Теперь понятно, подумал Кеалор, что принц Айэн в ней нашел.
Медицинская дипломатия
На балы Кеалор попадал через один. Точнее, присутствовал-то он на всех, но в половине случаев балы приходились на его дежурство, и приходилось стоять на посту в качестве не то охраны, не то живой мебели. Зато когда Кеалор бывал свободен, он вполне мог развлекаться там в качестве придворного кавалера, танцевать, знакомиться с дамами и так далее. Для любителей кинуть кости устраивались посиделки за ломберными столами, любители выкурить трубочку собирались в курительных, но Кеалора не интересовало ни то, ни другое. Он предпочитал оставаться в общей зале и непринуждённо болтать с гостями в перерывах между танцами.
За пару дней до равноденствия на очередном балу к нему подошла Эмпи в сопровождении молодой женщины необычной внешности. Черты лица её напомнили Кеалору паарских студенток родом из Земли Ня. Слегка раскосые глаза, плоский нос, широкое круглое лицо, прямые чёрные волосы. Только кожа намного темнее, чем у нянцев. Девушка была одета в обычное имперское платье, но Кеалор видел, что носить такое она непривычна и держится напряжённо.
— Принцесса, вот это Кеалор тал Альдо, тот самый, который помог избежать срыва поставок оружия. Келли, это принцесса Хонтисс, посланница народа аллонов и супруга тал Стоя.
Кеалор поклонился. Об аллонской принцессе он был наслышал, но видеть её до сих пор не приходилось, хоть с тал Стоем его и познакомили по итогам истории с пушками.
— Очень приятно, принцесса. А где ваш супруг?
— Он засел за игорный стол, — ответила молодая женщина хрипловатым, низким голосом с заметным акцентом. — Его оттуда теперь до утра не вытащишь. Хорошо хоть он не на мои деньги играет, а то могли бы мы без пушек остаться, — принцесса попыталась засмеяться, но внезапно закашлялась.
Кеалор внимательно прислушался к дыханию Хонтисс. Потом попытался рассмотреть её ауру. Конечно, при свете сотен колеблющихся свечей в ауре мало что можно увидеть, но кое-что Кеалор заметить сумел.
— Знаете что, принцесса, не нравится мне ваш кашель. Я бы советовал как можно быстрее обратиться к жрицам Виэму. Подозреваю, что столь долгое пребывание в чужой стране плохо сказалось на вашем здоровье.
— Правда? — стоявшая рядом Эмпи встревоженно посмотрела на Кеалора. — Хонтисс, он мне в том году вот так же на балу ванильную лихорадку диагностировал! Кеалор, у неё тоже ванильная лихорадка?
— Нет. Но запущенный туберкулёз немногим лучше, хотя развивается медленнее.
— К-какой запущенный туберкулёз? Хонтисс всего два месяца назад приехала в Империю и была абсолютно здорова! Хонтисс, пожалуйста, сделай, как он говорит. Если речь идёт о здоровье, Кеалора надо слушать!
— Я скажу тал Стою, — кивнула принцесса.
— Пойду-ка я сам ему скажу, — решительно заявил Кеалор и отправился в игорную комнату. А то, чего доброго, непривычная к тинмарранским обычаям принцесса постесняется или испугается обращаться в храм чужой богини. Всем известно, что боги не любят чужаков.
Девять из десяти имперских дворян, должно быть, в азарте игры отмахнулись бы от Кеалора, но тал Стой, похоже, действительно любил свою жену. Он немедленно расплатился с партнёрами, забрал Хонтисс из танцевального зала и увёз домой.
На следующий день с утра он отправился с ней в храм Виэму. Дежурная бурая жрица-медик быстро осмотрела молодую женщину, нахмурилась и куда-то отправила с запиской свою "зелёную" помощницу. К ужасу тал Стоя, через несколько минут в комнату быстрым шагом вошла пожилая женщина в чёрном одеянии. Тал Стой несколько лет прожил на Аренкаре, но обычаи своей родины не забыл. Он почтительно поклонился чёрной жрице и отступил, давая двум медикам возможность посовещаться.
