Дороже чести

Когда же сирена покинула их с Барсом, присоединившись к Эдне, девушка судорожно вздохнула, а потом услышала не верящий в то, что произносит, голос ирбиса:

— Только не говори, что ты так на него...

— Я на него — что? — вскинулась Сели, ожидая ответа, но вместо объяснения мужчина просто показал ей волнистую прядь, которая, помимо привычно-светлой окраски, теперь содержала вкрапления черного.

— Реагируешь... — пояснил Барс, задумчиво, как и Сели, разглядывая двухцветный локон девушки. — Ты только что чуть не обернулась в присутствии нескольких десятков оборотней. Причем, я подозреваю, сделала это не по своей воле, так? — увидев осторожный кивок, Барс протяжно вздохнул. — Знаешь, единственная женщина, из-за которой я неосознанно совершил оба вида трансформации, стала впоследствии моей женой... — почувствовав, как вздрогнула девушка, он невесело усмехнулся. — Но у Рида-то уже есть истинная, Снежинка...и мне совсем не нравится то, что он с тобой делает одним своим появлением. На плато было так же? — задал вопрос, хотя уже знал, что ему ответят. — Ох-ох-ох...не знаю, что ты в нем нашла такого, но раз решила...

— Ничего я не решила! — попыталась отбрыкнуться Сели, но ее остановили предупреждающим взглядом:

— Природе ты сопротивляться не сможешь. А природа выбрала именно этого дракона, и тут уж ничего не поделаешь, моя маленькая тигра...просто когда решишься идти до конца, вспомни мои слова: уходи от него, пока не стало слишком поздно. Потому что, в конце концов, он свою половину отыщет. И тебе рядом с ними уже не будет места...

— Да я... — попыталась вставить слово Сели, но ее только поцеловали в лоб и осторожно покинули, оставив среди начинающей снова галдеть толпы и советуя вскоре присоединиться к шумной — а это было слышно по разговорам кисы с Эдной — разношерстной компании нелюдей.

А она внезапно почувствовала себя безумно одинокой и брошенной наедине с мыслями. Потому что с уходом Барса окончательно включилась разумная часть сознания, а еще пришла на ум мысль, подавленная с началом ирбисовой речи.

Риддерик! Полное имя Рида в точности совпадало с тем, что было написано в ее экземпляре контракта. Остальные детали — то, что встретиться с телохранителем она должна именно в клубе и вскользь упомянутое Дайремом замечание, что сын периодически играет на ударных у кисы — не замедлили напомнить о себе. Значит, ее черный дракон и есть тот самый охранный элемент, что будет тенью следовать по пятам все время экспедиции. И вот этот вот ненавидящий ее индивид согласился на контракт? Неужели не видел, кого придется защищать от опасности? Неужели не мог отказаться? Или заставил отец? Вернется домой — надо будет точно прочитать условия расторжения договора. Ибо мириться со столь однозначным отношением она не была намерена.

Слова о бегстве с поля боя всколыхнули в душе волну ненужных воспоминаний. Сбежала?! Да как он смеет говорить о ней в подобном тоне? Она ушла именно оттого, что однажды весь клан встал на защиту чести и достоинства представителей расы одного непоколебимого гордеца, который теперь воротит от нее нос! Чем это обернулось? Размазанными по земле внутренностями? Злость поглотила разум, и девушка чудовищным усилием воли заставила себя не думать больше о несправедливых словах подземного. Хорошо, что в обозримой близости его не было, иначе кто-то бы точно поплатился смазливой мордашкой за брошенные в порыве эмоций обвинения. Она...сбежала...был бы он там и видел причину, по которой она это сделала!

На плечо опустилась теплая ладонь, но от неожиданности тигра отскочила, одновременно разворачиваясь и видя перед собой Каспера.

— Не бойтесь, это всего лишь я, — примирительно заявил дракон. — Решил, так сказать, перед сдачей поста Рику потанцевать с самой красивой девушкой вечера.

