— Да, конечно. Тебе решать, я не в праве раскрывать твою тайну кому-либо без твоего ведома, но... Гарри, думаю, тебе все же стоит ему сказать. Это совет, как другу.
— Спасибо, Гермиона.
— Пожалуйста.
Девушка встала, руки и ноги уже не дрожали, зато голова казалась просто чугунной от такого количества информации, ошеломляющих фактов. Как-то на шестом курсе Гарри сказал, что иногда он понимает слова Дамблдора о полезности Думоотвода. Тогда Гермиона его не поняла. Как это, хочется куда-то "слить" часть своих мыслей? Как будто человеческий мозг не является почти безразмерно-огромным пространством, на заполнение которого ушло бы, по меньшей мере, тысяча, а то и больше жизней. Однако теперь она и в правду почти чувствовала, как изнутри на ее череп давит мозг, раздутый, словно тыква Хагрида на Хэллоуин!
— Я пойду, — полувопросительно, полуутвердительно сказала Гермиона.
— Да, конечно. Спасибо тебе, — еще раз повторил Гарри, — Выход.
"Хм... ну вот, теперь она все знает. Хорошо это или плохо?.. Наверное, хорошо..."
Гарри посмотрел в окно на колыхающий неопрятными серыми кронами Запретный Лес.
Глава 9. Гигантовый Ламарк и Медное кольцо
Хмурое небо высилось над головой огромным, грязным куполом, заставляя глубже кутаться в мантию и туже затягивать колючий красно-золотой шарф на шее.
Гарри стоял на промозглом ветру, шмыгая красным от мороза носом вместе с одокурсниками-гриффиндорцами возле домика Хагрида. Поодаль стояла такая же жалкого вида кучка замерзших и злых слизеринцев. Малфой громко жаловался, что напишет отцу, так как он наверняка теперь заболеет. А если он заболеет, то всем мало не покажется... В общем, его можно было понять, даже стойкие гриффиндорцы и те готовы были ругать благим матом весь педагогический состав. Дело в том, что в данный момент у седьмого курса должен быть урок по Уходу за Магическими Животными, на улице -25 по Цельсию (и это при дикой влажности острова Британия!), а Хагрида все нет и нет, хм...
— А вот и я! — со стороны хижины послышался зычный голос хогвартского лесничего и еще какие-то непонятные звуки, похожие на чавканье гигантских челюстей, — Ита-аак, это... Гигантовый Ламарк!! Очень редкое и интересное животное. Ну, правда, он прелесть?..
Наступило ошарашенное молчание, даже Малфой прекратил тереть нос. Через секунду раздался скрип — это у Крэбба и Гойла по очереди отвисли, примороженные до этого к зубам, челюсти.
Перед учениками стояло нечто, далеко-далеко напоминающее крысу. Только у этой "крысы" было шесть лап, два хвоста, шерсть огненно-рыжая (как волосы Рона), клыки-кинжалы и рост четыре метра в высоту.
— Ну, как вам зверушка? Красавец, а? — похоже, Хагрид был очень доволен. Видимо добрый, но, увы, не слишком умный полувеликан принял ошарашенное молчание студентов как немой восторг, а не как сильнейший испуг. А ведь было чего испугаться! Ко всем своим "достоинствам" эта хм... "зверушка" была совершенно ни к чему не привязана, то есть, чудище могло спокойно встать и схрумкать, как морковку кого-нибудь из учеников.
Ламарк между тем, кажется, ничуть не обращал внимания на людей. Он со смаком грыз нечто вроде толстого бревна (позже выяснилось, что этот зверь питается лишь древесиной сибирского кедра и ни чем другим, однако пока-то ученики этого не знали...) и хитро поблескивал немигающими красными глазами.
— Кха-кха... кто скажет мне, что этот зверь из себя представляет? И какие имеет магические свойства?
Малфой, похоже, уже совершенно отошел от шока и теперь вместе с громилами Крэббом и Гойлом ржал над чем-то и злобно кривил губы, красноречиво глядя на раскрасневшегося Хагрида, только что пальцами не показывал.
— Хагрид, можно? — спросила Гермиона, готовая, как всегда, принять "удар" на себя.
— Да, конечно.
