Карты, деньги... или дочь шулера...

-Мысль, конечно, привлекательная, но, наверное, не стоит. Я сначала должна свои показания с Вадимом синхронизировать и откатать, а втроем мы точно спалимся.

-Что значит спалимся? Ты будешь врать родной милиции? — ужаснулась подруга.

-Видишь ли, Натали, в связи с размером пропавшей суммы! Как мне кажется, лучше поменьше болтать и побольше слушать, дабы не оказаться крайней и у бандитов, и у милиции.

-Ты это... смотри не перемудри... — попросила Наташка, — как бы без головы не остаться.

-Прямо в корень проблемы зришь! — обрадовала я подругу. — Моя несравненная "кочерыжка" в данной ситуации волнует меня больше всего! Сдаётся мне, что она довольно ловко сидит у меня на плечах. Ладно, мне пора, ты смотри матери ничего не говори, ей волноваться нельзя! — озадачила я Наташку, махнула рукой и отправилась к себе собираться с визитом к господину Муратову.

Я открыла дверь, сняла туфли, бросила ключи на комод. Где мой мобильник? Точно, как всегда в сумке валяется. Я посмотрела на экран. Кому так приспичило? Семь не отвеченных вызовов. Так: Игорь, Вадим, Алекс! Прекрасно, и что им всем надо, да ещё одновременно? Тринадцать тридцать, давно пора в милицию, а я с Вадимом ещё не переговорила.

Я быстро набрала телефон Вадима, прыгая на одной ноге и стягивая джинсы. Когда Вадим сказал долгожданное: "Алло", я как раз рухнула на пол, запутавшись в джинсах на финальном прыжке.

-Вадим, это Полина, — прошипела я в трубку с пола, отплёвывая волосы и пытаясь вытащить ногу из комка узеньких штанов.

-Привет, — ответил он мне, а потом ещё кому-то, — Сергей, вы меня извините, пожалуйста, я выйду в коридор на пять минут, мы ведь всё равно уже закончили.

-Да, да, конечно, я пока здесь всё допишу, а вы вернётесь и подпишите.

-Хорошо, — послышался приглушённый голос Шувалова.

-Ты где была? — раздался резкий рокот в трубке. Я от неожиданности даже отодвинула телефон от уха, до этого я его сильно прижимала, чтобы не пропустить ни слова. — Сначала меня пригласили в милицию, для дачи показаний по делу об убийстве твоего отца к двенадцати часам, а следом заявился какой-то придурок и спрашивал, как давно мы спим вместе и куда мы спрятали миллион долларов? Что вообще происходит? Ты мне можешь объяснить?

-Я бы с удовольствием! Но мне тоже надо давать показания, через тридцать минут. А я запуталась в штанах и не знаю, что ты там уже нарассказывал!

-Хорошо, — Вадим тяжело выдохнул, — я скажу Муратову, что у тебя не заводится машина, и я тебя сейчас к нему привезу. По дороге поговорим. Я скоро! — моё спасибо потонуло в коротких гудках.

Наконец-то я победила эти долбанные джинсы.

"Зачем я их вообще снимала? Подумаешь милиция, это же не Карнеги холл, и так бы пустили", — бухтела я, бегая по квартире в лёгкой панике. В результате надела лёгкие бежевые брюки, блузку с коротким рукавом, белые босоножки на каблуках. Повыкидывала лишнее из дамской сумки, подкрасилась и рванула к машине. Я только успела её завести, как во двор въехало такси. Из машины не вышел Шувалов, я помахала ему рукой. Вадим подошёл к моей машине.

-Я тут подумала... у тебя же нет машины! На чём ты меня привезёшь к Муратову?

-На твоей!

-Она же сломалась?

-Уже починилась?

-Так быстро?

-Обычная женская история, забыла выключить габариты, за ночь сел аккумулятор, — начал злится Вадим, — чего ты мне зубы заговариваешь?

-Понятно, то есть я обычная дура, которая фары забывает выключать периодически.

-Ну да, — мило улыбнулся Вадим, — или ты собираешься сегодня поразить господина Муратова своим умом и сообразительностью? — я замолчала.

