— Догадки имеются? Хоть какие?
Фидл скривил кислую мину.
— Пусто.
Настала моя очередь морщиться.
— Погодите! А как давно это началось?
— Сколько, Хомт?
— Уж ш пяток-то лет оно точно будет. А то и больше.
— Нда. А что насчет помощи из города?
Глава безопасности точно с цепи сорвался, его прорвало.
— Помощь из города? Ха-ха-ха! Ты бы видал эту помощь — ражбежались при первом появлении мергов точно крысы у меня в сенях! — он импульсивно размахивал руками и брызгал слюной. — Помощь... Погибали ребята, да все толку ноль. Когда давали отпор, когда нет! Жертв-то вон школько было! Они таперича и на наши жалобы перештали отвечать вовсе! А магов не присылают, говорят, есть дела поважнее для них! Идите, говорят, в Академию, да просите тамошних о помощи! Их всех караванить отшылают, якобы, Южный Тракт неспокоен, гестинги совсем очумели. Тимби знает [Тимби знает — редко использующееся выражение. Зачастую любую фразу, содержащую имя нелюбимого и подлого Бога, стараются произносить как можно реже или не произносить вообще, дабы не накликать на себя беду. Упоминание Тимби — дурная примета. И привычка.], правда ль это или шлухи какие.
Только сейчас я понял, что моя рука давным-давно неторопливо почесывает затылок.
— Ну и дела... Признаюсь, положение дел мне не нравится. Вы находитесь всего-то в нескольких сквозях от самой столицы, а достучаться до правды не можете аж пять лет. Смешно! И тут такой дурачок-студент должен взять и согласиться, ничуть не подумав о том, что на то есть специальный департамент — магических дел, стало быть. Ну несерьезно, ребят.
Ловушка это. По-другому и быть не может. Чего стоит их атака в трактире. Адекватные люди так не поступят. Но вот глаза старосты, вот негодующий взгляд Хомта Сорли...
— Клянусь честью границы нашей неприштупной и да будет непобедимый Гебеар швидетелем моих шлов [Клянусь честью границы нашей неприступной и да будет непобедимый Гебеар свидетелем моих слов — церемониальное выражение воинов-пограничников Ольгенферка, нерушимая клятва. Также используется военными в качестве заверения своих слов.], маг!
Вообще-то после такого не поверит несведущий или идиот. Священная клятва воинов из пограничных отрядов так просто на ветер не бросается. Я сделал для себя пометочку, что этот Хомт непрост... А если не кривить душой и не придираться, то я им верю. Пускай я буду самым наивным человеком, но предчувствие подсказывает, что они в безнадежной беде, коли не гнушаются выпускником. И какой бездушной сволочью надо быть, чтобы пройти мимо, сославшись на какую-то там премию в пару-тройку золотых. Хорошо будет сидеть в баре с оттягивающей карман штанов премией, если понимать, что цена ей — незнамо сколько жизней? Я бы не простил подобного.
— Хорошо, я помогу вам, вернее, постараюсь помочь. Хоть и не вижу логики в том, чтобы просить выпускника Академии.
Староста возразил:
— А на могучего мага денег не напасешься. Да и чего им делать в нашей дыре? Что нам близость со столицей? Беда-то наша ближе к пониманию высоких [Высокие — имеются в виду государственные служащие.] не станет... Сейчас времена вон какие: не заплатишь — не получишь.
— Какие хитрецы! Пирушки, значит, устраиваете. Поля у вас в хорошем состоянии, своя мельница, хоть муку на продажу выставляй, раз уж вы ее хвалите так. И нет денег на мага? Не думаю, что департамент магических дел взвинтил цены на свои услуги. Тут вы что-то темните. Либо не хотите, либо я не знаю...
— Это отдавать последние деньги. И то непонятно — поможет или нет. Мы не можем допустить такой риск, иначе Пахари будут голодать.
— Вот крохоборы, — пробубнил я.
Дверь в комнату распахнулась, к нам влетел молодой паренек. Среди утренних посетителей его не было.
