Черт... Блин... Мне надо привыкнуть. Просто привыкнуть. Сердце постепенно перестало суматошно колотиться, а руки — подрагивать. Но для первого боя ведь нормальный результат? А?

Мелькнула мысль: смена локации прошла успешно, доступны новые предметы и мобы...

Хочу обратно в горы!

15.

Интересно, когда мне пришла в голову мысль зарубками отмечать на костомахе прошедшие дни, чем я думала? Опять надо будет все заново высчитывать. Отбросила в сторону растерзанные обломки кости и потянулась. Вокруг опять скалы и скалы, дорога усыпана мелкими обломками — крупные удерживает невидимая сетка над головой, отчего нависающие своды выглядят угрожающе. На обочине валяются остатки потрепавшего нас монстра. Сетка пропускает объекты около полуметра в диаметре, поэтому как сюда попала эта туша, непонятно. Высотой метра два, мощные выдающиеся вперед клыки — как у кабана, тупорылая морда и пасть на полголовы с большим количеством зубов-пластин. Шесть ног-копыт и свинячий хвостик. Густая черная щетина на теле неплохо защищала от повреждений, меч Первого оставлял лишь зарубки. На хребте была широкая серая полоса еще более густой щетины, похожей на шерсть. Хорошо хоть Эльфу удалось улучить момент и воткнуть копье ему в глотку... Брр... Мы все чуть не сдохли. Только чудом на мне ни одной царапины, только будущие синяки болят.

За... восемь дней, кажется, это была первая серьезная схватка. В основном, на дороге обитают стайки мелких крокодилособак и две разновидности летающих птероящерок. Первые опасности не представляют, в первый раз нам просто не повезло, а способ борьбы со вторыми придумал Мелкий. Все гениальное — просто. Бросаешь в воздух куски мяса и они начинают драться за него. Даже убивать никого не надо, можно просто пройти мимо.

За это время я поняла, что дорога — наше спасение. Неведомые строители сделали своеобразный туристический маршрут, проходящий по очень живописным местам, от лицезрения которых временами стыла кровь в жилах и волосы вставали дыбом. Я бы предпочла трассу, напрямую пробивающую горы, но они так не считали. Дорога постоянной ширины, до сих пор сохранившая первоначальный облик, то шла вровень с дном ущелья, то поднималась почти на сотню метров вверх, неведомо как удерживаясь в воздухе или же ныряла в пещеры... Основную дозу впечатлений получили именно там — двое суток идти сквозь кишащее птероящерами гнездовище с его вонью, воплями и постоянными нападениями было... тяжело. Каждый дневной переход попадались специальные оборудованные площадки для отдыха. Продуманные, с источником воды, укрытием от дождя и местом для костра. Сильно подозреваю, что для путешественников это был не дневной переход, а всего пара-тройка часов, неторопливое движение на машине займет именно столько времени. Хочу машину! Вездеход! Или лошадь хотя бы... В детстве на Машке каталась, думаю и сейчас бы справилась.

Но для нас эти площадки были очень удобны. Вот мы только расположились на отдых, и вскоре на нас вынеслась эта махина. А теперь, скорее всего, придется провести здесь пару дней. Сейчас я без оружия осталась, попробую что-нибудь смастерить. Например, осуществить ту задумку с шипастой дубинкой. Шипы можно из колючек сделать...

При моем приближении к туше птероящеры лениво подались в стороны, ожидая пока я уйду. Шакалы.

Думаю, берцовая кость будет удобной основой. Делаю первый надрез на передней правой лапе у плеча. Ты берцовую кость забрал, такую же и вернешь. Око за око, зуб за зуб!

— Ха, действительно смешно.

Срезая и снимая кожу, очищая ногу от мяса — постоянный опыт сказался, теперь я почти профессиональный раздельщик ящеров — опять думала о прошедшем. Мысли перескакивали с одного на другое.