-Нет, лучше я его дурью поражу. Что ты ему рассказал?

-Поскольку до тебя дозвониться мне не удалось. Я решил лишнего не болтать и в то же время придерживаться фактов, а именно: два твоих ночных визита в гостиницу отрицать бесполезно, тебя видел портье, а также звонок с моего мобильного в скорую. Вот это я и подтвердил, дальше честно поведал, что не могу до тебя дозвониться уже несколько дней, что ты вечно бросаешь где не попадя мобильный и даже не перезваниваешь. Короче, на редкость взбалмошная и неорганизованная девица. Про смерть господина Зосонцева узнал утром от портье, до этого в гостинице с ним не встречался, но могу принять участие в опознании, так как видел его несколько лет назад. Рассказал про историю в поезде.

Я подпрыгнула на сиденье.

-Не дёргайся, — успокоил меня Вадим, — я вкратце, что папа играл в карты. Выиграл, его обвинили в шулерстве, а я из-за ваших прекрасных глаз мадам, помог вам смыться. Нормально?

-Нормально! — выдохнула я. — Ты просто молодец. Садись за руль и вези меня куда обещал, а я буду рассказывать тебе страшную историю под названием "как я провела ночь в Москве", — Вадим вскинул на меня удивлённые глаза, а я поведала в красках о своих вчерашних приключениях. Вадиму моя история не понравилась:

-Какой — то бред! — заявил он.

-Согласна.

-И папаша твой, просто засранец!

-Не спорю.

-Ну надо же, такую свинью дочери подложить, и тебе же его ещё и хоронить придётся!

-Кому? Мне? — хрюкнула я. — Это обязательно?

-Ну да, ты же дочь, труп опознаешь, и тебе его торжественно вручат.

-А что я с ним делать буду? — испугалась я.

-Вообще-то похоронить бы надо... — вкрадчиво сообщил Вадим, глядя в моё растерянное лицо, — хочешь, я этим займусь?

-Очень хочу! — с чувством выдохнула я. — Мне и так не до этого, да и как хоронить, что там положено я не знаю. Будь так любезен. А я тебе Середу в помощь ангажирую, как раз делом займётся. Только у меня не спрашивать, какого цвета гроб, мне всё равно какой будет у меня, а уж про папашу и говорить нечего! — предупредила я.

-Хорошо, — мотнул головой Вадим, — всё приехали. Беги к Муратову, зовут Сергей, третий этаж, двадцать третий кабинет. С Богом! — я как раз входила в подъезд, когда в сумке зазвонил телефон. Алекс собственной персоной:

-Полина, и где тебя носит? Я тебя с утра ищу!

-Я в милиции, даю показания, улица Орджоникидзе шестнадцать, освобожусь, позвоню, — и я нажала отбой.

Быстро нашла двадцать третий кабинет, поскреблась в дверь.

-Здравствуйте, к Вам можно? Я, Полина Воронцова.

-Проходите, неуловимая Вы наша.

-А меня не надо ловить, Вы просто позовите, я и приду, — обрадовала я господина Муратова широкой улыбкой, присаживаясь на стул.

-Тогда, может, расскажете мне в подробностях о том, что Вы делали ночью с воскресенья на понедельник? Я так понимаю, именно Вы, последней видели отца живым.

-Последний раз я видела его уже мёртвым, значит, живым его видел кто-то ещё! До меня, — поправила я Муратова.

-Я Вас слушаю, — заявил Муратов, вертя ручку в руке.

Я молча его рассматривала, среднего роста, то есть выше меня, коренастый, рыжеватые волосы, веснушки, слегка оттопыренные уши и взгляд такой настырный. Да уж, Полина Александровна, этот так просто не отстанет. Я вздохнула и начала своё повествование с приезда Вадима. Потом упомянула мой первый визит гостиницы "Золотой лев" в двенадцать ночи, продиктованный заботой о дорогом друге и спасителе господине Шувалове, встречу с отцом я сдвинула на более позднее время, поведала о дорогих гостях, то есть о прокуроре. Здесь Муратов недовольно заёрзал.

