Черно-белый -1

свадьбой, и он не смог прийти на турнир.

Поскольку ей не нравилось общество двух ее компаньонок, а король был увлечен

разговором с одним из своих лордов, то все, что ей оставалось, — топить свое горе в вине. Обычно Морт не пила больше одного-двух бокалов, но сегодня позволила себе впасть в

крайность. Шая то и дело бросала на нее удивленные взгляды, но Морт делала вид, что

ничего не замечает.

В первом поединке сошлись сер Брустар и сер Каирстар. Оба были высокие и

широкоплечие, примерно одного возраста и уровня мастерства, так что неудивительно,

что они были и главными соперниками в нынешнем турнире. Морт могла различать их

только по щитам. У сира Брустара на нем было изображено дерево, а у Каирстара —

падающая звезда.

Когда они сошлись в первый раз, конь Брустара резво дернулся в сторону, из-за чего

наездник только чудом удержался в седле. Во второй раз его сбил оттуда Каирстар.

Уже во втором поединке между сером Бросом и девятнадцатилетнем рыцарем в

ярко-синих доспехах пролилась первая кровь. Пока кровь засыпали чистым песком, а с

арены уносили неподвижное тело, Морт приказала принести еще вина.

После этого зрелище уже практически не приносило ей никакого удовольствия.

Впрочем, и вино утратило свой опьяняющий вкус. Морт бы лучше предпочла сейчас

выйти на арену, нежели сидеть здесь, задыхаясь.

Подайте мне доспехи, подайте мой меч. К черту вашу свадьбу.

Когда на арену выехал рыцарь в серых доспехах, она невольно подняла голову из-за

доносящегося со всех сторон громкого шепота.

— Это он.

— Посмотрите только! Рыцарь, на счету которого нет ни единого поражения.

Морт различила голос лорда Серра:

— Посмотрите на него, ваше величество. Говорят, ему нет еще и двадцати. Великолепно держится в седле.

Король только усмехнулся сквозь густую бороду, но ничего не ответил.

Против загадочного рыцаря выставили того самого сера Каирстара, для которого

этот бой должен был стать последним. Каирстар даже поднял забрало, приветствуя

зрителей. Его противник не делал ничего подобного. Морт наблюдала за тем, как ловко

он забрался в седло.

Постепенно шум толпы утих. Наблюдая за тем, как противники скачут друг к другу,

Морт удивилась, как она могла настолько впасть в беспамятство, чтобы не обратить

внимание на серого рыцаря. Он не был таким огромным, как Каирстар, но зато обладал

скоростью и мастерством. Когда они сошлись в первый раз, его копье чуть царапнуло

щит Каирстара, который успел взять чуть влево, спасаясь от удара.

Во второй раз их копья со звоном ударились, а затем все захлестнул рокот толпы.

Каждому было ясно, что третий раунд решающий.

Серый рыцарь несколько мгновений смотрел на своего противника, прежде чем

пришпорить коня и броситься в бой. Каирстар заревел, как медведь. Оба почти

одновременно подняли копья. Морт, как и добрая половина зрителей, задержала дыхание.

Острие копья Каирстара с силой ударилось в шлем, пройдя всего в нескольких

сантиметрах от глазниц. Тем временем копье рыцаря в серых доспехах пробило его

грудную клетку, выйдя из спины. Каирстар захрипел, выронив копье, и мешком повалился на песок. Конь его встал на дыбы. Послышался вой и град аплодисментов.

Кто-то бросил победителю красную розу, и тот ловко поймал ее, направив коня к

ложам знатных особ. Какой турнир может быть без этой традиции? Девушки взволновано переглядывались, поправляя платья и прически. Серый рыцарь бросил розу.

Морт выронила бокал с вином, когда цветок упал ей на колени. Красное вино

расплескалось, забрызгав низ ее платья. Благо, оно так же было красным.

