Тринадцатое небо

— Учитель, — Алина оглянулась и спросила стоящего за её спиной брахмана, — для кого Шива танцует?

— Так Шива Натараджи — танцующий создает мир из хаоса. При помощи движений и звука барабана он направляет потоки энергии Вселенной в известные только ему места. Поклонись Натараджи четыре раза.

Алина вновь повиновалась наставнику и не заметила, в какой момент рядом с ними появился маленький иссохший, как спичка, босой старец. Его седые неимоверно длинные волосы уложены на голове в виде тюрбана, а тело прикрывало лишь ветхое вылинявшее дхоти.

— Приветствую тебя, Шукла, — Мишра приложил руки к лицу и поклонился ему.

— И я тебя приветствую, Вагаспати, — ответил во взаимном поклоне старец, — давно ты не появлялся в храме! Что привело тебя сюда на этот раз?

— Со мной женщина. Всемогущий Шива послал ее мне, как последнее испытание перед Восхождением.

Шукла внимательно посмотрел на Алину, потом перевел взгляд на Мишру и жестом показал девушке на маленькую незаметную дверь за статуей.

— Ступай туда, — сказал Мишра.

— А вы, уважаемый? — девушка колебалась.

— Подожду тебя здесь. Ступай...

Она прошла в следующий совсем небольшой зал, освещенный парой факелов. Посередине стоял каменный стол. В его центре мерцал хрустальный череп, очень похожий на человеческий. Вокруг черепа небольшие золотые изваяния Шивы, Парвати и множества разных второстепенных божеств, имена которых она не знала. Все божества оказались с глазами. У Шивы и Парвати глаза изумрудные, у божеств — их помощников — рубиновые. Неровно мерцающий свет факелов отражался от изваяний в черепе и, в скупе с запахом травы, создавал в помещении таинственную мистическую обстановку.

— Вытяни вперед левую руку, — попросил девушку отшельник, перевернул её ладонью вверх, внимательно рассмотрел линии, затем взял прозрачный кристалл — горный хрусталь с острым концом, похожим на тщательно заточенный карандаш, и рассёк им подушечку указательного пальца.

— Ой! — только и успела произнести Алина от неожиданности.

Просветленный взял факел, затем осветил им хрустальный череп, поднес к нему окропленный кровью кристалл, всмотрелся в него, монотонно прочитал мантру и с торжественным видом обратился к девушке: — Идем к наставнику. Я сообщу ему, что боги приняли твою кровь.

"Зачем богам моя кровь? Они вампиры?" — подумала Алина и решила спросить у Мишры — чтобы значило такое заявление.

Шукла кивнул головой в сторону девушки и сказал: — Боги подтвердили. Она даршан. Покажи ей пещеру для медитаций... — — — — — — — — — — — — — — — — * святое место, где есть источник. ** день полнолуния в октябре.

* * *

Махабхарата, Араньякапарва, Сказание о паломничестве к тиртхам, гл. 80.

* * *

Уже больше месяца Алина то и дело проваливалась в полузабытье на полу узкой пещеры, выдолбленной в скале рядом с родником. Кроме соломенного тюфяка, служащего ей ложем, и шелковой накидки, которой она закрывалась от москитов, у неё ничего не было. Только чистая вода, чудесным образом вытекала прямо из основания скалы в каменный чан, охраняемый двумя горными демонами. Девушка набирала её в глиняный кувшин и пила небольшими глотками. Ей очень хотелось проглотить хоть маленький кусочек рисовой лепешки. Но брахман не позволял. На голодный желудок он учил её специальной дыхательной гимнастике. Чем они только не занималась! И упражнениями для прочищения ноздрей для правильного дыхания, и упражнениями для мысленного освобождения от гордыни, гнева, ненависти, зависти, глупости и лени. Во время вдохов он заставлял Алину вспоминать о всем самом хорошем и возвышенном, что есть в мире, и постоянно напоминал: только в совершенстве овладев техникой, можно входить в состояние савикальпа самадхи*.