"Небось, мысленно простился с ордером на мой арест",— ехидно подумала я. О том, что мы договорились встретиться с отцом, как только я освобожусь, но к этому моменту отец уже уехал, и как мне сообщила охрана, совсем недавно. Я решила навестить его в гостинице, название которой, а также номер комнаты, папа любезно сообщил мне заранее.

-Портье храпел на стойке, я поднялась по лестнице на второй этаж. В номере горел свет, и слышались звуки, я постучалась и нажала ручку, дверь открылась, я вошла в комнату и увидела отца на полу, вокруг головы большая лужа крови. Я села к нему, начала искать пульс, сначала на руке, — здесь я начала шмыгать носом, от жалости к себе, и вот вам, пожалуйста, появились слёзы.

Муратов подскочил, протянул мне стакан воды. Я сдавлено его поблагодарила, сделала пару глотков. Поставила стакан на стол. Достала бумажный платок из сумки промокнула глаза. Продолжила:

-Потом на шее, пульса нет, тело холодное, я распахнула халат на груди, попыталась услышать сердцебиение. Он был мёртв.

-Вы разве врач, чтобы ставить подобные диагнозы? — поинтересовался следователь.

"Бревно бесчувственное", — подумала я, в очередной раз промокнув глаза.

-Нет, я не врач, но у меня огромный опыт общения с отцом, а вернее сказать с его телом, пьяным в стельку. Когда он бывал просто сильно пьян, он громко храпел, а когда до бесчувствия, приходилось даже зеркальце к губам подносить, чтобы понять, дышит или нет. Так что, навыками поиска пульса и оказания первой помощи я владею в совершенстве.

-Тело было прямо-таки холодное?

-Нет, но явно холоднее моего.

-Сколько прошло времени с момента его ухода из казино и вашим приездом в гостиницу?

-Охранник мне сказал, что он тридцать минут как уехал. Ему вызывали такси, я выехала следом минут через десять и добиралась минут десять, может пятнадцать.

-Почему вы не вызвали скорую из номера?

-Потому что в номере кто-то был, и я очень испугалась, — Муратов весь подтянулся и стал напоминать борзую на охоте.

-Что вы сказали?

-Пока я искала признаки жизни на бездыханном теле, дверная ручка медленно повернулась и начала открываться дверь в ванную, и тут я запоздала вспомнила, что кто — то копошился в номере, когда я подошла. Вы меня простите, но я не Джеймс Бонд, и встреча с убийцами не входила в мои жизненные планы. И поэтому я, прихватив туфли, побежала из номера со всех ног. Так как портье спал, а я наверняка знала, что господин Шувалов находится у себя в номере, то я к нему и поспешила. И за мной кто-то бежал, я это отчётливо слышала. Дальше я тихонько стянула у Вадима мобильник и позвонила в скорую и милицию из ванной, вдруг отца ещё можно было спасти, — я страдальчески вздохнула.

-Я всё равно не понимаю, почему Вы не сказали господину Шувалову о случившемся?

-Господин Шувалов, я просто не сомневаюсь в этом, героически понёсся бы обезвреживать преступника в одних трусах, а мне не хотелось, чтобы с ним что-нибудь случилось.

-То есть, Вы решили уберечь господина Шувалова от ненужного риска? — уточнил следователь.

-Да, именно так, я решила, что Вам будет легче работать с одним трупом и двумя свидетелями, чем с тремя трупами? Как думаете? — я участливо заглядывала в глаза следователя. Муратов крякнул от неожиданности.

-Во сколько Вы покинули гостиницу?

-Вадим проводил меня до машины около пяти утра.

-Почему Вы не остались на ночь в гостинице?

-Хотела выспаться, поскольку у меня не совсем нормальный график работы и домой я приезжаю часа в два или три ночи, то и сплю соответственно до обеда. И потом я люблю спать одна.

-В каких Вы отношениях с прокурором?

-В прекрасных! — осчастливила я его. — Ордер на арест он Вам не подпишет, можете даже не пытаться, — я ещё глотнула водички.

-Где Ваша мать? И в каких отношениях Вы были с отцом до его приезда?