— Не думаю, что после всего услышанного соглашусь на работу с вашим знакомым, — покачала головой тигрица, приближаясь к огненному и позволяя увлечь себя в танце. По помещению начала разливаться легкая ненавязчивая музыка, действующая расслабляющее, но от этого не становилось легче: оборотница продолжала чувствовать себя, словно натянутая струна.

— Не обижайтесь на мальчика, — грустно улыбнулся дракон. — Нам трудно себя контролировать во время того, как решается вопрос с избранной.

— Почему я должна страдать от его неспособности держать себя в руках? — воскликнула Сели, в упор глядя на ван Гардена. — Да этому мальчику не меньше сотни лет, такой дракон огроменный! — добавила она горячо, руками обозначая приблизительные размеры туши некоторых подземных.

— Чуть больше сотни, — мягко поправил Каспер, улыбнувшись праведному гневу девушки. — Рик еще совсем молодой дракон.

"И глупый!" — хотелось добавить ей, но пришлось сдержаться. Чтобы хоть как-то усмирить желание устроить дракону скандал, она решила поинтересоваться:

— А почему вы и Дайрем называете его Риком? В компании Дориана Детри его все зовут Рид.

— Это давняя борьба уменьшительных имен, — пояснил огненный. — Просто в семье его привыкли называть так, как, в общем, и я зову, а мальчик считает, что это похоже на собачью кличку, — Сели внутренне позлорадствовала при этом — хоть что-то, что недолюбливает дракон, стало ей известно. — А Ридом его зовут все друзья и знакомые, потому что он сам так представляется.

Бедняжечка, пронеслось в голове тигрицы вместе с ощущением садистского удовольствия. Если не получится отделаться от подземного, она непременно использует этот факт против него. А уж то, что они не сойдутся характерами, говорило само за себя.

— И вы искренне полагаете, что именно этот подземный сможет меня защитить? — она скептически смотрела на мужчину, одновременно отмечая, как уверенно и ловко ведет в танце дракон.

— Доверьтесь моему слову, — кивнул ван Гарден. — Лучшего телохранителя вы не отыщете. Он по первости может показаться диким, но в будущем обязательно оправдает себя, поверьте.

Сели не верила. Чутье, конечно, спрашивать было бесполезно — зверь принял дракона окончательно и бесповоротно, словно знал перед этим тысячу лет — а вот здравый смысл говорил о том, что стоит присмотреться до того, как делать окончательные выводы. И после того, как в контракте черным по белому она увидит надпись о невозможности расторжения договора.

Танец с Каспером закончился, после чего обходительный дракон, поцеловав руку тигры и кивнув на прощание компании за кожаным диваном, удалился сквозь неприметную арку портала, расположенную рядом с входом в служебные помещения, коими являлись гримерки, одну из которых девушка имела честь посетить. Намереваясь поинтересоваться о возникновении здесь рамки перемещений (сама-то она оказалась благодаря огненному дракону сначала рядом, а не внутри клуба), девушка направилась туда, где велось шумное обсуждение предстоящей экспедиции.

— Да, жаль, что сам Дориан не сможет полететь, — вздыхая, произнесла Лидия. — С его силой даже корабль снаряжать бы не понадобилось...

— Ага, а на выходе из его ненаправленного телепорта мы получили бы имбецильную Верховную Жрицу, не помнящую даже своего имени, — язвительно отозвалась киса, чем вызвала крайнее смущение этой самой жрицы, проявившееся изменением цвета лица.

— Мне просто нужно, чтобы Джулиан очнулся, — опустив голову, чтобы скрыть предательскую краску, несмотря на ровный, хоть и легкий загар, еле слышно — но только не для уха метаморфа! — прошептала Лидия.

Сели показалось странной такая реакция. Неужели испытывает к горгулу чувства? К чему тогда было обнимание с ее подземным?