— Гигантовые Ламарки обитают в Центральной Сибири, растут и живут очень долго. Они имеют особенность менять окраску шерсти в зависимости от настроения. Если Ламарк счастлив, он будет оранжевым, если голоден — синим, если его шерсть стала красного цвета, это говорит о том, что он очень зол. Толченые когти Ламарка обычно применяются как составляющие Сонного и других зелий...
Гарри слушал вполуха. Его не сильно интересовали особенности магических зверей, просто он не хотел расстраивать своим уходом Хагрида, как и Рон с Гермионой. Поэтому они решили на этот год выбрать как дополнительный предмет Уход за магическими существами. Тем более, что урок был не в тягость. Особенно для Гарри, так как, похоже, он все же меньше других учеников страдал от холода и пронизывающего ветра, еще одно преимущество "болезни". Гарри вдохнул поглубже и отвернулся в сторону Леса. Хм... когда же он сможет снова там побывать? Может быть, он зря ждет, может, Дамблдор за ним и не следит вовсе?
— Поттер, эй, Поттер...
Гарри удивленно обернулся. За его спиной стоял Малфой и как обычно злобно ухмылялся.
— Поттер, а что это вы со своей грязнокровкой делали вчера у тебя в комнате, а?
— Пошел к дьяволу, Малфой! — выплюнул Гарри и отвернулся, однако настороженный слух уловил негромкое поскрипывание снега сзади, шаги. У самого уха раздалось ехидное:
— Что ты с ней делал? Небось, трахал по-тихому, пока Уизли не видит, а? Или вы ее там вдвоем... Признайся, волчара. Я ведь уже много твоих секретов знаю. Так что одним больше, одним меньше-эа-аа-х-ххр!..
— Гарри, что ты делаешь?! Гарри! Отпусти его!..
Гарри почувствовал, как сзади его за плечи его схватили чьи-то руки, затем огромные лапищи Хагрида. Малфой хрипел и дергался, юноша сжимал ему пальцами глотку все сильнее и сильнее. Лицо слизеринца стало синим, из носа вот-вот должна хлынуть кровь. Он сейчас задохнется... и тогда всё...
Наконец кто-то (кажется Гермиона) догадался крикнуть:
— СТУПЕФАЙ!
Заклятие угодило прямо посередине между Гарри и Малфоем. Оба отлетели в стороны. Гриффиндорец ударился о деревянный забор и проломил его, словно доски были гнилыми насквозь. Малфой полетел прямо к Ламарку в загон. Удивленный зверь, недоумевая, сперва стал зеленого цвета, затем, обнюхав интересный предмет у своих ног, принялся опять мирно откусывать щепки от ствола. Хагрид и слизеринцы кинулись к Малфою. Полувеликан осторожно поднял его и, изменившись в лице, быстро понес в больничное крыло.
Опять наступило ошарашенное молчание, только еще более глубокое и испуганное, чем после встречи с безобидным, как оказалось, Ламарком.
-Что? — поинтересовался Гарри, обводя всех стоящих хмурым взглядом. Ему никто не ответил, юноша резко развернулся и быстро зашагал к замку. Через мгновение за ним следом потащился и все остальные.
— Гарри, подожди!..
Поттер обернулся, сзади к нему спешила раскрасневшаяся Гермиона. Она так и не сняла уличную одежду. Как и Гарри.
— Гарри, нам нужно поговорить. Пойдем?
Он кивнул в знак согласия.
— Может быть, на улице? Все равно сейчас у нас обед, — предложила Гермиона. Гарри опять кивнул.
Снег звучно хрустел под ногами, небо слегка прояснилось. Нет, солнце не выглянуло. Ученики уже давно оставили мечты о такой радости, но все же из грязно-серого небесный купол стал просто белым, что уже в какой-то степени неплохо. Гарри глубоко вдыхал свежий воздух, наслаждаясь мгновением. Никто не решался сказать первым. Они подошли к покрытому толстой серо-голубой коркой озеру около Запретного Леса. Парень тоскливо посмотрел в гущу черно-коричневых ветвей. Вот она, здесь, рядом! Страна вечной осени, прелых, гниющих листьев и мха! Так близко и далеко...
— Как ты? — первой нарушила молчание Гермиона.