-Ни в каких. Мы поссорились, и я уехала из Москвы домой, а он остался, и с тех пор мы не виделись, до этого злополучного воскресенья. А мама бросила меня, когда мне было пять лет.

-Почему Вы поссорились с отцом в Москве? — вот ведь пристал, как банный лист. Я ещё раз вздохнула.

-У папы были своеобразные представления о счастье юной девушки, и он решил открыть себе неограниченный кредит в Московском казино, пристроив меня в любовницы его владельцу! — Муратов вытаращил глаза. — Я отказалась, в грубой форме и больше мы не общались.

-Однако, Вы всё-таки решили послушать советы родителя и пошли в любовницы к местному владельцу казино, — я усмехнулась и выдержала взгляд усмехающихся карих глаз.

"Прав был Середа", — подумала я. На редкость въедливый товарищ.

-С господином Скворцовым у нас сугубо деловые отношения, с его супругой дружеские, а всё остальное — сплетни.

-Почему у вас разные с отцом фамилии, а главное отчество?

-Дело в том, что папа внезапно исчез, когда мне было шестнадцать, и оставил меня у посторонних людей, без денег и обратного адреса. Я слегка обиделась и, при получении паспорта, изменила фамилию и отчество, скажем так, в знак протеста. Что ни будь ещё?

-Пока всё. В ордере мне уже отказали, а вот для расписки о невыезде, к счастью, нам прокурор не нужен, так что, расписывайтесь Полина Александровна. Я сейчас вызову машину и поедем в морг.

-Можно Вадим Шувалов с нами на опознании будет? — попросила я.

-Нужно. Звоните. Они же знакомы, как я понял?

-Да, встречались разок.

-Вот и прекрасно, вдвоём протокол опознания подпишете, — я позвонила Вадиму, и мы отправились в морг, правда на моей машине, для ускорения процесса.

-Вы же сказали, что у вас машина сломалась, — ехидно спросил Муратов, заглядывая мне в глаза.

-Ага, как же, сломалась, — небрежно заметил Вадим, заводя двигатель, — габариты надо на ночь выключать и не придётся мне бедному бегать по двору и искать от кого подзарядить аккумулятор, — я улыбнулась и беспечно пожала плечами, мол, подумаешь, с кем не бывает.

Глава 7

Городской морг, располагался на территории центральной городской больницы, туда мы и направились. Больница состояла из нескольких корпусов, соединённых коридорами — переходами в районе второго этажа, и смотрелась это жутковато. Мы оставили машину на парковке и гуськом направились в сторону морга. Первым бодрой рысью шествовал следователь Муратов, за ним широким шагом шёл Вадим и тянул за руку меня, с трудом ковыляющую на шпильках по земляной дорожке, отсыпанной мелким гравием. Да и вообще, скорейшая перспектива посещения морга, скорости мне не прибавляла. Когда я добралась до здания морга, Муратов уже предъявил необходимы документы и разговаривал с патологоанатомом, делавшим вскрытие. Пал Палыч, как называл его следователь, на Франкенштейна похож не был. Здоровый лысый дядька, правда, закатанные рукава белого халата, здорово придавали ему сходство с мясником. А может это моё воспалённое воображение? Я потрясла головой. Выдавила мученическую улыбку и проблеяла:

-Здрасти.

-Здорово, коль не шутишь! — весело прогудел Пал Палыч мощным басом. Кивнул на меня головой:

-Дочка говоришь?

-Дочка, — опять пискнула я.

-Уж больно тощая, — неодобрительно покачал головой Пал Палыч, — нашатырь дадим, а то ещё в обморок брыкнешься.

-Эта, не брыкнется, — влез Муратов, — она первая труп нашла.

-Бедная девочка, — пожалел меня Пал Палыч.

-Я бы брыкнулась, — решила я отстоять своё честное имя, — просто за мной убийца бежал, и мне было не когда, — буркнула я.

Пал Палыч смешно всплеснул руками,

-Серёга, ты чем вообще на работе занимаешься? У тебя чёрте что творится, а ты ходишь тут, зубы скалишь. Пойдем, деточка, за мальчика своего держись, он у тебя вроде крепкий, — вещал Пал Палыч, показывая дорогу в хитросплетениях коридоров.