Записки темного мага. Ведунья.

Аманда э Риш

Брат приехал в академию после того, как прошло две недели со дня наступления нового учебного года. Со мной он практически не разговаривал. Лишь мимолетные фразы и реплики, а все остальное время он проводил со своей группой. Я же все это время думала о другом. В голове вертелось одна мысль. Кто наш новый преподаватель и чем она отличается от предыдущих магистров и преподавателей.

Она была не лучше прежних. За исключением того, что принадлежала к расе темных эльфов. Красивая и маленькая девушка выглядела хрупкой, но сила, исходившая от нее временами просто пугала, заставляла прятаться и трястись все внутренности. Ребята не обращали на ее хладнокровность и невозмутимость внимание, а мне пусть и слабому магу разума было тяжело в ее присутствии, ощущая исходящую от нее мощь. Девчонки говорили, что я просто накручиваю, но мне было реально страшно находиться с ней рядом. Мол, от тех преподов избавились и от нее избавимся. Но я была почему-то уверенна, она не уйдет, характер и нрав не позволит, слишком упрямая и гордая, чтобы сдаться группе студентов. Она не напрягалась, а вот мы страдали. Магистр с каждым днем становилась все жестче и жестче, злости не было лишь упрямая натура и хладнокровие. Казалось, она вообще не умела чувствовать, но лишь одно заставляло ее улыбаться, пусть и жутко, это наши над ней неудавшиеся шутки. Мы даже к ректору ходили, прося ее заменить, но он лишь посмеялся:

— Ребята, если Ари-сан от вас не ушла сама, я ее не уволю. Наоборот, я ей благодарен, она смогла пристроиться и работать с вами, а в том, что она вас гоняет, виноваты вы сами. Она закончила эту академию сто десять лет назад, почти с отличием, а преподаватели пророчили ей потрясающее будущее, она просто клад знаний и умений. Да еще и мастер рукопашного боя, таких преподавателей нужно искать и не упускать, они не приходят по первому зову. Так что это вы должны выход искать, а не я. Поговорите с ней и поймите, примете в конце концов, вам с ней до конца года работать и заниматься.

Вот и весь его ответ. Так что мы терпели все ее методы, пусть они и были зверскими. Она нас гоняла так до первых в этом учебном году каникул, потом решила пообщаться и выяснить причину нашего к ней негативного отношения. Мы были в шоке, но решили согласиться и поговорить с ней. Я сидела вдалеке ото всех, наблюдая со стороны. Она, как и все эти предыдущие месяцы была хладнокровна и невозмутима. Даже наши реплики относительно того, что она незаконно и не заслужено, занимает место учителя, ее не трогали. Она пропускала все это мимо ушей. Но когда речь зашла о том, почему мы достались именно ей, девушка слегка встрепенулась и разозлилась. Почему-то слова относительно некомпетентности ее не задевали, а слова об Анзетте-сан довели до магического всплеска. В моих мыслях крутилось многое. Может они врагами были, а может наоборот. Вероятность первого велика, а второе вряд ли. Огонь и лед две несовместимые стихии, так что, скорее всего первое. Упоминание о магистре выводило ее и напрягало, но потом выяснилось нечто невероятное. В кабинет влетел почтовый голубь с голосовым посланием, голос мы все узнали сразу:

— Милая Анришь, как я рада, что ты согласилась, я благодарна тебе до глубины души, — на что эльфийка буркнула:

— А она у тебя есть? — магистр рассмеялась и добавила на прощание:

— Как в прежние времена, — развеяла заклинание, оставив всех нас в полном недоумении, а подругу в крайней злости. Это же надо! Анзетта-сан и Анарибэт-сан подруги. И понимая ситуацию, думаю, что лучшие. Простому другу такое ответственное дело, как группа студентов, да еще и сложная в воспитании не доверишь. Все были в шоке, я не исключение. Высказать всеобщее недоумение решила Лиса, так как она самая смелая, да еще и староста группы.