— Вот и думай головой, как это сделать без вмешательства призрачного, потому что оставлять в одиночестве беременную Арину — сама знаешь, что произойти может, даже память напрягать не надо, а брать ее с собой равносильно смерти, потому что к поиску горгулий добавится еще и преследование одной сошедшей с ума полусирены! — как маленькой, стала объяснять ей киса.

— Я найду его по запаху, — вмешалась в разговор тигрица, и несколько пар глаз одновременно устремились к ней.

— Правда? Ты серьезно? — очнулась от потрясения главная сирена.

Сели, кивнув, коротко пересказала историю встречи с Габриэлем Старком, чем вызвала бурю эмоций со стороны верховной:

— Так вот почему со мной связался Дориан и предупредил, что на сборы осталась неделя...спасибо тебе большое! — с чувством добавила сирена, поднимаясь со своего места и подходя к тигре.

— Не за что, — отозвалась немного удивленная горячностью Лидии Сели. — Это теперь моя работа.

— Не хотелось бы прерывать ваш чудо, какой содержательный, разговор, — вклинилась в междусобойчик киса, — но сегодня одна очень занятая сирена кое-что обещала владелице данного заведения... И пока владелице данного заведения нужно справляться с собственными обязанностями, очень занятой сирене...ну, ты понимаешь! — и с намеком кивнув куда-то в сторону, Инга поднялась из-за стола и направилась к барной стойке.

— Да, точно, — Лидия подняла руку и с усилием потерла виски, — просто у меня эти поиски из головы не идут, все забываю вместе с ними... Киса, прости, я обещаю исправиться! — после чего, извинившись, сирена покинула компанию.

— Куда это она? — недоуменно подняла брови тигрица.

— Ну что еще может делать сирена в музыкальном клубе? — лениво протянул Барс, сидевший в центре полукруглого диванчика с женой в обнимку. — Петь, конечно.

— Это, кстати, еще Аринина идея, — поддакнула ему Эдна, удобно устроившись на плече мужа. — Она, когда Дориана искала, сюда пришла работать в качестве вокалистки. — Такая романтичная история...

— Эта твоя романтичная история, — поморщился Барс, — мне стоила свободы и вывихнутой челюсти, между прочим!

— Если ты рассчитываешь, что я хоть немного тебя пожалею, — бросила на него насмешливый взгляд сирена, — то вынуждена тебя разочаровать: твоя несвобода лично мне на руку, а по второму пункту могу сказать только то, что не стоило на глазах у дракона его истинную половину обнимать.

— Жестокая женщина, — пожаловался Барс Сели, — обманом заставила меня на ней жениться...

— Да вы что! — смогла вставить слово в диалог отпетой парочки тигра.

— Не слушай его, — с улыбкой отмахнулась Эдна. — Милый, ты же знаешь, что день нашей свадьбы...

— И про ночь не забывай, да, — напомнил ей ирбис.

— ...и утро после — это самые счастливые воспоминания для меня, — закончила сирена, при этом приблизившись к Барсу и ласково целуя.

Селия почувствовала себя лишней на празднике жизни двух влюбленных, несмотря на некоторое совместное время вместе, супругов, а потому, чтобы не мешать сцене семейной идиллии, направилась к барной стойке с целью попытать кису на предмет интересующей ее информации.

— Опять милуются? — понятливо хмыкнула пантера, завидев приближающуюся Сел.

— Ага, — подавила улыбку девушка, кивнув оказавшемуся в поле зрения ястребу и устраиваясь рядом с кисой. — Прервались как раз на том историческом моменте, когда челюсть Барса пострадала от поползновений, кажется, Детри.

— Да-а-а, было дело, — киса кивнула, ухмыльнувшись. — Я-то застала только момент, когда он Арину обнимал перед самым входом телепорт, а вот уже потом мне рассказали, что кошак за это хорошенько поплатился...да-да-да, я знаю, что ты слышишь, — отмахнулась беременная пантера, — ну и что с того? Можно подумать, я на тебя наговариваю!