— Бел капитан Хомт, разрешите обратиться! Только что прибыли какие-то люди! Говорят, они по найму. Мангусты [Мангусты — выходцы Гильдии Защиты, коммерческой организации Ольгенферка. Неплохие воины и отличные охранники. Пользуются бешеной популярностью не только благодаря сносным ценам, но и качественным выполнением обязанностей.].
Хомт подскочил, одернул одежду и оторопело прошамкал:
— А, да, как я мог жабыть! Впушкай их, это мои люди!
Парень подобострастно кивнул и удалился. Фидл прищурился и посмотрел на начальника охраны:
— Что еще за твои люди, Хомт? Я чего-то недопонимаю или теперь дела в Пахарях решаются в стороне от старосты?
Беззубый встал по стойке "смирно".
— Бел Нейксил, стало быть! Сочтите это жа сюрприз!
Строгий тон старосты и мечущий искры взгляд не предвещают ничего хорошего. От гнева лицо его покраснело.
— Какой еще к доркиссу сюрприз?! У меня сегодня важный день, праздник, а ты тут какие-то сюрпризы устраиваешь! — выплеснув эмоции, он поуспокоился и продолжил более лояльно: — Никак, решили меня свергнуть всей деревней? Надоел старым дуракам старый дурак?
— Нет же, дурья твоя бошка! Ну у тебя сегодня большая пирушка, все дела, торт наверняка будет здоровенным, как зад стряпухи моей! Вот я и подумал, отчего бы не органижовать хорошенькую охрану? Пускай это будет от меня даром для дочурки твоей! Никакие мерги не ошквернят нашу гулянку!
Выражение лица старосты сменилось, он признательно взглянул на Хомта.
— Благодарю тебя, добрый друг! Ну после такого подарка я просто обязан устроить нечто масштабное! — он похлопал приятеля по плечу.
— Нет, ну точно крохоборы! — возмутился я пуще прежнего. — То есть найм мангустов вам никаких рисков не несет, да? Тут можно за голодных малых пахарей не волноваться, я правильно понимаю?!
Как тут не удивляться? Страшно представить, какая цена уплачена за мангустов, но еще страшнее представить, откуда нашлись такие деньги. Хомт подмигнул мне и украдкой прошептал, будто прочитав мои мысли: "старые знакомые".
Староста повернулся ко мне с последними напутствиями:
— Праздник начнется вечером, на закате. Я тогда пришлю за вами людей, раз уж мы все обговорили. Пойдем, Хомт, молодцев твоих смотреть будем.
Староста буквально посветлел лицом.
— И это... Чародей, ты там ошобо желудок не забивай, — снова подмигнул начальник охраны. — На торжестве будет, чем поживиться!
Мы вышли из комнаты в общее помещение, где в тени струнками вытянулись мангусты. Да их тут около сорока человек! На груди у всех красуется эмблема гильдии охраны — грызущий змею мангуст. Вооружены они большими двуручными мечами; ребята соответствуют своей гильдии — дюжие, поджарые, матерые, но не такие молодые, как те, что на службе у Хомта. Шлемы держат под мышками, и я вижу, как головы многих из них покрывает седина. За ними — запряженный тройкой лошадей обоз, в котором видны копья, мечи, щиты, гизармы. Услуги мангустов очень дороги.
— Приветствуем майора Хомта Сорли! Ура-ура-ура! Во славу Мокрых Стен и покровителя нашего, непобедимого Гебеара! — хором крикнули они.
— Майор?! — недоуменно воскликнул я.
— С кем не бывает, — отмахнулся Хомт.
* * *
В дверь постучали. Я встал с кровати и отворил дверь. Бео.
— Любезный, за вами пришли, — обходительно оповестил меня трактирщик.
— Благодарю. Кстати, вот деньги за сутки — неизвестно, быть может, после праздника я сразу же отправлюсь в Энкс-Немаро.
— Надеетесь быстро решить проблему? — догадался Бео.
— Надеюсь по-тихому слинять под общий гул.
Но увидев, что трактирщик не понял моего юмора, поспешил добавить:
— Шучу...