— Магистр, а это правда? — Тихо спросила Кэт, смотря на нее испуганным взглядом. Эльфийка понемногу брала себя в руки и успокаивалась. Но злость все еще присутствовала в ее голосе, как и раздражение.

— Что именно?

— То, что вы подруги? — Набравшись еще большей смелости, спросила Кэт. Эльфийка не стала злиться, а просто ответила:

— Если не были подругами, шагу моя нога не ступила бы сюда, сидела бы в другом городе и тренировалась. А так по ее просьбе и дружбе пришла сюда и работаю с вами, — и добавила что-то на темноэльфийском. Даже наши полуэльфы не поняли что именно она сказала, но то что она выругнулась, факт.

Мне почему-то стало совестно. Она переступила через себя и пришла, откликнувшись на просьбу друга. Не такая уж она и холодная, просто не показывает своих чувств и делает как хочет. В этом темные и отличаются от светлых. За это они и сражались, пытаясь отстоять свое мнение. За это их и осуждали и ненавидят до сих пор.

Остаток дня прошел в тишине, каждый думал о чем-то своем, но выполнял то, что говорила магистр. Мы писали конспект и проговаривали про себя слова сложного заклинания. Она же что-то писала, временами поглядывая в окно и закрывая глаза, о чем-то своем размышляла. Мне бы хотелось узнать о чем, но я не решалась даже думать об этом. В душу лезть не мое любимое занятие, как например у Кэт. Она с радостью допытается до любого, выведает и все узнает и будет первой, кто все это разболтает. Так что все в нашей группе стараются не обсуждать что-то личное при ней.

Но меня волновало еще кое-что. Об этом я хотела спросить после лекций, поэтому когда все вышли я осталась и рискнула спросить то, что меня мучило все эти три месяца.

Анарибэт

В течение последующих двух недель я гоняла своих подопечных. Эти две недели Рин так и не появился, а мои детишки были злые как демоны преисподней. Гоняла я их, не давая поблажек, они же стонали, ругались и валились с ног от усталости. У меня появилась мысль, что они либо не так усердно занимаются, либо Анза вела уроки совершенно по-другому. Но, мне кажется дело в другом. Они просто не стараются и сопротивляются. Их настрой не дает им полностью сконцентрироваться на полученном материале. Но могло быть и такое, что я им просто-напросто напоминала Анзетту, а они не хотели с этим мириться и бесились, не желая принять тот факт, что вести я их буду до выпускного. Ведь не зря Кайширо сказал, что я на нее похожа по поведению. Довела я их бедненьких. Они даже к ректору ходили жалобу писали, но что им ректор ответил я примерно представляю. Поэтому попытки меня выгнать бросили, пусть и ходили на занятия недовольные.

Все эти две недели я с нетерпением ждала возвращения Сирина. Тянулось все это бесконечно долго, думала, сума сойду от тоски. Но меня ждало разочарование. По возвращении Рин так со мной и не заговорил. Только в столовой или учительской кидал взгляд в мою сторону, и на этом всё заканчивалось. Но в остальном все было стабильно. Со светлым мы держали нейтралитет, временами споря не о чем, а с остальным преподавательским составом тоже ничего столь выдающегося не было, приветствие, прощание. Многие не любят темных, а в особенности эльфов. Мы держимся особняком. Вот по этой причине нас и стали называть холодными и не приветливыми. А своим приходом я поставила большую точку в налаживании отношений обеих сторон. Не зря светлый и темный залы находятся по разным башням и разделяются коридором. Многие сторонятся нас и даже презирают.

