Руку, на которой я носила подарок подруги, дернуло болью, и меня потянуло вслед за человеческой женщиной, затягивая в воронку.
И вот я опять сижу в кафе, напротив Габриеля, даже успев услышать окончание его фразы:
— Готов сделать все, чтобы ты этого захотела.
— Что, прости? — тупо переспросила я, все еще находясь под впечатлением от пережитого. Похоже, мой собеседник не понял, что со мною что-то произошло. А значит, если я не хочу испортить свидание, надо срочно приходить в себя и настраиваться на разговор. Обдумать случившееся я смогу и позже.
— Я готов сделать все, чтобы ты захотела меня снова увидеть, — терпеливо повторил мужчина.
— Позвонить мне, — улыбнулась я, — а еще найти место, где можно поесть мороженое, — и еще раз улыбнулась, наблюдая недоуменное выражение на его лице. Понятное дело, кто еще в такую погоду, кроме огненной ведьмы, захочет побаловать себя охлажденным лакомством?
— Мороженым... А каким? Какое любишь?
Габриель чуть улыбнулся, словно пытаясь скрыть проснувшийся азарт.
— Фисташковое, — буквально промурлыкала от удовольствия. Даже не могла сказать, что вызывало такое безудержное желание смеяться: возможность поисков в заснеженном городе мороженого или перспектива совместной прогулки. Ведь, успев изучив меню, я точно знала, здесь его нам не подадут.
— Тогда, — с мальчишеской улыбкой сообщил он, — предлагаю начать охоту на фисташковое мороженое. Готов поспорить, самое большее через час я тебе его найду.
— Пари? — тут же ухватилась я за услышанное предложение. — А ставки?
— Если я не найду мороженое, то выполню любое твое желание. А если найду... — многозначительная фраза предполагала множество вариаций.
— Желание любое? — на всякий случай уточнила я, решив не обращать внимания на недомолвку.
Как ни странно, мой собеседник ненадолго задумался, словно предполагал, что я попрошу купить мне машину.
— Да, — как-то уж очень серьезно произнес он.
— Не боишься, что я попрошу подарить мне "Феррари" или "Бентли"? — все-таки шутливо уточнила свои наблюдения.
— Нет, а можешь? — сделал вид, что испугался он.
— Нет, не люблю разочарований, поэтому и запросы у меня всегда довольно реалистичны, — поделилась информацией о себе.
— Я запомню, — пообещал он, заставив меня внутренне заурчать от удовольствия. Даже если этот парень фантастически умеет очаровывать женщин и является тем еще донжуаном, это отнюдь не мешает мне приятно провести в его компании пару вечеров.
— Пойдем? — вложив в принесенный счет деньги, даже не показав его мне, он поднялся, протянув руку ладонью вверх.
Демон смотрел на Огнеславу, сидящую напротив, и понимал, что сказал ей чистую правду. Желание он выполнит, сдержит слово.
В этой девушке было нечто завораживающее, притягивающее, а еще было в ней что-то: то ли запах, то ли голос, то ли просто неясное ощущение чего-то знакомого, уже подзабытого, но еще тревожащего память.
Внезапно Габриель понял! Так ощущается магическая сила. Он мысленно поморщился. Непозволительно расслабившись, он не сразу почувствовал в новой знакомой ведьму. Вот так столкнулся на улице с красивой девушкой...
Едва уловимый запах костра, горящей свечи, бушующего лесного пожара и, почему-то, первого снега. И это последнее было самым слабым, самым неясным, словно огненная ведьма контактировала со Снежной. Возможно это неожиданное, но изначально приятное знакомство можно было бы использовать несколько иначе...
На улице вечерело. Сумерки окутали город, тени мягкими мазками окрасили улицы, лишь иногда уступая место льющемуся из окон и фонарей свету.
Мы медленным прогулочным шагом двигались по улице. Два часа уже прошли. За это время буквально оббежали множество кафе, если не все, где нам предлагали ванильное, шоколадное, ореховое мороженное, даже предлагали посыпать фисташками, но не мое любимое. Габриель всячески пытался меня убедить, что разницы ровным счетом никакой и нет, но я была непреклонна. И вскоре ему пришлось признать поражение.