— Так, — вынесла свой вердикт чёрная жрица, выслушав бурую и в свою очередь осмотрев больную. — Кавернозный туберкулёз лёгких. Если бы на дворе было лето или хотя бы середина зимы, я бы посоветовала отвезти принцессу на южное побережье. Или даже на Шёлковый остров. Это замедлило бы течение болезни, а мы могли бы дать её организму силы противостоять инфекции. Но сейчас весенняя распутица, неустойчивая погода, сильные ветры. Везти больного человека в такое время через пол-Империи нельзя, станет хуже. Может быть, стоило бы отправить принцессу на родину, но на море сейчас самый разгар равноденственных штормов. Граф, где вы были месяц назад?
— То есть я должен был бы познакомить свою супругу с тал Альдо месяц назад? — уточнил впавший в шок тал Стой.
— Тал Альдо? — переспросила чёрная. — А, помню. Тот молодой человек, который диагностировал ванильную лихорадку у юной таллэ Эйкэт. Он, насколько я помню, с Севера. Вот что, граф, вы не могли бы доставить этого юношу сюда? О принцессе не беспокойтесь, мы сейчас устроим её в храмовом госпитале. Кое-чем помочь мы можем, если не вылечить, то хотя бы облегчить состояние и поддержать организм. Тесса, распорядитесь.
— Да, мать Лианна, — бурая жрица поклонилась и вышла.
* * *
Взмыленный тал Стой нашёл Кеалора во дворце, когда тот как раз собирался заступать в караул. Пришлось проявлять чудеса красноречия, чтобы убедить тал Вирша, что вот именно сегодня Кеалора обязательно нужно отпустить с дежурства. Тал Вирш не убеждался. Тал Стой включил режим тарана и отправился к министру иностранных дел. Министр, правда, не слишком хорошо понял, причём здесь Кеалор, но, услышав про аллонскую принцессу с туберкулёзом, серьёзно перепугался. Туберкулёз в Империи лечить толком не умели, и почти в каждой столичной семье были его жертвы. Семья министра исключением не была, и когда он представил себе, как заокеанская принцесса умирает в Тинмоуде от местной инфекции, то немедленно понял, что Империя получит массу проблем. Поэтому если тал Стой говорит, что для решения проблемы нужен Кеалор тал Альдо, значит, будет ему Кеалор тал Альдо!
Министр немедленно отправился к тал Виршу. Тот поначалу не хотел уступать, доказывая, что у него график дежурств, а дипломатия и до завтра подождать может. И только когда министр пригрозил воспользоваться правом немедленного доклада и оторвать Императора от завтрака, до тал Вирша начало доходить, что речь идёт не просто о министерской придури. А услышав про мать Лианну, которой боялся весь дворец, он проворчал, что с этого и надо было начинать.
Прихватив с собой тал Стоя и Кеалора, министр отправился в храм Виэму, чтобы держать руку на пульсе и быть готовым к худшему. Жрица-привратница, услышав "тал Альдо", позвала "зелёную" помощницу и приказала провести всех троих в кабинет к настоятельнице храма. Войдя туда, Кеалор узнал чёрную жрицу, которая приезжала во дворец лечить Эмпи от лихорадки. Эта женщина, единственная в столице, точно знала, что он владеет северной магией.
— Мы можем поддержать организм принцессы и помочь ему восстановиться, — объяснила мать Лианна. — Но у нас нет способов уничтожить вредоносную микрофлору, поселившуюся в лёгких. Тал Альдо, давайте называть вещи их именами, тут уже не до приличий. Вы можете это сделать своими средствами?
— Увы, ваше святейшество! Тут нужен паарский целитель, и как минимум магистр. А я всего лишь бакалавр сельскохозяйственных наук, медицину знаю постольку-поскольку. Что-то могу, но не более того.
— Доставить принцессу в Паар, к сожалению, мы сейчас не сможем. Мало того, что к северу от столицы погода ещё хуже, нас ещё и не пропустят на пограничном посту.