А наша молчанка с Рином так и продолжалась. Она длилась месяца два с лишним, а то и все три. Уже холодало и стало подмораживать, ночью шли поливные дожди вперемешку с мокрым снегом, а утром можно было наблюдать на оставшихся с ночи лужах корочку льда, которую оставила госпожа Ночь в своем холодном наряде, спускаясь на сонную землю. Осень была в самом конце и зима готова была принять свой пост, листьев на деревьях совсем не осталось. Солнце тоже не выходило, от такого даже я в депрессию впала, терпеть не могу осень, тем более я всегда в это время года оседала в каком-нибудь теплом или хотя бы южном городке, где осень не приходит сразу, а идет медленно и размеренно. Детям тоже досталось из-за моего плохого настроения. Я даже внимания не обращала на то, что совсем их загнала. Поэтому отношения у нас с ними испортились окончательно. Даже никакой надежды на примирение не было. Но я все-таки решилась испытать судьбу после каникул, может что и получиться.

В аудиторию я вошла в приподнятом настроении духа. Опираясь о край парты, смотря на моих недовольных детишек, сказала:

— Я хотела бы с вами поговорить.

Ребята смотрели на меня с непониманием. Я же ни капли не удивилась. Они считали меня заменой, по этой причине между нами и не сложились отношения учителя и учеников. Но все изменилось, когда они начали обвинять меня в некомпетентности и незаконности на это место. Мол, я не настолько хороший маг и преподаватель, чем Анза. Я терпела и пропускала все реплики, но когда дело дошло до сравнения меня и Анзы, стала злиться. Сила выходила наружу и в аудитории стала понижаться температура. Они смотрели на меня все так же, неуважительно. Но все изменилось, когда в окно влетело письмо-посланник в облике почтового голубя, который уселся у меня на столе и открыв клюв со всеми поздоровался. Голос узнали все, он принадлежал моей подруге и их бывшему преподавателю:

— Милая Анришь, как я рада, что ты согласилась, я благодарна тебе до глубины души, — на что меня обуяло раздражение, и я буркнула:

— А она у тебя есть? — На что подруга рассмеялась:

— Как в прежние времена, я рада что посоветовала именно тебя, — и развеяла свое заклинание.

Все просто потеряли на некоторое время дар речи. Спустя какое-то время по классу прошлись перешептывания и нервные реплики, говорившие что они испугались моей мести, не только им, но и Анзе. Расстраивать и разочаровывать их я не стану и придумаю мою месть на их постоянные недовольства и выходки, но чуть позже, а пока они решились поговорить и во всем раскаяться.

— Анарибэт-сан, это правда? — Поинтересовалась Кэт, староста группы, выражая всеобщее недоумение. Это был общий и самый волнующий их вопрос, который не давал им покоя. Но они боялись, потому что я все еще злилась как на них, как и на Анзу, из-за которой я сюда попала.

— Что именно? — С легким раздражением спросила я.

— То, что вы были подругами? — Все еще волнуясь и боясь моей злости, спросила Лиса.

— Если не были подругами, моя нога и шагу не ступила бы сюда, сидела бы в другом городе и тренировалась. А так по ее просьбе и дружбе пришла сюда и работаю с вами, — и добавила фразу на темноэльфийском, так чтобы даже полуэльфы не поняли, как я их назвала.

Остаток урока у нас прошел тихо и спокойно. Видимо они еще не отошли от полученной, свалившейся им на головы информации. Может чего и надумают. Надеюсь. Звонок к окончанию был уже получен и все мои подопечные разлетелись кто куда. Только одна Аманда осталась. Скорее всего у неё ко мне кое-какое дело. Вот она и задержалась.

— Ари-сан, — обратилась девушка чуть слышно.

— Что-то хотела спросить?

Кивок.

— По лекциям чего тог не понятно?

— Нет, как раз все понятно. Я на счет брата, — ввела она меня в полное недоумение.

— А что брат? — Продолжим вести себя, как ни в чем не бывало. Не думаю, что Сирин до такой степени сума сошел, чтобы в его личных проблемах, сестру о помощи просить.

— Ари-сан, я вижу, как он на вас смотрит, а вы на него. Ведь вы давно с ним знакомы, так почему же вы до сих пор не вместе, раз так глазами друг друга сверлите? — Занятная у Сирина сестренка, не думала, что она интересуется его личной жизнью. Но придется быть с ней откровенной, пусть и не хотелось втягивать в это молодую девушку вроде нее.

— Мы с познакомились недавно, просто так вышло что я была не в особо хорошем настроении и грустила, вспоминая о прошлом, кроме этого я была под заклинанием "вуаль личности" и он не знал что я эльф, думал что я простая ведунья, мы провели замечательный вечер, погуляли, даже в приключения ввязались. Он меня из лап похитителя вырвал, рискуя собой. Но потом все изменилось. Учитель, которого я искала, меня подвел и раскрыл всю маскировку. Тогда мы с Сирином и поругались. Он ушел из комнаты обиженный и злой. Но благодаря все тому же учителю, снова помирились. Правда, когда он спросил о причине маскировки и узнал всю правду, снова поссорились. Но уже я покинула комнату обиженной и расстроенной.

— Да, это мой брат. Выслушает, поймет, но не всегда разделит твою точку зрения, — но потом встрепенулась и спросила: — А зачем вы прятались?

— Меня решили насильно выдать замуж за светлого эльфа.

— Какой кошмар, — вот именно этих слов я от Рина и добивалась, — а брат что?

— Что он? Ну, поначалу он начал заступаться за моих родителей, сказав, что в этом нет ничего плохого. Ведь многие семьи так делают, чем моя семья хуже или лучше других. А после я поняла, что он понимает всю ситуацию, но не поддержит, поэтому ушла, давая понять, что разговор окончен, — все это я вспоминала с грустью и болью на сердце. Меня предали и обидели. А самое главное тот, кому я доверилась и открылась.

— Ари-сан, а вы с братом помиритесь? — Этот вопрос давно вертелся на ее языке и она ждала подходящего момента его озвучить. Но тут я заметила в дверях стоящего вампира, а Аманда нет, ведь она стояла к нему спиной, но это не мешало ей чувствовать присутствие родственника. Только она делала вид, будто и не знает о его появлении.

— Это зависит от него, я первая мириться не буду, это не я растоптала доверие, пусть я и скрыла свою суть, причина была, а кто этого не понимает, не держу около себя и не настаиваю, — адресована эта реплика была вампиру. На что он слегка насупился, но промолчал.

— Знаете Ари-сан, мой братик очень тяжелая личность, и просто так просить прощения не станет, если только он сам осознает, что действительно был не прав. Да и не умеет он прощения просить. Но вряд ли он признается в этом. Не тот характер, — на свой страх и риск высказала она свое мнение. По виду вампира она потом получит за эти слова, ну а я все терпела и давила улыбку, так и рвущуюся наружу. Но Сирин был не преклонен и стоял со злющим выражением лица. От него даже шли волны магической силы, направленные на Аманду. Она стояла и терпела все те ощущения, которые получала от брата в наказание за свои слова в его адрес.

— Да, интересная семья, — сказала вроде Аманде, — правда Рин?

После моих слов и обращения к тому, кто стоял за её спиной, девушка начала медленно и неуверенно поворачиваться. Встретившись со злым и грозным взглядом Сирина и пискнув от страха, спряталась за моей спиной. Видимо братик был действительно, таким как она и говорила.

— Знаешь сестренка, я, конечно, очень тебя люблю, но ты не права во многом. Например, в том, что я не прошу прощения, — приближаясь к нам, сквозь зубы и рык с холодным и властным голосом сказал тот. Вот теперь действительно верю, что Сирин действительно может быть жестоким и злым, — и про то, что не умею просить ты ошиблась, очень даже умею. Просто ты никогда этого не видела, да и перед кем мне было извиняться, перед тобой, сестрой или родителями? — Раздражение все еще присутствовало в его голосе, поэтому Аманда так и не покидала надежного укрытия за моей спиной, — но сейчас я пришел просто поговорить с твоим учителем, — а голос по прежнему холоден и груб.