Мы разговаривали, но почему-то получалось, что постоянно говорила я, хотя раз за разом задавала вопросы. Он не отмалчивался, был достаточно остроумным, но при этом само собой получалось, что он не дал и толики информации о своей жизни до нашей встречи.
Помня, как некоторые из девчонок помешаны на конспирации, я позволила проводить себя только до ближайшего от башни перекрестка.
Остановившись прямо под фонарем, я посмотрела на Габриеля. Золотистая кожа, зеленые глаза с черным ободком по краю радужки. На виске татуировка. Протянув руку, я медленно провела пальцами по рисунку. Что-то такое знакомое было в переплетении линий...
— Теплые, — облачко пара окутало мои пальцы. А я отдернула руку, осознав, что этот жест был слишком личным. — Ты без перчаток, а пальцы такие теплые, — объяснил он, сделав вид, что не заметил моего невольного движения.
— Что это? — я кивком указала на узор.
— Напоминание.
Я промолчала. Если бы он хотел рассказать об этом, то не ограничился всего одним словом. Возможно, я еще узнаю больше, позже. Когда-нибудь.
Встретившись взглядом с Габриелем, я замерла, понимая, что если он сам сейчас не наклонится, чтобы поцеловать меня, то я сделаю это сама.
— Отойди от нее! — раздалось позади.
Снежок
Очередной безумный день в окружении моих дорогих девчонок подходил к концу. Да и аналитику для Антона я осилила написать. Так что можно прогуляться, пока все отдыхают перед ужином. Я любила гулять одна. Привычно проверив наличие амулетов и щитов, я накинула пуховик и вышла из башни.
Снег серебристыми искорками танцевал в свете фонарей, беззвучно ложась под ноги, весело потрескивал скованный легким морозцем наст. Снежная феерия поздней осени. Такая привычная для меня погода далекого сейчас родного Севера.
Все было очень хорошо, пока я не увидела застывшую под фонарем пару.
Сердце бухнуло в пятки. Рийхард! Опять! Мне бы тихо исчезнуть, уйти, прикрывшись отражением, но рядом с ним стояла Огонек. И значит, уйти я не могла. Не имела права. Скинув заклинание, которое скрывало мою ауру, я пошла к ним. Долго ждать, когда меня заметят, не пришлось. Судя по его довольной улыбке, он этого не ожидал.
— Отойди от нее!
Маленькая Снежная внезапно оказалась близко очень. Похоже, хотя бы одно сильное заклинание маскировки она знала, иначе у нее не было бы возможности подобраться почти вплотную. Либо же это Огнеслава действовала на него слишком негативно, заставив расслабиться из-за ее присутствия.
— Отойди от нее! — это прозвучало неожиданно твердо.
Он посмотрел на застывшую рядом девушку. Итак, его ощущения про налет ледяной магии его не обманули — они подруги. Жаль, ему нравилась огненная ведьмочка, но куда важнее была предоставленная судьбой возможность уничтожить ненавистную Снежную.
Не говоря ни слова, под шокированным взглядом Огонька он швырнул заклинание, и был неприятно удивлен, когда Хранительница спустила истинный огонь по лезвию нагинаты.
— На один и тот же фокус я дважды не попадаюсь, — усмехнулась она.
Я мерзко улыбалась. Похоже, рийхард считает меня слабее, чем я есть на самом деле. Волосы от самых кончиков медленно начинали покрываться инеем. "Печать души" была одним из самых мощных заклинаний в моем арсенале, когда я заканчивала его читать, то казалась совсем седой. Но на демона в его нынешнем состоянии этого должно было хватить. Самым большим плюсом печати было то, что противник до самой последней секунды не мог определить, что именно я плету.
Впрочем, рийхард тоже не собирался сдаваться без боя. Теперь в его руках было два длинных меча, которые появились словно из ниоткуда. По лезвию одного танцевали языки огня, на другом распускались зимние узоры. Красиво...