Ей пришлось подняться под плеск аплодисментов и поблагодарить рыцаря за

проявленную честь. Когда она села, Шая удивленно посмотрела на нее. В глазах Халисы

скользнула досада.

Теперь для победы серому рыцарю оставалось преодолеть последнее испытание.

Во времена Средневековья на арену выпускали специально обученных рабов, которые сражались с дикими зверями, отвоевывая не столько деньги, сколько собственную жизнь. В королевстве царили другие порядки.

Серый рыцарь спешился. Ему помогли снять доспехи, все, кроме шлема.

Единственным его оружием на арене будет длинный кинжал, даже не меч. И никакой

защиты, кроме шлема. Из одежды на нем были простые черные брюки и черная рубаха

из дешевой ткани. Женщины принялись перешептываться, разглядывая красивое

поджарое тело.

Загрохотали цепи, затем сработал подъемный механизм, и ворота поднялись, выпуская на арену льва. Огромный разъяренный хищник грозно рычал на зрителей и на

дрессировщиков, которые издали хлестали его хлыстами.

И только серый рыцарь, казалось, не боялся, спокойно ожидая, пока зверь сам

подойдет к нему. Дрессировщики поспешили покинуть арену, оставив претендента один

на один со зверем.

Лев был огромен. Мощные лапы, особенно задние, длинные острые когти и

великолепная золотистая шкура. Сразу становилось ясно, кто здесь действительно царь.

Жаль, Айрон не видит этого.

Серый рыцарь отступил назад, сжимая в левой руке кинжал. Лев, увидев, что жертва

отступает, двинулся следом, то и дело издавая грозный рык. Человек снова отступал

, даже не предпринимая атаки. Со львом нужно быть предельно внимательным, одно

неверное движение, и он насладиться, пожирая твои внутренности.

— Струсил, — недвусмысленно выгнул бровь лорд Серр.

— Ты бы точно в штаны наложил рядом с таким монстром, — заверил его король.

Серр обиделся, но не решился подать виду, дабы ненароком самому не очутиться на

арене. Комментировать из безопасного места всегда предпочтительнее.

Миновав большую часть арены, серый рыцарь все еще продолжал отступать. Но все же было не похоже, чтобы он боялся. Мышцы спины полностью расслаблены, ноги

двигались легко и проворно. Уткнувшись спиной в каменную стену арены, он, должно

быть, добился того, чего так долго ждал: лев первый атаковал его, решив, раз жертва

дала загнать себя в угол, теперь можно легко с ней разделаться.

Рыцарь ловко ушел от мощного удара лапой и поднырнул, уходя за спину льву. Зверь

зарычал, но не успел прыгнуть, так как вертлявая добыча снова ушла от него. Так

покорно отступающая, теперь она скакала перед ним, как мерзкая обезьяна, заставляя

его испытывать ярость. Лев больше не мог сосредоточиться. Теперь ему больше всего

на свете хотелось прикончить противника.

Серый рыцарь кружил вокруг льва, ожидая подходящего момента для нападения. И

вот, наконец, он настал. Улучив мгновение перед прыжком, серый рыцарь бесстрашно

бросился вперед, опередив зверя, и всадил кинжал ему в сердце.

Сперва неуверенные, аплодисменты волной накатились на арену, заглушая

предсмертный рев льва.

Победитель снял с головы шлем и небрежно отбросил его в сторону. И повернулся к

королевской ложе. Сначала Морт увидела удивительные темные волосы, затем

окровавленную царапину на лбу, и, наконец, темно-синие глаза.

Морт почувствовала, что враз протрезвела.

— Принц Айрон? — выдохнул Серр. — Но ведь он мог погибнуть и тогда...

Король перебил его:

— Мой сын не мог проиграть.