Этот мир — удивительный. Невозможно-вероятный. Никогда бы не подумала, что такое может существовать, если бы не собственное попаданство. Невозможно представить себе что-то похожее на обычную нашу Землю и одновременно настолько отличающееся. И то, что я видела до сих пор — логично и не нарушает основных физических законов. Кроме магии, конечно, но если здесь это закон, тогда все равно все правильно. Я пару лет назад читала про теорию параллельных миров, так вот в одной из них говорилось именно про это. Точно формулировку не помню, но что в разных вселенных могут быть разные физические законы. И, исходя из этого, в одной вселенной законы должны быть одинаковыми повсюду. С другой стороны я все равно проверить ничего пока не могу. Эх...

Вытерла пот со лба и поправила косынку. Голова мгновенно зачесалась. Помыться с прошлого раза больше так и не удалось. А еще потепление и это яркое солнце...

Тридцать градусов тепла за полярным кругом — нормально?

Описание нашего путешествия: особыми трудностями не отличается, погода отличная, мелкие хищники достают, зато комаров нет. Серьезных дождей нет, какая-никакая компания, интересное времяпрепровождение и живописная природа прилагаются. Вулканы не досаждают, с едой и водой проблем, слава богу, больше нет — живи и радуйся.

Почему-то настроения радоваться нет.

Так, костомаху почти всю видно. Подвернула шкуру со сложенной горкой мяса и отнесла к костру. Первый благодарно наклонил голову и продолжил зашивать глубокую рваную рану на левой руке Эльфа. Его рабочая рука, между прочим. А еще монстр сломал древко топоромолота и теперь из оружия остались меч (1шт), самодельный маленький лук (1шт) Крылана, раздвоенная палка Мелкого (0,5шт) и все. Остальное сломалось. Чертов кабан. Из-за него наша боевая сила уменьшилась на сорок процентов. Еще сорок у Первого, пятнадцать у меня и пять у всех остальных.

Ну да, я внезапно не стала сверхсильной и сверхумелой как обычные попаданцы. Пару дней в другом мире — и начинают учить местных, а они им в рот заглядывают и слушаются... До сих пор со стыдом вспоминаю свое поведение при первой встрече с аборигенами. Истеричка конченная.

На учебу просто нет времени и сил. Не физических, а моральных. Идешь, ждешь нападения. А его все нет и нет. И нет. Вечер наступает, спасительная ночь, когда жизнь замирает и вокруг безопасно — близко... и внезапно на голову падают камни. Или за поворотом оказывается выводок кробак. Из-за ожидания сильно устаешь. Или наоборот — одно нападение за другим, и так весь день.

День еще удлинился, и мы успеваем дойти до следующей стоянки еще по светлому, но из-за этого спокойные ночи все короче. Да и ночью это уже тяжело назвать, скорее глубокие сумерки. Аборигенам хватает и этого — в темноте они слепы. Своеобразная куриная слепота. Кое-что видит Первый, и то я не уверена, что это не тепловое зрение. Точнее, я думала, что у них будет что-то еще из свойств змей или ящериц кроме холоднокровности. Но ничего такого вроде нет.

Нет, кое-чему я аборигенов научила — кипятить тряпки, прокаливать нож и иглу на костре при обработке ран. За неимением спирта, промывать раны водой и ежедневно менять повязки. Я тогда очень удивилась — такая подробная карта и такой низкий уровень медицинской культуры. Заметила это, еще когда у Мелкого после кислотного дождика рана загноилась. Моя первая операция на живом человеке была успешной. До этого только на животных дома и у бабушки тренировалась. Руки чуть тряслись, но все получилось. Рука у него почти зажила... Дней пять назад это вызвало небольшой ажиотаж у местных, а мне достался благоданый взгляд Мелкого. Он что, серьезно собирался остаться без руки?