Но нам было не суждено нанести больше ни одного удара — между нами вспыхнула стена пламени.
— Вы что творите?! — рявкнула Огонек. Вот только чуть растерянный взгляд со злым голосом никак не вязался.
Я замерла. Похоже, Слава отнюдь не была в беде и я зря вмешалась. Прервав плетение, я посмотрела на подругу и улыбнулась. Накинула отражение, двинулась сквозь огонь и, уже проходя мимо рийхарда, убрала нагинату.
— За нее я завершу то, что не удалось моим предкам. Если ты что-нибудь сделаешь моей подруге, я убью тебя, — впрочем, сказала я это достаточно тихо, чтобы не слышала и без того встревоженная Огонек.
Я шла, чувствуя спиной взгляд подруги, заставляя себя двигаться плавно, без напряжения. Хотя, если оставаться честной, ежесекундно ждала удара. Ох, не избежать мне неприятного разговора...
Как я и предполагала, Огонек не заставила себя долго ждать. Девушка фурией влетела в мою комнату, зло прищурив глаза. И если учесть, что Огнеслава всегда отличалась поразительной для своей стихии выдержкой, сейчас она вся просто пылала "праведным" гневом.
— Не потрудишься объяснить, что это было? — моментально перешла она к делу.
— Что именно? — поинтересовалась, незаметно для подруги навешивая на себя щиты. Все-таки я не была бы собой, не попытайся я уйти от неприятного разговора. Сейчас я совершено спокойно смотрела на злую огненную ведьму и просчитывала варианты.
— Какого черта ты напала на моего... спутника? — на какой-то миг девушка замялась, перед тем как дать определение демону.
— Он — демон! Демон, а не человек! Жестокий, опасный! Расчетливый! Что я должна делать, видя тебя рядом с ним?! Да еще и учитывая... Впрочем, это не важно, — сбавила я обороты. — Огонек, я ведь не враг тебе. Держись подальше от этого убийцы.
— А может, я сама решу к кому и насколько близко держаться? Или, если уж ты считаешь меня такой слабой, наивной и доверчивой, то стоило просто спокойно предупредить, поговорить, а не выставлять меня дурой? И знаешь, за эти пару дней я не заметила агрессии с его стороны, — уже тише, словно убеждая саму себя, закончила она.
— Пару дней?! — я ухватилась за голову. — Что ж, — я горько улыбнулась, — рада, что за тебя не надо волноваться. Надеюсь, он и дальше не будет проявлять агрессии... Хотя зная, что ему нужно... — так, опять понесло! Еще немного, и на наши крики соберутся все девчонки. — Да что ж ему не спалось-то...— прошептала я, но Огонек услышала.
— Что ты хочешь этим сказать? — тут же уцепилась она мертвой хваткой за услышанное.
— Только то, что я очень жалею, что рийхард Габриель так не вовремя проснулся. Или может тебе он представился иначе? — уже совершенно спокойно, но не без издевки, ответила я. Обидно, но, похоже, отношения с Огоньком очень быстро портились.
— В таком случае, очень рада, что твои чаяния не сбылись, — фыркнула она.
— Что тут у вас происходит?! — рывком распахнула дверь Чертенок. Выглядела она немного растерянной. Еще бы! Редко можно услышать, как ругаются два голоса разума.
Мокоша заинтересованно выглядывала из-за ее плеча, и только Янина не выглядела растерянной или заинтересованной и просто ожидала объяснений.
Как-то само собой получилось, что все посиделки мы устраивали не в гостиной, а на кухне. Сегодняшний богатый эмоциями вечер не стал исключением. Я по привычке расположилась на краю стола, а девчонки, сидя кто где, сверлили меня глазами. Тишина давила на нервы. Наконец я не выдержала:
— Спрашивайте уже.
— Что происходит? — спокойно поинтересовалась Огонек. Но лучше бы она возмущалась так же эмоционально, как делала это пятнадцать минут назад. Нынешний холодный и отстраненный голос меня неприятно резанул.