— Но что-то же можно придумать, — тихо сказал министр. — Визит принцессы Хонтисс имеет огромное политическое значение. Если мы не сумеем спасти ей жизнь, про дипломатические отношения с аллонами можно забыть.
Министр и мать Лианна мрачно переглянулись.
Тут Кеалор вспомнил кое-что из того, что они обсуждали с ван Страатеном на посиделках в Доме Звёздных Купцов.
— А может быть, обратимся к Звёздным Купцам? — предложил он. — Их врач говорил мне, что у них есть средство, которое умеет уничтожать эту болезнетворную микрофлору.
— ЧТО??? — Настоятельница поднялась из-за стола. — Молодой человек, вы говорите мне, что в Тинмоуде уже несколько лет есть средство, излечивающее туберкулёз? И Звёздные Купцы никому не говорят об этом ни слова? Не пытаются его продавать?
— Да, они это не афишируют, — кивнул Кеалор. — Потому что организовать поставки в таких количествах, чтобы хватило на всех страждущих, не в их силах. Но, может быть, ради исключительного случая...
— Сколько это может стоить? — нервно перебил министр.
— Ну, насколько я знаю Звёздных Купцов — пару сотен страниц тайных знаний ордена Виэму, вряд ли больше.
— Да пусть хоть всё забирают! — рявкнула мать Лианна. Кеалор и министр с удивлением посмотрели на неё. — Если они действительно владеют средством, исцеляющим от туберкулёза, то наши тайные знания, по крайней мере по медицине, для них тьфу и растереть. И если они научат нас его изготавливать, то как бы они не сочли, что продешевили.
— Тогда надо разговаривать с их врачом, — кивнул Кеалор. — Он сейчас единственный на Ирганто, кто разбирается в этой теме.
* * *
Пауль Эрзенберг очень удивился, увидев Кеалора во главе делегации, включающей главу ордена Виэму, министра иностранных дел и генерала аллонской армии. Но, услышав про принцессу с туберкулёзом, всё быстро понял и позвал ван Страатена.
— Кавернозный туберкулёз лёгких с экстра-быстрым развитием? — Звёздный доктор кивнул. — Я могу назначить медикаментозный курс. Изониазид — старое средство, известное на планетах Федерации уже несколько веков, но до сих пор для лечения туберкулёза лёгких не найдено ничего более эффективного. Проблема именно в аномально быстром развитии болезни. Изониазид — препарат длительного действия, лечение занимает по меньшей мере несколько месяцев, в тяжёлых случаях до года. Он может просто не успеть подействовать.
Мать Лианна нахмурилась.
— Значит, замедлять течение болезни вы не умеете? Подавать в организм жизненную силу, уравновешивать протекающие там процессы?
— К сожалению, нет. В древности на моей планете были люди, утверждавшие, что владеют подобными методиками, но то ли они все вымерли, то ли были шарлатанами. Сейчас это умеют только на Даоре, единственной в Федерации магической планете.
— Но мы это можем! Собственно, мои жрицы в храмовом госпитале это уже делают. И если объединить наши методы с вашим средством, то надежда есть... У вас есть это средство на полный курс лечения?
— Да. Я взял его с собой в достаточных количествах, так что предоставить вам нужное количество доз могу.
— Какова цена? — спросил министр. — Я знаю, что Звёздные Купцы берут плату за свои услуги информацией, но если нужны деньги, казна компенсирует любые расходы.
Ван Страатен посмотрел на Эрзенберга. Тот махнул рукой:
— Есть вещи превыше меновой стоимости. Жизнь этой женщины значит для Империи слишком много, а мы купцы, но не торгаши. Считайте, что мы оказываем Империи безвозмездную услугу в расчёте на встречную услугу в будущем.
— Приемлемо, — кивнул министр. — Вы благородный человек, тал Эрзенберг.
* * *
Уже через несколько дней у принцессы Хонтисс начали появляться признаки улучшения, а через месяц кашель у неё полностью прошёл. Мать Лианна, впрочем, видела, что до исцеления ещё далеко, и жёстко запретила тал Стою и принцессе прерывать курс изониазида ближайшие несколько месяцев.
Тал Стой поймал Кеалора во дворце после смены караула. Сообщил, что принцессе лучше, поблагодарил Кеалора и крепко пожал ему руку:
— Буду должен. Крепко должен. Я и так тебе должен за ту историю с пушками, но пушки — это, в конце концов, большие металлические дуры. А если бы я потерял Хонтисс... мне и подумать об этом страшно. Вот что. Я понимаю, что ты на службе и времени у тебя не так много, но если будет возможность, приезжай в Аренкар. Это целый мир, где дышится гораздо свободнее, чем в этой крысиной норе Тинмоуде. Если сможешь приехать в гости, примем по-королевски.
Глава ордена Виэму проторила дорожку в Дом Звёздных Купцов и часто беседовала там с ван Страатеном. Они обсудили возможность обмена доступными методами излечения от различных болезней, а также составили план лечения принцессы Хонтисс.
— Принцессе, безусловно, лучше, — говорила мать Лианна. — Я бы сказала, что вы напрасно беспокоились: препарат действует с очень высокой эффективностью. Возможно, принцесса выздоровела бы и без нашей поддержки, хотя, конечно, с такой поддержкой процесс лечения протекает быстрее, ровнее и почти без побочных эффектов.
— Край непуганой микрофлоры, — вздохнул ван Страатен. Мать Лианна недоуменно посмотрела на него. — Понимаете, на наших планетах болезнетворные бактерии уже успели привыкнуть к лекарствам, приспособиться к ним. А здесь они впервые столкнулись с сильнодействующим антимикробным средством. И, конечно, очень удивились.
— Принцесса говорит, что хочет домой. Её дипломатическая миссия выполнена, и она скучает по дому и по родным. Тал Стой спрашивал меня, когда им можно будет отправиться в Аренкар. Я думаю, если процесс лечения будет идти так же эффективно, то через месяц я разрешу им ехать. Конечно, отправлю с ними одну из моих жриц — для контроля и помощи...
Ван Страатен покачал головой:
— Ни в коем случае.
— Почему?
— В истории известны подобные случаи. Понимаете, причиной экстрабыстрого развития болезни у госпожи Хонтисс было отсутствие вообще какого-либо антимикробного иммунитета. А это значит, что ни туберкулёза, ни подобных бактериальных инфекций в Аренкаре просто нет. Принцесса же всё ещё остаётся носителем инфекции. Если отправить её в Аренкар, как бы она не вызвала там массовое вымирание.
— Понимаю... — медицинских знаний матери Лианны хватило, чтобы оценить последствия. — Хорошо, что вы вовремя вправили мне мозги, Михель. Но что же делать? По текущим оценкам, лечение продлится ещё как минимум до следующей зимы. Они же мне за это время мозг вынесут!
— Так отправьте их на южное побережье. С той же жрицей. У вас ведь там есть какие-то курорты, лечебные воды или что-то в этом духе?
— Вы правы. В графстве Анар, например, есть очень популярная туберкулёзная здравница. Иммунитет тамошних жителей уже ничем не удивить.
* * *
Убедившись, что средство под названием "изониазид" действительно эффективно, мать Лианна обратилась к ван Страатену с просьбой предоставить методику его изготовления.
Звёздный доктор растерялся. Мало того, что представление о синтезе изониазида у него было крайне туманным, так ещё и речь шла о прямом нарушении Закона о культурном эмбарго. Он отговорился тем, что медик, а не фармацевт, и привык пользоваться готовыми лекарствами. Но пообещал посоветоваться с товарищами по Дому.
Посоветовался. Долго сидел за компьютером с Эрзенбергом. И когда мать Лианна в очередной раз пришла в гости к Звёздным Купцам, он сказал ей:
— Понимаете, Лианна, синтез изониазида крайне сложен. Я понимаю, что у вас есть великолепные алхимики, крайне ответственно подходящие к своему делу, но... вот почитайте описание синтеза в переводе на тинмарранский.