— Не забывай, это только начало обучения. Со временем ты должна уметь вызывать картинки — просматривать, что происходит вокруг тебя на большом расстоянии и создавать фантомов — призраков лишь при помощи собственных мыслей ...

Сначала Алина думала, что брахман немного сумасшедший, но потом привыкла к его наставлениям и усердно развивала свои способности.

Вечерами к ним в гости приходил Шукла. Он устраивался у ног девушки и монотонно читал мантры вместо Мишры, который на это время удалялся для личных медитаций под баньян.

Странно, но вместо ожидаемого умиротворения, на душе у Алины постоянно скребли кошки. Каждую ночь муж являлся ей в видениях. Вот и сегодня его образ возникнул перед ней, как наяву: Мукеш сидел на спине боевого слона и, с выраженной тревогой на лице, пристально вглядывался вдаль. Алина пыталась определить, чем вызвана тревога. Но у неё не получалось. Посему, девушка спросила у Мишры:

— Уважаемый, что, по-вашему, сейчас происходит в Питхоре?

Но брахман не слышал вопроса, или сделал вид, что не слышит и продолжал читать. Звуки мантры незаметно окутали Алину со всех сторон, увлекли за собой, и она провалилась в черный тоннель. Мощный поток воздуха засасывал её все глубже и глубже, тянул за собой, пока полностью не отдал во власть стихии... В конце тоннеля появился маленький просвет, ведущий в неизвестность. Девушка стремительно приближаюсь к нему. "Кто это?" — ей показалось, что она увидела человека, стоящего на краю тоннеля и наблюдающего за происходящим. "Хвала Богам! Это Мукеш!" — только она успела осознать увиденное, как Мукеш исчез. Вместо его объятий она ощутила объятия вязкой липкой и бесцветной, как гель, субстанции, которая плотно обволокла её и вынесла из тоннеля в открытый космос. Дикий восторг и неописуемое чувство полнейшей свободы заполнили её душу. Звезды, будто по чьей — то неслышной команде, симметрично выстроились в два ряда, образуя между собой новый огромный переливающийся всеми цветами радуги, тоннель... Другая, более мощная сила втянула девушку туда и понесла к раскаленному огненному шару.

"Я лечу к Солнцу", — понимала она и безбоязненно приближалась к светилу. Жар нарастал. Состояние блаженства ушло. Алине стало страшно. И тут она услышала свой собственный, неизвестно откуда взявшийся голос: " Вспомни близких тебе людей... вспомни...".

Девушка сосредоточилась и снова увидела расплывчатую тень Мукеша. Протянула нему руку, но попала в пустоту... Тело супруга исказилось, превратилось в тоненькую змейку и растворилось в пространстве. Откуда-то из вне она услышала знакомый голос: "Мудрейший и искуснейший правитель через своё покаяние построил три города: золотой, серебряный и стальной. Эти три превосходных города исправно служили в небесах и на земле... Войдя в них, могучие и доблестные воины наслаждались там всеми радостями жизни. В городах было множество дворцов, украшенных драгоценностями, росло множество кальпа — деревьев исполнения желаний. В изобилии жили слоны и лошади. Воздушные колесницы, усыпанные натуральными камнями и сияющие на солнце, двигались во всех направлениях и, подобно лунному свету, освещали города..., там нет печали, воины радуются и ликуют... Летим к городам, не бойся...

— Мукеш, куда ты? Не бросай меня! — крикнула она и открыла глаза.

Мишра внимательно смотрел на неё...

— Где я, учитель?

— Ты на своем месте, в пещере.

— А космос, звезды, города, откуда они?

— Пока твое тело отдыхало, душа гуляла на просторах Вселенной.

— Там был мой муж. Я видела его.

— Я и не сомневался, что ты встретишься с ним именно там.

— Почему?

— Потому, что я сидел рядом с тобой и читал текст из Махабхараты.