Морт уже не слышала их. Как не слышала и доносящихся отовсюду криков. Ее глаза, как приклеенные, следили за Айроном, когда он поднял тушу убитого льва и, чуть

покачнувшись от его массы, стал подниматься наверх. Он поднялся прямо в королевскую ложу, положив свой трофей у ног Морт, опустившись перед ней на колени. В этот

момент он улыбался во весь рот, глядя на нее с чувством собственного превосходства.

Даже снизу вверх.

— Сегодняшняя победа — мой свадебный подарок тебе, дорогая невеста.

Немного придя в себя, она поняла, что должна сделать прямо сейчас. Этим "даром" он хотел поставить ее в неловкое положение. Айрон думает, что уже победил.

Но этого не будет.

Опустившись на колени рядом с ним, наслаждаясь его удивленным взглядом, она

извлекла собственный кинжал. Раскрыв им грудную клетку, она аккуратно извлекла

огромное сердце животного и передала его Айрону:

— А это мой подарок тебе, дорогой жених.

Это было завершение турнира вполне в духе черных. Но по широко распахнутым

глазам было видно, что ему и в голову не пришло, что она может сделать нечто подобное.

— Вечная слава будущему королю и будущей королеве! — прокричала Халиса, подойдя

к самому краю балкона. — Настоящие король и королева Черного королевства.

Вернувшись с турнира, Морт приказала повесить тушу убитого льва на крюк и сама

занялась ее освежеванием. Сначала нужно было полностью обескровить тушу. Затем

сделать надрезы по брюху от головы до хвоста, а также вокруг шеи и коленных суставов

лап. После снять шкуру с лап. Разрезать тушу на брюхе и извлечь внутренности, разрезая кишки и сухожилия, связывающие их с тушей, осторожно отделить желчный пузырь.

Истинный подарок для будущего короля.

Морт уверяла себя, что ей ни чуточки не страшно. Да и что страшного может быть в том, чтобы войти в собор? Вот только почему так быстро бьется сердце?

Служанки уже закончили суетиться около нее. И ее платье, и прическа — все было в полном порядке. В королевстве верили, что белый — цвет похорон, именно поэтому на ней сейчас было надето бледно-золотистое платье. Даже несмотря на обилие драгоценных

камней, оно не было непомерно тяжелым. Легкая воздушная ткань мягко обволакивала

тело. Волосы были собраны наверх, не считая нескольких длинных прядей. Прическа

убрана камнями и жемчугом.

Увидев этим вечером свое отражение, Морт почувствовала себя настоящей

красавицей. И, наверное, она впервые была ею.

Жаль, что мама не увидит ее такой: красивой и женственной, как никогда.

— Пора, леди Блэквул.

Она подала руку лорду Серру, которому предстояло вести ее под венец, и двинулась

за ним, не чувствуя под собой ног. Даже родившись в семье лорда, Морт до последнего

по-детски верила, что выйдет замуж по любви, а не по расчету и уж точно не по

договоренности о купле/продаже.

Ему мутило от яркого света и благовоний, витавших внутри собора. От

сладострастного запаха цветов и бокала вина, который она выпила несколько часов назад. В отличие от всех остальных церемоний, церемония венчания проходила не ночью, а на

закате, символизируя наступление ночи — самого благоприятного времени для молодой

семьи.

Айрон уже ждал ее. Сейчас он был необычайно хорош в своем парадном костюме.

Темные глаза смотрели на нее с ожиданием, как-то по-доброму. Морт позволила

отразиться надежде в своих глазах, подходя к алтарю. Он подал ей руку, помогая взойти

на возвышение, и она приняла ее.

Пожалуйста, молила она про себя. Пожалуйста.

Айрон выглядел расстроенным, но одновременно наполненным чем-то таким, о

существовании чего Морт даже не подозревала.

Пожалуйста, сделай это.

Священник начал службу. Каждая минута растягивалась для Морт на часы. Пусть это

закончится как можно скорее, раз уж ей не суждено избежать этой свадьбы.

Айрон опустился на колени перед алтарем.