Можно вычислить разницу в скорости заживления ран. Рука почти зажила за восемь плюс три, плюс два или три дня... чертов склероз. Присела и стала делать угольком штрихи на камне. Шесть дней до встречи с местными, восемь... нет, точно восемь дней путешествие по дороге и раз, два, три, четыре, пять и еще три... Это сколько уже? Двадцать два. А еще день на тарзанке потеряли. Двадцать три. Офигеть, я здесь больше трех недель нахожусь! Хотя, учитывая, что они короче... Нет, не буду вычислять.

Ладно, значит, средней глубины рана заживает дней за двадцать. Местных. У местных. Хм, каламбур. У меня — за полтора-два. Задумчиво пририсовала к двойке глаза и хвост — получилась пучеглазая змейка. Что-то меня начинают терзать смутные сомнения, опять же основанные на книжках про попаданцев...

Ладно, хватит витать в облаках. Лучше еды приготовить — Второй до сих пор без сознания, Водяной теперь еще и хромает вдобавок к руке, остальные занимаются ранами.

Да, и наш отряд уменьшился на одного. На второй день пути по дороге не проснулся Кенгур. Ночью было небольшое землетрясение. У всех синяки, а ему полголовы разможило. Постояли утром в молчании, заложили камнями — хотя против падальщиков вряд ли поможет и ушли. Только теперь все стараются устраиваться подальше от скал.

Нда...

Отгребла часть углей из-под булькающего котелка с водой, в котором варились тряпки, и разложила над ними ветки с нанизанными кусками мяса. На отдельном камне порезала пару плодов кисляка и выдавила сок на мясо. Честно говоря, мясо уже в печенках сидит. Хочется хлеба, каши... хоть нелюбимой манной, хоть сухарик погрызть... Ну, вчера рыба была — с водой теперь проблем вообще нет, мы постоянно пересекаем мелкие и крупные речушки. В день до десятка можем найти. А вчера весь день шлепали прямо по воде. Когда бы эту дорогу ни проложили, абсолютно все строители учесть не смогли — и одна из речек проложила свой путь по ней. Рыбу били палкой с зазубриной в ямах по бокам дороги. Отличился Водяной — даже с одной рукой поймал шесть крупных серебристых рыбин. У меня в активе один задохлый мутантик, которого я от греха подальше выпустила обратно и еще пара рыбок сбежала. Это за тридцать попыток. Черт, знала бы — в походы ходила, а не книжки читала.

Из остального — по мелочам. Слушаю непонятные разговоры, по примеру аборигенов обдираю все мало-мальски пригодное с добычи, один кроссовок порвался, и пришлось его заматывать кожаными полосками.

Еще открыла тайный смысл сажи. Она не соленость придает, а хоть какой-то вкус. К несоленой еде почти привыкла, но иногда хочется до скрипа на зубах солонку... Это когда сажа на зубах поскрипывыет и похрустывает.

Соль, сахар, перец, муку, картошку, зажигалку, походную одежду, новые кросовки и смену белья, палатку, компас, ложку и вилку — достало есть палочками (подруга, двинутая на японском затаскивала пару раз в японские рестораны — и ведь пригождается же) или с ножа, тарелку... ладно, листиком обойдусь, термос, чай в пакетиках, кофе... Машину, а лучше вертолет — и портал домой... Эх, мечты-мечты.

Вздохнула и перевернула побелевшее мясо на другую сторону. Пару стеблей лука еще осталось, кисляк растет неподалеку, вроде видела неподалеку заросли одной травки, похожей видом на мяту с толстеньким корешком красного цвета. Он чуть сладковатый и его можно есть так. Но сильно жесткий, надо будет попробовать испечь...

Напротив уселся бледный Мелкий. У него на щеке расползлось большое темное пятно и затек один глаз. А еще кабан ему чуть голову не откусил. Ладно, теперь он за едой присмотрит.

Пошла к туше кабана, надо еще кожи нарезать и дубинку доделать. Думаю, клыки стоит выломать — каждый сантиметров по семьдесят в длину и толщиной у основания около двадцати. Жаль, что концы обломаны.