Меня встретили Флисти и Майли — двоюродные братья Личии. Они были пьяны, веселы и задорны и на протяжении всего пути перекидывались шуточками:
— Флисти, на сколько оценишь дочку Корстов?
— Ну-у-у-у... Бокалов на восемь.
— Пива? — недоумевал Майли.
— С ума сошел?! — всполошился его брат. — Вина. Крепкого! А ты?
Майли задумался.
— Думаю, на три.
— Всего-то?! — ужаснулся Флисти.
— Да. На три гойлура.
Они дружно рассмеялись.
— Но ты тоже хорош, знаешь ли, — серьезно сказал Флисти. — Обозвал девушку страшной, а сам-то! Да перед тобой девушка ноги раздвинет только для того, чтобы растяжкой похвастаться.
— А у твоей бывшей рука толще моей ноги была! — парировал Майли.
— Серьезный аргумент, — согласился Флисти. — Это ее пчела тогда укусила, вот она и распухла.
— Твое брюхо, наверное, каждый день пчелы кусают, получается?
Дружный хохот.
Вот под такой аккомпанемент шуточек мне приходилось терпеливо шагать.
Я заведомо подготовил Оцепенение, Огненный Шар и Молнию — мало ли что. Подвесить больше я пока не могу — такое мастерство надо оттачивать, а дополнительные "ячейки" под заклинания становятся доступными ох как нескоро. К тому же все заклинания ограничены по своей силе. Опять-таки из-за умения, ибо хранить внутри себя длинные цепочки элдри — дело настоящих магистров. Меня не успокоило большое число охранников, скорее, наоборот — такая защита предполагает заварушку. Следует быть подготовленным. Драться я не умею, оружия у меня, не считая кинжала, нет. Тем более что оружие мага нисколечко не мечи да копья. Мы держимся за счет быстрого использования заклинаний и контрзаклинаний, оперативного подбора подходящей атаки или защиты. А самая важная и обязательная часть любого мага — недоплетенные заклинания. Временами они могут предопределить исход. План "б", крайний случай, палочка-выручалочка — суть одна. И чем грамотнее маг выберет заклинания на доплетение, тем проще ему будет вести поединок. Преимущество заключается в том, что, подвесив какой-нибудь Огненный Шар, можно запросто восполнить энергию. Потом останется лишь вплести недостающее элдри и все.
Дом старосты все ближе, стали доноситься крики и нестройные хоры, пьяный люд горланит песни. Видимо, гулянка идет полным ходом. Мы прошли через ворота, перед которыми в земле обнаружилась большая сливная решетка в мелкую ячейку. Понятное дело — дорога взяла немного вверх; нужно же куда-то девать текущие осенью и весной ручьи. Не сказать, что староста отгрохал себе какой-то особняк с размахом — всего лишь двухэтажное строение, немногим меньше трактира. Мои сопровождающие ускорили шаг, не желая пропускать веселье и, крикнув мне что-то вроде "вон там староста!", устремились к столам. В сравнении с дорогой место праздника находится на возвышении, во дворе. Небольшая поляна, собравшая почти всю деревню; сам участок огорожен плотно подогнанным штакетником.
Если не считать мангустов, то на праздник пришло человек сто. Многочисленные столы слагают букву "П", как оно обычно и бывает; все они ломятся от обилия блюд — от простых закусок до самых экстравагантных, в рамках деревни. Блюда перемежаются с бутылями, бочонками, кувшинами и маленькими фляжками с многообразными настойками, медовухами, брагами и так далее, не успеешь перечислить. Народ изрядно пьян, на кого ни посмотри, тот обязательно что-нибудь весело горланит на ухо соседу или через весь стол. Гигантская звуковая завеса из чавканья, хохота, желания перекричать друг друга и нескончаемого журчания наливаемых напитков заполонила собой все.
Именно поэтому мой приход не особо заметен — у всех дела поважнее. Как на пожар подбежавший староста с улыбкой проводил меня к столу. Справа от него сидит Личия, виновница торжества, а меня он усадил по левую руку. Серьезное и доверительное решение. Подобный жест оказался достаточным для того, чтобы по ближайшим собравшимся прошла волна недоумения, сопровождаемая удивленным шепотом.