— Я поддерживал их обоюдное чувство! — обиженно заявил Барс с дивана, а лежавшая на его груди Эдна уже с трудом сдерживала рвущийся наружу хохот.

— Твоя жена не даст соврать — она при этом "поддержании" присутствовала, — невозмутимо заявила киса, зная, что обостренный слух оборотня, обнимавшего симпатичную жену, все уловит. — Как был бабником, так и остался.

— Твое счастье, что моя ненаглядная этого не слышит, — строго посмотрел на пантеру ирбис, находящийся в поле зрения обеих девушек. — А семья Детри образовалась только благодаря мне, да! — с чувством собственного превосходства заявил ирбис, но смешинки, которые Селия заметила в его глазах, говорили, что он прекрасно отдает себе отчет в том, что произносит.

— Пф-ф! — фыркнула киса. — Дракону никто не указ, если он решил сделать женщину своей, — со знанием дела возразила она.

— Ты так говоришь о драконах, словно они всё и вся держат в своих руках, — улыбнулась Сели, на что киса серьезно заметила:

— В том, что касается их непосредственного окружения — и семьи, в частности — да. Они научены горьким опытом противостояния с оборотнями, когда процентов семьдесят от общего количества представителей расы было вырезано. Так что если на тебя положит глаз какой-то дракон, — хитро улыбнулась оборотница, — тебе останется только дождаться того момента, когда он во всеуслышание это объявит...

— То есть? — не поняла Сели.

— Нанесет ритуальную татуировку, — пояснила киса. — Брачную, конечно, после которой ты ни на кого, кроме него смотреть не сможешь. Выбор, пожалуй, представится только однажды: запястье или лодыжка, — загадочно добавила пантера, хитро поглядывая на тигрицу.

— Бр-р, — поежилась та, — минуй нас пуще всех печалей драконий гнев и иже с ним — любовь! — переиначив известную фразу, отозвалась Сел. — Меня больше привлекают выбранные самостоятельно отношения.

— А кто сказал, что изначально выбор совершает дракон? — подмигнула киса и ретировалась, а Сели не успела задать следующий вопрос, потому как рядом с ней появилась давняя детская мечта:

— Не возражаете? — японец кивнул на стул справа от Сели и, получив потрясенный кивок, изящно приземлился по соседству. — Хотел выразить личную признательность за чудесный танец под мою музыку.

— Это вам спасибо, — выдавила из себя девушка, с усилием подавляя желание застыть на месте. Говорить в его присутствии вообще было тяжело. Все-таки, привет из далекого прошлого...

Оборотень, похоже, понял причину ее замешательства, а потому очень удачно воспользовался сменой музыкальной обстановки в клубе:

— Я, кажется, знаю, что именно может заставить вас расслабиться, — после чего поднялся и предложил Селии руку. — Разрешите?

Оторопело посмотрев сначала на протянутую конечность знаменитости, потом переведя взгляд выше и столкнувшись с подтверждением в глазах, она несмело вложила свою в цепкие пальцы мужчины и позволила увести себя в центр зала. После танца нужно будет срочно смываться. Поклонницы разорвут на части. Они уже зло поглядывают на ту, что посмела завладеть вниманием их кумира... А, к черту их! Живем только однажды, а она все-таки представитель белых тигров, которые никогда не пасовали перед неприятностями. И сменившая расслабленную мелодию живая музыка со стороны сцены только подстегнула решительность оборотницы. Приблизившись к японцу, она робко улыбнулась партнеру, и волшебный танец начался.

— Какой вы оборотень? — решила поинтересоваться Сели, вдыхая отчетливый запах ветра, которым обладал мужчина. — Какой-то представитель птичьих? — догадалась она, когда тот сверкнул характерными зрачками частичной трансформации.

Он совсем по-звериному наклонил голову на бок, словно примеряясь, стоит ли выдавать тайну своего происхождения малознакомой женщине, потом чуть заметно улыбнулся и произнес: