Джекпот 5. Или "дорогие" родственники...

* * *

Во второй раз найти предлога для того чтобы повалятся еще пару часиков в блаженном ничегонеделанье найти не удалось. Надобно сказать, что списать их такое поведение на влияние вчерашних посиделок было невозможно, поскольку с утра обе чувствовали себя просто превосходно, несмотря на обильные возлияния, после которых Хелли решила остаться у Инки с ночевкой. Все-таки Семитравка — это что-то! И настроение поднимает, и попутно от всяких, даже застарелых хворей излечивает.

Ну а уж увидев лежащий на столе в горнице свиток-уведомление с утвержденным планом по маскировке Охотничьего домика Повелителя, женщины чувствовали необыкновенный душевный подъем. Правда план был утвержден с небольшими коррективами (ну без этого Кретт не был бы самим собой!), но в целом получилось даже лучше, чем они могли себе представить.

Впрочем объем работ предстоял нешуточный и, несмотря на энтузиазм, с которым они собирались прямо с утра приступить к воплощению плана, немного побаивались не уложиться в установленные сроки. Однако настроение это им не испортило, и поэтому, выпорхнув на крылечко, все еще радостно делясь впечатлениями о том, какие они молодцы, что постарались все продумать и, по крайней мере, на бумаге, справились со сложным заданием Эмли, вдруг изумленно остановились, заткнувшись на полуслове.

— Инка, — задумчиво спросила Хелли, проморгавшись. — А ты не меняла состав Семитравки?

— Да нет, — неуверенно отозвалась ведьма, которой тоже показалось, что они все еще под действием паров алкоголя. Потому что без рюмочки Семитравки не представлялось возможным понять, примерещился им открывшийся глазам пейзаж или как?

А посмотреть было на что...

Какая-то высокая, светловолосая эльфа, довольно худенькая (если не сказать, что вообще тощенькая), на вид дет двадцати по человеческим меркам, самозабвенно отдавала приказы отряду орков (судя по их форме все они были бойцами элитной орочьей "темной" тысячи), и десятку суетливо перемещающихся рядом с ними гномов, аккуратно разбирающим постройки. Хотя, правильнее было бы обозвать этот элитный отряд отменных бойцов бригадой, раз уж их прикомандировали к демонтажным строительным работам. Бравым оркам, в отличие от гномов, хоть и не отлынивающим от своего занятия, оно явно было не слишком привычно. И потому время от времени они сквозь зубы высказывали свое возмущение и недовольство такой расточительностью элитных ресурсов (дескать, неужели не нашлось более простой и дешевой рабочей силы, привычной к подобному занятию, чем элитные подразделения), на что та, не собираясь с ними пререкаться по пустякам, машинально отвечала: "Мужу скажу".

Услышав столь смелое заявление из уст шантажистки, парни тут же замолкали, и косились в сторону еще одной толпы орков, которая под предводительством прохаживающегося перед ними демона, усердно точила лопаты! Сомневаться в том, что эти орлы принадлежат к той же элите, не приходилось, даже несмотря на то, что одинаковая форма орков не носила никаких отличительных знаков. Да и демон, нарочито вальяжно совершавший свой променад, одобрительно поглядывая на подчиненных, но не спеша делать замечания, не сумел скрыть от внимательных глаз Инки и Хелли военную выправку брутального командира.

"Эх, где мои семнадцать?" — невольно вздохнула Хелли, с трудом отведя взгляд от образчика мужественной красоты и хмыкнув, толкнула подругу локтем. Парни были настолько сосредоточенны на своем занятии, что у смотрящих на них могла возникнуть только одна ассоциация — бойцы на привале готовят свое оружие к решающему бою.

Немного в сторонке от общего сборища расположился еще один индивидуум, причем в обличии бирюзового дракона во всей своей первозданной красе данной ипостаси. Недовольно пофыркивая, он старательно водил черным когтем по свитку соответствующих размеров, потом поднимал строгий взгляд, сурово сдвигая надбровные дуги, выискивал искомое среди наваленных огромной кучей предметов, удовлетворенно кивал огромной мордой, и снова продолжал сверяться со своими записями.

— Ты видишь то же, что и я? — на всякий случай решила уточнить Хелли. — Или это все-таки мы с тобой вчера переусердствовали с Семитравкой?