— Хм... похоже, это твой любимый вопрос? — спросил Гарри с ядовитым сарказмом в голосе. Он был очень раздражен. Всем. Сегодняшней стычкой с Малфоем (если бы не Гермиона — задушил бы крысеныша!), дурацким поведением Дамблдора, своей ролью Мальчика-который!..
Гермиона смутилась и опустила глаза. Гарри понял, что обидел ее и быстро сказал:
— Прости. Это я не подумав... брякнул. Извини.
— Ничего.
Сбоку прошелестели ветки, с дерева на дерево прыгнул какой-то мелкий зверек, может быть — лукотрус.
Гарри не обратил на него внимания и тихо проговорил:
— Я не знаю, что на меня нашло. Надо было держать себя в руках, это ведь просто Малфой...
— Что он сказал тебе?
— Сказал, что... Что он может сказать, этот хорек? Какая разница, главное, что я сорвался.
Гермиона нахмурилась и посмотрела на Гарри:
— А что говорит Дамблдор по поводу твоей...?
— Дамблдор? Он назначил мне Уроки Концентрации у Снейпа (это что-то вроде контроля над своими физическими и магическими способностями), только что-то ничего пока не выходит. Почти. Практически всегда заканчивается тем, что Снейп остается жив лишь благодаря своей реакции и умению быстро накладывать очень сильное заклятие парализации. Один раз я все же прыгнул на него... Дамблдор как чувствовал, в этот же момент непонятно каким образом появился в кабинете, остановил меня... Хм... Вот и всё.
— Но, как же? Ты ведь говорил, что можешь во время трансформации сохранять человеческий разум?
— Да, но ты же знаешь Снейпа!.. — Гарри невесело улыбнулся краешком рта.
— Гарри, мне жаль тебя. Почему именно тебе на голову всегда падают самые крупные беды? — грустно сказала Гермиона.
"Гм... жаль? А вот мне совсем не жаль! Мерлин, знала бы она, как это прекрасно, удивительно... чувствовать свободу!"
— Не надо. Я не хочу, чтобы меня кто-то жалел. Я не несчастен. Поверь, есть люди гораздо более несчастные, чем я, — ровно ответил он.
Гермиона моргнула и посмотрела на небо, из белого оно стало превращаться в бледно-желтое. Кажется, робкое зимнее солнце все же не оставило попыток пробиться сквозь тугой слой облаков. Оно упорно искало щели, малейшие дырочки в этом плотном белом одеяле.
— А... какой ты... ну, когда превратишься?
Внезапность вопроса смутила Гарри. Он удивленно посмотрел на девушку. Ветер трепал выбившиеся из-под вязаной шапочки волосы, бросал в лицо, стараясь вывести их хозяйку из задумчивости.
— Э... я не знаю. Я никогда себя не видел. Наверное, это нечто вроде большого черного волка или похожее на него. Знаешь, не надо меня жалеть, потому что... потому, что это — свобода! Да, невероятная свобода, Гермиона! Я давно это понял. И знаешь, Запретный Лес на самом деле не такой страшный, как нам твердят. Обычный лес. Только магический.
— Ты был в Запретном Лесу? — теперь настал черед Гермионы удивляться.
— Ну да. И не раз. И вообще, я теперь столько всего могу, что... я почти все могу! Почти все!
— А тебе не бывает грустно? Одному, без друзей?
Юноша поджал губы и буркнул отрывисто:
— Нам пора в замок. Пойдем, холодно уже. Да и уроки скоро.
Гарри направился в сторону Хогвартса, Гермиона удрученно шла следом.
Как только они переступили порог холла, подбежала четверокурсница-гриффиндорка и передала Гарри скатанный свитком пергамент. Парень ожидал чего-то подобного, после того, что было на Уходе за магическими существами. Он спокойно развернул пергамент. Тонким почерком декана МакГоннагал было кратко и лаконично написано:
"Мистер Поттер! Прошу Вас зайти в кабинет директора после обеда.
Пароль — Липкие тянучки.
М. МакГоннагал."
— Хм, ну что ж, я, пожалуй, пойду, — Гарри смял пергамент и положил в карман. Гермиона кивнула, глаза ее оставались печальными и обеспокоенными.