Ты еще не научилась отпускать свои мысли и отключать слух. Душа путешествует вместе с ними.

— Это плохо, учитель?

— Хорошо, плохо — понятия несовершенные. Научись оставлять мысли здесь... Освободи разум для Брахмы. Послушай меня. Я прочту отрывок из древнего текста: "Есть, о отшельники, царство, где нет ни земли, ни воды, ни огня, ни воздуха, ни сферы бесконечного пространства, ни сферы чего бы то ни было, ни сферы восприятия или не восприятия, ни этого, ни того света, ни солнца, ни луны. Это, о отшельники, я называю ни приходить, ни идти, ни стоять, ни исчезать, ни возникать. Оно без точки опоры, без начала, без основания; именно там конец страдания. Трудно увидеть это не — я, нелегко понять истину. Преодолена жажда для знающего, и для созерцающего ничего не осталось. Есть, о отшельники, не рожденное, не ставшее, не сотворенное, не оформленное. Если бы, о отшельники, не было этого не рожденного, не ставшего, не сотворенного, не оформленного, то не было бы избавления от рожденного, ставшего, сотворённого, оформленного...".

— Разве такое состояние возможно познать?

— Если очень сильно желать, невозможность превратится в реальность. Лучшей, чем прерываемая ненужными мыслями медитация, является непрерывная медитация, подобная потоку воды или ниспадающей струе очищенного масла... когда ум, оставив внешние объекты, познает только собственную форму света, это одно есть подлинное знание...

Алина слушала учителя с открытым ртом. В словах брахмана содержалась бесконечная мудрость.

"О Боги, помогите мне овладеть наукой, которой владеет Мишра", — девушка приложила руки к лицу и принялась молиться...

Сколько дней и ночей Алина провела в пещере — неизвестно. Она попусту сбилась со счету. Все ночи и дни проходили, как в летаргическом сне. Она перестала обращать внимание даже на маленьких змеек — фурзен, живущих меж крупных камней, от сильнейшего яда которых обезьяны гибли в считанные минуты, ни на скорпионов, обладателей не менее страшного яда. Девушка оттачивала технику правильного дыхания, бесконечно медитировала и пыталась отключаться от навязчивых мыслей. Иногда ей это удавалось, иногда — нет. Наставник терпеливо наблюдал за ней и усердно продолжал читать мантры. Казалось, что летаргическому сну не будет конца... Но сегодня Мишра смягчил условие пребывания в пещере — разрешил ей впервые прогуляться.

Отвыкнув от яркого солнца, Алина зажмурилась на несколько секунд, потом, осторожно приоткрыв глаза, посмотрела в небо. О чудо! Оказывается, она стояла под мощным потоком огненного света, переливающимся подобно северному сиянию.

"Чтобы это значило? — посетила девушку неожиданная мысль, — может, таким образом, Брахма передаёт мне Божественное знание"?

— Мы рождаемся благодаря энергии солнца, — вдруг услышала Алина, — переходим в другой мир при помощи огня: сгоревшее тело освобождает душу от оков, и она свободно поднимается на небеса Индра, ближе к светилу, чтобы вновь опуститься на землю и воплотиться в новом теле. — Кто-то осторожно тронул её за плечо. Она оглянулась. К ней незаметно подошел Шукла. В руке он держал хрустальный череп.

— Это вы разговаривали со мной, уважаемый? — на всякий случай спросила девушка старца.

— Не разговаривал, а передал тебе свои мысли.

— Никогда не задумывалась о том, что такое возможно.

— Возможно. Подойди и дотронься рукой до черепа, — попросил её старец.

Девушка исполнила его просьбу — дотронулась и моментально почувствовала, как энергия Вселенной ручейком побежала по телу сначала вниз, к ногам, затем поднялась вверх, постепенно заполняя собой все клеточки тела. Через минуту в голове зашумело, она покачнулась и села на землю.