— Милая, моей настойкой невозможно злоупотребить, так что попрошу без инсинуаций, — шутливо надулась Инка. — Но, сдается мне, что это все, — обвела она широким жестом открывшуюся картину, — не иллюзии, и не галлюцинации с похмелья.

— Ой, доброе утро! — подскочила к ним эльфа. — Рада познакомиться с вами. Я — Анайстейша, но лучше просто Стася! Мы тут уже к работе приступили. Ничего страшного? А то вас будить не хотелось, а сидеть без дела я не привыкла. Хотелось бы побольше успеть, пока не слишком жарко.

— Д-да, конечно, — немного растерялась от такого напора Хелли. — Мы тоже очень рады познакомиться, — ответила баронесса за обеих.

— Нас прислали к вам в помощь. Точнее это моего мужа прислали с его бойцами, но это не столь важно. Мне просто дома делать нечего, все равно детей к свекрови на месяц в наказание за то что они друг с другом поссорились отправила. Впрочем это не важно и к делу не относится. Давайте, я лучше по-быстренькому расскажу, что мы уже успели, — лучезарно улыбнулась эльфа. — И представлю вам нашего снабженца и моего мужа (тут она просто не сумела скрыть сияющей улыбки, мельком оглянувшись на демона, который будто почувствовав ее восторженный взгляд, в этот момент тоже обернулся), ой, то есть аса Димьюна командира сотни "темной" орочьей тысячи — слегка смутилась она под понимающими взглядами баронессы и ведьмочки.

Инка наконец-то пришла в себя и ее губы растянулись в радушной улыбке, глядя, как увлеченный подсчетами дракон, услышав их разговор, перекинулся в симпатичную, уверенную в себе женщину средних лет, с наполовину седой головой и (что было действительно странно) в очках, придававших ее лицу дотошливо-вьедливое выражение, которая поспешила подойти.

— Добрый день, я — ваш снабженец, — отрекомендовалась она, и внимательно посмотрела на подруг поверх съехавших на кончик носа очков сероголубыми глазами — Налья Бар

— Добрый день, очень приятно, что вы уже прибыли. Думаю, из нас подобралась отличная команда для выполнения столь необычной миссии, — улыбнулась Хелли.

* * *

Впрочем, Айвен отнюдь не горел желанием побыть главным шутом на веселом празднике, но увы, раз уж пообещал "усыновить" Барб Эмффруль, согласно гномьим традициям, теперь уже отказываться было неловко.

Вдобавок и Алисташи клещом вцепился в Наследника. Он ни за что не желал пропустить такое забавное зрелище, и с раннего утра буквально прилип к демоненку с заверениями и утверждениями, что его присутствие там тоже крайне необходимо. Да и Кретт, присутствующий при сборах Айва на церемонию, судя по выражению его лица, тоже не отказался бы в ней поучаствовать. К радости Наследника, к сожалению Наставника, сегодня его присутствие требовалось на месте службы и поэтому, он тоже встал на сторону нага, приводившего неоспоримые аргументы за совместный визит к гномам, незаметно подмигнув и аккуратно, так чтобы это не увидел Айв, положив в один из его карманов записывающий кристалл и шепнув подчиненному, что он ждет от него подробнейший отчет о мероприятии.

А отчитываться вечером нагу было о чем!

Прямо с порога, оттеснив Алисташи, Айвена окружила толпа наряженных в свои лучшие одежды по случаю торжества гномов, громогласно и вразнобой сообщающих, дескать, поздравляем! Мол мы тут новость узнали — что ты отцом станешь! Так что давай, проставляйся!

Немного растерявшийся Рыжик, хоть и ожидал нечто подобного, но не рассчитывал, что ушлые гномы так далеко отодвинут временные рамки. Хорошо, что он хоть глянул в свои же записи и освежив в памяти традиционный ход мероприятия заранее позаботился об угощении. Махнув слугам, чтобы те заносили выпивку, Айвен прошел в центр зала и остановился, ожидая очередного подвоха. По идее, ему должны были сейчас вынести тряпичный сверток, символизирующий новорожденного. Но судя пор хитрющим ухмылкам собравшихся, с одобрением пригубляющих разливаемое слугами по большим кружкам вино, его ждет некое отступление от общего правила. Да и то сказать, демоны редко кому давали свое непосредственное покровительство таким вот образом.