Заточила палку и вбила камнем под основанием клыка. Посильнее надавить... тьфу, соскользнула. Вонючий кабан. Еще раз попробую... Черт, палка сломалась! Козел, а не кабан.

Через десять минут я запыхалась, а клык остался на том же месте. Плюнула и ножом вырезала кусок челюсти. Затем обрезала лишнее и мрачно посмотрела на дохлую тушу — его клык уходил очень глубоко и соединялся тонкой перемычкой с черепом. Второй я достала через две минуты — всего и делов, надрезать перемычку и просто выдернуть клык. Почти метровой длины плотная тяжелая кость и кусок чуть больше семидесяти сантиметров длиной. Если бы не изгибались, получилась бы нормальная дубинка. Прикинула тяжесть в руке — ну, лишнее можно убрать. Взяла короткий клык и со всего маху ударила о камень. Рукам больно, а в клыке трещина! Фигня. Не пойдет... Бросила в сторону — если им нужно, пусть забирают.

Вырезала-выломала костомаху. Чуть длиннее и тоньше моей первой дубинки из бедра скальной черепахи, и кажется немного легче. И не ломается. Надо отмыть от крови и остатки мяса счистить, тогда еще раз проверить. Пока пойдет. Дожили, без дубинки чувствую себя голой. Все, как в книжках...

Помыла руки и вздохнула. Из-под косынки вылезли волосы, развязала, чтобы поправить и снова вздохнула. Челка достала до кончика носа. Достала и достала, но ровно за день до поездки к бабушке я сходила в парикмахерскую и мне ее укоротили почти до середины лба. А еще ногти. На руках ладно, часть я просто сгрызла, но как я намучалась с ногами! Растут и растут. И раны быстро заживают, и перелом тогда за три дня сросся. Сейчас разница вообще не ощущается — пальцы работают нормально...

Несколько раз в фэнтези встречалось такое, что герой попадает в другой мир, а когда возвращается — там проходит совсем мало времени. Пару дней, месяцев или секунд. Причем восприятие у гг не меняется, он действует по-прежнему, будто и нет разницы. И его тело тоже не меняется. Ну, кроме случев с мутациями.

Мне почему-то кажется, что у меня все наоборот. Это не регенерация повысилась, а я стала жить быстрее. Быстрее всего в этом мире. Тогда в эту теорию идеально ложатся все факты. Даже моя невероятная прожорливость и редкость походов в туалет. За то время, пока я ем, еда уже успевает перевариться... Недавно для проверки попыталась есть до отвала. Много, много мяса и печеных стеблей псевдолука, заболевшие челюсти, но я чувствовала, что в меня может влезть еще.

Вспомнился почему-то Луффи из Ван Пис, несколько серий которого меня заставила посмотреть подруга и человек с черной дырой в желудке из Трассы 60... Бедные, бедные люди!

Возвращаясь к моей жизни, можно сделать несколько интересных выводов: во-первых, можно не бояться долго находится в "быстром режиме", он, наоборот, для меня является нормальным. Ну, были смутные подозрения, и я решила перестраховаться... Во-вторых, я похудела еще на пару килограмм, и штаны теперь просто висят на мне, но дальнейшего отощания можно не бояться — только есть придется побольше. В-третих, раны заживают быстро и это не прекратится внезапно, а в-четвертых... ну, жить мне осталось недолго.

Перелом заживает в среднем за четыре-шесть недель, мой думаю, недели за три — палец все-таки, заживать нечему. Исходя из того, что зажил за три дня, то за один день здесь проходит неделя для моего организма.

За двадцать три дня я постарела почти на полгода. Женщины в нашем роду живут долго — до восьмидесяти и даже до девяносто шести, как прабабка Паша. Прасковья Афанасьевна еще маленькую меня на руках держала...