— Достаточно, — произнёс старец и подал ей долгожданную рисовую лепешку, — поешь вместе со мной. Сегодня можно.

— Спасибо, Учитель, — Алина с удовольствием отправила в рот кусочек... — скажите, для чего вам череп и почему он хрустальный?

— Таким способом Брахма передаёт мне божественную информацию. Череп отражает сигналы, отправленные из Вселенной. А храм, где он размещен, собирает эту информацию.

"Получается, что храм, в котором есть подобный череп, обыкновенная матрица!" — осенило Алину. Она снова спросила:

— Сколько в Раджастане еще храмов, где хранятся такие черепа?

Шукла хитро прищурился и сделал вид, что не услышал последнего вопроса:

— Не торопись, ешь медленно, наслаждайся вкусом простой пищи, — ответил он ей, давая понять, что разговор на запретную тему неуместен.

Из пещеры вышел Мишра и присоединился к трапезе. Алина посмотрела вверх и снова увидела огромного парящего в воздухе орла, точно такого же, как и в Питхоре.

Шукла прервал её созерцание: — Идем в храм. Сегодня праздник Парвати-дэви — главной супруги Всемогущего Шивы. Ты поклонишься ей — воплощению матери Вселенной, а я прочту сахарсранаму — божественную мантру.

Алина послушно поднялась по горной тропе вслед за наставниками. Тело её было легко, как пух. Она на секунду застыла на месте, подняла руки, закрыла глаза и на миг почувствовала, будто отрывается от земли... Но её притяжение оказалось сильнее. Девушка моментально поймала мысль старца: "Твое время еще не пришло...".

— **Я не знаю, что мы собой представляем, — торжественно заговорил Мишра, — таинственный, ограниченный ум наш теряется и не может постичь истину...

* * *

Ведь солнце никогда не восходит и не заходит. Когда люди думают, что солнце заходит, оно лишь меняет свое местоположение и, в конце дня, порождает под собой ночь, а день для того, что есть на другой стороне земли. Когда же люди думают, что солнце встает утром, после того, как закончилась ночь, оно лишь перемещается, порождая под собой, а ночь для того, что есть на другой стороне. В действительности, оно никогда не заходит.

— Но мне необходимо хоть на расстоянии помогать Мукешу!

— Попробуй, — улыбнулся брахман...

— — — — — — — — — * в медитативном состоянии самадхи тело и чувства отдыхают, как во сне, а способности ума и рассудка действуют. Сахаджа самадхи — это наивысший тип самадхи. В этом самадхи человек пребывает в высочайшем состоянии сознания, но в то же самое время он способен работать в грубом физическом мире. Он удерживает опыт нирвикальпа самадхи и одновременно входит в земную деятельность. Он стал душой и в то же время использует тело как совершенный инструмент. В сахаджа самадхи делают привычные вещи, которые делают обычные люди. Но в сокровенной глубине сердца человек переполнен божественным озарением. Когда кто-то достиг сахаджа самадхи, он становится Господином и Мастером Реальности. Можно, когда пожелаешь, отправиться к Высшему, а затем спуститься в земное сознание, чтобы появиться.

** "Я не знаю, что я собой представляю. Таинственный, ограниченный ум наш теряется". (Неизвестный индийский поэт).

* * *

Отрывок из "Айтарея брахманы", относящийся к периоду не менее чем за 2 тысячи лет до рождения Коперника.

* * *

...Сколько ещё прошло времени после начала обучения — неизвестно. Алина давно потеряла счет однообразным дням и привыкла спать на жестком ложе. Вот и сегодня утром она открыла глаза, потянулась и вместо привычной яркой картинки Шивы, начертанной неизвестным мастером на стене пещеры, вдруг увидела пляшущую светящуюся точку рядом с собой. "Давно меня не навещал человек в белых одеждах", — только успела сообразить она, как точка за доли секунды превратилась в мужчину, склонившегося над ней. Испугавшись, Алина шарахнулась от него в угол.