Алисташи быстренько нашел себе компанию среди молодежи, умудрившейся пробраться в первые ряды почетных зрителей и свидетелей таинства, и теперь, не скрывая улыбки от уха до уха, с удовольствием смакуя вино, хитро поглядывал на своего спутника.

Сигналом к следующему этапу прозвучал самый настоящий детский плач, буквально взорвавший веселый гул под сводами огромного зала, переводя его в новую тональность. И теперь разноголосый хор выкрикивал новые поздравления с рождением дочери, требуя следующую порцию за здоровье и счастье красавицы.

Айвен сглотнул, опасаясь брать на руки настоящего младенца, но к его огромному облегчению, толпа расступилась и два гнома кряхтя от натуги принесли и опустили ему на руки огромный кружевной сверток, старательно выводивший: "уа-уа...", со словами:

— Ну-ка держи свое сокровище! Только взгляни, какая у тебя доча! Кровь с молоком!

Но едва дитятко перекочевало в подставленные руки демона, Рыжик почувствовал, как "младенчика" сотрясает крупная дрожь еле сдерживаемого смеха. Он и сам готов был расхохотаться от абсурдности этого обряда, потому что на новорожденную красавица Барб (с трудом впрочем узнаваемая в этом свертке) уж никак не походила. Хорошо, что лицо хихикающей девушки было пока что закрыто кружевным уголком пеленки.

Достопочтенные гномы все как один выпили по очередной кружке сопровождая сие действие приличествующими случаю поздравлениями, и тут же приблизились к новоявленному отцу, желая взглянуть на девочку.

Пеленку откинули с ее лица и Рыжик не удержавшись все-таки рассмеялся самым неподобающим образом, едва удерживая легкую девушку на руках, потому что видеть, как она рассеянно хлопает длиннющими ресницами, старательно изображая детскую непосредственность и при этом сосредоточенно сосет большой палец вместо соски, было по чести сказать еще тем зрелищем. А Айвен на миг зажмурился, почему-то (хотя и не понятно с чего) представив совершенно неприличную картинку про их с Алечкой забавы, исключающие любых посторонних при столь интимном процессе. И, почувствовав, как стремительно краснеет от одной только фривольной мысли о своей любимой человечке, решительно потянул ручку своей приемной дочери изо рта, на что та, сдвинув бровки домиком, обиженно посопела и снова разразилась своим дурацким: "уа-уа..."

Проклиная себя за слишком развитую фантазию, совершенно неуместную в данном случае, Рыжик беспомощно посмотрел на глумливо хихикавших гномов (причем почтенные Старейшины, похоже, тоже догадались о причине его замешательства, и помогать ему не спешили). Но тут уж сжалился Алисташи, предполагавший, что Наследник Эмли ему не простит, если он будет бессовестно смеятся вместе со всеми, и знаками очень доходчиво изобразил укачивание младенца.

Рыжик благодарно кивнул своему спутнику и попытался успокоить дитятко, покачивая на руках. Но зловредное существо, хитро блестя красивыми глазками и пытаясь все-таки не смеяться над незадачливым папашей, а плакать, успокаиваться не желало.

Ну а когда еще безнаказанно можно повисеть на руках у красавца-демона, за которого теперь гарантированно не выдадут замуж?

— Надо колыбельную спеть, ишь как разошлась, — сочувственно посоветовал Первый Восседающий, умиляясь зрелищу и невольно вспоминая самого себя, когда ему жена вот также однажды вручила это дитятко (тогда еще действительно совсем крошечное), оставив слишком краткие инструкции на предмет ублажения младенчика, а сама упорхнула к пришедшим в гости подругам, пообещав, что на полчаса, только выпьют по чашечке чая с пирожными.... Долго же он потом эти полчаса вспоминал....

Закатив глаза к потолку, демон сосредоточенно нахмурился. Из традиционных гномьих колыбельных он практически ничего не знал... ну если только пару-тройку строк из разных куплетов, но, похоже, собравшиеся ждали чего-то более неординарного. Решив, что раз он приемный отец, то вполне может спеть для приемной дочери свою колыбельную для маленьких демонят, Рыжик осторожно встряхнул "плачущий" сверток, коротко откашлялся, прочищая горло, и запел...