— Присаживайтесь, Трэго, угощайтесь всем, чем угодно. Как говорится, все со скатерти в тарелку! — Фидл поставил передо мной кубок и до краев наполнил вином.
В нашу сторону зыркали пытливые глазки. Их можно понять — что это еще за пришлый нагрянул посреди праздника да еще и во главе стола сидит?!
Вдоль боковой стены дома, что выходит на поляну, расположился ряд местных солдат вперемешку с мангустами. Я так до конца и не понял, кто есть кто. Вроде бы утренняя свита имела соответствующие нашивки, но люди какие-то помятые и не внушающие доверия. Может, они работали на Памдрига в прошлом? Все при оружии — там и алебарды, и мечи, и даже арбалеты. Не по уставу, зато по эффективности.
— Эгей, голубчик! Протягивай-ка тарелку! — громыхнула полная женщина, сидевшая чуть поодаль от меня. Я послушался. — А то ты так и будешь сидеть как статуя!
— Марта, навали ему вон того пирога, да побольше! Паренек совсем исхудал! — с обожанием сверкнула глазами вторая, тоже полная. Да тут вообще все полные!
— Ты приходи ко мне сегодня, я утром испекла вкуснейшие пирожные, дорогой... — промурлыкала та, которую назвали Мартой.
— Нет, лучше ко мне! Марта у меня брала рецепт. А сам знаешь, что оригинал куда вкуснее копии... — проворковала вторая.
— Эй, ты, да я его только лучше сделала!
— Не болтай, ты вообще готовить не умеешь!
— Что?! Ах ты шар навозный!
И понеслась... В своем стремлении пригласить меня к себе они решили, что выяснить дела между собой куда интереснее. Тем лучше — мне не надо придумывать отговорок...
Я не люблю такие гулянки, стандартные и ничем не примечательные. А это самая обыденная гулянка до мозга костей: тут и тосты, и песни, все готовы разодрать глотки и остаться без голоса, лишь бы именно они были услышаны, чтобы их шутку больше всего оценили по достоинству. Для меня все это откровенно скучно. Без друзей или мало-мальски знакомых шумные мероприятия не приносят особого удовольствия. Редкие перебрасывания дежурными фразами банального характера: да, действительно маг, нет, не сейчас, да, умею, и это тоже умею, приеду еще раз обязательно — вот и все развлечение. Единственным интересом было отвечать на расспросы детей, подбегавших ко мне, чтобы узнать об Академии.
— Дя-я-я-ядь, а дя-я-я-ядь! — осторожно дернул меня за мантию паренек лет пяти. — А там сложно?
— Очень, — улыбаюсь я.
— А там исключают?
— Исключают. За плохое поведение.
— Ой, — ужасается мальчик, — надо себя хорошо вести...
— Конечно надо! А ты волшебник что ли? — таинственно спрашиваю я.
— Да! В будущем. Я пока учусь, — напыщенно произносит он.
— А что ты умеешь? Покажи!
— Ну, могу я тут... Эта... Ну, ветерок позвать, — смущается мальчик.
— Покажи! Покажи! — наперебой просят дети.
Паренек вскидывает руку в мою сторону и начинает воспроизводить пассы. Лицо его сосредоточенно, взор затуманился, губы сложены в трубочку. Оттуда-то и пошел ветерок, прохладный и едва уловимый. Рукав моей мантии затрепетал, парочка трущихся рядом детишек испуганно отпрянула в сторону, я же постарался сохранить мину шокированного человека.
— Вот это да-а-а-а! — восторженно протягиваю я. — Да ты будешь великим волшебником!
Паренек зарделся и, ничего не сказав, убежал. А вместо него подбежали шатающиеся Флисти и Майли. Не представляю, сколько они выпили, но им недосягаемо хорошо. Их глаза как привязанные на ниточке шарики под напором ветра раскачиваются в разные стороны.
— Трэго, короче..! Мы тут слышали, что... Что... А! — махнул рукой Флисти, устав от того, что никак не может выговорить предложение целиком.