Секретные ходы и на этот раз не подвели. Юноша добрался до знаменитой каменной горгульи меньше, чем за две минуты.
— Что ж, Дамблдор в своем репертуаре... "Липкие тянучки"! — горгулья отъехала в сторону. Гарри пару раз глубоко вдохнул, словно перед прыжком в воду, и поставил ноги на движущуюся лестницу. Дверь открылась с едва слышным скрипом. В кабинете был один лишь Дамблдор, не считая спящего на спинке директорского кресла Фоукса.
— Заходи, Гарри, садись, — сказал он (Дамблдор, а не Фоукс), не поднимая головы. Юноша тихо прикрыл за собой дверь и опустился на одно из многочисленных плетеных кресел. Он оглянулся по сторонам — ничего не изменилось, на полках по-прежнему блестят и попыхивают различные серебряные вещички, в шкафу за стеклом стоит каменный Думоотвод, прежние директора и директрисы мерно сопят в своих тяжелых рамах, феникс выделяется посреди всего этого ярко-красным пятном.
Гарри почувствовал на себе пристальный, будто сверло дрели, взгляд. Он поднял глаза и встретился взглядом с Дамблдором.
— Гарри, я хотел бы с тобой поговорить об Уроках Концентрации. Профессор Снейп говорит, что ты совершенно не стараешься, впрочем, я и сам это виду, особенно беря в расчет сегодняшнее... происшествие. Мистер Малфой сейчас находиться в больничном крыле, мадам Помфри обещает поставить его на ноги уже сегодня.
— Я рад, — ровно ответил юноша. Ему был неприятен этот разговор, особенно с этой манерой директора ходить вокруг да около. Почему бы сразу не сказать, что теперь он будет исключен из школы или просто "временно помещен" на площадь Гриммо?!
Старый волшебник, прищурившись, наблюдал за реакцией Гарри, хитро поблескивая очками-половинками. Наконец, он чему-то своему улыбнулся и сказал:
— Я думаю, что тебе не помешает еще один дополнительный предмет. Особенно если, учесть, что Уроки Концентрации пока не принесли... должного результата. Я даже думаю, не стоит ли пока прервать на время твои занятия с профессором Снейпом?
Гарри удивленно вскинул правую бровь.
— Да, так мы и сделаем. Помня свои прошлые ошибки, я решил, что лучше всего будет, если я буду преподавать тебе сам. Твой новый урок — Высшие Заклинания! — Дамблдор сделал над столом жест фокусника, достающего из цилиндра большого белого кролика, и улыбнулся еще шире и хитрее, — Мне кажется, что этот навык тебе очень пригодиться для того, чтобы, гм... обуздать свое новое "Я".
Гарри кивнул, недоумевая по поводу того, почему именно "Высшие Заклинания"? Каким образом это может быть связано "болезнью"? Насколько он знает, Высшие Заклинания — это те же заклятия, которые они учат на уроках у Флитвика, только на порядок мощнее, вот и все. Зачем тогда...?
— Ладно, тебе, наверное, уже пора. Уроки будут проходить в разные дни и время, так что... вот, — директор порылся в ящике стола и достал оттуда широкое медное кольцо. Оно было очень старым, темно-бурого цвета, почти черным, как будто на нем засохла чья-то кровь, в общем, имело довольно неприятный вид. На нем был вытеснен некий барельеф или рисунок, однако он почти стерся то ли от времени, то ли еще от чего.
— Вот, — повторил Дамблдор, — возьми. Я помню, как на пятом курсе вы с мисс Грейнджер организовали группу ОД (признаюсь, я был очень польщен). Для сообщения времени и даты собрания, насколько я помню, вы использовали фальшивые галлеоны (надо сказать, мисс Грейнджер только за прекрасно наложенные протеевы чары нужно уже поставить "П" по Заклинаниям). Я взял эту идею себе на заметку (никогда не поздно учиться, Гарри), это кольцо имеет тот же принцип работы, но имеет лишь одно отличие — текст будет появляться не на кольце, а сразу у тебя в голове. Кроме того, кольцо имеет еще некоторые весьма полезные свойства... но о них потом. Пока что они тебе не нужны. Держи.