— Знаешь ли ты, Айрон Лунный Меч, причины, по которым этот брак не может

состояться?

Морт задержала дыхание.

— Нет, ваше святейшество.

Священник улыбнулся.

— Клянешься ли ты Айрон Лунный Меч уважать эту женщину? Клянешь ли любить ее

до своего последнего вдоха, до последнего удара сердца? Быть ее защитой, ее опорой,

доверить ей свое сердце и свою жизнь?

— Клянусь.

— Поднимись, Айрон Лунный Меч.

Айрон поднялся. Синие глаза пристально наблюдали за Морт. Девушка встала на

колени. Пульс ударами тысяч барабанов стучал у нее в голове. Сейчас, сейчас, сейчас.

Она еще может что-то сделать. Всего несколько слов, и церемония не состоится. Она

будет свободна. Даже в темнице, куда ее посадят после, она и то будет свободнее.

Подняв голову, она вздрогнула. Перед ней стоял отец. Она испугано моргнула, лицо

отца расплылось, и теперь перед ней снова стоял священник.

Ей требовалось напоминание. Именно поэтому она не может поступить иначе.

— Знаешь ли ты, Мортенрейн Изабель Блэквул, причины, по которым этот брак не

может состояться?

Казалось, словно ей в глотку налили расплавленный свинец:

— Нет, ваше святейшество.

Услышав ее ответ, Айрон вздохнул с облегчением.

— Клянешься ли ты, Мортенрейн Изабель Блэквул, заботиться об этом мужчине?

Отдать ему свое сердце, свою душу и свое тело, приняв взамен его сердце и его жизнь?

Любить его до своего последнего вдоха и даже после?

— Клянусь.

— Поднимись, Мортенрейн Изабель Блэквул, — священник сделал небольшую паузу,

пока Айрон помогал ей подняться, а затем продолжил. — Именем богини, наделившей

меня этой властью, объявляю вас мужем и женой. Пусть поцелуй скрепит этот брак как

на земле, так и на небесах.

Морт закрыла глаза, зажмурившись изо всех сил. Она целовалась множество раз. Но

ведь тогда это было не по-настоящему, не то что сейчас. Она заставила себя не

вздрогнуть, когда Айрон прикоснулся к ней. И даже не отдернулась, когда его губы

накрыли ее. Удивительно, это было бы даже приятно, если бы не огромная черная дыра

у нее внутри.

После он подал ей руку, и они вместе вышли из собора под град аплодисментов и

розовых лепестков. Именно в этот момент солнце окончательно скрылось за горизонтом.

Только не плач, сегодня твой праздник.

Ее рука ледяная в его обжигающе горячей руке. Она даже заставила себя улыбаться,

пока их поздравляли. И весь свадебный пир она улыбалась, постепенно действительно

становясь веселой. Морт выслушивала все поздравления, отвечала на вопросы, даже

говорила с кем-то.

Голос Айрона вывел ее из блаженного состояния, в котором она находилась.

Он взял ее за руку и поставил на ноги:

— Идем.

Она согласилась.

Они шли по знакомым коридорам, направляясь к личным покоям. Было приятно

вырваться из душного зала. Даже пронизывающие сквозняки радовали ее сейчас. Морт

окончательно пришла в себя только после того, как Айрон не дал ей повернуть в левую

галерею, вместо этого свернув направо. Она больше не вернется в свою башню.

Остановившись перед дверью, он поднял ее на руки и перенес через порог в его, нет,

в их покои. Теперь они такие же ее, как и его. Это показалось ей удивительно смешным.

— Ты в порядке? — спросил Айрон, глядя на нее с тревогой.

— Разве похоже, что я в порядке?

— Хочешь выпить?

Она покачала головой:

— Мне на сегодня уже хватит.

— Как хочешь, а я буду.

В подтверждение своих слов, он поставил на столик хрустальную бутылку со

светло-коричневой жидкостью и налил себе полный стакан, осушив его залпом.