попал и сдался. Что вы с ними сделали? Офицеров расстреляли, а солдат в Сибирь. Всех этих ублюдков надо было не свежим воздухом в Сибирь отправлять дышать, а в 'Мертвый мир'. Там им самое место, наказание так наказание, до печенок проберет. Так что по 'Мертвому миру' можно отдельный наркомат создавать и работать, работать, работать...