— Меня собираются убить.
— И кто? — подалась вперед Чертенок.
— Рийхард Габриель Мистариа со Вита. Демон. Красивый такой тип в темном пальто, с длинными волосами и странной татуировкой на виске.
— Но почему? Ты же обычная ведьма! — вскинулась Мокоша. — Не без странностей, но...
— Обычная, да не совсем, — вздохнула. — Я последняя Снежная. Если бы учились в магинституте, а не просто ездили на повышение квалификации, то многое бы уже знали. Где-то восемьсот лет назад, мои предки укра... позаимствовали в нижнем мире книгу, Гриммуар. В попытке возвратить ее между моим кланом и демонами разразилась война. Книга вернулась к демонам, а в руках моего клана остался ключ к ней. Рийхард Габриель по какой-то причине остался и решил возвратить ключ. Он преследовал мой род несколько лет, пока его не удалось запечатать. С тех пор он спал, а сейчас нелегкая его пробудила. Теперь ему нужны две вещи: ключ и печать, точнее, ее снятие.
— Так в чем проблема? — заинтересовалась Мокоша.
— Чтобы получить ключ, ему нужно забрать кулон, а вот чтобы снять печать, он собирается убить меня.
— И все ЭТО ты решила рассказать только спустя столько лет дружбы? — холодно уточнила огненная ведьма.
— У всех есть свои тайны, — я пожала плечами, надевая постылую и такую спасительную маску гордости. — Это была не столько моя тайна, сколько моя ответственность. А теперь прошу меня простить.
Я подхватила пуховик и прошла мимо девчонок. Стоило побыть немного одной, ведь похоже, что друзей я потеряла.
Снежок уже не видела, как по направлению к своей комнате метнулась Огонек.
— Зашибись, — подытожила Лика. — И как нам теперь с этими двумя быть?
— Ты мне лучше скажи, что случилось с Огнеславой? — задумчиво протянула Янина. — Я ее такой еще не видела.
— А кто ж знает? — пожала плечами Мокоша. — Вам не кажется, что последнее время у нас слишком много проблем? Может, сглазил кто?
Я шла по пустым улицам и глотала злые слезы. Ну и ладно, ну и пусть! Не так уж мне и нужна их дружба... Легче жить одной, скрыв все чувства и эмоции за маской гордости и невозмутимости!
Вру. Без девчонок мне будет очень тяжело. Я не хотела потерять их дружбу, именно поэтому ничего не говорила. Я была очень... нет, не зла... расстроена. Наверное, мне надо вернуться на Север, в мир льда и одиночества.
Сколько я уже плутала по улицам, я не знала. Меня гнали вперед боль и отчаянье. Девочки были самым дорогим, что у меня осталось... Я начала начитывать заклинание облака, когда уловила тревожный отзвук с амулета. Кто-то из девчонок был в беде. Я быстро отследила направление. Это был маячок Огонька!
Облако появилось по велению жеста — так я быстрее доберусь до нее.
Нападавшего я знала. Это был Ирано Шериор, прихвостень Совета! Вот гады! Стервятники! Уже на подлете я призвала нагинату, которую любила больше мечей, и следующий его удар пришелся на древко моего оружия.
Глава 5
Огонек
Сначала я металась по комнате, вся кипя от гнева. Пламя, словно вторя моему настроению, ревело в камине. Язычки огня иногда вспыхивали на кончиках пальцев, по волосам текли ручейки колючих искр. Я бегала так по кругу, пока не поняла, что такими темпами только накручиваю себя все больше, и еще немного — и буду виновата в поджоге нашей башни. Перед тем как отвечать на вопросы подруг, у которых их скопилось море, я должна была сама разобраться со своими переживаниями. А для этого мне нужен был свежий воздух, простор и одиночество. Подхватив пальто и набросив на шею легкий шарф, скорее создававший видимость тепла, чем по-настоящему греющий, я пулей слетела по лестнице.
